Вниз

1995: Voldemort rises! Can you believe in that?

Объявление

Добро пожаловать на литературную форумную ролевую игру по произведениям Джоан Роулинг «Гарри Поттер».

Название ролевого проекта: RISE
Рейтинг: R
Система игры: эпизодическая
Время действия: 1996 год
Возрождение Тёмного Лорда.
КОЛОНКА НОВОСТЕЙ


Очередность постов в сюжетных эпизодах


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Архив » Цветы жизни (3 февраля 1996)


Цветы жизни (3 февраля 1996)

Сообщений 1 страница 30 из 39

1

Название эпизода: Цветы жизни
Дата и время: 3 февраля 1996
Участники: Астория Гринграсс, Лестрейнджи, Элоиза Паркинсон, упоминается мистер Гринграсс.

Хогсмид.

0

2

[AVA]http://se.uploads.ru/wGkXZ.jpg[/AVA]Элоиза уверенно аппарирует на край Хогсмида, не выказывая ни намека на то, что само ее появление в сопровождении двух разыскиваемых преступников, равносильно официальному признанию себя виновной во всех обвинениях, которые есть против нее.
Впрочем, и Рудольфус, и Рабастан воспользовались оборотным зельем, да и визит матери одной из учениц в деревню возле Хогвартса в субботний день, едва ли привлечет нежелательное внимание.
Если не знать, что ученица о визите матери не в курсе и вообще может не покинуть замок в ненастный февральский день.
Шагая за Элоизой, подбирающей подол мантии на пару дюймов, чтобы не запачкать роскошную меховую оторочку в подтаявшей грязи, Лестрейндж о грязи мало заботится. На нем трансфигурированная на скорую руку мантия, которую не удалось зачаровать на тепло именно из-за магического происхождения, так что грязь и снег беспокоит его в последнюю очередь.
Рудольфус рядом держится куда равнодушнее к холоду.
Рабастан только догадывается, как далеко зашли отношения его брата с миссис Паркинсон, но ее взгляды на него - без сомнения, слишком влажные, слишком личные - говорят о многом. Беременная Беллатриса, возможно, отнесется к этому не так уж равнодушно, думает он, останавливаясь, потому что остановилась ведьма - между двумя домами, один из которых совершенно точно выглядит нежилым: покосившиеся ставни, наметенный перед крыльцом сугроб.
- Подождите меня здесь, - Элоиза опускает руку на рукав Рудольфуса, заглядывает ему в глаза в поисках одобрения, старается, чтобы это выглядело не так заметно. Рабастан отворачивается. - Я найду девочку и приведу сюда.
Ведьма чуть медлит, как будто собираясь сказать что-то еще, но так и не говорит. Разворачивается на каблуках и отходит прочь, сворачивая на главную улицу, вливаясь в не слишком плотный поток прохожих и оставляя Лестрейнджей позади.
- Она сделает все, надо? Непреложный Обет касался лишь Фаджа, - негромко - но, несомненно, раздражающе - замечает Рабастан как бы между прочим, гипнотизируя взглядом указатель к лавке со сладостями дальше по дороге. Он давно выработал этот прием для общения с братом - говорить нужно тихо, смотреть в сторону и делать вид, будто ты совсем не заинтересован в ответе. Потому что иначе можешь получить не только ответ - но и зуботычину.
Не то чтобы его пугает подобная перспектива - Мерлин, ему тридцать... шесть уже, он давно не беззащитный ребенок - но ему не по душе, что в такие минуты его старший брат забывает о цели. Разумеется, зелья Эммелины помогают - им всем помогают - но он не собирается именно сейчас заняться выяснением, как сильно нужно взбесить Рудольфуса, принявшего возвращающий ясность мышлению бальзам, чтоб тот потерял терпение. И уж точно не перед разговором с Гринграссом, хотя напугать девочку, конечно, не помешает.

+3

3

В субботу с самого утра Астория была в крайне приподнятом настроении, как и всякая школьница, ждавшая выходных. В этот благодатный день преподавательский состав милостиво соблаговолил отпустить школьничков поживиться в Хогсмиде, чем Мерлин пошлёт. Кто в "Зонко", кто по "Сладкому королевству" - и Астория не стала исключением. Толкаясь в магазине сладостей, юная девочка совершенно потеряла счёт времени, переводя глазки с шоколадок на леденцы, с леденцов на печенье. Несмотря на то, что сладости она особенно не любила, запас оного держала "на чёрный день" - а вдруг захочется, а рядом нет ничего какао-содержащего?
- Десять "лягушек", пачку тыквенного печенья и, пожалуй, пачку "Друбблс", тутти-фрутти. Да, спасибо, упакуйте в бумагу, если не затруднит. Благодарю, - после традиционных церемоний с пухленькой и доброй продавщицей и передачи в кассу некоторой суммы денег, за которую некоторые рыжие обитатели факультета "Гриффиндор" должны были бы работать годами, Астория вышла на улицу. Зимнее послеобеденное облако лениво проплыло над головой, не разродившись метелью, а ветер колол щёчки, делая их непривычно алыми, как знамя победы львов на квиддичном поле.
Созерцая улицу и обдумывая, куда бы теперь она могла направиться, Астория случайно наткнулась взглядом на знакомую фигуру взрослой волшебницы, которая шла по краю Хай-Стрит и явно кого-то высматривала в толпе школьников. Впрочем, потратив некоторое время на попытку признать в ней знакомую, Астория сама поторопилась навстречу женщине - миссис Паркинсон, мама Пэнси. Конечно, она её видела много раз и знала, а вот Пэнси сегодня Астория не видела.
- Миссис Паркинсон! Миссис Паркинсон, доброго дня! - Астория вежливо догнала женщину, намереваясь предложить свою помощь в поиске Пэнси в толпе. Всё-таки девочек Гринграсс воспитали очень, очень хорошо.

+3

4

[NIC]Eloise Parkinson[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/ewTCxrX.jpg[/AVA]
Элоиза привлекает внимание и знает это. На ней эффектная мантия, ничего кричащего, только сдержанный шепот, сообщающий о цене любому мало-мальски искушенному магу, она излучает спокойствие и уверенность в себе. Или должна излучать, по крайней мере.
Покинув общество Лестрейнджей, она возвращает себе львиную часть самоуверенности - после смерти Корнелиуса, после визита МакГрата, после разговора с Рудольфусом она поняла, что, возможно, откусила кусок не по зубам. У нее вовсе нет уверенности, что ее любовник не захочет от нее избавиться теперь, когда она выполнила свою часть сделки и привела Фаджа прямиком ему в руки. После того бешеного, лютого удовольствия, охватившего ее от рассказа Рудольфуса о последних минутах Корнелиуса, удовольствия, которое едва не свело ее с ума, бросило к убийце, заставило ластиться к его рукам, будто кровь мертвеца все еще была на них, наступила фаза осознания содеянного, и хотя Элоиза Паркинсон, урожденная Мальсибер, кровь от крови Мальсиберов, прославивших это имя, не раскаивается, она все же боится.
Боится так, что просыпается среди ночи даже после хорошей порции огневиски, даже после выматывающего, грубого секса.
Она все еще не идет к Теренсу, чтобы просить помощи, как и не думает о том, чтобы обратиться к Дереку МакГрату. Она просто выпивает еще немного - или много, в зависимости от состояния - и садится за деловые письма.
Она знает, что без косметических чар выглядит куда хуже, чем до Рождества, знает и то, что Рудольфус Лестрейндж едва ли будет ее защищать - но верит в совсем другое. И вера затмевает ее разум.
И чтобы укрепить свою связь, свою гарантию на жизнь, она беспрекословно выполняет любое его желание. Благодарно - он принес ей вести о смерти Фаджа.
Запрещая себе думать о том, что ему может потребоваться от Гринграссов, она первая предлагает отправиться в Хогсмид в субботу.
Пэнси о своем визите она в известность не ставит, но понимает, что ей может не повезти, а потому по главной улице идет не то чтобы торопливо, но достаточно бодрым шагом. В любом случае, прямо сейчас ей встреча с дочерью ни к чему, а потом, дойди до Пэнси слухи, что ее мать была в Хогсмиде, она изобретет какую-нибудь правдоподобную ложь. Ведь это все не только ради себя, но и ради Пэнси.
Асторию она узнает не сразу - почему-то была уверена, что встретит Дафну, а не ее младшую сестру, но Элоиза - светская леди, и вот она уже приветливо улыбается, оглянувшись, останавливается и протягивает Астории руку в кожаной перчатке изумительной выделки.
- Здравствуй, дорогая! Давай отойдем чуть в сторону, чтобы не разговаривать на дороге.
Мимо них просачиваются и местные жители, и школьники - последние либо суетливо считают монеты, либо прижимают к груди объемистые бумажные пакеты.
Элоиза с неодобрением поглядывает на низкие облака - снег может испортить мех на ее новой мантии несмотря на наложенные чары - и снова сдержанно и вежливо улыбается девочке.
- Я искала Пэнси, но, кажется, мы разминулись или напутали с местом встречи. Ты одна здесь, дорогая? Тоже встречаешься с родителями? Кажется, я видела твоего отца чуть раньше.
Конечно, не видела, но эта ложь станет одной из самых маленьких проблем Астории совсем скоро.

+3

5

[AVA]http://se.uploads.ru/jl8qP.jpg[/AVA]- Поторопись. И, Мерлина ради, ребенок не должен орать и упираться, а должен пойти с тобой по своей воле. - Рудольфус чувствовал себя в этом теле неуютно, однако вида не подавал. Волшебная палочка была при нем, так что Гринграссу в любом случае придется считаться с двумя незнакомцами еще до того, как они примут свой настоящий облик, а если упереть острие деревяшки в горло одной из его дочерей, дело наверняка пойдет на лад куда быстрее.
Проводив удаляющуюся Элоизу взглядом, Рудольфус пошире расставляет ноги, готовится к ожиданию. Он не из терпеливых, но ждать при необходимости умеет, это в нем еще с квиддича осталось, со школьных времен. Под оборотным зельем он невысокий, полный волшебник, ничем не примечательный и даже располагающий к себе, и когда он злобно оборачивается к подавшему голос брату, это смотрится чуждо.
- Она сделает все, - веско отвечает он Рабастану, который держится так, будто прогулка в Хогсмид его нисколько не трогает.
Рудольфуса так точно трогает: совсем скоро они придут сюда еще раз, возможно. сразу в замок.
Он окидывает взглядом высящийся над кронами леса Хогвартс, стискивает зубы. Когда замок будет их, сопротивление свернется само собой. Никто из волшебников не пожелает, чтобы пострадал его ребенок, и сегодняшний разговор с Гринграссом должен будет подтвердить эту простейшую истину.
Но Гринграсс нужен им сейчас, немедленно, нужен ему.
Рудольфус вновь поворачивается к брату, но тот по-прежнему сохраняет так раздражающий старшего отстраненный вид, хотя у самого Рудольфуса так и свербит.
Ему бы больше пришлось по душе, если бы они могли достать палочки и обрушить на эту деревню кару за все, что случилось за последние двадцать лет - о, Рудольфус щедр, он не собирается делить грехи, собирается воздать всем скопом и за все - но он сдерживает себя. Слишком важно. Для него слишком важен Гринграсс, и дело даже не в том, что тот должен иметь отношение к планам Милорда, не в том, сколько золота тот сможет отдать за дочерей и как сильно помешать исполнению некоторых замыслов проклятого Скримджера.
Рудольфуса интересует и тот артефакт, что Грингарсс держит в своем сейфе. Если артефактолог не врал - а мало кто способен врать, когда Рудольфус Лестрейндж хочет получить информацию, - то этот артефакт обеспечит Рудольфуса сыном, позволит Беллатрисе выносить и родить здоровое потомство.
Не удивительно, что Рудольфус вызвался лично встретиться с Гринграссом. Не удивительно, что его сопровождает Рабастан - Лестрейнджи крепки своей семейственностью. Элоиза Паркинсон знает лишь то, что ей нужно знать: любовница интересует Рудольфуса лишь до тех пор, пока с готовностью раздвигает ноги и может быть полезна иначе.
- После Фаджа она уже не может пойти на попятную, - проговаривает Рудольфус, являя неожиданные для себя нынешнего чудеса тактического мышления.

+2

6

[AVA]http://se.uploads.ru/wGkXZ.jpg[/AVA]
Рабастан действительно впечатлен: ответ Рудольфуса демонстрирует, что тот все же не спятил окончательно. Итак, он считает, что держит Элоизу на коротком поводке как соучастницу в убийстве. Возможно, он и прав, но Рабастан, допустим, знает нескольких светских леди, подобных или в прошлом подобных миссис Паркинсон по положению - и ни одна из них убийства не чуралась. Впрочем. возможно, все дело в том, что прочая выборка, которую Лестрейндж пытается впихнуть в свою статистику, включает в себя в девичестве Блэк - а это, что не говори, многое объясняет.
В любом случае, Элоиза не выглядит как ведьма, задумавшая самоубийственную эскападу с аппарацией отсюда прямиком в Аврорат, и вообще, Младший куда больше полагается на опыт старшего брата во всем, что касается женщин, хотя и не желает в этом признаваться, поэтому не предлагает пойти за Элоизой и проследить.
В конце концов, напоминает он себе устало, если бы она хотела устроить им ловушку, то уже давно бы сделала это.
Он не в курсе. продолжает ли Рудольфус посещать Паркинсон-Холл со своими личными целями - и не хочет знать, разумеется - но допускает, что время от времени миссис Паркинсон все же остается одна в своем поместье и может обратиться за помощью. Раз она этого не сделала до сих пор - вряд ли совершит что-то подобное сегодня. всего лишь формальная логика, и Рабастан привычно ищет в ней успокоения.
В любом случае, он и сам назаключал столько сомнительных соглашений, что хватит на час перечисления - не ему обвинять Рудольфуса, хотя это по традиции так и просится с языка.
Ему вообще довольно легко стоять спокойно - мало ли, отец, ждущий свою дочку, или ушлый поставщик, решивший перебить предложение конкурента, он куда больше беспокоится, что у Рудольфуса запал короче.
И лучше бы Паркинсон действительно поторопиться.
Он проверяет карманы мантии - перо и пергамент на месте. Оглядывается в поисках указателя - да, общественная совятня на том самом месте, что и двадцать лет назад. Хогсмид вообще мало изменился - а от мысли, что уже этой ночью он окажется в стенах Хогвартса, рэйвенкловца Лестрейнджа и вовсе накрывает волной восторга. Разумеется, крайне занудного, сдержанного и в лучших траадициях Рабастана, но тем не менее - ему даже приходится напомнить себе, что целью посещщения школы вовсе не будет встреча выпускников или утоление ностальгических порывов.
Он снова поглядывает на Рудольфуса, подсчитывая про себя, сколько у них осталось времени, и как скоро оканчивающееся действие Оборотного заставит их искать укрытие - передоза ему вовсе не хочется, спасибо.
- Может, зайдем под крышу? - кивает он на тот второй дом, что выглядит пустующим. - Заодно когда девочка поймет, что что-то не так, никто не услышит.
Он не впервые похищает человека - но впервые этим человеком является ребенок. Ученый и исследователь, Лестрейндж с интересом сравнивает собственные реакции, ищет разницу, пока его брат - и это ли не чудо! - рефлексирует. По крайней мере, именно так Рудольфус и выглядит, поэтому Рабастану приходится повторить свое предложение. Повторять он не любит, и вообще, ввиду предстоящего, несколько на взводе, но у крайне флегматичного Рабастана это выражается в том, что он не ждет ответа от брата, а направляется к облюбованному дому, толкая незапертую калитку в изящной ограде.
Февральский мороз пробирает до костей, а Лестрейнджу холод еще за Азкабан встал поперек горла - если Рудольфус не захочет, пусть торчит на улице в одиночестве, как единорог на поляне, привлекая внимание.
Алохомора помогает - очевидно, хозяева и в самом деле покинули дом, раз не удосужились защитить его какими-либо чарами. А может, владелец не может его сдать и совсем отчаялся.
Словом, детали Рабастана в этой конкретной ситуации волнуют мало.
Он учится довольствоваться малым. Например, крышей над головой в перспективе метели.

+2

7

Астория вежливо улыбнулась, догнав свою взрослую знакомую. Как-никак, любая школьница радуется беседе с леди (ну, конечно) почти как с подругой - хотя, окститесь, ничего подобного, но давать другим понять, что взрослая женщина с тобой дружит, есть ключ к престижу в глазах себе подобных. Не всегда, конечно, да и не для всех, но Астория считала именно так, с прямой спиной стоя на зимнем ветру и делая вид, что её совершенно не заботит суровая февральская погода, не радующая глаз морозным солнцем и искрами на снегу. Британка, что с неё взять. Невозмутимая, как вакуум. Хорошо, что не сферическая.
- В том доме ничего нет, миссис Паркинсон. Под крышу - это в "Три метлы", - мисс Гринграсс-младшая кивнула в сторону большого паба наискосок через дорогу в полусотне ярдов, не намереваясь идти туда, куда показывала женщина. - Хотя, если Вы ищете Пэнси, то около "Кабаньей головы" я видела мистера Филча, нашего смотрителя. Можно у него поинтересоваться, где Пэнси.
Астория была вежлива. Очень вежлива. И, хотя мимо проходили школьники, которые видели, как она беседует с Элоизой (и однокурснице с очень чистокровной фамилией Астория даже помахала - смотри, дескать, со взрослыми общаюсь!), она не торопилась покинуть компанию леди Паркинсон. Однако, ей того хотелось. В конце концов, школьные друзья вполне себе удовлетворятся невзначай уроненным "я беседовала с миссис Паркинсон, потому задержалась, великодушно простите".
- Неужели? - бровь Астории выгнулась красивой дугой. - Мой папа только вчера писал мне, что они с матушкой до понедельника в Лондоне, по делам. Я видела Дафну где-то неподалёку. Стоит её поискать и спросить, может быть, родители ей что-то писали?
Астория нетерпеливо оглянулась по сторонам в поисках сестры. Где бы она могла быть?

+4

8

[NIC]Eloise Parkinson[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/ewTCxrX.jpg[/AVA]
Милая, вежливая дочка Гринграссов, воспитанная так, как в свое время воспитывали и саму Элоизу, и как она изо всех сил пыталась воспитать Пэнси, никуда не торопилась, что было кстати.
Паркинсон улыбнулась чуть устало и совсем немного печально: она и в самом деле предпочла бы встретить Дафну, имея о той хотя бы смутное представление как об однокурснице дочери. Заодно можно было бы узнать, как там дочь - сильно ли расстроилась из-за того, что не попала домой на каникулы. В том, что Пэнси откровенничает с младшей Гринграсс, Элоиза сомневалась, хотя и не исключала этой возможности. Она в последнее время вообще перестала исключать какие-либо возможности.
- Я только что заглядывала в "Три Метлы" - именно там мы и договорились встретиться с Пэнси. Но там ее не оказалось, поэтому я решила пройти по улице, вдруг она задержалась где-то в одной из лавок, - миссис Паркинсон все же сделала несколько шагов в ту сторону, откуда пришла, якобы сторонясь от высокого и полного волшебника, со всех сторон обвешанного клетками с совами. Совы мрачно оглядывали хогсмидское оживление, а при каждом шаге носильщика из клеток сыпался пух, крошки печений и все прочее, попадания чего на подол мантии Элоиза хотела бы избежать в любом случае.
Хотела, да не сумела - пух прилип к темно-красному кашемиру, из которого была пошита зимняя мантии Элоизы. Паркинсон досадливо вздохнула, отступила еще немного, увязая каблуками в снежном месиве, и вытащила из муфты волшебную палочку.
- Я могла и ошибиться, но не думаю, -  мягко проговорила она, примериваясь к подолу, но наблюдая за Асторией из-под меховой шляпки. - Может быть, у твоего отца здесь деловая встреча...
Деловые встречи в Хогсмиде назначались крайне редко - но Астории, скорее всего, знать об этом еще рано.
- Я бы предпочла в таком случае найти сначала Дафну, а затем уже побеседовать с мистером Филчем - она наверняка сможет сказать мне, собиралась ли Пэнси в Хогсмид сегодня, - продолжая говорить, Элоиза устранила последствия столкновения с сотрудником совятни, убедилась, что подол вновь в идеальном состоянии, а затем, под прикрытием муфты, направила кончик волшебной палочки на оглядывающуюся вокруг Асторию и негромко шепнула: "Конфундо!"
Убедившись, что заклинание, приводящее мысли человека в беспорядок, осталось незамеченным занятыми своими делами школьниками и местными жителями, миссис Паркинсон убрала палочку и снова протянула Астории ладонь, намереваясь взять ее за руку.
- И раз уж мы все равно обе ищем Дафну, почему бы не начать оттуда, где я видела твоего отца? Найдем либо одну, либо второго - и мне совсем не хочется общаться с мистером Филчем без большой необходимости, - обычно Элоиза не позволяла себе такие высказывания при детях, но еще помнила себя ребенком и надеялась, что Астории польстит такая кроха доверия от взрослой ведьмы и направит ее мысли подальше от пустого дома, возле которого их должны были ждать Лестрейнджи.

+4

9

[AVA]http://se.uploads.ru/jl8qP.jpg[/AVA]
- Я и с первого раза расслышал, - отзывается Рудольфус неожиданно терпеливо, пока его младший брат, обычно крайне спокойный, если не сказать - меланхоличный - не может устоять на месте.
На открытом пространстве Рудольфусу вполне комфортно: он привычно оценивает окружающее как свои охотничьи угодья, и в этом смысле все эти маги, что ведут свою повседневную жизнь в паре десятков футов всего лишь его жертвы, каждую из которых он может убить для развлечения, если ожидание затянется.
Как может убить и девчонок Гринграсса, как может убить и его самого - да и что ему может помешать, пожелай он сделать это.
Рудольфус немигающе разглядывает спину брата, поднимающегося на крыльцо заброшенного дома. Не дождавшегося позволения.
Думает, не слишком ли много Рабастан на себя берет. Его частые отлучки, его невнятные дела с Долоховым за спиной Рудольфуса, даже чересчур уж пристальное внимание к Вэнс - все это будит в Рудольфусе тщательно взращенную паранойю. Он не заходит в своих подозрениях так далеко, чтобы решить, будто младший брат играет против него, потому что привычно недооценивает зануду и мямлю Рабастана, но ему не нравится то,ч то он видит. Придется напомнить брату, что он по-прежнему никто - что его жизнь принадлежит роду и главе рода.
На этих приятных мыслях, практически слыша, как ломается нос брата под его кулаком, Рудольфус оборачивается в сторону, куда ушла Элоиза.
Его, в отличие от Рабастана, не тревожит возможность показаться здесь в своем настоящем облике, он даже некоторое время прокручивает в голове эту сцену, представляя, как все это стадо магглолюбцев, променявшее чистоту крови на речи предателей и отступников, ужаснется, кинется прочь, топча друг друга...
С последнего выхода в свет прошло больше месяца, и Лстрейнджу не хватает энергетики боя, той кровавой ярости, которая пеленой затапливает его сознание, сводит с ума, дарит свободу и всесилие. Он с плохо скрытым нетерпением смотрит на низкое и тусклое февральское солнце, скрытое беременными облаками, и торопит время, оставшееся до нападения.
Во рту появляется знакомый привкус крови: оказывается, он прикусил губу и не заметил этого.
Лестрейндж жадно втягивает острое железистое послевкусие, сплевывает в сторону темно-розовую слюну и лезет во внутренний карман мантии за сигаретами.
Даже если Элоиза не найдет ни одной из девчонок, он заставит ее под любым предлогом доставить к нему Гринграсса. Смогла с фаджем - сможет и с другим, пусть хоть Амортенцию подливает, хоть врет напропалую. Элоиза сама выбрала этот путь в конце ноября, у нее больше нет возможности остаться в стороне. Он знал, что делал, когда привязывал ее к себе, как привязывают породистую суку, то кнутом, то пряником, и пусть Рабастан морщится осуждающе, ему никогда не быть победителем в игре в вербовку.
Закуривая, Рудольфус переводит взгляд на дорогу, ждет возвращения ведьмы.

+2

10

[AVA]http://se.uploads.ru/wGkXZ.jpg[/AVA]
Он оборачивается перед тем, как прикрыть за собой дверь, натыкается на мрачный, даже обещающий взгляд Рудольфуса, но не реагирует.
Рудольфус давно перестал ассоциироваться для него с карающей дланью - после Азкабана уж точно перестал. тому придется как-то с этим смириться.
Внутри помещения ненамного теплее - сказывается отсутствие постоянных жителей. На темных стенах еще более темные прямоугольники, отмечающие места, где когда-то висели картины, потертый ковер выглядит ровесником Хогвартса, а половицы скрипят так немилосердно, что могли бы заменить собой любые сигнальные чары.
И все же Лестрейндж накладывает несколько дежурных сеток - старательно не выбиваясь за границы бытовой магии, ничего действительно темного. Упаси Мерлин его сейчас привлечь внимание Аврората, поставить под угрозу ночную операцию. Впрочем, Хогсмид - магическая деревня, здесь чары распространены и привычны, а потому едва ли кто-то из отдела отслеживания обратит внимание на вспышку чар в стороне от главной улицы.
Рабастан верит в логичные объяснения, верит в принцип Оккама, магглом тот был или магом, и верит, что давно пустующим дом в Хогсмиде может привлечь Элоизу Паркинсон и двух совершенно ничем не примечательных магов и по деловым, самым банальным причинам: отчего бы владелице преуспевающего магазинчика не задуматься о расширении бизнеса. Отчего бы не выбрать Хогсмид местом нового филиала.
На самом деле, младший Лестрейндж способен заниматься этим вечно - выбрать такую нейтральную тему и мусолить ее до бесконечности, чтобы отвлечься от менее привлекательных размышлений, это его, драккл его дери, особый дар, умение, способность. В отличие от Рудольфуса, который абстрагироваться умеет, разве что по колено в крови. Ну да у всех свои недостатки.
На этой ноте Рабастан - который, при всех своих, как уже было сказано, недостатках, все равно мыслит, на шаг опережая брата - набрасывает на дом чары звукоизоляции, проверяет, гнет ли каких-либо случайных следящих заклятий, которые не были заметны снаружи. Готовит плацдарм. Потому что с того момента, когда - и если - Элоиза Паркинсон приведет девочек, отвлекаться на эти мелочи уже будет не с руки. Как не с руки будет и разговаривать с Гринграссом на улице - прямо на глазах обитателей деревни.

+2

11

Мысли Астории резко разъехались в стороны, как ноги среднестатистической коровы на льду. Странно. Должно быть, виновата погода, которая то депрессию наводила своими перипетиями, то убивала глаза редким, но оттого не менее ярким зимним солнышком.
- Найти Дафну... В Лондоне? Дафна в "Трёх Мётлах", только что видела её там! - миссис Паркинсон видела её отца в Лондоне. Да. Конечно. Именно так и должно было быть, а иначе зачем ей сейчас предлагать к нему пойти? Мистер Гринграсс не был скрягой или жмотом, но в том доме, на который указывала Элоиза, вряд ли стал бы останавливаться. Лондон и показания женщины перепутались в голове, и мимо прошедшему однокурснику из Гриффиндора Гринграсс-младшая сказала: - Привет, Харпер!
"Ты не заболела, Гринграсс?" - отозвался парнишка, и расхохотался, пока уличные прохожие глазели на Асторию Гринграсс, которая растерянным взглядом бегала то туда, то сюда.
- Э-э-э-э... Нет, но нужно найти моего отца, который в Лондоне, - несмотря на то, что в голове явно раздавили утюг, Астория держалась вежливо. Драконов, говорят, приучают к боли калёным железом, а леди - калёным железом. А, смотрите-ка, не "а", не тот союз. Совпадение в методах воспитания должно было бы наводить на какие-то мысли, но не наводило.
- Слушай, будь... Другом, - выдавила из себя студентка факультета Слизерин Астория, обращаясь к гриффиндорскому однокашнику. - Если увидишь Дафну - передай, что я с миссис Элоизой Паркинсон ищу отца в том доме, он приехал и решил там остановиться. В крайнем случае мы найдём его в Лондоне.
Мальчишка-студент, кажется, ошалел от того, что выложила ему Астория.
Астория протянула руку миссис Паркинсон.
- Если мы за Дафной - то в "Три Метлы"! Пойдёмте, миссис Паркинсон?...

+2

12

[NIC]Eloise Parkinson[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/ewTCxrX.jpg[/AVA]
Элоиза растерла затянутой в мягкую перчатку ладонью продольную морщину, залегшую на лбу, под которым пульсировала зудящая боль.
Не ответила на ошеломленный взгляд мальчишки, застывшего рядом с ними - тот явно не ожидал ни подобного поручения, ни, уж тем более, обращения из уст Астории, а потому открывал и закрывал рот, осваиваясь с тем, что только что ему выложила однокурсница с враждебного фкультета.
Теперь факт того, что она была в Хогсмиде, отрицать будет нельзя, как нельзя будет и скрыть: мальчишка до того удивлен, что наверняка расскажет о странном поведении Астории Гринграсс первому же встреченному приятелю, а значит, нельзя было терять ни минуты.
Если она сможет, она постарается предотвратить это, если нет - что ж. Возможно, это будет самой меньшей из ее проблем.
Миссис Паркинсон крепло взяла протянутую к ней ладошку Астории и наконец-то удостоила взглядом мальчика, чей шарф не оставлял сомнений в принадлежности к факультету красно-золотых.
- Мистер Харпер, если вас не затруднит, то выполните просьбу Астории - найдите Дафну Гринграсс и передайте, что мы с ее сестрой и отцом ждем ее в том доме, - Элоиза изящно повела муфтой в сторону дома, на который ранее указала Астория. Если Мерлин будет на ее стороне, мальчишка проищет Дафну, пока Элоиза не вернет ситуацию под свой контроль, а затем даже проводит - там-то она всегда сможет стереть ему память.
При мысли о том, что ему может угрожать и кое-что похуже - особенно если Лестрейнджи посчитают, что он слишком много знает - Элоиза вновь сглотнула, надеясь, что на ее лице ничто не отразится.
- Заранее благодарю вас, мистер Харпер. - Она уставилась на мальчишку и смотрела на него, пока он не припустил прочь по заснеженной и многолюдной улице, время от времени бросая на них взгляды через плечо.
- И все же давай для начала взглянем, нет ли твоего отца здесь. Я уверена, что видела его возле этого дома. Да и Дафна будет искать нас там, если мальчик все верно ей передаст. А если твоего отца там нет, то отыщем Дафну первыми и ей не придется разыскивать нас. - Она потянула Асторию за собой, надеясь, что Конфундо не даст той возможности продолжать противиться.

+1

13

Весь магический цимус ситуации состоял в том, что Харпером звали другого однокурсника Астории - с факультета "Слизерин". По каким-то причинам мисс Гринграсс-младшая спутала его с гриффиндорским пареньком, к которому Элоиза Паркинсон обратилась на "мистер Харпер". И вот где-то сейчас гриффиндорец явно кому-то рассказывал, что слизеринка-
"Да что ему делать в том доме, когда он в Лондоне! А дом вообще заброшенный!" - кричал здравый смысл, но кричал тихо и неубедительно, Астория его не слушала. Вероятно, магии хватило только на то, чтобы потенциальная перепутала дом с Лондоном, однокурсника с другим однокурсником и миссис Паркинсон с Пэнси. Но о магии Астория не знала, что естественно.
- Его зовут не Харпер, миссис Паркинсон, - удивлённо обратила внимание своей взрослой знакомой на неинтересный факт Астория. - Это Криви. Я, кажется, совершенно запуталась и чувствую себя плоховато. Давайте вы меня отведёте к Фи... Мистеру Филчу,  - поправилась девочка. - Мне кажется, что мой папа, даже если он здесь и есть, был бы не против, чтобы меня отвели назад в замок. Кажется, этот выходной следовало провести в общей гостиной, в тишине и покое.
Астория пошатнулась - голова и правда кружилась. Зачем миссис Паркинсон так усиленно тащит её в ту часть деревни, где никого нет?
- Простите ещё раз. Не могли бы вы привести сюда моего отца? Я подожду...
Девочка доковыляла до ближайшей скамейки, уселась и прикрыла глаза. От происходящего и правда её слегка мутило.

+2

14

[NIC]Eloise Parkinson[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/ewTCxrX.jpg[/AVA]
Элоиза обеспокоенно оглядела Асторию, которая пошатнулась и едва не упала. Неужели почти безобидные чары так сильно сказались на девочке? Может быть, у Гринграссов какая-то семейная непереносимость к магии подобного рода? Если так, то следовало в первую очередь позаботиться об Астории.
- Харпер, Криви - не важно, главное, чтобы он отыскал Дафну на случай, если тебе продолжит становиться хуже, - деланно небрежно отозвалась ведьма и повела Асторию к выбранной той лавке.
Даже это небольшое путешествие, казалось, лишило девочку оставшихся сил, и она почти рухнула на скамейку, закрывая глаза.
Элоиза стащила перчатку, провела теплой ладонью по лбу младшей дочери Гринграссов, легонько подула ей в лицо: ребенок оставался ребенком, а больной ребенок вызывал у Элоизы вполне очевидные переживания. Которые, впрочем, не мешали ей идти к своей цели.
- Посиди здесь, дорогая. Я сейчас схожу за помощью и мы отведем тебя обратно в замок.
О том, чтобы обездвижить и левитировать Асторию, и речи не шло: миссис Паркинсон всерьез волновалась о том, что от применения к ней еще каких-либо чар, даже таких общеупотребительных и бытовых, девочке станет хуже. Несмотря на то, что Астория должна была стать средством для убеждения мистера Гринграсса, Элоиза вовсе не желала зла ни ей, ни, если уж на то пошло, ее отцу, а потому самочувствие Астории вызывало у нее искреннее беспокойство.
- Не вздумай никуда уходить, дождись моего возвращения, я вот-вот вернусь, - как можно более убедительно произнесла она, поправляя шарф на Астории. Затем, выпрямляясь, вдела руки в муфту, где прятала палочку, и, чуть поколебавшись, наложила на скамью чары рассеивания внимания, в которых изрядно поднаторела в своих вылазках за алкоголем.
Понадеявшись, что в ближайшие пять минут ни Харпер-Криви-как-его-там не вернется, ни Астория не посчитает себя в силах уйти в Хогвартс самостоятельно, Элоиза поспешила к дому, возле которого оставила Лестрейнджей.
Рудольфус - ему совершенно, исключительно не идет этот облик, под которым он явился в Хогсмид, однако она не может не признать, что маскировка прекрасная - курит у калитки, Рабастана не видно - неужели пошел на поиски самостоятельно?
- Астория Гринграсс, младшая дочь, сидит на скамейке в нескольких минутах ходьбы отсюда... Я попыталась привести ее, наслала Кондундо, но ей внезапно стало совсем нехорошо, она едва может идти, - скороговоркой выпалила Паркинсон, которой от быстрого шага и волнения становилось с каждой минутой все жарче в меховой шляпке и теплой зимней мантии. - Она, кажется, совсем ничего не соображает пока, но нам лучше поторопиться и принести ее сюда, пока чары не сошли: второй раз наверняка подействует еще хуже.

+1

15

[AVA]http://se.uploads.ru/jl8qP.jpg[/AVA]
Сигарета не приносит желаемого успокоения. Элоиза задерживается, и хотя Рудольфус понимает, что отыскать в полном детей Хогсмиде может быть не так уж просто, он начинает терять терпение. У него вообще проблемы с ожиданием, время кажется враждебным измерением, готовым наброситься на него и разорвать на части, оно неумолимо и с каждой пройденной секундой напоминает Лестрейнджу, что его главный долг не уплачен - что у рода нет наследника. Что Беллатриса может не разродиться, если он не сделает все, что от него требуется. Что ребенок может умереть во младенчестве. Что может случиться что-то иное, что не даст ему долгожданного сына. Время умеет мстить, и Лестрейндж еще сильнее начинает ненавидеть тех, кто украл у него эти необходимые пятнадцать лет, отправив в Азкабан. Скримджер. Итон. Каждый из тех, кто судил его - и отправил подыхать. Обрек на смерть род.
Рудольфус меряет шагами уже и так порядком вытоптанный снег перед калиткой, скрежещет зубами. Его бесит этот облик, бесит привкус паленых волос, до сих пор оставшийся в глотке после глотка Оборотного, бесит невозможность поквитаться с виновными вместо того, чтобы терять здесь время.
И к появившейся Элоизе он оборачивается в бешенстве, выдыхая вонючий дым маггловской сигареты ей в лицо.
- Ты отправилась за девчонками и вернулась сообщить, что одна из них доходит драккл знает где в этой кишащей малолетними ублюдками деревне? - Он затягивается, прикусывая фильтр зубами с такой силой, что слышит лязг, с которым зубы соприкасаются дуг с другом. Выплевывает перекушенную сигарету, удивительно быстро для этого облика вытягивает руку и грубо обхватывает Элоизу за меховую оторочку мантии у горла, сминая.
- Если ее не окажется там, где ты ее оставила, ты ответишь за это, - в его голосе практически неконтролируемая ярость, и огромного усилия ему стоит отпустить ведьму. - Показывай место.

+1

16

Выходные. Наконец-то. Было очень приятно отдохнуть от школьной рутины и потратить свободный день только на свои личные заботы. Поэтому, встав рано вопреки студенческой традиции, Булстрод уже успела встретится с отцом. И, после того, как они решили все формальные вопросы, возникавшие по ходу учебного года, Милс отправилась в Хогсмид. Что может быть прекраснее, чем возможность приобрести несколько новых книг, закупиться любимым сортом шоколада, затем взять тыквенный латте на вынос и пройтись по округе, наслаждаясь тишиной и прекрасной погодой. Однако, все надежды Сенты на остаток дня рассеялись, как только неподалеку она заметила знакомый силуэт.

- Астория? - откровенно говоря, Миллисента предпочитала не вмешиваться в дела посторонних. Тем более, среди слизеринцев всегда действовало негласное правило невмешательства. Ты мог вполне нейтрально относиться к человеку, но протягивать при необходимости ему руку помощи - нет, в этом было что-то личное, связанное с обязательствами, которых большинство избегало. И в ином случае Сента бы прошла мимо, но что-то в облике сокурсницы вызывало необъяснимое ощущение тревоги.

-Астория?..
Девушка все не откликалась. Подойдя чуть ближе, Бустрод заметила, что глаза ее прикрыты, а с лица неестественно схлынул румянец. Мгновение борясь с чувством такта, девушка все же подошла ближе. В любом случае, ничего не случится, если она просто убедится, что с младшей Гринграсс все нормально, а затем продолжит выполнять запланированное.

- Все в порядке? - присев около слизеринки, Милс осторожно тронула ее за плечо - Я не помешала?..

Отредактировано Millicent Miss Bulstrode (5 октября, 2016г. 17:41)

+1

17

- А?...
Астория подняла глаза. В голове происходила какая-то сумятица: то ли папа в Лондоне, то ли вот в том доме, то ли миссис Паркинсон ведёт её к Филчу, то ли Дафна ведёт Филча к миссис Паркинсон, чтобы вся компания отправилась в Лондон к отцу, который вот в том доме. Неплохо, а?
- А, - Астория потрясла головой. Чьё-то прикосновение показалось ей вполне себе землетрясением, потому что завтракала эта самая Астория плохо, и вообще, её только что без её ведома и без королевского разрешения пытались законфундить. Рядом кто-то сидел и трогал плечо. "Зачем вы трогаете моё плечо?" - спросил было внутренний голос, но Астория потихонечку пришла в себя после непонятностей с миссис Паркинсон.
- Миллисента? Привет... Миссис Паркинсон нашла моего отца в том доме, а я думала, что он в Лондоне, и она хотела, чтобы я туда пошла за ним. Не объяснила, да? Голова кружится, как будто меня чем-то ударили. Надо, наверное, к Филчу, да?
Астория говорила отчётливо, но речь походила на бормотание. Что-то с этой студенткой было явно не так. Нет, не так. НЕ ТАК. Вот, так-то лучше.
Совсем запутали малявку.

0

18

Астория вела себя странно. А если учесть, что находилась она в одиночестве и в достаточном отдалении от людей, то ситуации и вовсе вызывала подозрение. Миллисента внимательно посмотрела на сокурсницу, пытаясь понять не шутка ли это. Слизеринцы славились своей слабостью к подобного рода представлениям, однако, все слишком походило на правду. К тому же Гринграсс выглядела действительно растерянной.

- Наверное, миссис Паркинсон что-то перепутала, - Булстрод с сомнением покосилась в сторону дома, искренне удивляясь что подобная чушь могла придти кому-то в голову - Я помогу тебе, ты выглядишь очень бледной.

Сента не понимала, что происходит. Впрочем, она и не хотела вникать в детали. Ее сокурсница явно нуждалась в помощи и это было дело долга оказать помощь ближнему в данной ситуации. Но лезть в чужие дела Сента не хотела и надеялась, что Астория воздержится от дополнительных объяснений. К тому же, начинало холодать. Ветер, до этого лишь словно играющий со снежинками, заметно усилился, заставляя ежиться даже под слоями теплой одежды. Если мистер Гринграсс и правда что-то забыл в этом странном доме, то все равно не стоило давать замерзнуть здесь его дочери.

- Пойдем, я отведу тебя в тепло, - поднявшись и поудобнее перехватив сумку, Миллисента протянула девушке руку, предлагая помощь. Булстрод надеялась, что все дело было лишь в плохом самочувствии слизеринки и когда они найдут где можно будет согреться, та придет в себя. Помогать было не сложно, но Милс совсем не хотела провести остаток вечера приводя в чувство затерявшуюся в пургу сокурсницу.

+1

19

- Спасибо, Миллисента, - Астория с радостью приняла руку однокашницы. На курс старше, на курс младше - слизеринцы, конечно, не лезли обниматься по поводу и без друг к другу, но дружить в некотором роде умели лучше, чем гриффиндорцы. Если сказано к Филчу - значит, к Филчу. Вопросы могут быть чреваты тем, что копать начнут под тебя; хитрецы хитрили, храбрецы творили хрень. Всё логично и ожидаемо.

Оказавшись на ногах, Гринграсс-младшая покосилась в сторону дома, куда ушла миссис Паркинсон, и нехотя продолжила свою путаную речь о том, что папа в Лондоне, а Лондон - в заброшенного вида доме, куда ушла миссис Паркинсон, чтобы найти там Дафну, которую нашёл папа. Конфундус, если о нём не знать, имеет эффект первоклассного чугунного утюга, коим чересчур эмоциональная супруга приложила по лбу загулявшего мужа. Единственный минус: опознать это заклятие по звёздочкам, которые летают вокруг головы, стороннему человеку не удастся за неимением этих самых звёздочек. Но потерявшийся взгляд и угловатые движения вполне могут выдать жертву конфундусового аборта.

Астория неуклюже дёрнулась в сторону, свалившись в сугроб. Её вязаная шапочка из изумрудной шерсти слетела с головы, и по меху зимней мантии ворохом рассыпались светлые волосы. Уши защипало от холода, и потребовалась некоторая сила воли, чтобы выбраться из снежной западни без помощи Миллисенты. Слизеринцы слизеринцами, а леди тащить на себе другую леди - это не к ним, наверное.
- Послушай. Мой отец в Лондоне, хотя миссис Паркинсон утверждает, что он здесь, - снова начала Астория, наплевав на потерянную шапку и указав рукой на заброшенный, не самого благородного вида домик, куда удалилась женщина. - Я должна встретиться с... - Астория решила не говорить, что сначала с Драко. - ...сестрой. Мы условились на три часа, а сейчас... А сколько сейчас времени? Как ты думаешь, почему мы пошли в Хогсмид в субботу, а не в воскресенье?... Я перепутала Криви с Харпером, когда сказала ему минут... Не знаю, сколько назад, чтобы он передал Дафне, что я в том доме с миссис Паркинсон. А она пошла её искать туда. Её там нет.

Голова раскалывалась напополам. Если бы Миллисенте пришло на ум, например, трансфигурировать скамейку в гильотину и помочь младшекурснице в борьбе с болью в мозгу, Астория бы против не была.

0

20

Миллисента совершенно не понимала, что происходит. Чем больше Астории говорила, видимо пытаясь объяснить сложившуюся ситуацию, тем больше путала Булстрод, искренне пытающуюся вникнуть в суть происходящего. Она всего лишь хотела провести вечер наедине с собой, а по причине внезапно просунувшегося человеколюбия теперь застряла на ветру в обществе своей однокурсницы.

- Астория...  - с настороженностью взглянув на девушку, выбирающуюся из сугроба, в который мгновение назад она весьма эффектно рухнула, Сента поддержала её под локоток, не желая лицезреть очередное падение - Ты пьяна?..

Это было странное предположение, но Миллисента не могла придумать другое логичное объяснение такому поведению слизеринки. Невнятная речь, обрывки мыслей, которые та пыталась оформить в предложения, наводили на единственный в данном случае вывод: кто-то в выходной явно переборщил со сливочным пивом.

- Здесь никого нет. Я не знаю, где твой отец, но Дафна наверняка сейчас ходит по магазинам и даже не знает, что ты её здесь ждёшь. Пойдём, я отведу тебя в школу. 

Оттряхнув младшую Гринграсс от снега, в котором она вывалялась на славу, Милс потянула её в сторону замка. Выходные были испорчены и теперь, борясь с гневом и желанием бросить юное заблудшее создание на произвол судьбы, Булстрод окончательно потеряла терпение. Что за манеры, как можно было напиться до состояния почти беспамятства, а потом бродить одной по заброшенному району?! И куда только смотрит Дафна.

+1

21

[NIC]Eloise Parkinson[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/ewTCxrX.jpg[/AVA]
Рудольфус схватил ее за меховой воротник и Элоиза притихла. Даже в этом неказистом обличье он оставался собой, что, быть может, было не совсем логично с точки зрения маскировки, зато не давало Паркинсон расслабляться и потерять тот трезвый драйв, который вел ее весь сегодняшний день.
- Я поняла, - слабо выдохнула она и вновь сцепила зубы, чтобы не выдать своего волнения: несмотря на то, что эйфория от смерти Фаджа длилась едва ли не весь январь, игнорировать тот факт, что ей лучше не злить старшего Лестрейнджа, не удавалось даже в сильном подпитии.
- Девчонка будет на месте. Гринграсс явится за дочерью, - успокаивающе и как можно более уверенно проговорила она, старательно отгоняя мысли, что в этом облике Рудольфус ниже и ей вовсе не нужно задирать голову. - Отступник заплатит, как уже заплатили другие.
Она знала - говорить надо коротко и гладко, не смотреть в глаза, не показывать страха. Она не жертва, она своя... Если у Рудольфуса Лестрейнджа еще могли быть "свои", на чьем предплечье не было бы Метки.

На ходу приглаживая меховой воротник, из-за чего тот, мокрый, приминался и становился похож на дешевое старье, Элоиза уверенно ступала по занесенной снежной крупой улице, пряча невозмутимое как обычно лицо от усиливающегося ветра. Она прекрасно помнила, где оставила Асторию, и прекрасно помнила, что та должна была быть одна, а потому, завернув за покосившийся забор того самого дома, куда она так напрасно уговаривала отправиться девочку, и заметив рядом с Асторией еще одну фигуру, не сдержала раздраженного шипения. Впрочем, было бы куда хуже, окажись лавка пустой.
Вторая девочка отряхивала потерявшую шапку Асторию, а затем и вовсе потянула ее дальше по дороге, туда, где царило оживление. Элоиза ускорила шаг, спиной чувствуя присутствие Лестрейнджа, чуть прищурилась -острота ее зрения давно не могла сравниться с прежней, но визит в Мунго вызвал бы раскрытие ее тайного пристрастия к спиртному.
- Астория! - она повысила голос, уже не боясь, что ее услышит кто-то нежелательный - очевидно было, что свое присутствие в Хогсмиде ей уже не скрыть, как и встречу с младшей дочерью Гринграсса, а потому можно было отправить в пекло необходимость осторожничанья. Взбешенный Лестрейндж найдет способ отомстить ей за неудачу, и при этой мысли руки холодели даже в теплых перчатках - она, должно быть, совсем свихнулась, когда, забыв обо всем, шла на ту памятную встречу в декабре.
Догнав обеих, пусть ей для этого и пришлось несколько шагов пробежать в совершенно несвойственной для нее манере, Элоиза кинула долгий взгляд в лицо второй девочки и тут же приветливо улыбнулась улыбкой, приберегаемой для таких вот встреч с друзьями и приятелями дочери.
- Мисс Булстрод, какое везение!.. Астория почувствовала себя плохо, когда мы с ней разговаривали парой минут ранее,  - Элоиза понятия не имела, что Гринграсс успела поведать Миллисенте, но предпочла не делать вид, что только что повстречала Асторию, - и я поспешила за помощью, беспокоясь, не уйдет ли она, находясь в этом странном состоянии... Вы заметили?
Она вновь пытливо взглянула в лицо Миллисенте, мягко, но непреклонно обхватывая Асторию за плечи и разворачивая к себе. Объятие со стороны могло показаться искренним, но Элоиза рассчитывала, что меховая оторочка мантии, идущая по бортам, приглушит возможные возражения девочки.
- Ее отец здесь неподалеку, нужно как можно скорее отвести Асторию к нему - кто знает, вдруг дело касается чего-то серьезного, - Миллисента Булстрод была чистокровной и наверняка понимала, как важно по возможности оставлять секреты рода в семье, а не делать их достоянием школьной общественности - по крайней мере, на это рассчитывала Элоиза.

+1

22

"Пьяна?" - Астория подняла удивлённый взгляд на Миллисенту. "Пьяна?!"
- Что? Нет! Конечно, нет! От меня разве пахнет спиртным? Что-то случило...

Голос миссис Паркинсон сзади. Она шла одна, без отца, хотя пошла за ним. Мозг потихоньку прояснялся, как небо после дождя. И правда, почему бы не сходить в старый дом, где сидит отец, который на самом деле в Лондоне, с женщиной, которая пошла за ним, но не привела? Да драккл всемогущий, где же Филч, когда он так нужен?
Миссис Паркинсон обняла Асторию, и её меховой воротник очень некстати заткнул все способы дыхания. Девочка почувствовала, как дышать становится нечем, рефлекторно пытаясь оттолкнуть от себя обнимавшую женщину, которая убеждала Миллисенту в том, что её маленькая подружка - алкоголик со стражем. "Ну, Миллисента, подумай, кто мог мне тут продать чего покрепче?!" - вырываясь, думала малышка Гринграсс. "Это же Хогсмид! А в "Кабанью голову", единственное нехорошее местечко, мы не ходим!"
Астории удалось выскользнуть из объятий миссис Паркинсон. Она возблагодарила Мерлина.
- Вы... Вы ходили за моим отцом, потому что встретили его в том доме, - пытаясь отдышаться, продолжила девочка. - Вы прекрасно знаете, что я не пьяна! И вы знаете, что моего отца в том доме нет. Он в Лондоне. Вы хотите, чтобы я пошла с вами, а я не пойду.
Астория начала что-то подозревать. На всякий случай она сделала пару шагов назад, отцепившись от Миллисенты, совершенно чётко, не споткнувшись. Эффект от Конфундуса пропал.

+1

23

[AVA]http://se.uploads.ru/jl8qP.jpg[/AVA]
Снег задорно хрустел под тяжелыми шагами Рудольфуса, когда он шел вслед за Элоизой туда, где, по ее словам, она оставила младшую дочь Гринграсса. Элоиза Паркинсон двигалась уверенно, как и пристало светской леди, пусть даже и занесенной в Хогсмид, однако Лестрейджа больше занимало то, отчего у женщины не получилось привести девчонку сразу. Определенно, желание Элоизы оставить как можно меньше следов, в чем ее полностью поддерживал Рабастан, сказывалось на эффективности, и Рудольфус, всегда, и в прошлом, и ныне, ориентированный на результат, намеревался перейти к решительным действиям, которые больше соответствовали его намерениям.
Пока Элоиза пыталась обманом утянуть Гринграсс с собой, Лестрейндж смерил взглядом и Асторию, и вторую девицу, смутно показавшуюся ему знакомой - но слишком смутно. Впрочем, первые же слова Элоизы, обратившейся к этой непрошенной свидетельнице, сохранили девчонке жизнь хотя бы по началу: фамилию Булстрод Рудольфус Лестрейндж знал хорошо, как и догадывался теперь, кто перед ним.
В августе ему было напомнено, что его связи в магическом мире не ограничиваются кровными, и вот теперь, хотя зима давно сменила лето, перед ним стояла Миллисента Булстрод, вкупе с Асторией Гринграсс делавшая улов сегодняшнего дня в два раза удачнее.
- Экспеллиармус, - он грубо отодвинул в сторону Элоизу, не сумевшую ни обмануть, ни удержать девчонку - и что там она только болтала про Конфундо - и направил давно вытащенную палочку на Асторию Гринграсс, обезоруживая ее. - Если хочешь жить, то пойдешь.
Короткие, ясные слова тяжело опустились в вытоптанный сугроб, а Рудольфус уже смотрел на вторую, на Миллисенту.
- Если шевельнешься - прокляну, - и это было еще милостиво. - Отдай палочку этой женщине и дальше делай то, что я велю.
Он снова бросил взгляд на ту, что была чуть помладше: светлые волосы, светлые глаза, наверняка папочкина любимица.
Его губы разошлись в улыбке, в которой не было ни теплоты, ни приветливости.
- Рыпнешься куда, издашь хоть звук - я награжу тебя переломом, от которого ты будешь хромать всю жизнь, поняла? - О, в таких переломах Лестрейндж был специалистом. Он немигающе уставился на Асторию. - Поняла?! А теперь возьми за руку женщину и иди с ней. Тихо. Настолько тихо, насколько хочешь жить.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (22 октября, 2016г. 16:32)

+1

24

За Элоизой Паркинсон появилась мужская фигура, двигавшаяся плавно, размеренно, призраком коммунизма скользившая по маленькой улочке европейской деревни: нет-нет - да и накроет. В неё, школьницу, тут же полетело проклятие, и миссис Паркинсон подвинула мужская ручища, хозяин которой кратко, насколько это возможно, выдал несколько ёмких, содержательных угроз.
- У меня нет волшебной палочки, - автоматически ответила Астория, вспоминая, что сегодня утром отдала свою сапфировую помощницу на полировку в местную мастерскую, попросив Дафну её забрать после обеда. Она подняла светлые глаза на мужчину, философски созерцая его отвратительную морду. Ничего волшебного в ней не было, что странно: перед мисс Гринграсс-младшей стоял жирный ублюдок с колосящимися бровями, огромной плешью, как будто ему туда дракон нагадил, пивным пузом. Так обычно выглядят самые затрапезные магглы лет за сорок, которые из этого сорокета как минимум пятнадцать не получали процентов по супружескому долгу. Впрочем, скорее всего, вежливые люди не хотели показывать свой светлый лик. А ну как девка запомнит, а ну как она убежит... Короче, кажется, только что Элоиза Паркинсон (а была ли это она?...) и её мужская компания благополучно, группой по предварительному сговору, совершили преступление, предусмотренное чем-то там в законе. Покушение на похищение.
- Послушайте, сэр, - вежливо начала Астория, послушно тихо двигаясь к Элоизе, но за руку её не беря. Чтоб она ещё раз тронула эту бесхребетную вонючку, у которой не хватило сил даже школьницу уговорить сходить с ней! И, к тому же... Раз уж её похищают, то, скорее всего, она нужна живая; убить этот дядя мог и сразу, вместо "Экспеллиармуса" к чаю. А это значило, что она вполне себе может попросить условия хотя бы с туалетом и ванной. Папа богатый человек, заплатит. Впрочем, если похитили Пожиратели Смерти, которых Астория воспринимала как прыгливых горшков из сказок, которые кормят народу перед выборами, то дело дрянь. Ну или не очень дрянь...  - Я пойду с вами по своей воле, правда. Палочки у меня нет, защищаться мне нечем, - продолжила Астория, понимая, что рискует. Но да ладно. - Меня уже пытались похищать, честное слово. Если вам... Что-то нужно... Давайте попросим это без насилия? Мой отец, мистер Годдард Гринграсс, достаточно понимающий человек...
Астория честно встала рядом с Элоизой. От Элоизы за милю тянуло запахом предательства, измены и позавчерашнего платья под мантией. Эту тётку стоило взять на карандаш.

+1

25

[NIC]Eloise Parkinson[/NIC]
[AVA]http://i.imgur.com/ewTCxrX.jpg[/AVA]
Элоиза подавила желание нервно оглянуться, когда Астория произнесла свою обличительную речь, но и совладать с собой не смогла: углы рта опали, на глазах прибавляя волшебнице лишних пять лет, губы дрогнули.
Она отступила в сторону, подчиняясь толчку Рудольфуса, и почувствовала, как проваливается в снег по самые щиколотки. Заморгала, переводя взгляд с мужчины на девочек, но тут же приказала себе собраться, и собралась: мысли о том, что месте Астории или Миллисенты могла быть сейчас Панси, которой кто-то угрожал бы  - кто-то, кто вполне мог сделать то, о чем говорил - были загнаны на самый край сознания, и на лицо Элоизы вернулось прежнее холодное и высокомерное выражение.
- Палочку, Миллисента, - она требовательно протянула руку, принимая у девочки постарше ее волшебную палочку, и, сжав уже обе - свою и Миллисенты - палочки в пальцах, взглянула на Асторию, которая, вот же наивное дитя, решила, что выполнять приказы Рудольфуса Лестрейнджа можно только наполовину.
Ее отчасти извиняло, что беглого пожирателя смерти в этом отвратительном облике узнать не было ни единого шанса, но у Элоизы были основания сомневаться, что верховный суд, воплощенный на данный момент в Рудольфусе, примет это к усмотрению.
- Тишшше,  - прошипела она, чуть приподнимая верхнюю губу, и, развернувшись к Астории, дернула ее за рукав. - Это ты ничего не понимаешь. Закрой рот. Я устала слушать твои упрямые отказы.
Теперь, когда необходимости казаться безобидной больше не было, Элоизу затопила жаркая волна паники, сопровождаюшейся жуткой головной болью, и это сделало миссис Паркинсон раздражительной и нервной. Вернуть себе спокойствие можно было только одним способом, но даже сейчас, участвуя среди бела дня в похищении, она не могла посреди улицы вынуть из сумочки фляжку и успокоить нервы хорошим глотком коньяка.
Она вцепилась Астории в плечо и не то повела, не то потащила девочку к виднеющемуся дому, в который она так безуспешно уговаривала отправиться чуть раньше.
Потом обязательно нужно стереть девочкам память, билось в голове Элоизы, вызывая еще большую боль в виске, и ее движения, прежде уверенные и легкие, теперь стали казаться дерганными, какими-то неправильными, как будто Конфундо самым загадочным образом частично вернулся к своей отправительнице.

+1

26

- Вы уверены?.. - нехотя отдав младшую Гринграсс в руки подоспевшей женщине, Миллисента с сомнением осмотрела ее. Вроде все в ее облике было обычным, однако слизеринку нечто все же настораживало, что-то неуловимое, то ли взгляд, то ли манера движений - Неосмотрительно с его стороны оставаться в доме, пока его младшей дочери нехорошо в столь неподходящем месте. И вы..не привели помощь.

Булстрод очень не любила лезть в чужие дела, но почему-то ситуация перестала восприниматься ею, как забавное происшествие. Ее интуиция била тревогу и Милс медлила лишь потому что не могла решить: уйти и избавить себя от хлопот или все же остаться, чтобы удостовериться, что с Асторией все будет в порядке. Обычно она не питала нежной привязанности к посторонним людям, но девушка выглядела такой потерянной, что сердце слизеринки невольно сжалось от сострадания. И в момент, когда она уже собралась предложить свою помощь в сопровождении младшей Гринграсс, девушка словно очнулась, начиная упрекать миссис Паркинсон. Теперь ситуация окончательно потеряла адекватные черты, а интуиция Сенты и вовсе взвыла, предчувствуя совсем нехорошее.

- Мы справимся сами, спасибо, - инстинктивно встав между женщиной и Асторией, Булстрод постаралась ухватить последнюю за руку - Астроия, идем.
Оглянувшись, Миллисента пыталась как можно быстрее прикинуть, как быстрее скрыться с этого несчастного пустыря. В конце концов, если мистер Гринграсс действительно настолько безумен, что стал виновником всего произошедшего, это останется только его виной.

Однако, в следующее мгновение возле них появился мужчина и Миллисента смогла удостовериться, что иногда очень полезно сразу прислушиваться к своей интуиции. Застыв от удивления, Булстрод сначала лишь молча наблюдала за происходящим, не веря, что все это происходит наяву. Вот тебе и отличные выходные. Знала же, что желание помочь ближнему ни к чему хорошему обычно не приводит.

Мужчина выглядел не очень внушительно и сначала Милс хотела сострить на его фразу, но уверенность, с которой он угрожал, лишила юную волшебницу задора. Можно было не сомневаться, что он обязательно исполнит обещанное, при этом даже не мешкая и не мучаясь моральным выбором.

- Только бережней, будьте добры, - Миллисента отдала свою палочку женщине, всем своим видом показывая, что презирает взрослого, который так хладнокровно был готов заманить девушку в смертельно опасную ловушку.
Явно раздраженная приходящим, Булстрод послушно последовала требованиям незнакомца-грубияна и медленно последовала за остальными. Тихо и неторопливо ступая по снегу, Милс старалась увеличить расстояние между собой и мужчиной, лихорадочно размышляя о возможных вариантах развития событий.

Отредактировано Millicent Miss Bulstrode (3 ноября, 2016г. 15:18)

+2

27

[AVA]http://se.uploads.ru/jl8qP.jpg[/AVA]
По позвоночнику протянуло дрожью, отдавшейся в старой травме ноги. Зелья Вэнс, которые он вновь начал пить после основного ритуала в конце января, справлялись хуже: видимо, сказывалась необходимость полного очищения организма, на которой настоял Долохов прежде, чем нанес на кожу Рудольфуса руны, до сих пор оставляющие зуд в спине. Этот раздражающий фактор сводил на нет эффект успокоительных зелий, помогающих Рудольфусу мыслить относительно здраво, и Лестрейндж, и в прошлом терпением не отличающийся, девчонку не дослушал.
- Я велел заткнуться, - рыкнул Лестрейндж, бросая недобрый взгляд на школьницу постарше. Дочь Булстрода, в отличие от своей подружки, цену себе не набивала, хотя, знай она, кто перед ней, могла бы использовать магический контракт, не позволяющий Рудольфусу причинить ей вред.
Он шагнул к Астории, которая, пусть и болтая, но все же благоразумно подвинулась куда было сказано, с намерением залепить ей пощечину, и только поспешное движение Элоизы уберегло Асторию от разбитой губы или опухшей скулы.
- Пошла, ну, - велел он, не особенно заботясь, кто именно из его спутниц примет этот приказ к сведению. Процессией, которая могла бы показаться всего лишь странной, но не обеспокоить, они двинулись в сторону дома, где ждал Рабастан.
Не убирая палочки, хотя и позволяя ей свободно опуститься, Лестрейндж левой рукой нащупал пачку сигарет и затянулся, прикурив Инсендио. Традиционно, ему было наплевать, увидит ли кто их, а для любителей лезть не в свое дело были припасены проклятия поинтереснее школьного Вспыхни. Пожалуй, он даже предвкушал возможную стычку: без волшебных палочек обе девчонки были не более опасны, чем грязные магглы, и он был уверен, что успеет аппарировать, прихватив с собой хотя бы одну. До судьбы Элоизы, которая явно не то испытывала раскаяние, не то оказалась не настолько решительной, насколько делала вид, дела ему не было, как не было дела и до того, что, расскажи Паркинсон на допросе, что именно и с кем она делала в Хогсмиде, все запланированное летело бы книззлу под хвост.
Подобные опасения его не тревожили и в прошлом, и Лестрейндж почти ждал возможности сбросить накопившееся напряжение наиболее привычным ему способом.

+1

28

[AVA]http://se.uploads.ru/wGkXZ.jpg[/AVA]
Конвой - а ничем другим это и не выглядело - Рабастан заметил в окно гостиной, понизу затянутое паутиной извилистых трещин. Заметил и удрученно нахмурился: даже присутствие миссис Паркинсон не помогло проделать все как можно незаметнее. Теперь оставалось только надеяться, что группа не привлечет внимание какого-нибудь деятельного волшебника, который кинется за профессорами или выяснять, в чем дело...
От размышлений по поводу возможного решения потенциальных проблем Лестрейнджа отвлек простой подсчет: к дому направлялись не три фигуры, а четыре: Элоиза, Рудольфус и две девочки. Рабастан нахмурился еще сильнее: угроза обеим дочерям могла сделать мистера Гринграсса не столько сговорчивым, сколько чрезмерно беспокойным. Непредсказуемым, а потому опасным. Вторая девочка должна была оставаться в Хогвартсе, гарантом того, что Пожиратели не собираются действовать излишне жестоко - и вот обе шагали перед Рудольфусом, направляясь все ближе и ближе к калитке в кованом заборе, уже припорошенной свежим снегом.
Палочка брата была наготове, и хотя он демонстративно курил, Рабастан выудил из кармана собственную деревяшку и повторно проверил чары над выбранным домом.
Затылок заныл - организм напоминал, что час истекал.
Лестрейндж покрутил шеей в попытке размять затекшие мышцы  и отправился в холл, распахивая дверь перед процессией.
Конвоем, невовремя поправил его Розье.
- На доме чары. Кричать бессмысленно. Бежать тоже. Мы не собираемся причинить вам вред. Как только ваш отец выполнит наши требования, вы будете в безопасности, - неторопливо произнес он, пропуская волшебниц в комнаты. Элоиза кинула на него беспокойный взгляд, но промолчала: оказавшись в холле, она привалилась к стене, не обращая внимания на снег, облепивший ее ботинки, и принялась рыться в сумочке.
Рабастан внимательнее оглядел девочек. Что-то было не так - вот что означало молчание Паркинсон, вот что означал взгляд Рудольфуса.
Он сомневался, что его слова противоречили тому, что уже успел сказать пленницам брат - они условились, что говорить будет он, а не Рудольфус, - и все же настороженно прислушался, привыкая доверять инстинкту.

+1

29

- Чей именно отец?

По пути сбежать не удалось и Миллисента теперь злилась пуще прежнего. Никогда в жизни она больше не станет оказывать помощь ближнему, ни за что на свете. К тому же, странная процессия вызывала у нее скорее недоумение, чем настоящий страх. Она уже успела понять, что мужчина, который их встретил не любил шутить и был человеком явно гибких моральных принципов, такой ударит и только потом подумает. Однако, если это похищение, то стоит заметить, что совершено оно было весьма корявым способом. И именно по этому поводу недоумевала Булстрод.

Воспользовавшись возможностью, она прошла в скудно обставленную комнату и направилась к стулу. Смахнув перчатками с его сидения пыль, она присела на самый край, гордо держа осанку. Теперь имея возможность спокойно оглядеться, Милс смерила холодным взглядом обстановку, а затем и двух похитителей. Бежать и кричать она, разумеется не собиралась, но и предпринимать какие-либо попытки защитить младшую Гринграсс тоже. Оставалось надеяться, что отчаянным парням просто понадобились деньги, тогда ее отец быстро решит это недоразумение и они все отправятся по домам.

- Если ее отец предупрежден о ваших требованиях, то мой нет. Потрудитесь известить его о них. Герберт Булстрод, Булстрод Холл.
Миллисента перевела взгляд на Асторию и едва сдержала желание придушить кого-нибудь. Такой прекрасный вечер, а она пленница и теперь вынуждена сидеть в затхлом доме в обществе весьма неприятных людей и ждать неизвестно чего. А где-то там, за чертой пустыря, веселятся люди, пьют вкусный какао и покупают себе приятные мелочи. Прекрасно, лучше нельзя и представить.

+2

30

Астория закатила глаза. Похитители оказались страшными дилетантами - конечно, судить о том, как должно выглядеть идеальное похищение, нужно было исключительно пятнадцатилетней школьнице. Рэмбо в юбке. Миссис Смит с волшебной палочкой в чулке... И правда. Девочка не забрала волшебную палочку у Дафны, которая её должна была получить из полировки. Не встретилась с Драко, который явно что-то заподозрил. Наткнулась на Криви, которого назвала Харпером, и которому выложила всю историю со своей точки зрения - ну, насчёт того, кто и куда собрался идти. И с кем. Да в школе к вечеру должны отрядить поисковую группу с драконами, когда директор Амбридж и её верные учителя (насколько это было возможно) наконец узнают, что произошло. Тем более, если отъезд двух дочек Гринграсса можно замаскировать, то вот с Миллисентой дело обстояло иначе.
Тем временем ещё один план Астории, зародившийся в голове, был разрушен. При ближайшем рассмотрении, правда, он совсем не был гениальным. Миллисента рассказала, что она Булстроуд; хотя, наверное, не много было проку от того, чтобы выдать её за Дафну? Элоиза же раскрыла бы этот обман. Мда. Похитители отличались умом и сообразительностью. Астория, впрочем, тоже.
Она молча стояла у стены, устало соображая, куда и чего. А, главное, как. К Элоизе у неё была масса вопросов, о которых девочка молчала. Пэнси не каменная и не всемогущая. С ней, возможно, стоило поговорить при случае - и не очень дипломатично. Здесь-то Гринграсс не убьют, максимум - втащат по мордочке, да и то от небольшого ума.

+1


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Архив » Цветы жизни (3 февраля 1996)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC