Вниз

1995: Voldemort rises! Can you believe in that?

Объявление

Добро пожаловать на литературную форумную ролевую игру по произведениям Джоан Роулинг «Гарри Поттер».

Название ролевого проекта: RISE
Рейтинг: R
Система игры: эпизодическая
Время действия: 1996 год
Возрождение Тёмного Лорда.
КОЛОНКА НОВОСТЕЙ



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Март-апрель 1996 года » Он ждет трамвая (6 апреля 1996)


Он ждет трамвая (6 апреля 1996)

Сообщений 1 страница 27 из 27

1

Название эпизода: Он ждет трамвая
Дата и время: 6 апреля 1996 года
Участники: Энгус О'Рейли, Августа Лонгботтом, Яштуган

Вестминстер, квартира Августы.

0

2

Яштуган сидел напротив нее в столовой. Молчание длилось уже неприлично долго. В его огромной руке изящная фарфоровая чашечка смотрелась нелепо и неестественно. Яштуган держал ее навесу уже минут 20, не сделав ни глотка, и смотрел в одну точку на лбу Августы. Несколько раз раз заходил беспокойный Невилл, смотрел на происходящее, но Августа отправляла его к себе одним взглядом. Невилл был не против, ситуация совсем не располагала к вопросам вроде "что у нас на обед?". 
В Сирии все прошло не так, как она планировала, хотя не то чтобы план был гениальным. Она даже не представляла, чем обернется эта встреча. А обернулось все тем, что теперь в ее квартире сидел обескураженный сириец. Она вернула ему воспоминания 40-летней давности и не думала, что от этого его так переклинит. Наконец ей надоело играть с ним в гляделки.
- Яштуган? - неуверено спросила она. Яштуган молчал. Она помахала ладонью у него перед лицом и все равно не добилась никакой реакции. Зря она так резко его сюда притащила, наверное. Но Энгус со своими недопланами и бестолковой романтичной позицией заставлял нестись вперед паровоза. Она решила, что как всегда сама будет решать все проблемы и приступила со следующего же дня. Луна не могла больше просто сидеть дома у Энгуса без намека на какой-либо прогресс со всей этой историей. Ей нужно было вернуться в Хогвартс и к отцу, а не торчать у какого-то старика, который к тому же завел любовницу.
Так что Августа взяла (поставила перед фактом) отгул, чтобы съездить в Сирию. Собиралась выложить Яштугану все про Луну (не упоминая имен, конечно), притворившись старой знакомой, но врать не пришлось. Его начало нервно дергать при одном ее виде, а это значило, что ее маленький Обливиэйт вовсе не прошел бесследно. Знал бы Норман. Она ведь его потом еще долго убеждала, что их поступок - самое верное и адекватное решение в сложившейся ситуации и все у сирийцев этих хорошо в жизни сложится. Яштуган же, даже не до конца понимая в чем дело, озверел и продолжать разговор в таком состоянии не мог. Августа вырубила его и аппартировала в Англию. Оставить беднягу в таком состоянии она не могла чисто по-человечески. Нужно было вернуть мужику память, пока он совсем с катушек не съехал. Исправлять ошибки прошлого и все такое. Для исправления требовался старый Омут памяти, пылящийся в кладовке.
Затащить сирийца в квартиру оказалось трудозатратно. Августе начало казаться, что ситуация немного вышла из под контроля, особенно, когда внук совершенно невинно поинтересовался с кем это она ввалилась в квартиру.

- Бабушка! - крик Невилла заставил Августу отвлечься - она уже занесла над Яштуганом палочку, собираясь привести его в чувства менее нежным образом. Невилл очевидно не понял, что она занята. Ну сейчас она ему обстоятельно объяснит.
- Я же просила не отвлекать меня! - она вышла в коридор и недовольно уставилась на внука. Тот стоял разинув рот на дверь... в которой стоял Энгуса.
- Невилл, все нормально, иди к себе, - проговорила она, понимая, что ситуация уже ни с какой натяжкой нормальной выглядеть не может. Она смерила О'Рейли довольно мрачным взглядом. Ей, конечно, сейчас больше всего нужно, чтобы он нашел у нее на кухне какого-то сирийца с палеными мозгами.
- Вас в Ирландии стучаться не учат?! - поинтересовалась она тихо, но очень выразительно, и сильнее сжала палочку. Это может быть вообще не Энгус, - мелькнула параноидальная мысль. Чтобы ему тут делать? Да еще и дверь сам открыл! Нечего, конечно. Он вообще должен был у Тауэра ее ждать... Августа покосилась на часы. С этим Яштуганом она кажется забыла о свидании, на которое приходить не собиралась. Августа мысленно застонала - за что ей это все?!

+1

3

Когда Августа внезапно заявила, что берет перед свиданием отгул, у Энгуса возникло много разных интересных мыслей. Все они касались непосредственно того, что ему предстояло увидеть в субботу. Такая подготовка - это серьёзно. Он чувствовал себя польщенным, даже несмотря на то, что нельзя же так прогуливать работу.
К Тауэру она, разумеется, не пришла. Энгус постоял немного под мелким моросящий дождём, разглядывая Вестминстер, прохожих, Темзу, окна дома, где наверняка пряталась и наблюдала в щель между шторами Августа.
Издевается, подумал он одобрительно. Ему нравилась эта игра. Проверки, будет ли он я самом деле искать ее, как обещал. Ещё как будет.
Энгус не помнил ни подъезд, ни этаж, ни прочие атрибуты дома, а воспоминания о поцелуях в лифте никакой конкретики не добавляли. Поэтому он аппарировал на лестничную площадку, где магглов, к счастью, не оказалось. Защитные чары, наложенные на дверь, почти на него не среагировали, и Энгус открыл дверь простой Алохоморой.
За дверью стоял Невилл Лонгботттом и испуганно, но молча пялился на него. Энгус ухмыльнулся.
- Привет.
Мысль посвятить внука Августы в их взаимоотношения, без подробностей, конечно, была очень забавной. Энгус ухмыльнулся шире.
- Я начальник твоей бабушки. Пришёл взять с неё объяснительную за прогул. Скажешь ей?
Присутствие Невилла могло помешать им дальше, но ведь бог создал Ирландию, чтобы можно было в любой момент удрать туда. Энгус планировал этим воспользоваться, как только подвергнётся случай.
- Привет, - повторил он уже для разгневанной Августы, которая явилась с палочкой. - У нас учат только здороваться и не опаздывать.
Она же не ждала, что он теперь будет названивать по телефону или в одиночку пробираться через холл и консьержей? Этим пусть развлекаются магглы и англичане.
- Так вот, - начал он, игнорируя и свирепый взгляд Августы, и растерянное лицо Невилла, который вроде как ушёл в комнату, а вроде как и подглядывал из-за бабушкиной спины. Прихожая навевала радостные воспоминания. - Я тоже рад тебя видеть. Идём.
В этот момент в прихожей, прямо там, где воспоминания становились особенно радостными, появился здоровый араб или кто-то, хорошо замаскированный под араба - чернявый, в чалме и с неприятным выражением лица. Его одеяние - модифицированный халат - было чем-то расшито не в один слой. И то, что ему было явно под семьдесят, не помешало Энгусу посмотреть на его руки и убедиться, что палочки там нет. Пока.
Энгус взглянул на Августу, но потом снова переключился на араба.
- Он что, с нами?

Отредактировано Aengus O'Reilly (24 июля, 2018г. 12:10)

+1

4

Энгус был спокоен. Даже улыбался что ли? Августа чувствовала, что на ней не буквально "штаны горят", так что его веселость не воспринимала никак, кроме крайнего негатива. Невилл как всегда подтормаживал и уходить не спешил. Она собиралась уже поднять палочку, когда он все-таки нырнул в проем двери своей комнаты и чересчур громко хлопнул дверью. Нехорошо это. У него должно было быть спокойное детство, без мужиков, вырывающихся в дом. Она снова повернулась к Энгусу и теперь уже точно подняла палочку.
- Там на двери звонок есть! Какого черта ты вскрыл мою дверь!? - она собиралась вышвырнуть его за порог. Рад он ее видеть. Идем. Да даже если бы она могла теперь куда-то идти, то точно не в Ирладнию, а скорее в магазин магических замков, которые следовало сменить после инцидента.
Она почти что высказала все это Энгусу, когда за спиной почувствовала Яштугана. Именно так. Ей не нужно было поворачиваться, чтобы понять, что огромный сириец нависает над ней. Ну надо же, очнулся в самый неподходящий момент, все как по сценарию. Еще и вредноскоп на запястье опасливо дернулся.
- Слушай, я занята. У меня гости, так что я тебе потом... сову пришлю... - Августа поняла, что убирать Энгуса отсюда нужно срочно и сменила тон на более мягкий, заговорила быстро. - Но ты молодец, что пришел и... нет, не с нами он, конечно, я не по этой части, - она не думала о том, что говорит, потому что больше беспокоилась о том, что собирается предпринять Яштуган. Процесс возвращения памяти и адаптация могли быть довольно болезненными в психическом плане, особенно если прошло немало лет, и ему нужно время смириться с произошедшим. И вовсе не помогало присутствие кого-либо еще при всем этом. Впрочем, что Энгус, что Яштуган на адаптацию чхали.
- Это есть он? - голос у сирийца был громкий и певучий, акцент резал уши. Августа не дошла до Энгуса и обернулась. Что еще за он? О чем он? А Яштуган уже выхватил палочку и заорал заклинание на арабском в сторону Энгуса. Августа успела среагировать и поставить щит.
- Это не он! - громко крикнула она, примерно понимая, что происходит. - Это не мой муж! Он умер! - она продолжала держать щит и теперь уже попятилась к Энгусу. Видимо, Яштуган более всего жаждал крови Нормана, а все европейцы были для него на одно лицо.
- Он вечно все путает, так что все нормально, - она даже попыталась оттеснить Энгуса плечом к двери, надеясь, что Яштуган не поедет окончательно, а внемлет ее словам, что если уж кому тут и есть мстить, то только ей. Она ему обязательно все объяснит, как только получится устранить зрителей.

+1

5

Что значит - какого черта он вскрыл ее дверь? Какого черта она не пришла! К тому же одна простая Алохомора - это не считается "вскрыл", это все равно что "я забыла запереться".
Невилл все-таки скрылся за дверью, и Энгус скорее почувствовал, чем понял, что только  что исчез один из немногих сдерживающих факторов для Августы. И еще до него начало постепенно доходить, что они не играют в веселую игру "кто настойчивее добивается своего". Происходило что-то, что не имело отношения к его персоне. Ну уж нет. Не в тот момент, когда у них совместный выходной.
- Сюрприз решил сделать, - подозрительно произнес он.
С появлением араба Августа занервничала, и Энгус занервничал тоже. Вряд ли, конечно, она решила завести десяток любовников одновременно, потому что вспомнила об этой стороне жизни и не надеялась наверстать с ним одним. Но в целом появление подозрительного громилы и смена угрожающего тона на неубедительную скороговорку говорили о том, что сейчас начнутся проблемы.
Откуда. Здесь. Чертов. Араб.
Энгус припоминал, что у Августы был какой-то знакомый в Сирии, с которым она собиралась обсудить проблему Луны. Если это он сейчас решил помахать палочкой, то напрашивалось сразу несколько выводов. Начиная с того, какие у нее странные знакомые, и заканчивая тем, что его заместитель считает нормальным водить к себе чокнутых сирийцев.
Энгус тоже выхватил палочку, так что чертово арабское заклинание, чем бы оно ни было, ударилось сразу в два щита. Умирать заместо Нормана, к тому же почти двадцать лет спустя, его не особо вдохновляло.
- Я так и подумал, - буркнул он. - Что недоразумение какое-то.
Августа неплохо держала защиту, так что Энгус перешел к более адекватным мерам.
Здоровая рогатая вешалка сорвалась со стены за спиной араба и долбанула его по загривку. Энгус думал, что от удара он упадет, но придурок, надо отдать ему должное, только споткнулся на ровном месте. Ладно. Под ноги арабу скакнула тяжелая тумба, а вешалка долбанула в спину еще раз, хоть он и пытался ее перехватить. Пока пытался, Энгус провел Экспеллиармус и поймал отлетевшую палочку - на удивление приятную в руке и странно пахнущую каким-то восточным маслом.
"Это есть он?" растянулся на полу, слегка ушибившись о мебель. Но судя по тому, каким потоком иностранной брани он при этом разразился и как резво собрался вскочить, пострадало у него в основном самолюбие. Энгус старался не смотреть на Августу, чтобы не услышать, что он сволочь и испортил ей ремонт.
- Слышь, ты. Я слизеринец, честной драки не будет. Стой уже спокойно.

0

6

Видимо, в Ирландии взламывать чужие двери и врываться в квартиру попадало под определение приятного сюрприза. Августа решила развить эту мысль чуть позже и обсудить с Энгусом, а пока что было, мягко говоря, не до этого. Вместо того, чтобы как истинный джентльмен почувствовать, что он тут не к месту и по-тихому откланяться, Энгус решил, что он тут, наоборот, очень даже к месту и тоже достал палочку и начал швырять в Яштугана ее мебель. Яштуган колдовал в него какие-то свои сирийские формулы, и у Августы рука начала дрожать от того, насколько сильно и яростно он пробивал ее магию. Она была уверена, что еще немного, и Яштуган сможет сломать щит, а остановить его не могла, потому что если отвлечется, то Энгусу может прилететь, и не просто шкафом или вешалкой, а каким-нибудь неизвестным проклятьем, которое может оказаться не таким уж простым, как удар мебелью. Яштуган был вполне способен сделать что-то такое, он вообще всегда на руку был скор и вряд ли принципиально изменился за эти годы. Наконец Энгус нашел момент и отобрал у "противника" палочку. Августа тут же сняла щиты и, пока Энгус двигал свою впечатляющую речь "Я - слизеринец!", направила Экспеллиармус на него, выхватывая обе палочки.
- Че ты творишь, а?! - взвилась она, поглядывая, как поднимается Яштуган. Сириец замер на месте, прожигая Энгуса взглядом. Было ясно, что он вслушивается в их речь и пытается перевести, однако, был готов вцепиться Энгусу в горло хоть голыми руками. Он может и признал, что это не Норман, но возненавидел его не менее сильно. - Я же сказала, что все в порядке. Он просто нервничает... - Августа сжала палочки сильнее. Объяснить все Энгусу прямо сейчас, пожалуй, не легче, чем объяснить все Невиллу когда-нибудь потом. Наконец, ее это доконало. Почему она кому-то что-то обязана тут объяснять?! Она же для них старается, а ее никто не слушает. Сразу начали палочками махать.
- Сейчас все успокоятся и начнут вести себя, как цивилизованные люди, - тоном не позволяющим возражать ей проговорила Августа. Особенно это относилось к Энгусу. У него не было повода лупить иностранца в ее квартире - мозг вроде бы как не месте.
- Яштуган, это ЭНГУС, Энгус, это Яштуган, мой друг из Сирии, - она специально произнесла имя очень четко, чтобы дурень сирийский никак не смог перепутать его с НОРМАН. Впрочем, она вообще не была уверена, что он знал Нормана по имени, а не в лицо, но и тут, по ее мнению, между Лонгботтомом и О'Рейли имелась принципиальная разница даже 40 лет спустя.
- Вай аб зибик! - практически выплюнул Яштуган в сторону Энгуса. Августа уставилась на него большими глазами, затем "перевела":
- Это он рад с тобой познакомиться, - ложь, конечно, но она точно не собиралась произносить то, что имел в виду Яштуган.
- Иди подожди меня на кухне, - она помахала Яштугану рукой в сторону столовой, но тот никуда уходить не собирался. Сверлил взглядом то ее, то Энгуса, то свою палочку. Она положила свободную ладонь на руку Энгуса, чтобы тот не вздумал лезть вперед.

Отредактировано Augusta Longbottom (24 июля, 2018г. 14:19)

+1

7

Абсолютно заслуженный триумф подпортило то, что Энгуса скоропостижно покинули обе палочки - и его собственная, и трофейная. Он яростно обернулся к Августе, даже упустив из вида Яштугана. Этот сирийский дебил был просто неприятным обстоятельством, а от неё он такой подлости не ждал.
- Какого хрена?! Отдай палочку!
Вообще-то он оказался в безвыходной ситуации: без палочки ловить было нечего, но отобрать ее ее силой он тоже не мог (не только потому, что сердце подсказывало: сирийский осел вмешается в потасовку). И могла бы сказать спасибо, что он не выбил дорогому гостю оба его бесстыжих глаза, а обезвредил как мог аккуратно.
Успокаиваться Энгус не собирался. Он сложил руки на груди и мрачно сверлил Августу взглядом, только раз отвлёкся и покосился на сирийца, когда их друг другу представили. Да наплевать ему, как зовут урода, который только что пытался его угробить.
- Отдай палочку, - повторил он сквозь зубы.
Она хоть понимает, что если ее дружок снова полезет в драку, без палочки они малой кровью не разойдутся? А вид у сирийца был такой, будто он полез, а потом ещё раз, и так пока не убьётся. Да она не понимала, кажется, что и себя с внуком поставила под угрозу!
Энгус вспомнил, что обещал ей завести запасную палочку и чертыхнулся про себя. Не успел, но завтра - обязательно. И не одну, с расчетом на то, что теперь у него есть не только враги, но и женщина.
- Feisigh do thoin fein, - и пусть Августа переводит как хочет, хотя у него складывалось впечатление, что они с Яштуганом сами себе все отлично перевели насчет радости знакомства. Энгус снова повернулся к Августе. Не нравилось ему, как этот мудак смотрит на их руки, но он принципиально перехватил ее ладонь.
- Это твой специалист по существам? Да он даже по-английски не говорит, ты не заметила?

0

8

Энгус посмотрел на нее так... как смотрел на нее Невилл, когда она запрещала ему надевать джинсы на открытие учебного года. Но попытки отобрать свое, как и Невилл в таких случаях, не предпринял. Августа прищурилась, в принципе почти довольная таким поведением. Еще бы тон сменил, а то как будто она ему - враг народа. Ее мертвый муж благодаря Яштугану (и ей самой, конечно) стал преступником международного уровня, и ей хотелось бы, чтобы Энгуса это миновало, и он так и оставался преступником всего лишь местных масштабов.
- Не отдам, - твердо заявила она. - Не отдам, пока не буду уверена, что вы оба будете вести себя адекватно.
Яштуган возрвзил ей на арабском, и Августа окончательно разозлилась.
- Да что ты говоришь?! Еще скажи, что ты ни в чем не виноват и проклятые англичане просто так тебя похищают и лишают памяти! Не надо во всей этой истории делать во всем виноватой только меня! - все он прекрасно понимал по-английски - Августа это по его глазам видела. Мелькнуло в них какое-то подобие правильных эмоций - неуверенность в свой правоте. Впрочем, ненадолго было это просветление. Он сделал угрожающий шаг на них, и Августа наставила на него палочку (а точнее три), сильнее сжимая ладонь Энгуса в своей руке.
- Не-не, только попробуй. Мы поговорим, а потом я верну тебе палочку и можешь аппартировать на все четыре, - Яштуган остановился, посмотрел на них обоих так, будто бы ему грязный носок под нос сунули, затем резко развернулся и эффектно удалился на кухню. Августа даже удивилась такой покладистости. До тех пор, пока не услышала оттуда звон - кажется, Яштуган показательно громил ее сервизы и ругался на арбском на всех женщин мира и заодно выражался в сторону конкретно О'Рейли.
Ну, ладно, - подумала Августа. Она была не против пережить эти сервизы и теперь уже развернулась к Энгусу.
- Что это было? Что ты как ребенок?! - она вручила ему его палочку совсем не нежным ударом ладони в грудь. От нее вовсе не укрылся сарказм его вопроса. Мол, она тут такая дура, не заметила, что Яштуган не выражается по-английски (принципиально, очевидно). И вообще такая идиотка, что не знает, кого в дом тащит. Всего неделя прошла, а он - о, Мерлин - уже лучше чем она понимает, как ей жить и с кем общаться. Ей это даже начало казаться куда большей проблемой, чем разрушающий квартиру Яштуган. Августа высвободила руку из ладони Энгуса и угрожающе сложила их на груди.
- Если знаешь какого-то другого специалиста по существам, получше говорящего на английском, то вперед. Я жду. Тащи его сюда! - она посмотрела выжидающе. Специалист, вероятно, мог заваляться у Энгуса в кармане, но что-то являться миру не спешил! Августа хмыкнула как бы подтверждая свою правоту во всем и развернулась, чтобы пойти следом за Яштуганом. А О'Рейли может хоть в Ирландию катиться, хоть в Сирию - за другим решением их проблем. Уже собиралась переступить поломанную вешалку, но далеко она не ушла. Передумала и развернулась обратно. Яштуган пусть там пар спускает, а ей все-таки не хотелось отшивать Энгуса в пользу какого-то сирийца. Только бы он не подумал, что ей требуется его помощь.
- Слушай, я почти 40 лет назад стерла ему память о себе и Нормане, а сегодня вернула. Так что ты мог бы быть чуть более снисходительным к его выкрутасам? - получилось даже мягко, Августа сама себе удивилась. Впрочем, тут же исправилась:
- И где же твоя вторая палочка, черт побери!? - обещал ей между прочим до субботы раздобыть, а на деле притащился совсем неподготовленным и думал, что ему и так перепадет.

+1

9

Августа сейчас очень напомнила Энгусу кого-то из школьных профессоров. Только школьные профессора имели привычку смотреть на него, как на вошь, и выговаривать, что он обороняется, когда на него напали. Да, они тоже вечно забирали палочку. На Августе, видимо, воспитание сына и внука так сказалось. Энгус тоже прищурился на нее. Ему это совершенно не нравилось. Он тут не школьник, чтобы у него отбирали палочку, как только ей в голову взбредет. И единственное, что мешало ему высказаться, - присутствие придурочного араба. Кто знает, что еще взбредет ему в голову, пока они тут выясняют отношения.
Он даже поискал по прихожей глазами, за что можно схватиться, чтобы отлупить недоумка без палочки, однако у Августы в квартире наблюдался острый недостаток таких вещей. Надо хоть трость ей принести и оставить, чтоб была под рукой.
Эта мысль как бы подкрепляла подозрения, что Августа еще и не такое может домой притащить, и это Энгусу настроения не поднимало.
Он проводил удаляющегося араба взглядом и даже ухом не повел, когда тот начал крушить столовую. Невилл даже не высунулся из своей комнаты. Энгус хотел и это посчитать подозрительным, но подумал, что внук Августы Лонгботтом должен воспринимать эти звуки как что-то родное и уютное.
- Я веду себя как ребенок? - он сгреб свою палочку и перешел на зловещий шепот. - Это я тут веду себя как ребенок?!
Обстоятельства не позволяли развернуть эту дискуссию как следует, но основную мысль он только что изложил. Следующий ход остался за ней, потому что другого специалиста в запасе не нашлось. Энгус прошипел какое-то ругательство, крайне раздосадованный тем, что вместо прекрасного свидания ему подсунули вот это. И даже внезапная мягкость Августы позволила и ему смягчиться разве что на секунду.
- У тебя в руках, - он кивнул на палочку Яштугана. - А другая вторая - так я тебе и показал.
Он убрал палочку в рукав, чтобы араб снова не взбесился, заметив ее, и первым ушел в столовую. Оставаться в прихожей было тактически неверно - еще решит, что его можно выгнать, как сантехника.
В столовой было не очень. По полу были рассредоточены осколки - по несовпадению оттенков фарфора можно было заключить, что склеивать или хоронить придется как минимум два сервиза. Араб свирепо стоял посреди кухни и как бы попирал суверенитет августиной территории. Так ей и надо было. Энгус не усмехнулся, не ухмыльнулся и даже не сказал ни слова, а сдержанно уселся за стол.
- Августа говорит, ты великий ученый, - начал он дипломатично. - И ты можешь дать консультацию по одному сложному случаю. В Англии нет ни одного специалиста по этому вопросу.
Говорить про Англию не очень лестные вещи на этот раз было легко и приятно. Энгусу понравилось. Правда, на лице Яштугана удовольствия не было заметно, но может, это их национальный способ реагировать на лесть. Вроде по-английски он все же должен понимать хотя бы через слово.
- Ты согласишься помочь?

+1

10

- Конечно, ты, - Августа не уступала Энгусу в зловещности шепота. Спасибо, что хоть не орет на всю квартиру. На Яштугана плевать - куда уж хуже? - а вот Невилл все еще должен был оставаться в полном неведении о ее личных взаимоотношениях с Энгусом. Она потом соврет ему, конечно, что он притащился по работе и, внуку придется поверить, но все зависело от того, что будет дальше. Успокаиваться Энгус не собирался, и она на всякий случай убрала палочку Яштугана подальше в рукав. Разбежался, конечно. Яштуган и так, мягко говоря, недоволен происходящим, а он между делом решил еще и к его барахлу присмотреться. Совсем ошалел. А еще и смотрит на нее так, будто бы она ему соплохвоста подложила.
Августа была готова задохнуться от возмущения и все ему высказать, но лишь недовольно сжала губы - еще настанет ее час, еще настанет. Она бы с удовольствием пронзила Энгуса взглядом, обещающим самые страшные муки за столь наглую ложь, но тот уже демонстративно отвернулся и прошел в столовую, как будто приглашали! Она пообещала себе, что обездвижет его, и это будет более, чем унизительно, если Энгус опять начнет швырять в Яштугана мебель.
Энгус не начал. Смирно переступил остатки ее сервиза и сел за стол. Речь его, правда, была какая-то язвительная. И все-таки недостаточно дипломатичная для человека, в которого швырнули тумбу. Яштуган скривился и посмотрел на него, как на упыря недостойного. Августа зашла следом и как раз уловила общие настроения (хотя не то чтобы они были такой уж новостью). Яштуган тут же перевел взгляд на нее и затараторил на своем. Говорил долго, витиевато, не без явных угроз, однако, попытки воплотить хоть одну не предпринял. Августа восприняла это спокойно. Что-то коротко ответила на арабском. Яштуган вроде смягчился. В целом, она отметила, что он уже не считает произошедшее такой уж трагедией, хотя вовсе не стремиться удовлетворить просьбу Энгуса о помощи. Яштугана куда больше интересовала она, их прошлое и его стертая память.
- Ты есть теперь с этот? - наконец спросил сириец, тыкая пальцем в Энгуса, с неприятной усмешкой. В его глазах явно читался намек на то, что у Августы плохой вкус. Для довершения картины он хмыкнул и оскалился на О'Рейли. Августа промолчала. Вопрос даже при правильном построении был сложным. И уж точно не касался Яштугана никаким боком.
- Может быть помогать, а может быть и не помогать, - пропел он уже конкретно Энгусу. Видимо, иметь дело с мужчиной, даже несмотря на то, что тот швырял в него мебель, было предпочтительнее. Августа закатила глаза, замечая такое пренебрежение, и напомнила себе, почему Яштугана пока нельзя бить. Араб театрально взмахнул мантией и сел за стол, напротив О'Рейли.
- Мой палочка! - он протянул ладонь к Августе, не сводя взгляда с Энгуса. - А там смотреть, что за есть случай! Барабан уже привык к ударам. Вся проблема в жизнь - из-за женщина! - Яштуган ухмыльнулся. Августа достала палочку. Свою. Вот урод. Думает, они его не тронут, пока он не поможет. Да она сейчас весь его мозг наизнанку вывернет и достанет то, что нужно. Она почти слышала, как скрипит дерево под пальцами - сдержаться было сложно.
- Рассказывай ему, - процедила она сквозь зубы Энгусу и даже не собиралась возвращать Яштугану палочку.

+1

11

Яштуган, или как там его - Энгус слегка подзабыл, увлечённый яростным мысленным спором с Августой - тоже смотрел, как на вошь. Да постыдился бы, после того как начал драку в чужом доме. Энгуса на седьмом десятке уже не слишком заботило мнение посторонних арабов, но выказывать это он не стал. Просто сидел себе и ждал, пока Яштуган, один-парень-на-стажировке, угомонится.
Более того, если этот идиот ждал какой-то реакции на свои оскорбления - по тону было ясно, что оскорбления, - ему сначала предстояло их для Энгуса перевести. Не станет же он подрываться на этот детский лепет.
На Августу Энгус принципиально не смотрел. С ней они ещё поспорят потом. Возможно даже, подальше от ее драгоценного внука. К тому же ему не понравилось, что она никак не среагировала на вопрос, с ним ли она. Необязательно вываливать всю правду, конечно. Но можно было и не вести себя так, как будто не с ним и вообще его не знает.
- Все беды, - подтвердил он, и глазом не моргнув. - Воистину.
Надо, наверное, было посочувствовать этому придурку. Августа ему сорок лет как память стёрла! А теперь ещё в Англию приволокла. Энгус и заставил себя посочувствовать, хотя бы настолько, насколько было абсолютно необходимо для успеха переговоров. Но не слишком сильно - ему же снова придётся стереть память, теперь уже об этом разговоре.
Энгус показал Яштугану руки - мол, глянь, она и меня без палочки оставила. На Августу очень хотелось все-таки посмотреть, но он не смотрел. Мужчины разговаривают, женщина не лезет.
- Есть девочка, - начал он медленно, стараясь быть понятным. Хотя что тут непонятного - ещё одна беда от женщины. - Ее мать не человек. Я не знаю, кто. Девочка читает мысли. Ломает стены. Делает больно людям. Не понимает, что с ней происходит. Я тоже не понимаю. Надо помочь девочке. Что делать?

Отредактировано Aengus O'Reilly (29 июля, 2018г. 23:47)

+1

12

Никто не обращал на нее внимания, так что у Августы возникло желание оставить этих двоих наедине. Перед этим, конечно, наслав на них ужасные чары и послав далеко и надолго. Жаль только, что у Энгуса была палочка, и Яштуган не сможет устроить ему арабскую дискотеку. На Энгуса она злилась больше, потому что чувствовала волны исходящего от него совершенно необоснованного недовольства. Она что ли виновата, что он похитил ребенка, который возможно не человек, и не может из-за этого на свидание нормально сходить? Да это она, вообще-то, тут жертва как-никак. Это у нее нет нормального мужчины и нормального свидания. Более того, стоило попытаться помочь этому придурку, как в ответ ей вот такая кислая морда! Идиот неблагодарный!
Ладно, конечно, она не оставит их наедине. Это ее квартира, и уж кто должен тут остаться, так это она и Невилл. Внук сидел в комнате подозрительно тихо, но она все равно наложила заглушку на столовую - не нужно, чтобы он слышал и лез во все это. Конечно, имя девочки не звучало. Но Невилл говорил ей вчера, что Луна Лавгуд покинула школу, а значит, мог бы заподозрить что-то. Теоретически. Не будь ее внук таким лопушком.
Яштуган тем временем выслушивал Энгуса. На лице у него читалось такое превосходство, что Августе даже начало нравиться, что за переговоры взялась не она. Августа ухмыльнулась и отвернулась от них обоих, разглядывая свой поломанный сервиз. Жалко не было. Особой страсти к кружкам она никогда не питала и дорогого не покупала. Августа подтолкнула пару острых осколков мыском и рассеянно подумала, что надо бы вообще все это выкинуть и купить всего 2 кружки: для себя и для внука. А Энгусу кружки не будет. Пусть в других местах кофе по утрам пьет.
- Нужен кровь. Я изучать и говорить, что есть там. Много дней думать и смотреть. Лучший ученый Сирии! - Яштуган явно не собирался скромно принижать свои заслуги. Августа, если честно, была без понятия, что он там за ученый. То есть вот прям без подробностей. Только знала, что ужасно умный, но тот еще козел. И так как внешне его природа тоже не обделила, то она в основном интересовалась им совсем в других плоскостях. Она бы так и размышляла о прошлом, - ее это успокаивало на фоне глобального снежного шара, копящего недовольство, как Яштуган прервал ее поток мыслей... попросив сделать чашечку кофе на арабском.
Августа непонимающе уставилась на него. Она им тут что, служанка? Рабыня может? Или что-то вроде личного баристы? Она медленно вынула из рукава мантии палочку Яштугана. С ударом положила ее на стол.
- Выметайся. Оба выметайтесь, - подозрительно спокойно проговорила она. Ей это все на кафель не упало, если что. Не у нее дома сидит Луна Лавгуд. И свой долг перед сирийским ублюдком она тоже выполнила. Теперь, если ему угодно, он может доносить властям и делать со своими воспоминаниями что угодно.
- Кровь он тебе совой пришлет, - подытожила она. А когда через секунду не услышала звука отодвигающихся стульев, то повторила.
- Валите, пока я обоим память не стерла, - прозвучало уже более агрессивно, она посмотрела на них по очереди взглядом, который мог бы убивать. Не то, чтобы Августа собиралась прямо сейчас исполнять угрозу, но начала прикидывать, кого нужно нейтрализовать первым. Разум Яштугана был, что ее летняя резиденция. У Великого Ученого так и не нашлось времени, чтобы натренироваться ставить достойные блоки. А память Энгусу всерьез, конечно, не сотрешь, разве что еще раз уговорить его на секс с ментальными штучками, но для этого пришлось бы заняться с ним сексом, что ей сейчас совершенно не подходило.

Отредактировано Augusta Longbottom (30 июля, 2018г. 23:32)

0

13

Яштуган смотрел по-прежнему: как будто разговаривал с низшим существом. Ну ладно, может, не с вошью. Может, с крысой. Энгус, собственно, не возражал и списывал это на какую-то таинственную восточную традицию. Мол, если тебе когда-то стёрли память, а потом перетащили из Сирии в Вестминстер и ещё чего-то хотят, важно показать этим людям, что ты о них на самом деле думаешь.
Августа самоустранилась - это наверняка до первого же неосторожного движения, а потом начнет снова командовать. Энгус ждал этого момента с некоторым внутренним трепетом, но с другой стороны, можно подбить Яштугана на сотрудничество, просто слегка сговорившись против нее.
Самую малость.
Поэтому он внимал лучшему учёному, даже глазом не моргнув.
- Сирия - великая страна, - согласился он в нужную минуту. Можно было ввернуть что-нибудь про международное сотрудничество, но тут Энгус рисковал ошибиться, если великий учёный как раз международное сотрудничает и отлично знает, что с Англией они уже сто лет не разговаривали. - Сколько нужно крови? Взять один раз или несколько?
Кто бы мог подумать, что сирийцы увлекаются маггловскими анализами. Энгус не мог бы и на секунду ему показалось, что Яштуган просто придуривается. Но вроде он слишком всерьез воспринимал собственную персону.
Тут лучший учёный - привязалось же - что-то сказал по-арабски, и Августа взбесилась. Что-то про семейные отношения с верблюдами или про то, что он есть лучше английский мудак по всем параметрам? Ну мало ли что он несёт, теперь слушать его, что ли? Палочку ему возвращать?!
Энгус смотрел на нее всё более удивлённым взглядом по мере того, как она мало того что создавала все условия, чтобы этот придурок их обоих пришиб, так ещё и выставляла за дверь его в том числе. Да какого черта, у них тут только переговоры начались?
И не собирался он слать кровь совой, она свернётся десять раз!
Яштуган тем временем схватил свою палочку, и вид у него стал подозрительно самоуверенный. Энгусу сразу же захотелось тоже схватиться за свою, но он решил не делать резких движений и только почесал нос.
- Так не делать дела, - Яштуган был таким громким, что хотелось отойти подальше. - Так не говорить с гость!
О, подумал Энгус. Ещё как говорить. И с гость, и с собственный начальник, и со свой покойный муж. Он медленно отодвинул стул и поднялся, постарался ненавязчиво убрать из поля зрения Яштугана рукав с палочкой, прикинул расстояние. Августа, конечно, неплохо ставила щиты от долбаной сирийской магии, но с двух шагов она и палочку-то выхватить не успеет. Энгус слегка наклонился к лучшему учёному, чтоб сбить прицел в случае чего, но смотрел в основном на Августу.
Ему всегда казалось, что на коротких дистанциях рукоприкладство лучше палочки.
- Ты сама просила быть к нему снисходительнее, - напомнил он негромко. И ещё сама его сюда притащила. - Пожалуйста, дай нам обсудить Луну.

+1

14

- Ты меня поучи еще, как мне в моем доме с гостями дела делать! - отпарировала Августа Яштугану. Еще не понял, что он уже не в Сирии, а среди по-другому цивилизованных людей? По-правильному цивилизованных. В ее стране, если кто-то проявляет неуважение, то его выставляют за дверь. В конце концов, не он ли еще минут десять назад не желал здесь быть? Теперь у него была палочка, и араб мог топать на выход и аппартировать куда глаза глядят и забыть (теперь уже самостоятельно) об Августе Фоули-Лонгботтом. Где логика?
А Энгус так вообще заговорил иначе. "Пожалуйста". Ну надо же. То сидел с кислой миной, даже смотреть на нее не хотел, а как что-то понадобилось, так сразу вежливым стал, еще и перечислил несколько уже неактуальных фактов.
- В коридоре можете поговорить, - язвительно отозвалась она, тоже глядя в глаза Энгусу. Во взгляде читалось чуть больше, чем в словах. Что-то вроде: ах ты гад такой, все из-за тебя, а ведь могло нормально все пройти. От нее не укрылась и его настороженная поза. Будто бы Энгус в любой момент может напрыгнуть на сирийца. О, ради Мерлина. О'Рейли так часто сталкивается со всякими Пожирателями смерти, что перепутал настоящую схватку с обычной волшебной бытовухой. Да, ничего приятного, но не смертельно. К тому же Яштуган ей ничего не сделает. 40 лет назад ничего не сделал, и теперь не найдет возможности. Она вспомнила его взгляд тогда, перед самым моментом Обливиэйта. Он был старше и искуснее, а все равно выглядел каким-то грустным и обреченным от того, что любовь ускользнула сквозь пальцы к какому-то щекастому англичанину. Августа сделала уверенный шаг к Яштугану и, не заметив сопротивления, схватила его за рукав мантии.
- Давай, Яштуган, повидались и хватит! - она потянула сирийца к выходу, как мальчишку. Тот начал упираться и возникать, но без магии, подтверждая слова Августы.
- Еще не заканчивать! Смотреть ребенок! - он схватился за стол одной рукой, а второй пытался отцепить Августу.
- Домой езжай! Кровь это все, что тебе достанется. Ты же не думаешь, что мы ее тебе покажем? - процедила она пытаясь отцепить лапищу Яштугана от своего запястья. Применять магию она не хотела по той простой причине, что тогда и он начнет, и Энгус начнет, и все закончится, не дай Мерлин, очередным Обливиэйтом.
- Я понять! Кофе нет! Прекратить! - так громко заорал араб, что она даже выпустила рукав и поморщилась. Хорошо, что она заглушающие поставила, а то было ощущение, что он даже их способен пробить своим голосом. Яштуган свободу воспринял по-своему и немедленно опять сел за стол с деловым видом. Наглости ему всегда было не занимать. Августа закатила глаза, а затем перевела взгляд на Энгуса.
- Пятнадцать минут. И чтоб его здесь не было, - вынесла она вердикт и отвернулась от них обоих. Достала палочку и начала убирать осколки с пола, мысленно представляя, что убирает их то в Энгуса, то в Яштугана.

+1

15

С точки зрения Энгуса тут оба были хороши. И Яштуган, который чуть что - кидается в драку, и Августа, которая внезапно решила вернуть ему воспоминания. Ничему человека жизнь не учит, даже тому, что если первый раз стер их не зря, то нечего и возвращать.
Хотя то, что она их все это время хранила... Ему стало как-то неприятно и он действительно почти решил свалить, раз Августа так настойчиво выставляет и его заодно. И нечего смотреть с таким упреком. Как будто от него в этой ситуации что-то зависело, кроме как не прийти в квартиру, и тогда тут потом обнаружился бы труп-другой. Учитывая поганый характер обоих, скорее "другой". Он посмотрел примерно так же в ответ. Обмениваться упрекающими взглядами вообще было увлекательно.
Августа сдалась первая и потащила своего сирийца к выходу, Энгус все-таки вынул палочку и поудобнее перехватил, пользуясь тем, что они на него не смотрят, а пока только орут друг на друга.
Искушение засветить сирийцу ступефаем, пока он одной рукой держит Августу, а второй стол, было очень велико. С него хватило и того, что он вот так не засветил доппельгангеру, пока не стало поздно, и вот что из этого вышло. Если бы ему еще не нужна была информация, которая могла бы помочь Луне... Попытка выбрать между гласом разума и гласом разума ни к чему не привела. Даже к тому, что он запретил бы Яштугану орать на Августу, например. Но что-то был неподходящий момент ее защищать, и он невыразительно промолчал до тех пор, пока ему не выдали любезно 15 минут на переговоры.
Энгус совершенно серьезно кивнул, снова уселся и палочку успел положить на колени.
- Так вот, - сказал он как ни в чем не бывало, глядя в честные глаза Яштугана. - Девочке пятнадцать, это началось недавно. Я смотрел ее сознание, там все не так, как у людей. Девочка не знает, что делает. Может разбить посуду, может сломать стену, может читать воспоминания. Потом часто идет кровь из носа.
Он даже показал, как, если вдруг именно эта деталь покажется великому ученому странной. Великий ученый внимательно слушал и даже почти не косил взглядом на Августу - а это было очень заметно, потому что белки его сирийских глаз в такие моменты поблескивали особенно ярко.
Августа наводила порядок. Хотя этой смиренной уборке осколков Энгус больше ни на йоту не верил.
- Иногда это случается часто, иногда редко, - продолжал он. - Но всегда, когда девочка нервничает. И еще девочка может...
Он задумался, как это описать, и пожалел, что кофе все-таки не дали. Кофе упростил бы ситуацию. Он, конечно, представлял все так, что при хорошем раскладе место для кофе еще найдется - ему придется увести Яштугана отсюда, кормить, поить и задабривать. Иначе завтра же утром департамент международного сотрудничества придет рассказать, что его заместитель стала звездой дипломатического скандала, а это ведь именно то, о чем он мечтал!
- Девочка может искать вещи, - Энгус наконец определился. - Думает про вещь и знает, где она. Людей тоже может. Может видеть, что происходит с людьми. Что это?
Араб от таких новостей про Луну оживился и что-то уверенно рявкнул на арабском. Энгус покосился на Августу сам.
- Что?
Яштуган продолжал трещать по-арабски, и сначала его речь напоминала цитату из какого-то варварского текста, а потом стала почти угрожающей и подозрительно громкой. Как будто позорные англичане сперли лучшую газель из их святого заповедника, а потом из нее посмели вырастить Луну Лавгуд. Энгус сощурился, не отрывая взгляд от сирийца и снова готовясь к обороне, и попросил Августу:
- Переведи.

+1

16

Ее начинало бесить (помимо всего того, что уже бесило) то, что, очевидно, они не воспринимали ее угрозы всерьез. Яштуган считал, что она не выкинет его из квартиры. Энгус считал, что она не выкинет его из своей жизни. На квартире между тем стояли довольно мощные защитные чары. Когда Августа их наводила, ей в голову не пришло, что кого-то будет необходимо просто спровадить отсюда, уж она-то наколдовала по максимуму и, в случае экстренной ситуации, если она решит воспользоваться защитой, то арабу придется несладко, может даже с травмами. И только это останавливало ее от более активных действий. Только это.
Энгус вообще сволочь. Втерся к ней в доверие и теперь чувствует себя в абсолютной безопасности и думает, что ему все в ее доме можно. Он бросил ей в ответ какой-то там взгляд. Августа не сочла нужным расшифровывать.
Осколки скорее летали по кухне, чем в корзину. Августе хватило бы 30 секунд, чтобы смести все это, но она тактично (излишне тактично даже) растягивала уборку, чтобы обещанные 15 минут не пришлось коротать за каким-то другим занятием. Не без злорадства отметила, что переговоры у Энгуса не задались: Яштуган начал орать и обвинять его в краже. Судя по тому, что она поняла, а поняла она не все, он связал его с каким-то древним похищением редкой магической твари, которая была весьма ценна для Сирии. И теперь, спустя столько лет, у Яштугана открылись глаза, и он понял, что виноват во всем Энгус.
Августа усмехнулась и развернулась к этим двоим, конфликт начал выходить из под контроля.
- Переведи, пожалуйста, Августа, - научительно произнесла она, сложила руки на груди и выжидающе посмотрела на Энгуса. Таким же упрямым взглядом она часто одаривала его на работе. Ей было в общем-то плевать, что там опять Яштуган напридумывал, и пусть орет, главное то, что Энгус так быстро взял пример с сирийского придурка и решил, будто бы может обращаться с ней, как с человеком второго сорта. А ему вообще-то без этого человека второго сорта не обойтись в и без того сложных переговорах с сирийским чиновником.
От крика Яштугана начинала болеть голова. Августа весьма показательно потерла висок, а затем рявкнула на него:
- Не ори! Мы не имеем к этому отношения, иначе тебя бы не просили помочь!
Яштуган насупился и уже чуть тише продолжил бормотать на арабском. Кажется, угрожал им и тюрьмой, и международным скандалом, и вообще войной. Августа всерьез не восприняла. Может быть придется снова стереть ему память из-за Энгуса.

+1

17

Ах ты господи, бога в душу мать. Августе даже сейчас было принципиально показать, кто тут главный. Энгусу хотелось плюнуть на все это и оставить ее разбираться саму, раз она такая самостоятельная, но, во-первых, он из принципа не хотел признать, что она способна вывести его из себя, во-вторых, не хотел, чтобы чертов араб все же кого-то здесь угробил - хоть саму Августу, хоть ее малахольного внука, хоть сам себя (сраная перспектива дипломатического скандала!), а в-третьих, дома ждала Луна и ее неиллюзорные проблемы. И упустить единственный за долгое время шанс что-то прояснить было по меньшей мере безответственно.
Вот не зря он всю жизнь не хотел иметь детей. Только заведешь - и сразу начинается.
- Переведи, пожалуйста, Августа, - повторил он со всем смирением, на какое только был способен.
Кажется, это подействовало. Она переключилась на Яштугана, который не был настолько мудр и не сумел заткнуться вовремя. Ничему-то человека жизнь не учит. С этой точки зрения они с Августой прямо-таки были астральные близнецы. Энгус ощутил некоторое превосходство в связи с тем, что уж его-то жизнь научила кое-чему - например, скрывать это чувство превосходства в неблагоприятной обстановке.
Великий ученый повел себя в точности так, как положено мужчине, на которого кричит женщина и он не решается нарываться. Он вычеркнул эту маленькую деталь из своей картины мира и притворился, будто сам принял решение сбавить тон. Энгус тоже притворился, что эта ситуация нисколько не унижает уважаемого восточного гостя. Он только убедился, что палочка не свалится с коленей, и сложил руки на столе.
Яштуган поворчал на арабском еще немного и наконец злобно зыркнул на Энгуса.
- Девочка есть пери! Гяур не сметь забирать пери! Девочка ехать Дамаск, там есть ее место.
На пару секунд повисла тишина. Энгус поморгал, глядя на сирийца, но тот с виду не шутил и выглядел так, словно и правда поднимет дипломатический скандал из-за того, что у них сперли пери. Он когда-то слышал, конечно, это слово в контексте восточных сказок, но помнил только этот факт: слышал в контексте. Больше ничего.
- Обсудим, - сказал он хладнокровно. - Сначала надо установить, что девочка пери.
Ну что ж, предстояло пустить прахом все труды Августы и подчистить память этого придурка заново. Энгусу начало казаться, что гораздо проще было бы с легилименции и начать - вытащить из сирийской башки всю нужную информацию, а остальное аккуратно положить на место. Понимание, что Яштуган и так уже пострадал от двух гриффиндорцев, мешало этому все меньше и меньше.
Девочка ехать в Дамаск, ага. Разбежался.
Анализы крови, разумеется, тоже больше не ехать в Дамаск. Энгус задумался, как обустроить все так, чтобы Яштуган провел все исследования здесь и никому ничего не растрепал. Идея на время опытов хранить его в шкафу у Августы ему претила - как и любая идея, связанная с похищением людей. Это уже какие-то пожирательские методы.
Пока он думал, Яштуган снова повысил голос и, кажется, на этот раз завелся не на шутку.

+1

18

Ей показалось, что она услышала как скрипит челюсть Энгуса, когда он разжимает зубы для того, чтобы попросить ее правильно. Он, наверное, думает, что джентльменом мужчина должен быть только в банальных ситуациях, но не в стрессовых, но это полностью противоречило представлениям о вежливости самой Августы. Неискренне он это, конечно. Но она тоже не стерва какая-нибудь и не собиралась требовать от него совсем уж невозможного.
Августа кивнула и перевела взгляд на орущего Яштугана. Давно она арабский не практиковала. Тем не менее многие слова были знакомы, а после начали складываться в осознанные предложения. Общий смысл она начала понимать быстро. Итак, где-то на стыке 70х и 80х из сирийского министерства была похищена некая тварь - пери. Судя по эмоциональности Яштугана, тварь была редчайшей. Августа фыркнула. Пери это что-то типа сказок на ночь. Сказок для мальчиков. Ну как вейлы, только вейлы круче, потому что существуют в реальности! Что касалось пери и их супер-способностей... ну да, наверняка любое министерство было бы счастливо заполучить себе такое существо. Даже их британский Отдел тайн. Она покосилась на Энгуса. Откровенно говоря, если Луна как-то связана с этим похищением, то все еще хуже, чем она думала. Одно дело, что у нее проблемы с контролем этих способностей и другое, что она теперь интересна еще и сирийцам.
Энгус кажется и без ее перевода уже понял, что к чему. Помрачнел. Возразил. Августа удивилась его сдержанности. Она бы Яштугану совсем по-другому ответила. Нечего тут обсуждать, даже если она и есть та самая пери. Вот он снова начал орать и угрожать им скандалом, так что она резко повернулась и медленно и громко заговорила. Чтобы все тут поняли.
- Ничего ты не сделаешь. Вы эту пери в 70х сами явно сперли откуда-то, иначе бы все международные ведомства подняли, когда она пропала. Так что тебе еще предстоит доказать, что у вас что-то такое было. А? - она вопросительно приподняла бровь, глядя на Яштугана. - И тем более предстоит доказать, что девочка имеет отношение именно к вашей магической твари, а не какой-то другой. - Звучало ужасно, конечно. Ваша, наша. А ведь у Луны Лавгуд есть отец и была мать. Дом. Одноклассники, друзья. Один даже заперся сейчас в соседней комнате. Девочка странная, но несомненно разумный человек и индивидуальность. Живут же маги - потомки вейл? Несомненно ей нужны те же права, что и у всех.
- И ее место не в Дамаске. А здесь, с семьей и друзьями, - Авугста не была уверена, что правильно поступает, прямо намекая, что у Луны есть семья, но что им еще оставалось. Яштугана можно только уговорить помочь. Либо стереть память и ничего не добиться - о пери они разве что в детском отделе литературы теперь прочесть смогут. В глубине души она надеялась, что сириец не ненавидит ее за произошедшее и будет хоть немного лоялен к Луне по ее просьбе. Сириец тем временем замолчал и насупился. Наверное придумывал новые аргументы, когда понял, что никто не станет поднимать международный скандал из-за твари, которая то ли была, то ли не было.
- Слушай, ты можешь вернуться домой и планировать атаку на Англию, чтобы отбить у нас ребенка, - с явным сарказмом произнесла Августа - все понимали, что Яштуган отсюда просто так не уйдет. - Или можешь остаться и помочь девочке, а заодно стать первым ученым, который разобрался в этом, - упоминание о том, что он в чем-то станет первым Яштугана ободрило. Он перевел на них заинтересованный взгляд.
- Идти смотреть ребенок! - он резко встал из-за стола. - Вести меня, - он ткнул пальцем в Энгуса.
- Нет уж. Тебе придется дать нам гарантии, что ты никому не расскажешь.
Августа была немного в шоке от того, что в ее квартире может прямо сейчас может прозвучать Непреложный обет, но виду не подала. Только перевела взгляд на Энгуса. Раздражение на него отошло на второй план. Сейчас было важно понять, нет ли у него плана получше.

Отредактировано Augusta Longbottom (18 августа, 2018г. 12:19)

+1

19

Вежливость сотворила чудо. Августа перестала смотреть так, будто первая в очереди, чтоб его задушить, и переключилась на Яштугана. Энгус подумал бы об этом еще немного и, возможно, оскорбительно, но араб трещал слишком громко и, возможно, его слова сейчас были немного важнее.
Пери, если верить этим словам, украли из Дамаска за несколько лет до того, как родилась Луна. Насчет того, что украли, Энгус несколько сомневался, его практика показывала, что разумные существа, которых держат на правах экспоната, и сами нередко преуспевают в попытках сбежать. Но допустим, украли, привязать к этому Англию не удалось, но если удастся сейчас, не исключено, что Сирия только порадуется...
Они с Августой переглянулись. Как бы она теперь не пожалела, что впуталась в эту историю. Энгус подумал, что извинится за сегодняшний взлом замков, как только появится возможность. Не то чтобы он чувствовал себя виноватым, но просто не мог больше ничего сделать, чтобы сделать эту задницу немного менее глубокой.
- Ну во-первых, - сказал он медленно, - я пока никого к себе не вести.
Еще не хватало дать сирийцу возможность к нему аппарировать, когда заблагорассудится. Тащить Луну сюда Энгус тоже не собирался. Если еще и Невилл пострадает - Августа его точно прибьет. Единственным вариантом была какая-то нейтральная территория. Ну, может, поместье Фоули или Лонгботтомов сойдет - какое меньше жалко.
- Во-вторых, расскажи, что ты собираешься делать с девочкой, чтобы проверить. Девочка опасна, помнишь? Нельзя ее напугать.
Дипломатический скандал смотрел на Энгуса, в какую сторону ни поверни. Например, если Луна немного пристукнет сирийца, международной огласки точно не избежать. Очень жаль, что Англия не готовила своих собственных специалистов по пери - вот например, Корморан куда смотрел? Мог бы уже диссертацию на эту тему написать.
- В-третьих, да, нам нужны гарантии, - лицо Яштугана слегка перекосилось, как если бы он намекал, что Энгус повторяет за Августой. Ну повторяет и повторяет, Энгусу было не жалко. - Какие ты можешь предложить?
Шаткая это была позиция. Вытащить придурка из Сирии, уронить на него пару предметов мебели и потребовать гарантий. Но Августа стояла с надменным видом, как будто только так и надо обращаться с яштуганами, и Энгус ненадолго позаимствовал эту уверенность в собственном превосходстве, в дополнение к своей собственной.
- Если, - начал он так, словно сириец всю жизнь только и мечтал об этой возможности, - ты поможешь и не будешь похищать девочку, я буду и дальше давать тебе информацию о ней. Какие методы ей помогают. Какие способности она может развить. Ну так что?
Через пару лет Луна станет совершеннолетней - или до тех пор вообще вернется Ксенофилиус и лишит Энгуса уникального шанса переписываться с Яштуганом, - так что он не очень волновался за неэтичность своих действий. Он хотел помочь, в конце концов.

+1

20

Ну что ж. Августа увидела в этом шанс закончить все более-менее нормально. То есть без стирания памяти и скандалов. Хотя если все сложится, так как она задумала, то Яштугана ей придется видеть часто. Энгус был прав. К себе он его не поведет. Собственно, Луне вообще было бы лучше жить теперь не у Энгуса, потому как тогда сириец при желании в любой момент узнает его адрес и… ну черт знает, что он там задумал. Взгляд у Яштугана был очень хитрый. С одинаковой вероятностью он мог быть просто рад возможности изучить дитя пери или планировать жестокую месть ей и Энгусу.
Августа взглянула на вредноскоп, тот едва трепыхался, но все-таки доказывал, что кто-то, Энгус или Яштуган, задумали против нее недоброе, хоть и маловероятно, что мысли эти были серьезны.
Она попыталась прочесть по их лицам, но все было слишком запутано. Одного она лишила памяти и похитила, второго продинамила… Что угодно могло быть у них на уме!
Яштуган счел, что гарантии – это недостойного его, благородного араба и уж тем более он пери никак пугать не будет, а Энгус слишком туп, чтобы понять, что он собирается с ней делать. И довольно красноречиво ей это озвучил.
- Ну тогда вали отсюда! – рявкнула Августа в ответ. Ее больше беспокоил вредноскоп. Если убрать Яштугана, то станет ясно, хочет ли отомстить ей Энгус. Мысль была почти навязчивой и чуть ли не превзошла по степени важности необходимость помочь Луне. Ей не сразу удалось начать мыслить рационально.
Яштуган тем временем поднялся из-за стола и тожественно произнес какой-то бред.
- Он клянется жизнью своей мамы, - мрачно перевела Августа. И ослу понятно, что мама Яштугана давным-давно того.
- Слушай, давай отойдем на минутку, - она хлопнула Энгуса по плечу и вышла в коридор. Нужно было небольшое совещание так сказать.
- Нужно заставить его дать непреложный обет, - прям сразу начала она. – И по возможности не давать видеть Луну. Он сказал, что не сделает ничего пугающего, но… по сути ничего не пообещал. Он попытается забрать ее при первой же возможности. Но мы могли бы поселить его у Фоули на время эээ его помощи. Или… да я могу его просто вырубить и отвезти обратно. Он забудет про пери, Луну, тебя.
Августа почувствовала, что начинает нервничать и слишком сильно сжимает собственное запястье. С ней всегда так было, если ситуация не была безвыходной. Тут-то выходы были, вот только, какой из них был верным, она не знала. Гриффиндорская смелость хорошо работала в патовых ситуациях, а не в принятии решений о судьбе чужого ребенка. Причем был бы это хоть ребенок Энгуса! А то ведь они оба к Луне Лавгуд имели весьма посредственное отношение. Она выжидающе уставилась на Энгуса, готовая схватить его за грудки и трясти, пока он не выскажет хоть какое-то разумное решение.

+1

21

Августа косилась на вредноскоп. Энгусу хватало ума держать при себе соображения о бесполезности этой штуки. Он и так мог бы ей сказать, что этого сирийского мудака стоило бы остерегаться и уж точно не приводить к себе домой. Что если он вообще возьмет за привычку сюда заявляться, когда ему вздумается?
Великий ученый что-то выпалил на арабском. Энгусу даже не требовалось знать язык, чтобы понять, что он всех присутствующих посылает в задницу и чтобы их там поимели шайтаны. Августа рявкнула на него на английском. Он сам молча размышлял и пока не вмешивался в их содержательный диалог, предполагая, что гэльские идиомы сейчас будут лишними. А может, им больше и не нужен был Яштуган? Они услышали про пери. Это же было главной проблемой - установить биологический, прости господи, вид Пандоры. Со всем остальным можно работать.
Или нельзя, если пери легко выведет ситуацию на уровень дипломатического скандала (опять) и попытки простого английского главы департамента прояснить нюансы выращивания пери в домашних условиях в английском климате кто-то сочтет подозрительными.
Энгус понял, что сейчас сойдет с ума от попыток предугадать все возможные последствия, и отвлекся. Например, он до сих пор не знал, Яштуган - это имя или фамилия. Интересно же.
Он смерил великого ученого взглядом, в котором не стоило труда прочитать недоверие к его клятвам.
- А у него еще родители живы, что ли?
Может, и да, сам Энгус тоже собирался прожить до ста двадцати как минимум. Но по лицу Августы было видно, что мадам Яштуган не настолько повезло. Он кивнул и вышел из кухни следом за ней, внимательно следя, чтобы этот хрен ничего такого не выкинул. И плотно закрыл дверь, порадовавшись, что с виду она прочная.
Августа снова заставила его почувствовать себя виноватым за то, что он придирается к ней и продолжает втягивать в какую-то задницу с укрывательством сирийцев или стиранием памяти, и про похищение детей тоже не забываем. Энгус взял ее за руки. Ему и самому так было как-то спокойнее.
- Его не хватятся дома, если его тут оставить?
Конечно, Сирия будет для начала искать своего славного сына где-нибудь на своей территории. Может, в желудках его верблюдов - почему нет? Вопрос в том, отследили ли они перемещение Августы через границу и обратно и вспомнит ли об этом, когда проверят другие варианты. И сколько времени у них есть.
Зря она палочку ему отдала, даже если иначе это все смахивало на захват заложников.
- Хорошо. Пусть поклянется, что не попытается похитить Луну или причинить нам вред и никому не расскажет обо всем этом. Только не Непреложный. Вдруг он что-то напутает и тут откинется... Если откажется, сотрем ему память, - Энгус решил, что это так или иначе не слишком приятная обязанность, и предложил: - Давай я это сделаю.
Раз уж она вроде как стала соучастницей в укрывательстве Луны, он вполне мог ввязаться в соучастие похищению сирийца. Хотя не то чтобы это был взаимозачет, скорее что-то другое. Вот так вот, подумал он, всякие скримджеры и доходят до переговоров со сраными Пожирателями. Начинается с того, что похитить араба кажется им вполне допустимым.
- Ладно. Пошли, поставим его перед фактом.
Энгус не удивился бы, если бы Яштугана на кухне уже не оказалось - например, он уже убрался в Сирию и там уже дает показания, а воздушные силы арабов грузятся на ковры-самолеты. Но Яштуган был здесь, морда его была по-прежнему недовольной, а взгляд, обращенный на Энгуса, еще и довольно презрительным. Вот же идиот. И за палочку вроде не взялся. Энгус надеялся, что сорок лет назад он был поумнее.
- Если хочешь увидеть пери, придется дать обет, - сказал он. - Если не хочешь давать обет, пери не будет. Ну так как?

0

22

Энгус схватил ее за руки, на что Августа неодобрительно покосилась. Нашел время для нежностей, конечно. Еще и дверь затворил  зачем-то. Яштуган все равно ничего не услышит, но Энгусу было важно, чтобы он еще и не увидел. Она высвободила одну ладонь на случай, если придется схватиться за палочку, неважно против кого: Яштугана, самого Энгуса или даже Невилла.
- Слушай, ты мог, конечно, как-то не так понять, но он тут вовсе не заложник, - медленно и внятно проговорила Августа. - В противном случае он уже бы пел нам про этих пери, как соловей и делал все, что ты прикажешь ему под Империо.
Ну подумаешь, немножко подрались они с Яштуганом. Все это больше бытовое. Реальная проблема только в его интересе к Луне.
- Я смогу уговорить его остаться. По-хорошему. Да и кто по-твоему его хватится в любом случае? Он так и не женился. И прежде чем ты обвинишь в этом меня, хочу заметить, что обычно он ведет себя еще хуже. На Нормана вообще с магическим ятаганом набросился! - В общем-то, на фоне Нормана Энгусу еще повезло. Правда, при самом лучшем раскладе Энгусу придется с Яштуганом общаться еще очень долго, так что Августа не удивилась бы, если бы он захотел променять это на один задорный махач с колюще-режущими.
Предожение взять исполнение обета на себя прозвучало как-то слишком по-джентльменски. И это сразу расставило все по местам.
- Нет уж. Я сама. А ты будешь свидетелем. - В конце концов, она - англичанка, так что у нее побольше прав так себя вести.
Начал Энгус прямо с порога. Если хочешь то, то будешь это, а если не это, то и того не будет. Августа закатила глаза. Кто его так учил переговоры вести?
Наконец она села, выбрала место рядом с Яштуганом. Положила руку ему на плечо и с почти искренней улыбкой сказала:
- Дорогой, думаю, мы договоримся, - Яштуган явно немного напрягся. За весь этот день Августа чуть ли не впервые не орала на него. Но вкрадчивый и мягкий тон напомнил о тех временах, когда он чуть не женился на иностранке вопреки всем традициям.
- Но обет дать придется, - Августа продолжила, пока араб не опомнился от воспоминаний. - Не ради нашей выгоды, а ради безопасности ребенка. Ты же понимаешь?
Яштуган кивнул и ответил на арабском.
- Он хочет, чтобы я поклялась больше никогда не стирать ему память, - вполне мирно озвучила Августа. Она поклянется. А память ему если что Энгус сотрет.
Она протянула Яштугану ладонь, он в ответ протянул свою. Августа подняла взгляд на Энгуса.
- Давай. Закончим уже с этим.
Странно, но за всю жизнь ей еще не приходилось давать обеты. И не надо даже вслух произносить имя человека, благодаря которому с ней начало случатся все новое.

+1

23

Когда Августа высвобождала руки, Энгус сразу начинал ждать какой-то проблемы с ее стороны. Пора было признаться себе честно, когда у нее руки чем-то заняты, вообще гораздо спокойнее. Всегда. Хотя это и не страховало от того, что она в любой момент бросит то, что держала, и все-таки схватится за палочку, за биту или за что-нибудь еще.
Трудно было считать Яштугана заложником. Личный опыт Энгуса показывал, что заложникам живется далеко не так хорошо, как этому уроду. И кстати, он никогда не учился применять Непростительные. Надо будет потом поинтересоваться у Августы, не училась ли случайно она. Тогда занятости ее рук придется уделять особенное внимание.
- Типа того, - согласился он, не встревая в дискуссию о мелочах.
Допустим, "про не женился" было несправедливо. Энгус, хоть его и постигла та же тяжелая участь, был уверен, что его хватятся. В прошлый же раз хватились. И еще не набралось такого количества инцидентов с его исчезновением, чтобы окружающим уже приелось.
- Ничего. Уверен, у меня с его ятаганом еще все впереди, - сказал он без большого энтузиазма.
Волшебный ятаган у него, видите ли. Тем более не надо было отдавать волшебную палочку. Энгусу происходящее нравилось все меньше. И когда Августа села и начала трогать Яштугана, ему понравилось еще меньше. Дело было не в ревности, конечно. Августе бы хватило ума не показывать ему великого ученого, если бы она и в самом деле что-то подобное планировала. Но при этой сцене он чувствовал себя лишним, как если бы ему стоило сейчас взять и удалиться. Было забавно, что Яштуган вроде как на это повелся. Неужели в самом деле был таким придурком. Хотя Энгус и сам рядом с Августой не умнел.
Это еще больше испортило ему настроение, и он переключился на составление вопросов для чертова обета, которые могли бы охватить все возможные злодеяния Яштугана и пресечь их заблаговременно. Так то и Яштугану, и Августе пришлось немного еще подержаться за руки, пока он думал. Потом наконец Энгус вытащил палочку, произнес заклинание, начинающее ритуал, и начал с сирийца.
- Клянешься ли ты, что не попытаешься забрать девочку, известить других о ее местонахождении или рассказать о ее связи с пери?
Яштуган злобно зыркнул на него, как будто собирался передумать и на такое не подписываться, но в конце концов четко сказал по-английски "да". Ну, это было еще не все.
- Клянешься ли ты, что не попытаешься причинить вред ни девочке, ни мне, ни Августе, ни Невиллу, ни кому-то другому, с кем познакомишься во время исследования? Клянешься ли ты говорить нам всю правду и только правду о том, что выяснишь?
Энгус даже не знал, чего ему хочется больше, чтобы сириец согласился или отказался и прекратил все это. Предполагалось, конечно, что он хочет согласия, консультации, чего угодно еще, чтобы наконец решить проблему с Луной. Но ему это не нравилось. Ему не нравился Яштуган, не нравились его сраные манеры, то, что сложно было представить себе ход его сирийских мыслей, и то, что ему предстояло довериться, мать его, в таким вопросе. И меньше всего Энгусу нравилось связывать Августу с этим хмырем каким-то обетом.
Яштуган снова сказал "да" с таким видом, будто всех уже поимел. А должно было быть наоборот. Энгус посмотрел на Августу.
- Клянешься ли ты никогда не стирать Яштугану память?
И не забывать, черт побери, об этом!
Когда с обетом было покончено, ему вопреки всякой логике немедленно захотелось следить за сирийцем еще бдительнее, чем сейчас. Кажется, теперь стоило отвезти Яштугана к Фоули. К портрету чокнутой Августиной мамаши, с которым сирийцу явно будет о чем поговорить. И оставить там без присмотра. Черт.
- Сколько крови нужно? - спросил он деловито, чтобы вернуть эту встречу в конструктивное русло. - Как ее нужно собрать?

+1

24

Пока Энгус размышлял над обетом, а Яштуган как-то неприлично нежно держал ее за руку, Августа размышляла о том, как она до этого докатилась. Не то чтобы годы ее обязывали вести спокойный образ жизни, но и это все казалось ужасной ошибкой. Она перевела взгляд на Энгуса, сосредоточенно что-то складывающего у себя в голове. Ну да. Вот она - ее ужасная ошибка, после которой все пошло по...
- Клянешься ли ты никогда не стирать Яштугану память?
- Да, - Августа почти не мешкалась. Больше того, что в данный момент она была вынуждена сковывать себя этим нелепым обетом нестирания памяти своему бывшему, ее занимало размышление о собственной жизни и всей этой ерунде с Энгусом. Интересно, ей теперь так и придется все время существовать? Прятать его от Невилла, подкармливать араба в подвале дома Фоули и все больше и больше затягивать себя в пучину накладывающихся поверх друг друга мелких проблем? Все для того, чтобы обрести некое подобие счастья. Ее аж перекосило от этого слова, произнесенного в голове довольно противным голоском.
- Ну все! - преувеличено бодро и громковато известила она всех, что ритуалить решительно хватит. Августа довольно резко одернула руку из лап Яштугана. Хватит. Ей совершенно не нравился его взгляд. Сорок лет назад она считала сексуальным, когда на нее пялились вот так, не моргая. Теперь векторы сместились, и ей хотелось воткнуть Яштугану в глаз палочку.
Она отошла к окну и приоткрыла его. Привычно было бы закурить, но эти двое... она подумала еще секунду и поняла, что вообще-то не видит ни одной причины не делать в своем доме то, что ей хочется делать и призвала сигареты. Черт со всем этим. Теперь бы отправить всех по домам, но было абсолютно понятно, что никто отсюда просто так не уйдет. Да и она можно сказать пообещала Яштугану свою лабораторию у Фоули. Так будет безопаснее. Нехорошо, если он будет таскать всякие Лунины выделения в Сирию.
Яштуган тем временем схватился за палочку и очень хлестко трансфигурировал ее салфетки в пергамент. Кажется, он больше не считал нужным сдерживать свою неприязнь по отношению к Энгусу и на его вопросы отвечал откровенно издевательски. То есть он и раньше был не слишком вежлив, но теперь в его речи чувствовалось особенное презрение.
- Никогда не собирать кровь? - ответил он вопросом на вопрос, хотя по выражению лица было ясно, что Яштуган уже достаточно низко оценивает умения оппонента в чем-либо вообще. Августе даже стало смешно. Два старика меряются... непонятно чем. А Яштугана кстати в прошлый раз как раз и сгубило необоснованное чувство собственного превосходства над англичанином. Ничего не меняется. Разве что перед ним теперь ирландец.
Сириец тем временем написал Энгусу инструкцию на пергаменте и ткнул свитком тому в грудь.
- Проси Августа, если сам не уметь, сын шакала! - затем Яштуган резко повернулся к Августе и протянул к ней ладонь.
- Где я работать? Нужно много литература, много очень редкая ингредиенты! Ты доставать и приносить, а я заглядывать в лицо самой магии и вскрывать покров самых зловещих тайн мироздания!
Августа поперхнулась от дыма. Вот тварь! Типа они с Энгусом его домовыми эльфами будут, пока он будет в лицо магии смотреть. Ей еще больше захотелось избавиться от Яштугана, но избавилась она только от сигареты.
- Я отведу его, - мрачно проговорила она Энгусу, понимая, что в данном случае и финансовая часть ложиться на нее. Какие там ингредиенты он запросит? Уж явно не на свои сирийские фунты этот товарищ собирается шиковать. А главное, что ей вряд ли удастся проверить для чего он их заказывает - для Луны или просто, чтобы побесить ее.
- Знаешь, ты молодцом ориентируешься для того, кому только сегодня вернули память 40летней давности, - Августа просто не смогла промолчать. У нее было четкое ощущение, что Яштуган в чем-то их победил, несмотря на то, что это он делал то, что им нужно было. Как минимум с его присутствием ей было неловко даже стоять рядом с Энгусом. Первый контакт на публике, так сказать, и крайне неудачный!
Она призвала шкатулку с порт-ключами в поместье и приглашающим жестом открыла ее перед арабом. Потом подумала и посмотрела на Энгуса.
- Идем с нами, - она же приглашала его к Фоули! Ну так вот! Если честно, Августа решила, что лучше потащит всех этих подозрительных личностей в родное гнездо, чем оставить Энгуса наедине с Невиллом.
В шкатулке лежала старая магловская расческа, с зеркальцем, неудобными обломанными зубчиками и обшарпанной розовой краской, все как надо.

+1

25

Ну, по крайней мере, с этим обетом было покончено. Августа отошла покурить. Энгус пожалел, что у него нет такого же ритуала, чтобы отвлечься и на несколько минут предоставить мир самому себе. Не то что бы он собирался сделать это сейчас, бросив Яшугана без присмотра, но он знал бы, что рано или поздно такой момент наступит.
А пока курящая Августа напоминала ему только о том, как он прямо в постели что-то ляпнул про Малфоев. Воспоминания были неприятными, особенно в свете того, что все планы на сегодня покатились к черту.
Яштуган тем временем вел себя слишком уверенно. Так, словно Энгус забыл упомянуть что-то важное и теперь ничто не может помешать коварному сирийскому плану, который это хмырь наверняка вынашивал. Это тоже не добавляло бодрости.
Он пожал плечами на глупый вопрос про забор крови. Можно было бы спросить, а не научился ли случайно Яштуган ставить элементарные ментальные блоки, но и так было очевидно, что не умеет. Идиот. Мог бы подумать, что он-то поклялся не причинять никому вреда, а вот не причинять вреда ему никто не клялся.
- Меня зовут Энгус. Хочешь, тоже тебе запишу?
Свиток пергамента, он же бывшие салфетки Августы, уменьшился и нашел себе место в кармане рубашки. В мантии было бы надежнее, но он же как дурак ждал в людном месте у Таэура.
- Притормози давай, - риторика Яштугана произвела впечатление даже на Августу, и искушение спросить, как она в молодости позарилась вот на это, становилось все больше. Энгуса останавливало в основном то, как глупо выглядел араб, когда нес что-то подобное. - Какая литература?
Он чуть не ляпнул, что если бы у них была литература, то обошлись бы без сирийских мигрантов, но остановился вовремя. Пусть выдаст список литературы, а там, возможно, и правда обойдутся. Сейчас Энгус верил в силу печатного слова как никогда. И он точно не собирался оставаться здесь, пока Августа ведет араба черт-те куда.

Поместье Фоули оказалось... пожалуй что обыкновенным. Если бы Энгус попал сюда в школьные годы, он бы, наверное, удивился. Но с тех пор он повидал много больших зданий с претензией на величественность и удивиться за себя тогдашнего уже не получалось. Это было просто поместье, а обстановка не располагала думать про то, как в этом доме жилось маленькой Августе. Всем остальным зато жилось весело.
Интересно, стояла ли здесь, как в доме Мейеров, защита, не позволяющая уйти без разрешения хозяев. Это было бы удобно, но Энгус знал, что в данном случае удобства не оценит.
Яшуган между тем осматривался с кислым видом, словно у него дома в поместье на десять комнат и три этажа больше.
- Здесь есть домашний джинн? Делать что я скажу?
Лично Энгус мог предложить только лепрекона или привидение Нормана, но воздержался. Кажется, у Нормана не было привидения.
- Я могу присмотреть за ним сегодня, - вполголоса сказал он Августе.
На самом деле только что в его планы входило бросить чертова сирийца тут и все-таки раскрутить ее на что-то типа свидания, но это теперь казалось каким-то безответственным. А дома его не ждали до завтрашнего вечера.

+1

26

Энгус пытался. Пытался что-то там отвечать Яштугану, хотя с точки зрения Августы это все было также продуктивно, как объяснять портрету, что мир изменился с момента его смерти. Ей оставалось лишь наблюдать за их видимо бесконечной перепалкой, в очередной раз убеждаясь, что некоторые люди даже к 70 не меняются.
Кое-какие заклинания из банального набора колдомедика она действительно знала, так что могла показать их Энгусу для Луны. Вообще она могла и сама взять у Луны кровь, хотя необходимость знакомиться с ребенком, который наверное и без миллиона наблюдателей уже думает, что с ним что-то не так, выглядела сомнительно. Она обещала никому не говорить о том, что сделали Энгус и Корморан, обещала попытаться найти кого-то, кто смог бы им помочь, но вовсе не думала о том, что ей придется настолько во все это погружаться. С одной стороны - у нее же есть Невилл и прежде всего она должна думать о нем, с другой стороны - у нее все еще есть Невилл, в отличие от двух холостяков она куда больше разбирается в нуждах ребенка. Августа решила подумать об этом позже, если придется к слову, и Энгус заговорит об этом, то вот тогда уже и будет решать проблему, а сейчас ее основной заботой становился Яштуган.
Араб после того, как сунул Энгусу в руки свиток, вовсе перестал его замечать и полностью переключился на Августу. Естественно, особенной радости от этого она не испытывала и большую часть требований Яштугана тоже проигнорировала. Плевать, что он там хочет. Она вот хотела гулять по английским ресторанам, выпивать и немного ни к чему не обязывающего секса, а в итоге ничего из этого не предвидится.
Поместье Фоули, в отличие от Лонгботтомов, не выглядело заброшенным. Здесь она бывала довольно часто за последние 16 лет и порой здесь ей нравилось куда больше, чем в собственной квартире. Поместье видело все ее схватки с матерью, полеты на метле с Норманом, переживания по поводу собственной фигуры и прочую чушь, которую она любила вспоминать, но уже давно переросла. Августа помнила, что в юности порой ненавидела это место, но это было словно в прошлой жизни.
Яштуган осматривал холл с чудной винтовой лестницей так, словно все английское было ему поперек души. Августа весьма неуважительно хлопнула его по плечу и протолкнула чуть дальше внутрь, чтобы не стеснялся.
- Ага. Здесь куча джиннов. Один щелчок пальцами, и они исполнят любое твое желание, - съязвила она. Можно было бы потрясти маминого старого домового эльфа, которого она не отправила на волю исключительно из его собственного нежелания, хотя сама его терпеть не могла и приказала не появляться у нее на глазах без самой крайней необходимости. Да, пожалуй, так и стоило поступить. Это был бы выбор чуть меньшего зла, чем самой прислуживать Яштугану. 
- Наверху есть комнаты, можешь выбрать какую-нибудь, - предложила она арабу, надеясь, что это займет его на достаточное время, пока он не пристроит свой шейховский зад в самую лучшую из местных каморок. Затем повернулась к Энгусу и посмотрела. Молча. Хотела дать ему пару секунд, чтобы он осознал, какую чушь несет.
- Останешься здесь и будешь ходить за ним следом что ли? Не то, чтобы я против, если ты прям хочешь, но ты же не думаешь, что мы все время сможем за ним следить? - раздражение на Яштугана и ситуацию здорово повлияло на тон Августы. В конечном счете, она начинала сомневаться, что ей так уж нужно было помогать Энгусу в чем бы то ни было. Могла бы просто прийти на свидание. А он мог бы и не посвящать ее в дела с Луной и, допустим, соврать, не в первый раз же. Но в итоге они имели то, что имели. Она понимала, как нерационально сейчас ее раздражение на Энгуса вместо себя и Яштугана, но что-то поделать с этим было сложно.
- Лучше бы ты пошел домой и взял у Луны кровь, как он просит. Сможешь? - она вдохнула и выдохнула, провела рукой по лицу. У нее дома еще Невилл на каникулах, а ей теперь тут этого араба устраивать, эльфа ему искать, литературу, ингредиенты.
- Пусть сразу начинает работать, а не расхаживает так, будто он тут хозяин.
С верхних этажей раздался громкий женский визг и ругань на арабском. Кажется, Яштуган добрался до портрета ее матери. Августа только поморщилась. Она надеялась, что это произойдет чуть позже, но выходило все как-то сразу. Может оно и к лучшему. Быстрее разберутся со всем здесь, быстрее смогут уйти.
- Знаешь, еще не поздно стереть ему память и отправить обратно в Сирию, - почти в шутку предложил она, следуя мимо Энгуса, но вовсе не наверх, а вниз по лестнице. Нужно было подготовить лабораторию, убрать то, что не следовало вообще хранить на виду у кого бы то ни было и тем более спрятать то, до чего лапы гостя не должны были дотянуться.

Отредактировано Augusta Longbottom (30 октября, 2018г. 17:24)

+1

27

Яштуган отправился выбирать себе комнату, заслуживающую того, чтобы в ней примостил свою задницу великий сирийский ученый. Слава богу, с этим он мог справиться самостоятельно, и Энгус понадеялся, что поместье Фоули обеспечит ему богатый  и продолжительный выбор. Непонятно было только, почему Августа опять раздражается. Это раздражало уже его. Она, конечно, здорово впряглась, притащив сюда сирийца, чтобы помочь ему с похищенным ребенком. Проблема только в том, что не посчитала нужным ни предупредить его, ни хотя бы поставить в известность по факту.
- Не хочу, - сказал он сухо. - У меня есть много других идей, как провести вечер.
...которые кое-кто похоронил.
Энгус посмотрел наверх, не увидел и не услышал там Яштугана - видимо, араб оставался где-то в коридоре и был занят. Но это не значило, что можно обойтись без заглушаюших чар. Энгус наложил их и только тогда сказал:
- Сначала дам ему свою. Посмотрим, что этот умник сможет определить по крови.
И если станет ясно, что он собирается навредить Луне, то полетит кувырком до своей Сирии прямо через Ла-Манш.
Наверху завизжала какая-то неприятная - по визгу было понятно - женщина. В этом направлении звуки долетали без проблем. Энгус мысленно поприветствовал мадам Фоули и пожелал ей удачи.
- Ты помнишь, что тебе теперь нельзя стирать ему память? - уточнил он, спускаясь за Августой в подвал в поисках неизведанного.
Что-то заставляло его волноваться, может ли она вообще воспринимать это серьезно. Зато он вот мог - ему сделалось очень не по себе от мысли, что она может забыть или махнуть своей гриффиндорской рукой на это все и разобраться с долбаным арабом, а потом привет. Ну нет уж. Ему захотелось даже взять ее за плечи и встряхнуть, но на лестнице это было неуместно.
- Не шути так больше, черт возьми.
Через секунду Энгус подумал, что наверняка предполагалось, что память сотрет он. Но что поделать, этот год с успехом делал из него еще большего параноика, чем было.
В подвале было даже по-своему уютненько. Он казался более жилым, чем остальная попавшая в поле зрения Энгуса часть дома. И конечно, бутылки интриговали. Он прошелся вдоль полки и потянул носом, даже зная, что через плотные пробки ничего не почувствует. Посмотрел на Августу с уважением. Подумал еще немного и подошел поближе, пока чертов араб снова все не испортил.
- Давай устроим его тут и куда-нибудь махнем.

0


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Март-апрель 1996 года » Он ждет трамвая (6 апреля 1996)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC