Вниз

1995: Voldemort rises! Can you believe in that?

Объявление

Добро пожаловать на литературную форумную ролевую игру по произведениям Джоан Роулинг «Гарри Поттер».

Название ролевого проекта: RISE
Рейтинг: R
Система игры: эпизодическая
Время действия: 1996 год
Возрождение Тёмного Лорда.
КОЛОНКА НОВОСТЕЙ



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Эта встреча никем не воспета.

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Участники: Джинни Уизли и Драко Малфой.
Дата: середина октября 1996-го года.
Сюжет: возможный хедканон. История о том, как младшая Уизли узнала о тонкой душевной организации Малфоя.
[icon]https://cdn1.savepice.ru/uploads/2018/5/6/c82c665ea36f84c0984e9fd64ecebc88-full.png[/icon]

0

2

Джинни пробудилась сегодня ни свет ни заря, по-быстрому достала форму для квиддича и наспех оделась, даже не взглянув в окно на погоду. Она торопилась, спотыкалась и чертыхалась, однако на бег не переходила, мысленно отсчитывая оставшиеся минуты до встречи с товарищами по команде на поле, где её уже наверняка заждались. Но как ни странно, представительница рыжего семейства прибыла к месту практически самая первая. Кроме неё и Гарри никого не было. Однако никакой романтичной атмосферы это не навеяло. Быть может, Поттер и вызывает у Джиневры интерес, но на данный момент она была абсолютно не настроена на романтику и прочую чушь, отвлекающую от мыслей о тренировке. К тому же, ей было довольно холодно. Узкие плечи Уизли задрожали, а зубы заскрежетали.
“Да уж… оделась я явно не по погоде”, - мысленно корила себя девушка, которая уже было хотела быстренько вернуться в девичью спальню и одеть под плащ тёплый свитер, как вдруг команда начала постепенно подтягиваться.
“Ничего, в процессе я разогреюсь!” - этим себя тешить только и оставалось. Впрочем, боевой настрой и энтузиазм у Джиневры был. Презрев ощущение холода от срывающейся на дождь погоды, она смело вскочила на свой старенький "Нимбус-1700” и устремилась ввысь, словно высвободившаяся из стальной клетки птица. Ведь буквально через неделю состоится матч против Хаффлпаффа. И несмотря на то, что младшая Уизли за всё то время, которое играла в квиддич на позиции ловца в прошлом году, ещё ни разу не упустила снитч - она не расслаблялась и по-прежнему уделяла много времени тренировкам, хоть и была теперь в команде охотником. Да и потом, что может быть лучше, чем полёт на метле? В воздухе, высоко над землёй ты абсолютно свободна, а все проблемы кажутся такими далёкими… Но когда ты снижаешься, а затем ступаешь на влажный газон, то к величайшему сожалению понимаешь, что от реальности не сбежишь. И для девушки этой самой реальностью были уроки, а точнее - невыполненные вовремя задания. По трансфигурации был задан конспект по недавно изученному параграфу, а по травологии и вовсе требовалось отыскать в библиотеке материал, которого в учебнике нет. А посему после тренировки, двух пар и плотного обеда в общем зале, мисс Уизли отправилась в место, которое ученики иногда именуют “обителью знаний”. Но то ли к счастью, то ли к сожалению, компанию ей решила составить Луна. Но, наверное, всё же к счастью. Потому что с Лавгуд скучно не бывает.

Рыжая, определённо, рассчитывала, что со всеми заданиями по предметам справится достаточно быстро, а посему в перерывах от написания конспекта по трансфигурации, Джинни позволяла себе немного отвлечься и похихикать вместе с Луной. Гриффиндорка даже не сразу заметила, что приближается время ужина, а посему, благополучно справившись с предметом своего декана, она незамедлительно приступила к поискам материала по травологии, в чём ей помогала подруга. Жаль, конечно, что их обоюдные усилия никаких результатов не принесли.
- Ты лучше иди, поужинай, а я тут уж как-нибудь сама перебьюсь, - вздохнула Джинни.
- Нет, раз мы начали искать вместе, то и найти должны тоже вместе! - заявила Луна, в ответ на что Уизли лишь тряхнула огненно-рыжими волосами и усмехнулась.
- Нет уж, иди и поужинай. А иначе меня будет мучить совесть за то, что ты легла спать на голодный желудок! - и лишь после этого, недоумённо пожав плечами, белокурая рейвенкловка покинула пределы библиотеки.

Джиневра осталась одна. Наедине со своей проблемой.
“Чёрт подери, да где же эта книжонка?!” - словами не передать, сколько ярости сейчас кипело в душе юной особы. Со стороны могло даже показаться, что одним своим взглядом она способна испепелить здесь всё и вся. Настроение было безвозвратно испорчено, но это было ещё не самое худшее. Ведь как оказалось, все экземпляры той самой книги, о которой на своём уроке говорила профессор Спраут - благополучно разобрана, исходя из слов Ирмы Пинс. И тут уж нервы студентки Гриффиндора дали трещину. Она небрежно схватила со стола учебник и тетрадь для конспектов по трансфигурации, и пулей вылетела из библиотеки. Кто бы мог подумать, насколько прекрасно начался день и насколько ужасно закончился!
Яростно шагая вдоль каменного коридора со взглядом под названием - “я порву всё я и вся на своём пути”, Уизли отправилась в туалет с целью немного испустить пар.

Войдя в одну из дальних кабинок, девушка замкнулась и просидела около пяти минут, после чего сделала глубокий вздох и уже было собралась уходить, как вдруг ей послышались чьи-то шаги, а затем и голос - до боли знакомый, который способна узнать из тысячи.
“Малфой? Только этого ещё не хватало…” - проскользнуло в рыженькой головке Джиневры. Нет, она бы с полной уверенностью могла показаться ему, попутно посмеявшись над тем, что он делает в женском туалете, но когда до ушей Уизли дошли разговоры Драко с плаксой Миртл, то она поняла, что не сможет выйти до тех пор, пока парень не покинет это место.
“Неужели всё, что говорил Гарри было правдой?” - подумала Джинни, вспоминая разговоры Поттера в гостиной Гриффиндора о том, что Малфой - Пожиратель смерти, как и его отец. Она на первых парах как-то скептически к этому относилась и не обращала внимание на возгласы Поттера просто потому, что у неё были свои заботы. А сейчас, когда представительница рыжего семейства поняла, что юноша всё это время говорил правду, то… ей стало как-то не по себе. И вот теперь ей было уже не до смеха. Девушку переполняли смешанные чувства и ощущения от этого были ей доселе неведомы.

Этот слизеринский засранец абсолютно ничего не вызывал у Уизли, кроме полного отторжения. С первого дня встречи с Драко в магазине учебников, с самого первого взгляда на него, у неё вспыхнуло ярое желание наотмашь дать ему по напыщенной физиономии и нужно сказать, что желание это никуда не делось, напротив - с каждым годом оно непреодолимо крепло. Но в этом учебном году юноша был каким-то не таким. Менее раздражающим, что ли. Должно быть, проблемы в семье сказались на нём, ведь ныне Малфои в опале, в связи с заточением Люциуса в Азкабане. Но как бы там ни было, Джинни смутно себе представляла Драко в качестве сторонника Волдеморта. В нём ведь нет ни отваги, ни готовности к риску, да и потом, зачем Тёмному Лорду в своих рядах нужен неопытный мальчишка, который даже Хогвартс ещё не успел окончить? Вот в чём вопрос.
Помнится, пребывая в доме на площади Гриммо, гриффиндорка слышала от представителей Ордена Феникса историю о Регулусе Блэке, который по иронии судьбы тоже был наследничком чистокровнейшей фамилии, студентом Слизерина и ловцом в команде по квиддичу своего факультета (только более успешным на данном поприще), так же получившим тёмную метку будучи шестикурсником, но в итоге плохо закончившим свою жизнь на восемнадцатом году. Это ужасно, на самом деле. Неужели этой истории суждено повториться? Как бы Джиневру не раздражал Малфой, но зла она ему никогда не желала и сейчас, после всего услышанного, ей стало его даже жаль. Чисто по-человечески.

- Пчхи! - сдержаться не получилось. Очевидно, что после сегодняшней тренировки на квиддичном поле, юная особа подцепила простуду, которая столь предательски дала о себе знать в самый неподходящий момент. Оставалось только лелеять надежды на то, что парень не додумается шарить по кабинкам туалета.
[icon]https://cdn1.savepice.ru/uploads/2018/5/6/c82c665ea36f84c0984e9fd64ecebc88-full.png[/icon]

+1

3

Невелика честь — беседовать с призраком грязнокровки. Ниже падать некуда.
Малфой думал так каждый раз, когда приходил сюда, и соображение, насколько высоко вознесется после того, что придется сделать, успокаивало очень недолгое время. Раньше Миртл хватало одного неосторожного слова, чтобы впасть в истерическое состояние, теперь же ситуация изменилась. С каждым визитом уровень самообладания Драко понижался. У Миртл — наоборот. С удивительным достоинством пережив пару попыток незамутненного флирта, Малфой пришел к очевидному выводу: мертвой грязнокровке просто интересно, а ему самому пора топиться в озере, раз фальшивое участие стало дороже гордости.
В конце концов, выговориться было необходимо, а страдающих желанием поболтать с Миртл кроме Драко не наблюдалось. Ничего определенного он ей не сказал, а когда все закончится, грязнокровка может подавиться чужими откровениями, да и Малфою будет что вспомнить на склоне маразма.
Нотт точно устроит допрос с пристрастием. Он знает, был уверен Драко. Все он знает, это заметно: по понимающему взгляду, по отсутствию ироничных комментариев, когда Малфою хватало смелости и глупости бахвалиться своим исключительным положением (но рассказать не может, нетнет!) первый месяц учебы. Панси просто смотрела с обожанием — без изменений, как и всегда. Раньше Драко льстило подобное внимание. Теперь…
Теперь хочется, чтобы Паркинсон не было.

 — С чего ты взяла, что мне нужна помощь? — последняя фраза и не осталось ничего: ни злости, ни слез, только громадная усталость.
Шкаф никак не реагировал на неумелые потуги его починить. О Выручай-Комнате знал весь Гриффиндор и каждый визит грозил стать последним, но выхода не было. Выхода нет вообще. Драко взглянув в зеркало: хорош он сейчас. Взлохмаченный, взмокший, с заметно искаженным лицом — мечта, а не боец.
 — Никто не сможет мне помочь, — обронил он для альтернативно одаренных и тех, кто умудрился откинуться в женском туалете в самом цвете лет. — А если я не сделаю этого, он… он убьет меня. И хорошо если сразу, понимаешь?

Всплеск воды, наспех умывая бледное лицо, последний взгляд в мутное стекло зеркала.
Шум воды резко стих, словно перебитый девчачьим чихом. Миртл неожиданно захохотала и ринулась в слив раковины, обильно окатив окаменевшего Малфоя десятками ледяных брызг. Слезы высохли мгновенно, оставляя после кратковременного истерического всплеска странную заторможенность. Если это кто-то со Слизерина, то бояться ему нечего. Если с соседних факультетов — он просто обязан знать, кто именно, еще одного повода бояться и шарахаться от всех гриффиндорцев Драко не перенесет. На совершенно ватных ногах приблизился к кабинке, открывая ее одним резким движением.
 — Ты… — Малфой поперхнулся оскорблением, побледнев еще сильнее.
Вот встрял.
Будь на месте Уизли любая или любой, Драко бы точно не поскупился на емкую характеристику, но способности гриффиндорки, особенно в области проклятий легкой степени, особенно в контексте Летучемышинного сглаза, были известны даже слишком хорошо. Не самый лучший объект для провокаций — даже с печально известного факультета к мисс Уизли побаивались лезть открыто. Кто-то памятовал о вспыльчивом нраве гриффиндорки, кто-то делал скидку на смазливую мордашку. Какие чувства в данный момент к ней питал Малфой — очевидно. В какое-то мгновение показалось, что вот-вот готов ударить, но через еще пару секунд ожидаемо спасовал.

 — Если у тебя тут свиданка, могла предупредить, Уизли, — последнего запала хватило лишь на то, чтобы выплюнуть: — хотя в таком случае, с тобой сидела бы половина старшекурсников. Ты что, за мной шпионишь?
За напускными наглостью и напором мелькнул тщательно скрываемый испуг.
Какого дракла она торчит в заброшенном туалете? Как давно? Что она слышала?
Какого черта он, Малфой, должен бояться мелкой Уизли?
 — Двадцать баллов с Гриффиндора за нахождение в неположенном месте в неположенное время. И еще минус десять баллов за то, что мозолишь мне глаза. Тебе минута, чтобы умотать отсюда. Время пошло.
Тикнули первые три секунды и Драко окончательно пришел в себя. И — не против снять баллы с чужого факультета, отвести, так сказать, душу.

+1

4

Это ж  в каком отчаянии  нужно быть человеку, считающему потомков магглов ничтожествами, чтобы изливать свою душу призраку девочки-грязнокровки? Странно всё это. Обычно, для того, чтобы поплакаться в жилетку существуют друзья, так неужели у Малфоя таковых нет? Неужели за шесть лет учёбы в Хогвартсе он так и не успел обзавестись людьми, в лице которых он бы смог встретить понимание и поддержку? Ах, ну да, у Слизеринского Принца ведь не может быть друзей - только свита из недалёких сокурсников типа Крэбба и Гойла, на фоне которых легко казаться крутым. И по этой причине, Джинни было искренне жаль Драко. Ведь у каждого в жизни рано или поздно наступает переломный момент и очень важно, чтобы в это время рядом были люди, способные оказать моральную поддержку, потому что в противном случае можно просто увязнуть в болоте проблем и не выбраться оттуда, потеряв себя. И именно подобный  период сейчас переживал Малфой, которому крайне не повезло оказаться абсолютно одиноким.
Прежде Уизли никогда бы не подумала, что будет сочувствовать этому во всех смыслах неприятному типу, но если посмотреть с другой стороны, то яро ненавидеть его у девушки веских причин не имелось и уж тем более желать чего-то плохого. Да и к тому же, Джиневра всегда считала, что дети не должны нести ответ за грехи родителей,  а если исходить из слов Драко, то он расплачивался за ошибки своего отца, коего Тёмный Лорд не был намерен удостаивать прощения, и в качестве наказания решил отыграться на его единственном наследнике. Конечно то, что Люциус заслуженно угодил в сырые застенки Азкабана, юную особу ни могло не радовать, если учитывать, что когда-то по вине этого человека она подверглась сильному тёмномагическому воздействию и едва не умерла из-за дневника Тома Реддла, но вот его сына младшей представительнице рыжего семейства было по-человечески жаль, несмотря на явную неприязнь. Она ведь не бездушная тварь, в конце концов.

И вот, она тихонько притаилась в кабинке туалета в ожидании, когда хлипкая дверка оной резко распахнётся. Собственно, долго ждать не пришлось. Джинни заранее была готова к тому, что ей придётся столкнуться с Драко, а посему, когда он раскрыл дверь её кабинки, то абсолютно не удивилась, в отличие от юноши, который явно побледнел от страха. Честно говоря, девушке было немного непривычно видеть Малфоя таким взъерошенным, поскольку он всегда выглядел очень опрятно, как истинный аристократ. Ну, что ж, видимо, жизнь решила и его потрепать изрядно.

Гриффиндорка скептически закатила глаза и издала тяжкий вздох, когда парень опустил подкол о её личной жизни, которая судя по хогвартским сплетням была очень бурной, тогда как на самом деле Джинни реально доводилось встречаться лишь с двумя представителями противоположного пола.
- Смотрю, ты у нас, оказывается, любишь собирать сплетни, да? - ухмыльнувшись, поинтересовалась Уизли, которая и вовсе залилась безудержным смехом, когда Драко спросил, а не шпионит ли она за ним случаем.
- Шпионить? За тобой? Ну ты даёшь, Малфой! - по прежнему смеясь, говорила Джиневра.
- Ты не настолько значимая персона, как думаешь, чтобы следить за тобой. Успокойся, ты мне совершенно не интересен.

“Эх… как обычно, в своём репертуаре”, - пронеслось в рыженькой головке девушки, с которой Малфой решил списать баллы, на правах старосты, да вот только и сама Джинни оказалась не лыком шита, а посему не могла оставить без ответа действия юноши.
- Если так посмотреть, то ты тоже находишься в неположенном месте и я уверена, что когда об этом узнает мой декан, одним снятием баллов ты не отделаешься. Думаю, что и Миртл подтвердит твоё нахождение в женском туалете если ты, конечно, не успел влюбить её в себя часом, - произнеся эти слова, девушка позволила себе гордо поднять подбородок, впечатывая блондина прищуром глаз в стену. Уизли, какими бы осквернителями крови не была её родня, сама по себе слишком уж гордая - стальные стержни, казалось, пронизывали её с ног до головы. Да и потом, кому не приятно ощущать себя хозяином положения? А именно таковой себя сейчас чувствовала Джинни.

- Если тебе больше нечего сказать, то позволь мне уйти, Малфой, - выходя из кабинки туалета, сказала юная особа, крепко сжимая в левой руке учебник с тетрадями для конспектов. Она будто нарочно никуда не спешила, медленно идя вдоль пустующих кабин, дабы дать Драко возможность себя остановить. А меж тем Уизли действительно хотела дать ему такую возможность. Почему? Наверное, всё-таки из жалости. Ведь у него и без того сейчас было множество проблем, причём очень серьёзных, которые непосильным грузом обрушились на  его плечи, а он  остался наедине со всем этим дерьмом. Ну, а Джинни, в общем-то, была настроена отнюдь не враждебно и к диалогу вполне открыта.
[icon]https://cdn1.savepice.ru/uploads/2018/5/6/c82c665ea36f84c0984e9fd64ecebc88-full.png[/icon]

+1

5

Красноречивая пауза, осмысляя оскорбление. Ввиду самооценки, пробившей небо и облака и магловских божков, все, что в чистой теории могло подразумеваться в словах гриффиндорки, Малфой мгновенно принял на свой счет.
И растерялся.
Почему-то ни один достойный ответ не шел на ум — Драко внезапно сообразил, что впервые за все годы они говорят наедине. И впервые Уизли не пытается максимализировать ущерб от их встречи. И впервые между ними не стоит и не является причиной контакта… Поттер. Черт знает, что там в рыжей голове творится, но докладывать понесется так, что пол задымится — в этом Малфой был практически уверен. Малую долю уверенности занимало свободная от предубеждений мысль, что в данный момент Уизли подает себя на удивление адекватно. Сложно вообразить атаку на Крэбба и Гойла, где Драко остается, словно скорбной матери, смотреть, как личные телохранители загибаются от сглаза, дабы после повторить их участь — сейчас сложно. Струсила без поддержки?

 — Я могу находиться где захочу и когда захочу, Уизли, — заметно расслабился, придя к заключительному выводу и убирая ладонь из кармана, в котором притаилась палочка. — Я патрулировал коридоры перед отбоем и нашел тебя. Но беги, жалуйся, посмотрим, сколько баллов снимут со старосты, обнаружившего нарушителя.
Формально та еще ничего не нарушила. Малфой, как самый ответственный надзиратель на свете, смотрел далеко вперед и предугадывал все риски. Слагхорн — не Снейп, пожурит и успокоится, не растрачиваясь на потомков пожирателей. Именно Драко новый декан предпочитал вообще не замечать, чего не скажешь о профессоре МакГонагалл, бдившей за каждым студентом. Вот кого уважали и небезосновательно побаивались все без исключения. Информация о Миртл и визитах Малфоя к ней, вполне может заинтересовать декана. Драко благоразумно не задирал Поттера: во-первых, не было времени и во-вторых — все детские обиды и дрязги теперь казались бесконечно далекими, словно из другого мира. Раздражала даже необходимость посещать уроки, что говорить о вынужденном нахождении с глупцами, коих кроме хмельных посещений Хогсмида и тупых свиданок ничего не интересовало. Другое дело, что Поттер временами с него глаз не сводил и, стало быть, ощутил себя обделенным малфоевским вниманием. Драко не ставил чужие умственные способности высоко, но даже недобитый герой мог заинтересоваться фактами, если они пойдут дальше.
Придется на время забыть сюда дорогу.

 — Можешь идти, — наконец буркнул, позволив визави выговориться. — С первого раза не дошло?
Если он ее не переоценивает, то девчонка бросится обратно, едва Драко покинет туалет. Уж они-то с Миртл точно найдут куда больше общего — последняя еще и кости перемоет, как в последний раз, обнаружив в мелкой родственную душу. Уизли успела отойти почти к выходу — сейчас завернет за кабинки и поминай, как звали. И пока Малфой разрывался, балансируя на тонком и остром между «пусть проваливает» и «нельзя отпускать» с такими познаниями касаемо тонкой душевной организации наследника древнего рода и призрачными потугами на личную жизнь, инстинкты сработали вперед мысли. Беззвучное accio в спину, не без удовольствия ощутив тяжесть чужой палочки в свободной руке.
Случаи, когда Малфой держал язык за зубами, редки до неприличия. Особенно когда дело касалось самолично созданных врагов или тех, кого считал врагами. Что обычно сдерживало его от того, чтобы сдать всех и вся?
Когда у самого рыльце в пушку и стыдно так, что пропадает дар речи и сон по ночам. Мысль, еще не оформившаяся, но верная — Драко чуял это на интуитивном уровне и чувствовал себя мерзко (такое уже слишком, слишком!) — отразилась еще большей бледностью и на удивление уверенным поднятием палочки в направлении гриффиндорки.
 — Не расслышал тебя, Уизли, — еще негромкое одно негромкое заклинание: оглушительно громко захлопнулись двери всех кабинок. Скрипнула закрытая входная дверь, заклинивая хлипкий замок намертво — и вязкая тишина, только капли падают из ржавеющего крана и звучно шлепаются на поверхность раковины, раздражая слух. Палочка в руке Малфоя не дрогнула ни на дюйм. — Так что ты рассскажешь своему декану?
Лучше бы ей ответить правильно.

+1

6

Она уже почти ушла. От выхода девушку отделяло буквально пару метров, но что-то пошло не так… Волшебная палочка Джинни тот час вылетела из кармана мантии, что заставило представительницу рыжего семейства резко повернуться в сторону юноши, в руках коорого эта самая палочка и очутилась.
- Будь ты неладен, мерзкий хорёк.., - сквозь зубы, шёпотом прошипела Уизли, бросившая полный ярости взгляд на Драко, коим тут же испепелила бы его, если бы подобное представлялось возможным. В ней начала вскипать, будто бурлящее зелье в раскалённом под огнём котле, злость. И в первую очередь, злилась Джиневра не на Малфоя (потому что с ним и так всё ясно), а на саму себя за то, что посмела понадеяться на благоразумие с его стороны, как и на проявленную жалость, но уже со своей стороны. Этого рыжая себе вовек не простит.

А меж тем Драко поднял свою палочку, направив оную прямо на Джинни. Интересно, на что он надеется? Увидеть в её очах страх, а саму её трепещущую и умоляющую вернуть свою вещь? Ну уж нет, подобного удовольствия она ему не доставит! Да и потом, гриффиндорка пока ещё слишком уважает себя, ну, а что до Малфоя, то он всегда был откровенно смешон в своих порывах и от того Уизли никогда не воспринимала его серьёзно.
- Я, конечно, всегда знала, что ты тот ещё отщепенец, но чтобы настолько.., - начала говорить Джинни, без какой-либо опаски шагая прямо по направлению к парню.
- Когда ты так низко пал, Малфой? - став от него в паре метров, произнесла Уизли. А ведь действительно, когда он успел до такого опуститься? Нападать на девушку, да к тому же ещё и безоружную - это верх низости, а посему если Драко сейчас применит ещё какое-нибудь заклятие, но уже против рыжей, то в её глазах он упадёт окончательно и бесповоротно. Однако, было куда любопытнее, что  будет чувствовать сам Малфой и сможет ли после этого называться мужчиной?
- Опусти палочку, - вобрав в лёгкие побольше воздуха, максимально спокойно, насколько это возможно в сложившейся ситуации, сказала Джиневра, которая совершенно точно была уверена в том, что как-только переживёт сегодняшний день, то наведёт на этого типа свой фирменный Летучемышиный сглаз. Ну, а что? Это ведь не смертельно, да и вообще, Малфой уже давно напрашивается на нечто подобное - со второго курса, с самой первой встречи. Давно пора хорошенько его проучить, да так проучить, чтоб надолго запомнил!

- Или ты уже даже самого себя не уважаешь? - не сдержавшись, девушка повысила тон голоса и, резко схватив Драко за руку, в которой он держал свою палочку, она набросилась на него словно дикая хищница, изголодавшаяся по вкусу крови. С яростью фурии младшая представительница семьи Уизли бесцеремонно схватила его обеими руками за белоснежную рубашку, после чего приблизилась практически лицом к лицу и, с горящей пламенем злобой, глядя прямо в глаза, выпалила: - Верни мою палочку, пока я не вытрясла из тебя всю душу, чёртов засранец!
Малфой всегда неимоверно бесил, но сегодня он перешёл все грани и просто превзошёл сам себя.
Джинни была выведена из себя окончательно. Сил себя сдерживать больше не было.
[icon]https://cdn1.savepice.ru/uploads/2018/5/6/c82c665ea36f84c0984e9fd64ecebc88-full.png[/icon]

Отредактировано Ginevra Weasley (6 мая, 2018г. 01:46)

+1

7

— Совсем чокнулась? Не смей меня трогать! — Малфоя ощутимо тряхануло, даже отступил на шаг назад.
Он давно подозревал, что пациенты пятого этажа Мунго в свое время нашли выход наружу и массово пустили корни в гостиной факультета Гриффиндор. В семейном кодексе Малфоев не было пункта «не бить девчонок», но перед разъяренной Уизли единственный наследник древнего аристократического рода заметно спасовал. Невольно сравнивая ее с Грейнджер, которая, как и многие магловские выродки, временами предпочитала физическую силу волшебной, сейчас оправдать свое бездействие не выходило. Грейнджер могла сколько угодно зубрить и практиковаться, выучить историю Хогвартса назубок, и она никогда по-настоящему не станет частью магического мира. Эту девчонку Малфой мог в теории противопоставить себе, но все сводил на нет фанатизм ее папаши и общее неравнодушие клана к маглам, грязнокровкам и к их жалкой судьбе. Можно снова убедить себя, что силы и, что тогда казалось более значимым, положение — неравны и ни к чему тратить время на убогих. Только Уизли сейчас выглядела какой-угодно — точно не убогой и беззащитной, и объяснять ей, как устроен этот мир и какое место она в нем занимает, никогда не будет уместно. А сейчас — даже неважно.
Конкретно сейчас мелкая вопила и покушалась на предметы гардероба, Драко сатанел. Эффект внезапности сошел, осталась только чистое незамутненное раздражение и, позволив Уизли поболтаться на себе любимом, Малфой крепко сжал запястья, не выпуская палочку и глядя на гриффиндорку сверху вниз.

 — И что ты мне сделаешь? — не сдержал ухмылки, не сдержал порыва: оттолкнул. Пусть наскакивает и вопит сколько хочет, он все равно сильнее. — Натравишь своего братца-недоумка? Или всех остальных?
Вот незадача — остальные, те, под чье недовольство даже Малфой не рискнул бы попадать, умудрились обосноваться в Косом переулке и к Хогвартсу их не подпустят на пушечный выстрел. Разве что по личному приказу Дамблдора.
Малфой ощутил неприятный холодок. Разозлился.
Черт побрал бы эту истеричку, у него нет на нее времени!

Уже второй месяц он почти не спит по ночам и не клюет носом на парах только потому, что обдумывает по утрам все, что не успевал обдумать после заката. Если не замечать всех окружающих, время идет так медленно, что Малфоя почти выворачивает — и времени все равно не хватает. Драко не избегал всего, что может выбить из равновесия — раздражители сами его избегали, но здесь и сейчас он словно очнулся и вышел из долгой спячки.
Словно Уизли его разбудила, заставив вспомнить, как сильно Малфой ненавидит ее, Поттера со свитой, насмехающегося Забини, Дамблдора, всех учителей, добрую половину этой треклятой школы; обязательства и «честь», которые пришлось на себя взвалить. Раньше можно было выпустить пар и всласть подоставать гриффиндорцев, точно зная, что отец не подведет. Теперь, без защиты, осталось лишь чувство страха и беспомощности. Почти как у нее. Вот что на самом деле обезоруживает. Злиться на себя надоело, увещевания Миртл вызывали изжогу, а Джинни Уизли была совсем одна, без защиты и без инстинкта самосохранения, коим ни она, ни ее дружки никогда не славились — идеальный объект, чтобы сорваться и снова ощутить ложное и сладкое: стало легче.

 — Я сегодня в хорошем настроении, Уизли, можешь считать, что тебе повезло, — еще один шаг назад, сжимая палочку еще крепче.
Бросится, расцарапает лицо — с этой психованной станется. Объясняйся потом.
 — Минута унижения в назидание и ты свободна. Даже не сниму баллы с Гриффиндора, даю честное слово, — Драко откровенно ухмыльнулся.
Он будет помалкивать об этом и взамен, разумеется, потребует то же самое. Если она не полная идиотка, то согласится, рядом нет ненормальных близнецов, чтобы устроить ему сладкую жизнь до конца года. Палочка слегка дрогнула в бледных пальцах; значительное усилие воли и Малфой ровно продолжил:
 — Раздевайся. Иначе я сломаю твою палочку.
Вновь мелькнула мысль — это уже слишком, слишком! Малфои не раздевают и не шантажируют девушек, даже предательниц чистой крови. Малфои не замечают их. Малфои не рыдают в заброшенных женских туалетах.
Слишком много «не» для такого паршивого дня.
Секундная заминка — и Драко совладал с собой.
 — Приступай, — ленивое движение запястья и сжал палочку еще крепче на случай, если Уизли решит выкинуть финальный фокус. — Я не шучу.

Отредактировано Draco Malfoy (7 мая, 2018г. 01:32)

+1

8

Ни один человек в Хогвартсе никогда не раздражал девушку настолько сильно, как Малфой. Каждое его слово, каждое действо, каждая ухмылочка - всем своим видом и манерами он вызывал полное отторжение. Радовало лишь то, что они учатся на разных курсах, а посему Джинни не приходится настолько часто пересекаться с Драко, как Рону, например, а иначе она бы уже давно убила его учебником по белобрысой башке. И сейчас, когда этот напыщенный недопринц окончательно вывел Уизли из себя, она не выдержала и, не имея волшебной палочки под рукой, набросилась на него с горящей в глазах яростью - словно дикая кошка на хорька.
Однако, оттолкнул её Малфой столь же резко, как она на него напала, повалив на холодный кафель. Рыжая упала, ощутимо врезавшись спиной о деревянную дверку одной из кабинок туалета, после чего слегка тряхнула головой и устремила свой взор на приближающегося к ней парня. В его руках была её палочка, на которую юная особа резко перевела взгляд светло-карих очей.
- Где гарантии, что ты действительно сдержишь своё слово, Малфой? - выпалила младшая представительница рыжей династии, вновь устремив взор на Драко, с лица которого так и хотелось стереть грязную ухмылочку. О, Мерлин… словами передать невозможно, как сильно Джинни хотелось сейчас вскочить с места и в очередной раз кинуться на него, а заодно и хорошенько врезать. Но вместе с тем она, к величайшему сожалению, понимала, что на текущий момент он хозяин ситуации и что очевидные преимущества на его стороне в то время, как у младшей Уизли нет не единого. И от этого девушка злилась пуще прежнего, ибо ничто не угнетает настолько, как осознание собственной беспомощности перед лицом противника, в качестве которого для неё выступал Малфой.

- Ты что, в конец рехнулся, да?! - сорвалась гриффиндорка, когда этот противный хорёк велел ей раздеваться.
“Нет! И ещё раз, нет!” - мысленно протестовала Уизли, обращаясь к самой себе.
Да, она ни за что этого не сделает! Ещё ни перед одним представителем противоположного пола ей не приходилось раздеваться! И девушке крайне не хотелось того, чтобы Малфой был первым, кто узрит её наготу. Одна только мысль об этом вызывала отвращение и приводила Джиневру в бешенство! А ещё она очень стеснялась и… боялась? Нет! Бояться этого хорька - себя не уважать!
Девушка как могла пыталась утешить себя, но вместе с тем с ужасом осознавала, что Драко не шутит и сломает её палочку без зазора совести, коей у него, судя по всему, отродясь не было.
- Какой же ты всё-таки отморозок, Малфой! - гневно вымолвила представительница львиного факультета, которой больше ничего не оставалось, кроме как из последних сил бросать колкости в сторону обидчика и мысленно кичиться тем, что ничто не сломит её в сложившемся положении.

А тем временем, поглубже вобрав в себя воздух, Джиневра собрала крепко сжатую в кулак волю и поднялась с места, став напротив блондинистого кретина. Неужели она собралась пойти на выдвинутые им условия? Это же унизительно! Да, и Уизли это понимает, как понимает и то, что в противном случае ей придётся потом ходить со сломанной палочкой весь курс, как когда-то Рону на втором году обучения в Хогвартсе, что изрядно доставило ему множество неудобств, потому как приобрести по-быстрому новую возможности не было, учитывая материальное состояние их семейства.
- Только учти, что нижнее бельё я снимать не буду и да, никаких рук, иначе тебе точно не жить! - оскалилась юная особа, которая впоследствии резко отвернулась, став спиной к Драко. Уж больно не хотелось видеть его противное самодовольное лицо!

Мантия тяжело упала на пол, после чего, то и дело со злобой скрепя зубами, Джинни потянулась руками к гриффиндорскому галстуку, в попытке его развязать. “Какой кошмар… до чего я докатилась!” - корила себя Уизли, но одновременно утешалась тем, что делает это, в первую очередь - ради факультета, ради сохранности баллов и, целостности своей волшебной палочки, безусловно, тоже.
А меж тем, когда галстук благополучно слетел в след за мантией и пальцы девушки начали медленно расстёгивать пуговицы на блузке - щёки сами по себе начали гореть и, очевидно, раскраснелись как помидор. Ей было стыдно. Она смущалась. И от этого на душе становилось неимоверно мерзко, потому как прежде Джиневра ещё никогда так не робела, а тот факт, что робела она перед Драко - только добавляло масла в огонь.
И вот, кажется, она расправилась с пуговицами на блузке, да вот только облегчённый вздох никак не мог сорваться с уст, потому что представительница рыжего семейства понимала, что это только начало, ибо самая унизительная часть ещё впереди. Простояв в нерешительности примерно минуту, Джинни всё-таки ухватилась за блузку и… начала медленно стягивать ткань. Плечи обнажились и непроизвольно вздрогнули, но не от страха, а скорее от неприятного холода, поскольку в туалете было в крайней степени сыро и неуютно.
“Ну, держись у меня, презренный хорёк!” - проскользнуло в рыженькой головке. В конце концов, иных альтернатив не было, кроме как мысленно злиться на слизеринского гадёныша.   

[icon]https://cdn1.savepice.ru/uploads/2018/5/6/c82c665ea36f84c0984e9fd64ecebc88-full.png[/icon]

Отредактировано Ginevra Weasley (9 мая, 2018г. 20:44)

+1

9

То ли Малфой не рассчитал силу, то ли у мелкой были проблемы не только с самообладанием, но и с координацией — наглость и напор, странно скупые, успешно скрыли замешательство. Однако слова произнесены, дело почти сделано, поздно давать заднюю. Не сказать, что Драко всю жизнь мечтал поглазеть на голую Уизли, тем более в такой обстановке, но забирать слова назад?
 — Сдержу, Уизли, не сомневайся, — рука по-прежнему не дрожит, а интонации очень удачно вуалируются смешком, словно Малфою действительно весело. — Ты слишком много болтаешь, я же так и передумать могу, а другой вариант не понравится тебе еще больше.
Заявить, что пошутил и отправлять гулять с таким неприятным, пусть и недоказуемым, знанием. Со смешанными чувствами наблюдая, как соскальзывает с плеч мантия, Малфой почти готов продемонстрировать профессуре заклейменное предплечье, лишь бы от него отвязались, лишь бы девчонка прекратила… этот цирк!
Насчет недоказуемого знания погорячился — это соображение и помогло остыть.

Ясное дело, что там положено ощущать, но все сводится к тихой панике. Не слушай Драко с четвертого курса, насколько исключительны его права и обязанности в таком аспекте — том, где от наследника Малфоев, вольно перефразируя Люциуса, мечтает залететь каждая первая, его отпрыск знал бы, что увидит — не только в теории.
И с языка сорвалось бы издевательское «помедленнее, Уизли», не мечтай он о том, чтобы это наконец закончилось.
 — Юбку тоже, — красноречивое движение палочки вниз. — Остальное можешь оставить.
Сам того не чувствуя и не видя, — она, слава Мерлину, не видит тоже, — побледнел еще сильнее, мысленно желая провалиться сквозь землю. Довести дело до конца, а Джинни — до абсолютной истерики, и пусть тоже проваливает.

+1

10

Белоснежная ткань плавно спускалась с плеч. Очень медленно. Уж слишком сильно ей было не по себе. А ещё было довольно прохладно, а посему чем ниже съезжала блузка, тем сильнее дрожала Джинни. Благо, что от Драко она была отвёрнута, так что возможности разглядеть её грудь в бюстгальтере у него не было, ну, а саму спину тщательно прикрывали длинные рыжие волосы. Но это абсолютно не значит, что Уизли была спокойна. Внутри неё разразилась самая настоящая паника, когда блузка наконец-то была полностью снята и упала на ранее слетевшую мантию.

Джиневра никогда бы в жизни не подумала, что однажды ей придётся раздеваться перед Малфоем. Перед Малфоем, чёрт бы его побрал! Сама мысль об этом ей претила, но что ещё оставалось Уизли? Этот ублюдок нагло воспользовался её беспомощностью в сложившемся положении и за одно лишь это представительница львиного факультета была готова порвать его в клочья. И видя то, как мешкает Джинни, парень, судя по всему, решил её поторопить, сказав, чтобы она ещё сняла и юбку. И это разозлило девушку ещё больше, но к её счастью, он сказал, что прочие предметы гардероба можно оставить при себе. Жаль, только, что от этого вздохнуть с облегчением рыжая не могла. Уж больно мерзко она себя сейчас чувствовала.

Далее её руки потянулись к тёмно-серой юбке, которую представительница рыжей семьи стягивала с бёдер столь же медленно и неспешно, как блузку с дрожащих плеч. И, кажется, в этот момент щёки на лице заполыхали пуще прежнего в то время, как вдоль позвоночника пробежала вереница мурашек. Да, бюстгальтер на груди Малфой не сможет должным образом рассмотреть, но вот чулки и трусики  представятся его взору в полной красе, а посему, чтобы весь этот кошмар поскорее закончился, в какое-то мгновение Уизли резко сняла юбку и, тщательно обхватив руками плечи, таким образом, прикрывая грудь, полубоком повернулась к Драко и окинула его преисполненным злобой взглядом.
- Ну что, придурок, ты доволен?! - резко обратилась она, вздрагивая то и дело от здешней сырости.
- А теперь верни обратно то, что забрал! - говорить спокойно совершенно не получалось. 
Чего уж греха таить, Малфой действительно её довёл… чтоб ему пусто было!
Теперь, оставалось надеяться лишь на то, что он сдержит своё слово и не только вернёт ей волшебную палочку, но и спокойно отпустит без выписывания штрафных очков, потому что в противном случае Джинни так просто  подобное с рук не спустит и со стопроцентной точностью наградит его Летучемышиным сглазом.

[icon]https://cdn1.savepice.ru/uploads/2018/5/6/c82c665ea36f84c0984e9fd64ecebc88-full.png[/icon]

Отредактировано Ginevra Weasley (9 мая, 2018г. 21:14)

+1

11

— Было бы на что смотреть, — снисходительно обронил в ответ.
И слукавил: смотреть было на что. Малфою невыносимо захотелось, чтобы об этом узнали Фред, Джордж, Рональд и прочее потомство семейки Уизли, имена которых не вспомнит и под страхом Круциатуса. Младшая из них бесилась так, что любо-дорого смотреть, а Поттер и Ко наверняка бы окончательно двинулись от злости. Одна из немногих приятных вещей, которые Драко наблюдал в стенах школы, но сладкое ощущение власти и безнаказанности сейчас превзошло все. Малфой опустил палочку, задумчиво перебирая в пальцах второй руки чужую. Гриффиндорка, умей она, прожгла бы в нем дыру одним только взглядом и наблюдать за тем, как она вздрагивала от холода или бессильной злости, было сущим удовольствием.
Тем более что баллы с Гриффиндора он уже снял.

 — Это был последний раз, когда ты попалась мне на глаза, Уизли, — Малфой уставился на нее во все глаза и в глаза, так и не накопав наглости спуститься ниже. Вот еще! Да на ее месте может оказаться каждая, даже палочку отнимать не придется — сами выпрыгнут из формы, стоит Драко лишь изъявить такое желание. — Я забуду то, что мне пришлось увидеть и никому не расскажу, что ты согласна раздеться…
…за еду!
 — …едва тебя попросят. Взамен ты забудешь о моем существовании, — Драко поморщился, словно учуял что-то неприятное, — и о моей личной жизни. Занимайся своей, все равно не узнать о ней нет никаких шансов.
Обогнул вынужденную собеседницу, с легкой брезгливостью подвинул мыском обуви небрежно упавшую на пол одежду. Зря закрывается — может хоть извертеться, не спрячется. Несколько шагов в сторону выхода на безопасном расстоянии лицом к девчонке, пройдясь всей ладонью по гладкому дереву, словно собираясь его сломать… и Малфой бросил Джинни ее волшебную палочку.
 — Держи. На вторую твоему папаше за всю жизнь не заработать. Цени мою доброту, пока у тебя есть время, Уизли, и помни, как легко вы все можете без нее остаться.
Едва ли ей хватит мозгов оценить двусмысленность последней фразы, только Драко, выплеснув злость и раздражение, заметно приободрился и не счел нужным следить за словами. Открыв заклинанием дверь, Малфой выскользнул в полумрак коридоров, разбавляемый дрожащим пламенем факелов, и вскоре гулкие шаги на этаже окончательно затихли.

Отредактировано Draco Malfoy (10 мая, 2018г. 23:56)

+1



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC