Вниз

1995: Voldemort rises! Can you believe in that?

Объявление

Добро пожаловать на литературную форумную ролевую игру по произведениям Джоан Роулинг «Гарри Поттер».

Название ролевого проекта: RISE
Рейтинг: R
Система игры: эпизодическая
Время действия: 1996 год
Возрождение Тёмного Лорда.
КОЛОНКА НОВОСТЕЙ



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Архив недоигранного » И никого не стало...


И никого не стало...

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Негритята: Рабастан Лестрейндж, Рудольфус Лестрейндж, Фиона МакГрегор, Нарцисса Малфой, Гризел Хартс, Людовик Бэгмен, Дебора Роу, Рита Скитер, Амелия Боунс (НПС), Рандвулф Крэбб (НПС)

Дата: 1-3 февраля 1996 года.

Место действия: Негритянский остров у берегов Девоншира, Англия.

Предыстория

Негритянский остров, относящийся к графству Девон, долгое время принадлежал древнему магическому роду Пенвелинн и имел очень таинственную репутацию. Говорили о тайных подземных ходах, пещерах и магических аномалиях в этих местах, но проверить слухи возможностей не было, поскольку последние из Пенвелиннов предпочитали об острове не распространяться и посещали дом, расположенный здесь, не так часто. После вымирания рода дальние родственники Пенвелиннов, живущие в Канаде, продали дом эксцентричному миллионеру  Сервию Бэйтсу, который модернизировал построенный на острове особняк, но через год после завершения строительства таинственно умер. Кто-то подозревал фамильное проклятие Пенвелиннов, кто-то – злые козни врагов Бэйтса, но факт остался фактом – остров перешёл к новому владельцу. О личности владельца было ничего не известно – одни газеты говорили, что остров приобрел ученый, который собирается исследовать магические аномалии этого места, другие сообщали, что  уединенный дом купила Селестина Уорбек, чтобы отдыхать от навязчивого внимания  поклонников и прессы, третьи намеками говорили о Пожирателях Смерти.

Описание острова

Сам остров довольно каменист, вересковые деревца погнуты ветром, береговая линия изрезана так, что пристать на лодке можно только с южного берега. Сам дом расположен тоже на юге – вид древнего особняка в елизаветинском стиле, но внутри модернизирован – электричество, водоснабжение и прочие удобства. Магия на острове отсутствует. Скала на северной части острова напоминает собой голову негра, за что остров и получил своё название. В каждой комнате висит считалка про десять негритят и какой-то предмет интерьера, намекающий на совершенное преступление. В столовой на подносе десять фарфоровых негритят – после каждого убийства одна из фигурок исчезает.

Гости

Каждый гость получает приглашение посетить 1 февраля мистера/миссис Оним/лицо, которому доверяет, но от которого давно не получал вестей, прибывает на остров на лодке, которой управляют домовые эльфы. Эльфы ничего не знают, ведут себя как обычно, провожают гостей в комнату. В 21.00 звучит гонг к ужину.

Считалочка про негритят

Десять негритят отправились обедать,
Один поперхнулся, их осталось девять.

Девять негритят, поев, клевали носом,
Один не смог проснуться, их осталось восемь.

Восемь негритят в Девон ушли потом,
Один не возвратился, остались всемером.

Семь негритят дрова рубили вместе,
Зарубил один себя - и осталось шесть их.

Шесть негритят пошли на пасеку гулять,
Одного ужалил шмель, их осталось пять.

Пять негритят судейство учинили,
Засудили одного, осталось их четыре.

Четыре негритенка пошли купаться в море,
Один попался на приманку, их осталось трое.

Трое негритят в зверинце оказались,
Одного схватил медведь, и вдвоем остались.

Двое негритят легли на солнцепеке,
Один сгорел - и вот один, несчастный, одинокий.

Последний негритенок поглядел устало,
Он пошел повесился, и никого не стало.

Отредактировано Narcissa Malfoy (26 августа, 2017г. 04:51)

+4

2

Февральский вид живописных берегов Девона не отличался особой приветливостью, море было мрачным и тёмным, но для волшебницы, защищенной от холодов зимы согревающими чарами, недовольства изменчивой британской погоды не доставляли неудобств. Кутаясь в отороченную мехом серую мантию, миссис Малфой села в лодку, которая в назначенный час ожидала её у причала в Стиклхевне – маленькой рыбацкой деревушке. Людей на берегу заметно не было и к лучшему – лодкой правил старый эльф, который с сомнением смотрел на горизонт и что-то бормотал про шторм. В другое время Нарцисса обратила бы на это внимание и обеспокоилась, но, к сожалению, стихия воды до сих пор была к ней немилостива, так что к соленому морскому ветру по-прежнему примешивался чей-то шепот, а тоска, невольно охватившая леди Малфой, снова вызвала желание сомкнуть над головой тяжелые морские волны. Дурное влияние воды, очень дурное – по причине этого Нарцисса едва не отклонила приглашение мистера Онима, который выражал вежливую надежду, что гостья не сочтёт за труд воспользоваться лодкой для того, чтобы прибыть на остров. К сожалению, камины не совсем в порядке, а магия острова так непредсказуема в плане аппарации и порт-ключей, что может доставить волшебника в указанное место по частям – прецеденты были, так неприятно. Дорогой пергамент, изящный стиль письма, факт наличия острова говорили о том, что мистер Оним не нуждается в средствах и воспитан, однако неизвестность фамилии и отсутствие магической печати на послании свидетельствовали об отсутствии благородного происхождения. Впрочем, это для Нарциссы не представляло особого препятствия, тем более, что владелец Негритянского острова сообщил о любопытных артефактах и редких книгах, которые достались ему вместе с наследством Пенвелиннов и которые он был бы не против продать ценителю, тем более, что некоторые изделия были отмечены гербом Блэков. Возможно, это так называемое «наследство» было очередной подделкой под старину, но зная о родстве Пенвелиннов с Блэками, миссис Малфой не стала сходу отвергать вероятность подлинности антиквариата дома на Негритянском острове. Не говоря уже о том, что сама возможность увидеть место, окруженное таким количеством слухов и легенд, будоражила воображение. Может быть, ей удастся увидеть и услышать больше, чем она рассчитывала.
Лодка, тем временем, обогнула скалу, издали напоминающую голову негра, и причалила к пологому южному берегу, от которого вверх – по направлению к дому – протягивалась массивная вырубленная в камне лестница.
В самом виде же особняка просматривалось что-то неестественное – облик солидного английского дома как-то не вязался с пейзажем острова – миссис Малфой поежилась, но сочла неприятное чувство возникших сомнений следствием путешествия по воде. Всё-таки хорошо, что обратно она отправляется только завтра утром – будет время отвлечься от тоскливых мыслей и набраться с духом для ещё одной морской «прогулки». Тем более что, возможно, были и другие пути покинуть остров.
Эльф-дворецкий, встретив её в дверях, оповестил, что хозяева острова прибудут к ужину, и предложил гостье пройти в её комнату. Судя по всему, на интерьерах покойный Бэйтс не экономил – комната, предназначенная Нарциссе, была выдержана в зеленых тонах и имела довольно роскошный вид. Единственное, что наметанный взгляд миссис Малфой определил сразу – это не совсем подходящее к стилю спальни зеркало. Большое, в тяжелой раме, которая представляла собой металлическое изображение переплетающихся змей. Нарцисса подошла ближе, чтобы лучше разглядеть узор и с удивлением поняла, что может сказать даже название изображенных рептилий. Кайсаки, родственницы гремучих змей.
Перед глазами невольно пронеслось воспоминание – семьдесят четвертый год, Южная Америка, редкая встреча с шаманами десяти племен. Официальный тон начальника экспедиции. «Мы сочувствуем трудностям, связанных с вашим хм… заболеванием, мисс Блэк, но вас нельзя включать в состав делегации. Отсутствие опыта, недостаточный уровень знаний, неосведомленность о жизни магглов. Мисс Шилдс подходит нам больше». Сочувственный взгляд мистера Грина. «У тебя будет ещё возможность, ящерка».
Действительно, появившаяся тогда возможность – в виде коричневой змеи, по шкуре которой шли белые узоры. Случайность, в тропическом лесу нужно остерегаться змей и скорпионов – почему Меган Шилдс не встряхнула свой спальный мешок, прежде чем брать его в руки?
Миссис Малфой тряхнула головой, старательно прогоняя из головы образы прошлого, ожившие при виде медных кайсак и собственного побледневшего зеркального отражения.
Что было – то прошло. Всё равно ничего хорошего из той встречи с шаманами и не получилось.
Сейчас ей нужно было дождаться сигнала к ужину и спуститься вниз – ухоженная женщина средних лет в черном платье и дорогих жемчугах, выражение лица холодное и надменное – ничего общего с той  просто одетой и веселой Лацертой амазонской сельвы. Амбициозной и готовой на всё ради своих целей. [icon]http://s017.radikal.ru/i419/1608/a3/3de30bff2897.jpg[/icon]

+7

3

[icon]http://s7.uploads.ru/I5ywl.jpg[/icon]
Неизвестный благожелатель предлагал ни много ни мало, но информацию, что само по себе являлось неплохой приманкой для бывшего рэйвенкловца. Узкая же специфика информации - информации, которая, если верить отправителю письма с приглашением, могла подсказать способ избавления от темнеющей на коже Метки - не оставляла Рабастану Лестрейнджу и шансов на отказ: Темная Метка, аналог Непреложного Обета, густо замешанного на устанавливаемой раз и навсегда связи между хозяином и слугой, делала невозможным саму мысль о побеге, а потому, сколь бы призрачной не была надежда, Лестрейндж отправляется на Негритянский остров в разгар сезона штормов, близ девонширских берегов кратковременных, но не менее опасных.
Лодка мягко утыкается удлиненным носом в причал, вспенивая волну, и старый эльф принимается сноровисто закреплять старый и истершийся канат - магическая аномалия действует даже на домовиков, предпочитающих прибегать к магии лишь при острой необходимости, гости же и вовсе поставлены в известность, что от волшебной палочки большого толка не будет.
Так или иначе, палочки - обе - при Лестрейндже: расстаться с ними он не готов даже ввиду мягкого, но ясного предупреждения таинственного хозяина острова, хотя  и предполагает, что справиться с ситуацией отсутствия магии.

Остров кажется безлюдны. Частная собственность в магической Британии имеет особый статус, а невозможность точной аппарации наверняка отбила у желающих охоту насладиться видами каменистого пейзажа, кое-где разбавленных вересковыми пустошами. Не вырасти Рабастан Лестрейндж в Норфолке, не проведи столько времени в Азкабане - и мог бы утверждать, что более унылой картины видеть ему не приходилось. А так он торопится лишь поскорее оставить море как можно дальше за спиной, отгородиться каменными стенами и запертыми окнами от непрерывного плеска волн, разбивающихся о заросшие ракушками и водорослями сваи причала.
Пронзительный крик заблудившейся чайки звучит предостережением, к которому гость остается глух, и птица вскоре скрывается в низком горизонте, оставляя остров его исконным обитателям - камням, моху и вереску.

Другой эльф провожает Лестрейнджа в дом по вырубленной прямо в скальном основании лестницы, которую венчает дом, исполненный в явно британском стиле, не вяжущимся с пейзажами.
Поместье, что очевидно, строилось на века - кто бы не собирался обосноваться на Негритянском острове, он не пожалел денег, и хотя, насколько было известно Рабастану, дом не насчитывал более двух столетий, выглядел он основательно: роскошный, выдержанный в едином стиле с остальными дворовыми постройками.
Комната, к которой Лестрейнджа приводит молчаливый проводник, удивляет в первую очередь своей аскетичностью, не соответствующей убранству коридора и прочих внутренних помещений, которые минует гость. Стены его комнаты обшиты светлым деревом, однако не украшены ни резьбой, ни картинами, ни гобеленами. Вид из окна прямо на бухту, сейчас затянутую туманом, и тонкие шторы шевелит сквозняк из-за распахнутых настежь ставен.
Домовик бросается закрывать окно, но навязчивый йодистый запах уже пропитал, кажется, комнату, и Лестрейндж угрюмо останавливает эльфа, отпуская его, а затем задергивает шторы с излишним рвением.
Помимо узкого гардероба и такой же узкой, чуть ли не подчеркнуто скромной кровати, больше напоминающей койку, у окна небольшой стол, планировавшийся, видимо, как рабочий. Стопка пергаментов с незнакомым Лестрейнджу вензелем на каждом, справа чернильница и перо.
На верхнем пергаменте записка, адресованная гостю, с пожеланием приятного вечера - но Лестрейндж не поэтому вчитывается в ровные строки. Его внимание привлекает обращение, а точнее - аккуратно выписанная фамилия, его фамилия, и горизонтальная линия в первой букве такая же длинная, таким же одним длинным росчерком, так же процарапавшая пергамент чуть ли не насквозь, как ставит он сам. Ставил - до восемьдесят первого.
Последний документ, который он подписал таким образом, содержал протокол допроса с его признанием в пособничестве Лестрейнджей Темному Лорду и обеспечил им пожизненное вместо Поцелуя. Узнай об этом Рудольфус или Беллатриса - ему не отмыться от обвинений в предательстве.
Сминая пергамент, Лестрейндж жалеет, что не может с той же легкостью избавиться от сомнений в правильности своих действий.
Это не более, чем совпадение - и не стоит забивать себе голову в преддверии разговора, обещающего ему истинную свободу.
Вот только решить проще, чем сделать, и к ужину Лестрейндж спускается, все еще гадая, не следовало ли ему узнать о гостеприимном хозяине чуть больше прежде, чем принимать приглашение.

+4

4

Домовик рядом с Дебби идёт с пустыми руками: все её пожитки уместились в рюкзак за плечом, и тащит его она сама. Дебби засыпает домовика вопросами, но тот будто немой, и ребром ботинка раскидывает покрытые испариной камешки с пути. Здесь, за городской чертой, она, наконец, дышит полной грудью.
Особняк — это последнее, что она ожидает увидеть. Выглядит он дохрена роскошно, прям как какой-нибудь всратый Ритц или Карлтон, и Дебби, не стесняясь, водит пальцами по деревянным панелям, резным перилам и рамам зеркал. Картины её интересуют мало — их мало, и на них какая-то невнятная мазня. Одна такая висит даже в комнате, аккурат над кроватью, и Дебби встречает её тупым, маловыразительным взглядом.
Только когда домовик оставляет Дебби в одиночестве, она позволяет себе подойти ближе. Кривит, кусает губы. Хмурится. Она выдерживает минуту тет-а-тет с фантазией художника, а затем, сбросив обувь, залезает на кровать и переворачивает раму задником к себе.
Так лучше. Спокойнее.
Пошарив по боковому карману рюкзака, Дебби вытягивает пачку и заваливается на спину. Закуривает.
Это было три года назад. Дело закрыто, и не о чем вспоминать.
Дебби вытягивает из рюкзака смятую клетчатую рубаху, чтобы прикрыть забитые рисунками руки, собирает волосы в хвост и, поразмыслив немного, поярче подводит глаза и губы. Отражение подмигивает ей в ответ — и исчезает в глубине комнаты.
Дебби ждёт. Часы тикают. За дверью так тихо, будто в доме никого и нет.
Где все?
Без пяти девять Дебби выходит на поиски.
[nick]Deborah Rowe[/nick][icon]https://pp.userapi.com/c636823/v636823808/681af/ybHDY8zccNk.jpg[/icon][info]bear no witness[/info]

+4

5

[nick]Rita Skeeter[/nick][icon]http://s7.uploads.ru/UGvlt.jpg[/icon][sign]curiosity killed the cat[/sign]
Тонкий каблук увяз в земле сразу же, как Рита переступила через борт лодки. Женщина поморщилась, но вслух ничего не сказала. Домовик - не та компания, чтобы жаловаться на неподходящую обувь. Не то, чтобы Рита вообще считала хоть кого-то достойным для подобных разговоров.
Особняк выглядел еще более загадочно, чем его описывали по слухам. Предпоследний владелец - Сервий Бэйтс умер при загадочных обстоятельствах. Так же поговаривали о неком проклятии рода Пенвелиннов. Проклятья, смерть и возможное убийство - этого было вполне достаточно, чтобы Рита собрала свой Чудесновместительный Саквояж - 3000 и отправилась на Негритянский остров по предложению мистера Каффа - главного редактора Пророка.
Главной из проблем пребывания на острове была якобы аномалия с магией, использовать которую здесь было невозможно. Но ради сенсационной статьи, ради того, чтобы раскрыть дело о смерти господина Бейтса (раскрыть в понимании Риты) и откопать все страшные скелеты в шкафах Пенвелиннов, она была готова работать по-старинке. Достала блокнот и ядовито-зеленое перо, быстро что-то записала и уверено двинулась к дому. 

Прытко-Пишущее перо: "Темнеет в закатных лучах солнца зловещий особняк некогда известного рода волшебников Пенвелиннов. В одном из самых загадочных мест в Англии находится ваш отчаянно жаждущий правды журналист - Рита Скитер. Антураж, нагоняющий ужаса - искусно подстроенная афера нынешнего таинственного владельца особняка, или это место, действительно, одержимо одним из самых страшных проклятий в мире волшебной Англии? Как бы там ни было, я уверена, что раскрою все тайны Негритянского острова. Специальный корреспондент ЕП Рита Скитер. 1.02.1996 19-34 PM".

Скитер проводили в комнату. На вопрос о том, когда она сможет встретиться с владельцем дома и взять первое интервью, эльф ничего не ответил, кроме бестолковых "Тобби ничего не знает!" Рита оставила бесполезные попытки и осмотрелась. Этому мистеру X явно хотелось сохранить интригу, но Рита ведь не только хорошо пишет, но и внимательно подмечает детали, что уж говорить о дотошности и не слишком стойкой моральной основе ее характера. Она начала с изучения комнаты. Самым явным, с чего следовало начать оказался пергамент на стене прямо над кроватью. Возможно послание от мистера X? Рита поспешила ознакомиться. Считалка вызвала необъяснимое раздражение. Наверно, он думал, что это было как-то в тему Негритянского острова и хотел ее... испугать? Рита фыркнула. И не таких раскалывали.

Прытко-Пишущее перо: "Нынешний владелец дома на Негритянском возрасте по версии Пророка жив и здравствует, но является не менее загадочной личностью, чем все Пенвелинны и Бейтс вместе взятые. Похоже, у него странное и навязчивое желание появиться эффектно. С эпатажем. Иначе мне сложно объяснить эту страсть к наигранной секретности. Знаю, что среди наших читателей ходят слухи, будто бы дом приобрела террористическая организации "Пожиратели смерти" для своих секретных собраний, но могу вас заверить, что эта версия весьма сомнительна. Разве что "ПС" нашли себе богатого мецената или... тайно внедрились в Министерство Магии? Политический заговор или силы, которые невозможно объяснить? Впрочем, для меня нет ничего невозможного. Специальный корреспондент ЕП Рита Скитер. 1.02.1996 20-12 PM".

Больше в комнате не было ничего примечательно. Разве что старый граммофон. Магловское изобретение. Стояла и пластинка. Рита не стала сдерживать любопытство и включила устройство. Оно напоминало ей о прошлом, тех временах, когда она была совсем молода и пользовалась магловскими приборами чуть ли не чаще, чем магией. Напоминало об Энтони и о яркой Америке. По комнате полилась приятная, знакомая мелодия. По магическому радио никогда не передавали джаз. Рита села на кровать и задумалась, но не так как следовало бы. Музыка расслабила и рассредоточила ее, все больше заставляя думать о прошлом. Она приказала себе взять перо и продолжить записи о мистере X, но чуть ли не впервые со времен молодости передумала и не стала делать то, что велел голос разума.

Она не знала, сколько времени прошло. Казалось, целая вечность, но судя по магловским часам на стене, не больше часа. Тут же зазвонил гонг, видимо, как сигнал. К чему? Рита быстро привела в порядок свою одежду (и особенно каблуки), взяла блокнот и заинтригованная пошла на первый этаж. Стоило осмотреть остальную часть особняка, попросить ужин. Возможно, встретить хозяина дома.
Каково же ее удивление, когда Рита видит, что в большом зале она не одна. И никто из этих людей даже интуитивно не может быть загадочным владельцем дома. Выходит, что она не одна в гостях.

Отредактировано Hermione Granger (29 августа, 2017г. 15:45)

+3

6

[icon]https://image.ibb.co/hmAFGv/image.png[/icon][nick]Ludovic Bagman[/nick][info]Все еще глава Департамента магических игр и спорта[/info][sign]Что наша жизнь - игра![/sign][status]Людо Бэгмен, 39[/status]
- А Кат там будет? Ну, Кат, Катберт МакТаггет? – жизнерадостный голос Людо далеко разносился над темными беспокойными водами. – Хороший был парень, но бладжеры к нему так и липли! Я порой весь матч висел у него на хвосте, трясся над ним, как наседка. А что ты думаешь – лучший охотник три сезона подряд!
Домовик промолчал, лишь еще сильнее втянул голову в плечи. Снисходительно глянув на него, развалившийся на корме Людо мечтательно протянул:
- Да, были времена!..
Он оглядел безрадостный морской пейзаж и с чувством особого удовлетворения вспомнил письмо от мисс Оним, секретарши фан-клуба «Уимбурнских Ос». Написанное на ярко-желтом бланке, украшенном талисманом команды, оно так и дышало торжественностью и еле сдерживаемой восторженностью. Мисс Оним сообщала, что у фан-клуба появился состоятельный спонсор, который хочет устроить грандиозный прием, чтобы собрать вместе лучших игроков в истории «Ос» и их самых преданных поклонников. И, разумеется, мистер Бэгмен должен был стать почетным гостем – «полосатых» не часто приглашали в сборную, а уж глава Департамента магических игр и спорта в их истории и вовсе был только один.
Людо никогда не отказывал своим фанатам, даже сейчас, когда его спортивная карьера закончилась, а под старой полосатой мантией обрисовывалось насиженное кабинетной работой брюшко. Тем более, встреча обещала быть действительно грандиозной! Любопытно, кто этот спонсор... Судя по тому, что он смог купить Негритянский остров и до сих пор защищать себя от журналистов (пусть и ценой каких-то проблем с магическим фоном, мисс Оним ужасно извинялась), это большая шишка. Возможно, ему будет интересно поучаствовать в кое-каких предприятиях, которые Людо может ему предложить...
Для места, о котором ходит столько слухов, остров выглядел на редкость заурядно. Когда лодка мягко ткнулась о пристань, Бэгмен выбрался на берег и разочарованно присвистнул:
- Тоскливое местечко, а? – ответа он не ждал. Хорошо вышколенные домовики не отличаются болтливостью, а этот, кажется, и вовсе язык проглотил. В молчании они добрели до унылого, но, как приметил Бэгмен, роскошного особняка, и домовик, затащив в комнату саквояж Людо, сбежал, не сказав ни слова.
Но Людо и не требовалась компания – предвкушая встречу со старыми друзьями, он наскоро разобрал вещи и побросал их на свободную полку шкафа, занятого большей частью старым, проржавленным котлом с белесым осадком на стенах да какой-то другой рухлядью. Затем, оглядев комнату, навскидку оценил стоимость парочки картин с охотничьими сценками на стенах, прочел прикрепленный в рамке у окна стишок, радостно похохатывая после каждой строфы, и наконец завалился спать – в письме мисс Оним вскользь упоминалось, что все самое интересное начнется к вечеру.
Разбудил его гонг, видно, созывавший гостей к началу приема. Людо вскочил, наскоро сменил дорожный костюм своей формой «Уимбурнских Ос», пригладил поредевшие кудри и, нацепив на лицо самую дружелюбную улыбку, отправился на поиски общества. 
Первым, что он увидел, спускаясь с лестницы, была блондинистая шевелюра, которую сложно было не узнать.
- Рита, дорогая, и вы здесь? – добродушно воскликнул Людо, входя вслед за мисс Скитер в большое, яркое освещенное помещение. – Готовите очередной сенсационный материал? Ваша статья про наш департамент в прошлом квартале была изумительна – министр трижды вызывал меня на ковер! – в отличие от многих своих коллег, Людо любил журналистов и никогда не держал на них зла даже за самые гнусные пасквили. Бывшая знаменитость, он хорошо усвоил: не важно,  что о тебе говорят, главное – говорят! А Рита как никто другой умела заставить людей обсуждать тебя. 
- Уж мы-то припасли для вас темных историй, - хохотнул он, оглядываясь в поисках знакомых по команде лиц.
...И таковых не нашел.

Отредактировано Ronald Weasley (21 октября, 2017г. 13:04)

+3

7

"Как для уик-энда в английской глуши, здесь многовато журналистов на квадратный метр, не находите?" - Но мысль осталась мыслью и миссис Хартс промолчала. Еще и потому, что к более именитой, вечно вооруженной Прытко Пишущим, коллеге, с позволения сказать, уже направился не кто иной, как Людо Бэгмен, щеголяя легкомысленно-яркой мантией спортивного клуба.
Только собравшаяся к ужину ведьма, подобрав полы мантии, спустилась с лестницы, закончив смотреть на чужие макушки сверху вниз (здраво рассудив, что так сама она становится слишком заметной фигурой в этой... чехарде).
Пожалуй, так.
Публика подобралась очень странная.
Более того, Гризель не была уверенна, что она сама подходит этой публике, пускай ее мантия и туфли были достаточно хороши, но не сверх меры - как вдова, воспитывающая ребенка одна и не способная похвастать запасами в Гринготсе, Хартс просто не могла и не хотела позволять себе роскошь.
Однажды определив за собой тягу к магической истории и интерес к древним родам, истинная выпускница Рейвенкло не остановилась на том. Она зарылась в собственное понимание причин и предпосылок и, отыскав неутешительный ответ в том, что всему виной - робкое замещение и прикрытие стыда быть магглорожденной... не бросила затеи, конечно же. Но свое место, с тех пор, сама перед собой, тщательно блюла и старалась не отсвечивать.
А ситуации, когда вокруг, внезапно, гораздо больше именитых магов, когда они на местности не предусматривались, нервировали Гризель.

Гораздо сильнее, чем само место.
Подумаешь, старый остров и относительно новый особняк с постройками - Хартс готова была отдать свою левую руку дракону, лишь бы убедиться в предположении, что цокольный этаж и подвалы многоуровневые и из старого камня, а сверху - ширма новомодной облицовки, не более. Этот дом интересен не витражами окон на лестнице и не медовым отблеском щедро налитого лака на перилах и ступеньках.
Нет. В этом доме есть тайна и за тайной Хартс и приехала, преодолев, от суши до этого камня среди февральской бури, приличное расстояние на лодке.
Вспоминая как держалась за борта, то бросаясь придерживать подвязанную лентой под подбородком шляпу, то мысленно чертыхаясь... ведьма сейчас улыбнулась, представив всю эту почтенную публику, добирающуюся сюда подобным образом.

Подобным образом следящих за тем, как домовой, трясущимися лапками, справлялся с новыми канатами на чистом, еще не отслужившем года, длинном пирсе. Хартс оценила количество лодок, уже причаливших и количество пустующих мест, только не соотнесла их с количеством гостей сейчас.

Завидев леди Малфой, сияющую драгоценностями, Гризель мысленно кивнула своим предположениям - место ранее принадлежало Пенвелиннам, а, если вспомнить всё дивное переплетение корней Великих Родов, то появление здесь одной из Блэк было неудивительным.
"Всё еще интереснее, но, неужели... все эти люди прибыли по той же причине?" - Малфой, Скиттер, Бэнгман. От лестницы еще спускаются люди. Гризель, нахмурившись, поводит пальцем по кромке горлышка вазы, пытаясь собрать воедино все, что у нее уже есть.

А есть у нее не много. Приглашение, достаточно заманчивое и настойчивое, от мистера Онима. И, не воспитывайся Гризель среди магглов, она бы восприняла такую фамилию диковинкой, но родители очень любили всяческие детективы...
А еще есть комната через одну дверь от хода на лестницу, с окнами, выходящими видом на дворовые постройки, о, если поднять глаза выше, можно полюбоваться редкими деревьями и ненастной бурей вдали. Самое примечательное в комнате, выполненной так, будто там доселе никто не ночевал, а потому было слишком гладко, ровно и чисто; самое примечательное было в том, что живые цветы стояли не в дорогих вазах, а в стеклянных больших бутылках, подобных тем, в которых продается оливковое масло. Гризель точно разбиралась в оливковом масле и бутылках для него - они были достаточно прочными и удобно перехватывались за горлышко.

А вот внизу были расставлены большие вазы, некоторые, кроме декора самим фактом наличия, были с вычурными цветочными букетами.
Гризель же стояла у пустой, пользуясь случаем, достав из кармана найденную в комнате сложенную вдвое записку-считалочку.
Такие вещи Хартс любила нежной любовью исследователя, но - когда они были где-то в склепах, на могилах влиятельных магов прежнего. В своей обычной жизни, той, что с восемнадцати лет была отдана Пророку и колонкам советов, миссис Хартс предпочитала все простое и понятное. Лишь изредка, когда сын отправлялся на каникулы к бабушке, можно было побыть вдовой Хартс и позволить себе очередное исследование чужой темной истории.

Но сегодня она безбожно опоздала - устав с дороги, уснула по прибытию и проспала до глухой темноты. К ужину лишь успев переодеться и смахнуть с прикроватного столика записку, чтобы теперь вчитаться в считалочку.
Гризель подняла взгляд и пересчитала людей в зале.
Их прибавилось с тех пор, как она так удачно "спряталась" за пузатым антиквариатом.
Прибавилось, но не десять.
Но миссис Хартс была магглорожденной, а потому верила, что просто так ружья на стенах не висят.
Она спрятала записку обратно в карман и вежливо кивнула, когда почувствовала на себе чей-то взгляд. Не мешало бы уже увидеть хозяина особняка и острова, но пока, все, кто крутился внизу, были определенно похожи на гостей.
[nick]Grizel Hurtz[/nick][status]Гризель Хартс, 32[/status][icon]http://s5.uploads.ru/LqeAP.jpg[/icon][sign]ходила за скелетами в чужие склепы[/sign][info]Журналистка ЕП, автор колонки советов[/info]

+2


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Архив недоигранного » И никого не стало...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC