Вниз

1995: Voldemort rises! Can you believe in that?

Объявление

Добро пожаловать на литературную форумную ролевую игру по произведениям Джоан Роулинг «Гарри Поттер».

Название ролевого проекта: RISE
Рейтинг: R
Система игры: эпизодическая
Время действия: 1996 год
Возрождение Тёмного Лорда.
КОЛОНКА НОВОСТЕЙ


Очередность постов в сюжетных эпизодах


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Март-апрель 1996 года » Заместительная терапия (30 марта 1996)


Заместительная терапия (30 марта 1996)

Сообщений 1 страница 29 из 29

1

Название эпизода: Заместительная терапия
Дата и время: 30 марта 1996 года
Участники: Августа Лонгботтом, Энгус О'Рейли

Министерство, кабинет О'Рейли

0

2

Каждый раз каждую ночь ему снился один и тот же сон. Энгус шел по узкому коридору, обеими руками касаясь стен. Камень был леденяще холодным. Такой же леденящий холод сковывал ноги. Он шел босиком. Сзади была темнота, а в темноте - кто-то еще. Страх перед тем существом за спиной сковывал движения. Он хотел побежать, но тело не слушалось. Он двигался медленно, словно муха в меду. Тот, что за спиной, догонял. И чем ближе он был, тем быстрее Энгус терял силы, и в конце концов он падал на колени и бритвенно острое лезвие вскрывало ему левый бок и резало, резало, резало там внутри.
Потом он просыпался в холодном поту и долго не мог заснуть снова. Сон был выматывающий, такой, что лучше бы не спать вовсе. Кое-как выбравшись из кровати, Энгус открывал окно, на цыпочках шел на кухню, чтобы заварить себе травы с медом, пытался сам выковырять из своей памяти навязшие страхи, как обычно делал это раньше. На этот раз ничего не получалось. В лучшем случае ничего не получалось, в худшем - он снова проваливался в кошмары, на этот раз в реальности, и вырывался из них едва-едва. И чертов бок постоянно болел, хотя целители заверяли, что все хорошо зажило.
Всему тому, конечно, было объяснение. Чертова охота за хоркруксом. Нервотрепка с Луной. Дементоры, разлетевшиеся по всей стране. Уизли, Лестрейнджи, Итон, Арн... Он устал. Надо было взять отпуск. Никто бы не дал в такое время отпуск главе департамента катастроф, в авральном режиме работал не он один. Надо было хотя бы обратиться к толковому легилименту. Вот только все толковые легилименты были его подчиненными, и по понятным причинам он не хотел афишировать свое состояние.
Через пару дней Энгус провалил простейшую легилименцию. Всего и надо было, что стереть память магглам, чудом спасшимся при нападении дементоров. Но он едва коснулся тех воспоминаний - о мраке, холоде и безнадежности, - как провалился в тот же осточертевший кошмар с коридором и преследователем, и лучшее что успел сделать - разорвать контакт. Он оставил маггла легилиментам, вернулся в Министерство и вызвал первого, о ком подумал - Августу Лонгботтом.
В ожидании ее прихода Энгус нервно ходил по кабинету, то и дело задевая мебель, а когда скрипнула дверь, чуть не запнулся о ковер.
- Нужна помощь, - сказал он, не теряя времени на приветствия. - Консультация ментальщика.
И если в их высоких отношениях сейчас тот момент, когда они в целом выносят друг друга, то это могло помочь. А если тот, когда не выносят, то он не угадал.

+1

3

[nick]Августа Лонгботтом[/nick][status]62, заместитель главы департамента МПиК[/status][sign]Порой мне кажется, что меня хранит не то, что свыше, а то, что девочек не бьют.[/sign][info]rock n roll queen[/info][icon]http://s5.uploads.ru/Qv8I1.jpg[/icon]
Августа захватила с собой какой-то отчет наугад и тяжело стуча каблуками двинулась к кабинету О’Рейли. Собиралась продемонстрировать ему как все плохо после побега Пожирателей и поинтересоваться, что великий начальник собирается со всем этим делать. От нее прямо-таки веяло опасным сочетанием банально плохого настроения и реальных проблем. В последнее время подчиненные разве что не шарахались от ее взглядов, а стажер, которого она вчера отчехвостила по полной программе за то, что тот облажался и перепутал воспоминания для маглов, сегодня перевелся в канцелярию. И хорошо. В их департаменте не место тем, кто не может справиться со стрессом, а в сложившейся военной ситуации (Августа давно считала, что это война, в которой они сильно облажались) и вовсе не место хлипким юношам, которые приходили в магические происшествия и катастрофы за романтикой и деньгами.
О’Рейли в последнее время тоже сильно раздражал (читай “беспокоил”). Она злилась на него совершенно за все. Начиная с того, как он попал в Мунго (не был достаточно осторожен и позволил себя покалечить), заканчивая его безумным похищением, в которое Августа даже верила с трудом (да как можно быть таким дураком-то?). А самым апогеем был тот факт, что когда она официально поинтересовалась у него все ли в порядке, он так же официально ответил, что все в норме. И с тех пор любое общение прекратилось. Августа орала на весь департамент в своем кабинете, Энгус якобы работал в своем. В общем, все приходилось делать самой, и это не в первый раз. И вот наконец-то он решил с ней встретиться.
Впрочем, картина, открывшаяся перед ней за дверью кабинета, немного остудила ее пыл. Она-то собиралась подойти и эффектно швырнуть папку на стол прямо перед надменной рожей ее старого школьного друга, а затем как следует расписать ему его никчёмность и в лучших традициях припомнить, что если бы не он, то она бы сейчас точно не работала во вшивом Министерстве, и если он решил помереть в скором времени, то пусть хотя бы подумает о тех, кто вообще-то пытается ем помочь, но…
- Привет? - Августа вопросительно приподняла бровь и почти нежно прикрыла дверь, пока никто из подчиненных не заглянул внутрь и не увидел тоже, что и она. О’Рейли выглядел не очень и вел себя тоже не очень. Она как будто дорисовала в воображении его суетливые телодвижения по кабинету минуту назад, а если бы узнала, что он запинается о мебель, то точно отправила его на отдых прямо сейчас.
- Ты выглядишь на все семьдесят, - нещадно констатировала она, подойдя ближе, разглядывая все лишние морщины и залегшие под глазами синяки. Убийственный отчет она отложила на попавшуюся под руку тумбочку, но суровое выражение лица менять на обеспокоенное не спешила. Хотя, само собой, если О’Рейли просит ее помощи, как ментальщика, то беспокоиться есть о чем.
- Что не так? - наконец спросила она, желая услышать подробности и детали. При этом сама указала Энгусу на стул для гостей и сама села на такой же напротив. Заодно, пока он собирался с мыслями, взмахнула рукой и заперла кабинет. О’Рейли потеряет авторитет и весьма вероятно, что уже не сможет его восстановить, если кто-то решит, что он сдал.

Отредактировано Hermione Granger (2 января, 2018г. 23:56)

+1

4

Глядя на Августу, Энгус осознал, что в последнее время она злилась на него больше обычного. Об этом напомнила быстрая смена выражений на ее лице - от слегка презрительного негодования до обычного раздражения. И как она только язву еще не заработала. Не то чтобы он желал ей язвы, конечно. Просто было интересно.
Августа рассматривала его так, словно этот жалкий вид он тоже приобрёл специально, чтобы ее выбесить. Но она, собственно, всегда его так рассматривала, и всегда вела себя так, словно она одна работает в этом захудалом департаменте.
- Да, - сказал Энгус. - А чувствую себя на все сто. Привет.
Он уселся на стул, на который указала Лонгботтом, и вытянул ноги, не следя за тем, как она запирает дверь и, может быть, ещё чары какие-нибудь накладывает. В его кабинете и так было наложено дочерта чар. К тому же он пребывал в том идиотском отчаянии, которое лишает почти всякой мотивации позаботиться о себе. Что если он все-таки надорвался и больше не сможет спокойно заниматься легилименцией? Что если восстановление займёт слишком много времени? Что если Августв не сможет помочь? Что если он потеряет пост, его отправят в почетную отставку, пролеживать жизнь на диване? Что если дальше будет хуже и он закончит свои дни в Мунго?
Реальность всех этих вариантов Энгус и раньше признавал, но что-то они пододвинулись слишком близко. Не прямо же сейчас! Ещё рано!
- Все не так. Я запорол стирание памяти. Я вообще не могу работать.
Ещё он признавал вероятным вариант, в котором заместителей воодушевляют такие новости и они радостно избавляются от старого вожака, чтобы поделить власть в департаменте между собой. Но от Августы ждать интриг не приходилось, если он все ещё умел разбираться в людях.
А может, уже и нет.
Энгус потёр лицо, облокотился на колени, посмотрел на Августу и окончательно расписался в профнепригодности.
- И спать не могу. Мне снятся кошмары. Каждый раз.

+1

5

[nick]Августа Лонгботтом[/nick][status]62, заместитель главы департамента МПиК[/status][icon]http://s5.uploads.ru/Qv8I1.jpg[/icon][sign]Порой мне кажется, что меня хранит не то, что свыше, а то, что девочек не бьют.[/sign][info]rock n roll queen[/info]
Она медленно провела взглядом от кончика ботинок О'Рейли до его бестолковой седой макушки и села показательно прямо, скрестив ноги, как полагается на приличных встречах, а не то, что творил Энгус. Не то, чтобы ей прямо-так хотелось соблюдать приличия, особенно с ним, но эти вытянутые ноги - это для ирландского паба, а не кабинета в Министерстве. Тем более, опять-таки, она его спрашивала, все ли в порядке, но пожаловаться во фривольных позах он решил только сейчас!
Впрочем, в остальном Августа сделалась весьма лояльной, даже не вставила никакой едкой ремарки на его "вообще не могу работать" и изобразила на лице что-то вроде заинтересованности, чтобы совсем уж не раскис. Мысли Энгуса она почти читала, но, в отличие от него, панику разводить не спешила.
- И как долго это? - вопрос по делу, и заодно тоном подразумевавший что-то вроде "почему сразу не сказал?". Просто высший пилотаж.
Она достала палочку и прямо во время разговора сотворила диагностирующее заклинание. Встала, обошла Энгуса и продолжила за спиной - с затылка всегда лучше считывались проблемы с головой.
- Пробовал снотворящее зелье? Алкоголь в конце концов? - следом поинтересовалась она, хмурясь и перепроверяя заклинание еще раз. Решительно ничего. По понятным причинам отправлять в Мунго Энгуса не стоило. Там его карьера и закончится, а ей придется отдуваться одной в клятом Министерстве. Тем более, вряд ли целители чем-то ему помогут - по всем показателям Энгус был здоров.
Она вздохнула и села обратно напротив, убирая палочку обратно в карман мантии.
- Голова в порядке, думаю, тебе нужно просто отдохнуть для начала, - она еще раз окинула позу Энгуса взглядом. - Как ты расслабляешь в последнее время, Энгус? И давай без сарказма, - прозвучало так, будто бы она хочет отчитать его за то, до какого состояния он себя довел, но в последний момент передумала.

+1

6

Августа сегодня была просто невероятна тактична. Она всего лишь смерила его осуждающим взглядом и уселась, как королева в изгнании. Даже в ее позе читалось "ну я же говорила!"
- Дней пять. Но я мог работать.
Диагностические чары ничего не могли дать, иначе он просто взял бы в Мунго пару бутылочек с зельями. Энгус неплохо знал, когда ему нужна консультация ментальщика, когда ему нужно уйти в недельный загул, а когда здорово было бы совместить. Сейчас он совместил бы, если б мог себе позволить, но он не мог.
Августа перемещалась за его спиной, и он прямо чувствовал затылком неслучившийся подзатыльник.
- Снотворное пробовал. Напиваться мне сейчас нельзя.
У него дома был проблемный подросток. Энгус всегда плохо представлял себе, что значит заботиться о ребенке, да и сейчас понятия не имел, что он творит, но напиваться было нельзя. Нельзя было приходить домой пьяным и не приходить тоже было нельзя. Не говоря уже о парочке государственных тайн, которые он мог спьяну разболтать и тут же откинуться вследствие обетов. А если контролировать степень опьянения - где же тут веселье? Прощай, молодость.
Августа снова вернулась в поле зрения и уселась, снова продемонстрировав свое моральное превосходство. Энгус раздраженно дернул ногой.
- И как я сам не подумал. Извести меня, когда мы избавимся от дементоров и Пожирателей, и я сразу же попробую отдохнуть и расслабиться!
Ему казалось, что он четко обозначил проблемы именно с тем, что отдохнуть самым доступным способом уже не получается. Он поднялся, сунул руки в карманы и сделал по кабинету еще один круг, злясь на эти нотации. Конечно, люди не обращаются за помощью к дорогим друзьям, пока дорогие друзья так реагируют на просьбы помочь.
- Мне надо выспаться, и все. Просто убери из моей головы эту дрянь.

+1

7

[nick]Августа Лонгботтом[/nick][status]62, заместитель главы департамента МПиК[/status][icon]http://s5.uploads.ru/Qv8I1.jpg[/icon][sign]Порой мне кажется, что меня хранит не то, что свыше, а то, что девочек не бьют.[/sign][info]rock n roll queen[/info]Эта дрянь - и есть твоя голова, - хотела бы отрапортовать Августа и отшлепать Энгуса отчетом, однако, знала, что это не поможет.
- Сядь, пожалуйста. И успокойся, - попросила она достаточно примирительным тоном. Мельтешение О'Рейли по кабинету выбивало из колеи. Впрочем, стоило ему исполнить ее просьбу, она немедленно уколола:
- И я вроде просила без сарказма. Так сложно быть конструктивным? - вопрос был риторическим, так что ответа она не ждала и показала это всем видом, вставая со стула. Ее очередь задумчиво вышагивать, но, в отличие от Энгуса, Августа не высказывала ни малейшего признака беспокойства. Есть проблема - нужно ее решать, но сначала изучить. Вот он бесится, но ни один нормальный легилимент не полез бы в чужие кошмары только потому, что кто-то там считает, что так будет лучше. Вторжение в разум - все-таки кое-какая ответственность. Она оставила это объективное замечание при себе.
Что же должно было случиться такого, что глава ликвидаторов превратился в кусок сплошных нервов всего за каких-то пять дней? Этот вопрос она задала себе и как будто украдкой посмотрела на О'Рейли. Ничуть не изменился на самом деле, просто сами проблемы изменились.
Августа снова обошла его со спины и положила руку на плечо, надеясь, что это немного поможет.
- Успокойся, - повторила она и сама прикрыла глаза, прикидывая в уме какие-либо еще варианты для Энгуса. По всему выходило, что он прав и нужно лезть в его голову, в основном потому, что он сам вбил себе в голову, что ему нужно только это. Что же, ей не впервой. Хотя на веселую прогулку по центру Парижа это никогда не было похоже. О'Рейли и в жизни был колючий, как еж, и его внутренняя составляющая - куда не ткнешь, везде иголки.
- Хочешь сделать это здесь? Сейчас? - уточнила она. Августа бы предпочла более спокойное место, но О'Рейли, кажется, было все равно, что о нем подумают, если увидят, чем они занимаются.

+1

8

Энгус сел и успокоился. Во всяком случае он приложил к этому усилия - не для вида, а по-настоящему. Это был не первый раз, когда он демонстрировал панику по - хотелось верить - пустякам, но гордиться тут было нечем.
- Да, - буркнул он. - Мне сложно быть конструктивным. По-моему, это заметно.
Отчасти нервничать его заставлял страх перед необходимостью для кого-то открыться - тот самый страх, который он с разной степень деликатности высмеивал в других, в чьи мысли случалось проникать. Он говорил им, что ментальщику по большому счету все равно, что он видел предостаточно чужих историй, смешных, похабных или трогательных, чтобы каждая новая могла его чем-то впечатлить.
Но сейчас было совсем другое. Он не какого-то случайного человека приглашал влезть к нему в голову, а Августу Лонгботтом. А им еще работать вместе, и меньше всего ему хотелось при каждой новой встрече вспоминать все то, что не хотелось бы ей показывать, но пришлось показать.
Августа положила руку ему на плечо. Это был хороший ход - еще со школьных времен, которые Энгус помнил очень смутно. В памяти сохранилось только то, что первый раз они поговорили по-человечески, держась почему-то за руки - при том, что не имели видов друг на друга. Как минимум он не имел.
Энгус вздохнул и кивнул.
- Лучше здесь и сейчас. Я только кое-что закрою от тебя. На мне пара Непреложных.
Случайному легилименту до этой информации было еще добираться и добираться, но если он собирался снимать основные блоки - а он собирался, черт возьми, и это было гораздо хуже, чем явиться на прием в Министерстве в чем мать родила, - появлялся некоторый риск. Энгус полагал, что в закрытое Августа ломиться не будет, пауза скорее нужна была ему, чтобы убрать подальше любые воспоминания о Луне Лавгуд и об эксперименте с Дэвисом. Охоту за хоркруксом и историю Блэка он, поразмыслив, оставил как есть. Для хорошего человека не жалко.
Он последний раз потер лицо и посмотрел на Августу снизу вверх.
- Я готов.

+1

9

[nick]Августа Лонгботтом[/nick][status]62, заместитель главы департамента МПиК[/status][icon]http://s5.uploads.ru/Qv8I1.jpg[/icon][sign]Порой мне кажется, что меня хранит не то, что свыше, а то, что девочек не бьют.[/sign][info]rock n roll queen[/info]Старый пень всегда оставлял последнее слово за собой. Будь это обычная рабочая обстановка, они могли бы препираться так вечность, но Августа решила быть более снисходительной. Энгус огрызается, потому что боится, но кто-то из них (это всегда она) должен сохранять хладнокровие. Так что она всего лишь сильнее сжала его плечо, отмечая, что мышцы в нем твердые как камень. Жест можно было воспринять неоднозначно: как поддержку, мол, друг, держись, я с тобой; как предупреждение - вытрясу из тебя всю душу, если не замолчишь. Ей, в общем-то, было все равно, что именно больше придется по вкусу Энгусу.
Она закатила глаза, выдыхая чуть громче положенного. Непреложеные у него, как же. Даже если так, то он наверняка давным-давно обложил их стеной, толще Великой Китайской. И о том, куда лезть не следует, она узнает загодя по красной разъяренной вывеске "не влезай, убьет!". И больно надо. Как и то, что он прячет там на самом деле. Какую-нибудь свою неправильную тайную любовь, о которой джентльмены вслух не говорят, но перемигиваются. Или секреты вроде того, кто разрисовал ее фото на доске почета (лучший стажер, между прочим!) в мае 54ого. Впрочем, для нее это не секрет - наглости хватило бы только ему. В 55ом она исправила его имя во всех рабочих документах на Шменгуса и успокоилась.
Обнадеживало, что много времени на сокрытие улик ему не понадобилось. Может все не так уж страшно в его голове.
Она еще раз провела ладонью по плечу, разглаживая раздражающую складку на ткани, скинула туфли и стала гораздо ниже.
- Я только посмотрю, - с этими словами Августа достала палочку.
Так она говорила Фрэнку перед тем, как наложить заживляющее на ссадину. Фрэнк был умен и быстро просек ее маленькую ложь, так что ей приходилось носиться за ним по всему поместью. В отличие от Невилла, который в детстве верил каждому ее слову, как лопух. Зато почти не ревел.
Но Энгусу Августа не врала. Она действительно собиралась сделать пробный заход, понять с чем имеет дело. Кошмары волшебников вовсе не всегда были безобидной чушью, а потеряться в чужом разуме, особенно в разуме О'Рейли, ей что-то не хотелось. Не дай Мерлин, к ней прилипнет какая-нибудь его ирландская привычка. Впрочем, если там все безобидно для нее, то можно было поправить все сразу. Тут уж как повезет.
Она оказалась нигде. Слабо угадывался коридор, но без стен. Рядами шли какие-то двери.
"Мило", - буркнула Августа и побрела вдоль мыслей и воспоминаний. Забавная штука - разум. У нее тут даже ног нет, а прохлада пола чувствуется.
Ну вот, например, вполне себе безобидная и даже приглашающая белая дверь. Она открыла ее и оказалась в Хогвартсе. Ага, та история с темномагическим артефактом в школе. Ну, и переволновалась она тогда за Невилла... Впрочем, смотреть все это не было никакого смысла. Она с силой потянула воспоминание на себя, прокручивая его мимо, и ухватилась за маленькую черную точку, которая прямо-таки манила внимание к себе. Можно назвать ее банальной, но черные точки никогда не были хорошим признаком.
Августа остановилась и нырнула внутрь. Огромный темный шкаф в Выручай-Комнате. Выглядел весьма зловеще и вполне тянул на то, что могло бы спровоцировать кошмары. Там Энгус повредил ногу.
"Это?" - шепотом спросила она.

Отредактировано Hermione Granger (4 января, 2018г. 22:21)

+1

10

Люди обычно воспринимали Августу всерьез. Сложно не воспринимать всерьез женщину, которая даже в знак поддержки сжимает тебе плечо так, словно хочет его сломать. Энгус не подал виду, что это его беспокоит. Статистика говорила, что не угрожающие жизни переломы пора приравнять к рутинным событиям.
Сброшенные туфли Августы он аккуратно задвинул ногой под стул, чтобы она потом нечаянно не наступила, потом выжидающе посмотрел ей в глаза.
Привычка контролировать напоминала о себе даже во время легилименции. Энгус видел, как выглядят его воспоминания для Августы - как скопище закрытых дверей. Ни на одной не было таблички, за любой могло скрываться что угодно. Он сам немного растерялся, глядя на все это ее глазами и не имея никакого ориентира.
Августа открыла дверь как будто наугад - Хогвартс, история с хоркруксом. Энгус уловил ее смутную тревогу за Невилла, но вовремя прекратил присматриваться, напоминая себе, что он тут не субъект легилименции, а объект. Они проскочили по воспоминанию до Выручай-комнаты и клятого шкафа. Энгус мысленно покачал головой.
"Нет. Эту штуку я уничтожил".
Нужный образ он подцепил легко: разрубленная пополам диадема, лежащая среди фарфоровых осколков на мокром от чая ковре. Картинку сопровождали его недоумение и чувство неловкости, что он такой косорукий. Августе должно было понравиться.
Он снова вывел ее за белую дверь, плотно прикрыл от следующего возможного легилимента и вдруг понял, где то, что ему нужно. В этот момент ему стало не по себе. Из-за нужной двери по коридору словно пронеслось эхо срывающегося крика. Кричал человек, которого пытают. Кричал он сам. И плакал ребенок.
Энгус остановился. Он не хотел афишировать это. С той самой минуты, когда он вернулся из проклятой Германии, он не позволял себе вспоминать про пытки и про Мадлен. Спасать было нечего, кроме доброго имени тупоголовой идиотки Итон, сделавшей все, чтобы о последствиях ее темного ритуала узнал весь мир. И только Энгус, как не менее тупоголовый идиот, продолжал покрывать ее, хотя это она была виновата в том, что ему пришлось пережить.
Чертова идиотка. Чертова идиотка! Но кошмар вообще был не об этом. Он так надеялся, что до этих воспоминаний не дойдет.
Он оглянулся на Августу - вернее, подумал о том, что оглядывается на нее, привлекает ее внимание.
"Ты можешь обещать, что это все останется между нами?"

+2

11

[nick]Августа Лонгботтом[/nick][status]62, заместитель главы департамента МПиК[/status][icon]http://s5.uploads.ru/Qv8I1.jpg[/icon][sign]Порой мне кажется, что меня хранит не то, что свыше, а то, что девочек не бьют.[/sign][info]rock n roll queen[/info]Августа очень надеялась, что Энгус просто навел паники, а на деле это — обычные детские монстры из шкафа. С такими она на раз расправлялась чашкой горячего молока с медом и заверением, что отделает чучелом грифа любого, кто посмеет обидеть ее маленького мальчика.
Конечно, все не могло быть так просто. И то, что Энгус уничтожил, на него не влияет. Он показал ей картину. Диадема, чашки. Это ее интересовало в меньшей степени, чем меч Гриффинора. Августа мысленно окнула. "Об этом я еще спрошу", — пообещала она. Истинная слизеринская задница оказалась гриффиндорским рыцарем без страха и упрека. Вот что было забавно, а вовсе не его неловкость. Она мысленно ткнула этим в Энгуса. Не удержалась. И все-таки смягчила и отодвинула это воспоминание, хотя и понимала, что оно не может тревожить так, как тревожился О'Рейли. Все-таки мы — в немалой степени то, что с нами происходит. Некоторые вещи влияют независимо от того, разделались мы с ними или нет. Скорее всего состояние Энгуса — это синегрия всего дерьма, что происходило с ним в последние месяцы.
Он потянул ее дальше и оставил возле нужной двери. Что ж, так будет проще.
Оттуда уже доносились крики и плач. Августа прислушалась. В криках она была эксперт. Такой шум издавали только самые свежие воспоминания, причиняющие боль и проблемы. Конечно, делалось не по себе от мыслей о том, что она может увидеть, но ей "повезло" бывать в разумах и похуже. В сравнении с головой Фрэнка у О'Рейли был курорт, например. Она заколотила эту мысль в глубины сознания. Августа не стеснялась, в конце концов, какой идиот может решить, что она не думает о детях, что у нее не возникает этих ассоциаций. Но этому просто сейчас не время.
"Вряд ли ты кому-то мог навредить", — размышляет она вслух, насколько тут вообще может быть вслух или про себя. Не то, чтобы она доверяла ему на все 100, но к Энгусу Августа привыкла. И уверена, что он вовсе не из тех, кто будет вредить ребенку или помогать Пожирателям Смерти. Все остальное не так уж важно.
"Так что да", — подводит итог и ждет, когда О'Рейли сам откроет ей и покажет, что там за этой чертовой дверью.

Отредактировано Hermione Granger (7 января, 2018г. 01:32)

+2

12

Как будто на седьмом десятке есть еще какая-то разница, Гриффиндор ты закончил или нет. Энгус полагал, что заслуженный гриффиндорец Дамблдор не уступит ни одному слизеринцу по части засранства. Но насмешка Августы в какой-то степени бодрила: его буквально признали достойным того-самого-меча. Он слегка ухмыльнулся, подразумевая "я-был-великолепен" - не веря в это, конечно, но по привычке выделываясь перед тем, как перейти к самой неприятной части.
Дверь была похожа на ту, что вела в подвал в поместье Мейеров. Тяжелая, железная, с грубой железной же ручкой, кое-где в ржавых пятнах, в ржавых ободках вокруг заклепок. Энгус положил на нее свою воображаемую руку и почувствовал отнюдь не воображаемый холод.
"Я старался никому не навредить".
Навредили без него. Он просто не сумел этому помешать. Еще он мог убить и не убил Лестрейнджа и только сейчас вспомнил, что это значит для Августы. Она его просто пристукнет, вот что.
Отступать было поздно. Энгус толкнул чертову дверь, немного подумав, пропустил Августу вперед и перешагнул порог.
Он шел по узкому коридору, касаясь руками стен. Он снова был босиком и чувствовал ледяной пол, словно нарочно замощенный так, чтобы сбивать ноги о кромки плит. Ступать было больно. Страх гнал его вперед, все глубже в темноту, а сзади не спеша нагонял кто-то.
Энгус не мог обернуться, но в то же время ясно видел плавные очертания лезвия и тусклые отблески на нем. Лезвие двигалось в такт движениям чужой руки. Он хотел побежать, но тело не слушалось, как всегда в кошмарах. Он огромным усилием переставлял ноги, даже понимая, что все уже кончено.
С таким же огромным усилием он остановился, хотя тот, что сзади, продолжал идти.
"Вот мой кошмар".
Теперь, в присутствии Августы, он увидел, что стены коридора - прозрачное темное стекло, сквозь которое можно смотреть. Энгус отвернулся, но как и с лезвием, он видел бы даже сквозь закрытые веки. Возможно, слышал бы и с заткнутыми ушами - это же был его собственный крик, под который женщина с лицом Итон по одному выдирала его ногти и бросала в кювету, и они издавали жуткий звук при падении.
На полу лежала Мадлен, волосы закрывали ее лицо, которое он знал в основном по чужим воспоминаниям. Она была мертва, несмотря на все теплые одеяла, которые он мог передать ей через эльфа.
В доме Корморана он умирал на полу в луже собственной крови. В мыслях Итон он видел собственное перерезанное горло. Он видел горящих заживо людей на улицах поселка в Норфолке.
Все, о чем он не хотел вспоминать - и что показывать тоже не хотел - было здесь, запирало его в темноте с тем, кто идет по его следам. Энгус спиной чувствовал холодок лезвия.
"Сделай что-нибудь!"

+2

13

Конечно, он старался. Августа ожидала этого от него, независимо от исхода событий. Они все очень старались не допустить ничего плохого, но...
Коридор был неприятным, вероятно еще хуже, чем он был в реальности, потому что со временем восприятие дорисовывает самыми яркими красками. В отличие от тащившегося за ней Энгуса, Августа никак не реагировала на спецэффекты. Также ровно она вышагивала по министерству в самый обычный будний день. Раз резко обернулась на ощущение между лопаток - там тоже притаилась какая-то гадость. Она смахнула это, словно крошки со стола, и подтянула к себе Энгуса. На периферии мелькнуло что-то... кто-то, кто сильно ей не нравился и мог бы все испортить к чертовой матери. Августа не поймала эту мысль специально, не думать о чем-то она могла так же хорошо, как думать.
"Да я уж поняла", - проворчала в ответ и недовольно повела плечами, отгоняя несуществующий холод. О'Рейли паниковал. Она чувствовала всем, что было в ее распоряжении здесь, как нарастает его тревога. Во сне он был беззащитен, во сне разумные доводы не помогают, но здесь и сейчас - это не совсем сон, и пока ты не поддаешься этому, ты в безопасности. Энгус поддавался и поэтому слабел. Оставаться в разуме человека в таком состоянии было опасно, так что она для начала как следует встряхнула О'Рейли. Что-то вроде жеста, которым она призывала Невилла не сутулиться.
"Прекрати закрываться от этого. Все не по-настоящему. Нет никакого смысла бояться и сражаться".
Она зацепила его мертвой хваткой потащила дальше, смотреть на девочку и... Итон? Выглядела Дженис больной. Больной на голову. Естественно, это не настоящая Дженис. В общем, интересно, конечно. Можно даже сказать, что Августа была озадачена. Смотреть на боль Энгуса было все равно что подсматривать за ним в душе - не объяснялось никакой мотивацией. Но об этом тоже сейчас думать было бы фатально, учитывая, что видения О'Рейли посыпались на нее градом.
Он сам истекает кровью. Горят какие-то люди. Кто-то неприятный снова идет за ними и хочет... что? Выяснить и добить О'Рейли она не собиралась. И так понятно, что от него никакого толку в таком состоянии. Августа сконцентрировалась и сделала единственное, что, по ее мнению, сейчас нужно было Энгусу - вырубила его одним аккуратным прицельным ударом и выдворила наружу, где бы это ни было.
Сразу стало тише и спокойнее. Образы замерли и как будто приуныли. Без благодарного зрителя все превратилось в глупые бутафории. Завывания ушли на фон, а потом и вовсе притихли.
Она выдохнула и задумалась. Выходило, что он боится смерти. Своей и что умрут другие. Дети, маглы. Семьи у О'Рейли не было, но это вовсе не значило, что ему не за кого волноваться. Это было немного похоже на ее страхи, но только 15летней давности. О'Рейли нужен якорь, воспоминание за которое разум держится и балансирует, вот только что это может быть, она пока не знала.
Она еще раз посмотрела лицо девочки. По сравнению с лже-Итон оно было нечетким и размытым. Выходит, что он ее почти не видел. Августа тоже по общим чертам не угадала, но не помнила, чтобы из Хогвартса кто-то пропадал в последнее время.
Она посчитала вполне законным упаковать себе ту часть, где было нечто, как считал сам Энгус, касающееся ее. Но, прежде чем окончательно забрать это себе, передумала и смяла, как мусор, небрежно откидывая в сторону - все равно все в топку пойдет. К черту прикарманивание. Она спросит - он ответит. Что они, как не люди?
Следующий отрезок времени она посвятила тщательной уборке. Паковала с чувством и расстановкой, немного переусердствовала, затягивая нити слишком туго, затем расслабила - так дольше прослужат. Не панацея, конечно, но Энгусу хватит, чтобы спать без этого какое-то время. Может дня два или, если не будет нюни распускать, целую неделю. А там она придумает, как окончательно привести его в норму. Или, может быть, снова подлатает.

Кабинет О'Рейли показался оазисом, просторно, и так легко дышится. Энгус умиротворенно отдыхал на стуле, а у нее ужасно затекли ноги. Она отпустила плечо, за которое держалась все это время и, скрепя костями, прошлась туда-сюда, согнулась в пояснице. Ей уже не 40 лет, чтобы так развлекаться. Наконец, Августа открыла окно, впуская в кабинет свежий воздух. Магия, конечно, но даже лучше реальности - погода была приятно-весенняя. Наконец она уселась на стул напротив, вытягивая босые ноги, примерно так же, как это сделал Энгус ранее. Оставалось решить дилемму: подождать, пока Энгус свалится со стула или разбудить. Как бы ни было привлекательно первое, она все же достала палочку и сотворила бодрящее заклинание.

Отредактировано Augusta Longbottom (7 января, 2018г. 15:17)

+2

14

Энгус открыл глаза и обнаружил себя рассевшимся на стуле. Голова была тяжелой и монолитной, словно череп залили бетоном под завязку. Он поморгал, повел взглядом вокруг и обнаружил напротив себя Августу Лонгботтом.
Он должен был бы разозлиться - господи, надо же было вырубить его во время легилименции! - но в голове действительно было слишком много бетона.
Он потер лоб, потянулся и пошел к гостеприимно открытому окну. За окном для разнообразия была хорошая погода, и хозяйственный отдел расщедрился даже на легкий запах чего-то цветущего. Энгус оценил. Он постоял у окна, глядя на туманные дали Корнуолла - по виду Корнуолла, - потом неохотно вернулся к стулу.
Он понятия не имел, насколько внимательно Августа рассматривала все милые сердцу картины, которые открывались в его воспоминаниях. Ему самому все это сейчас казалось дурным сном и он не был уверен, что рассчитывал именно на такую помощь. С другой стороны, рамок приемлемой помощи он тоже не очертил и не учел, что по здравом размышлении от Августы стоило бы ждать чего-то в этом духе.
Энгус уселся на стул, сгорбился и подозрительно на нее посмотрел.
- Ну?

+2

15

Не то, чтобы она думала, что он не очнется, но, в принципе, такие случаи бывали. Так что она испытала некоторое облегчение и расслабилась окончательно, когда Энгус открыл глаза, ощущая, как в плечи наливается усталость, которой она не давала воли до этого момента. Можно было сказать, что это первое их везение за сегодняшний день, и это внушало уверенность в благоприятном исходе. О'Рейли, правда, ее энтузиазма не разделял. Его выражение лица сложно было назвать довольным, даже с учетом прекрасной погоды за окном, которую он изволил наблюдать. Августа сочла его настроение естественным. Она сама была не слишком довольна, пребывая в его голове, так что ему совершенно точно передались нотки ее настроения, а из-за сна он не может различить свои и ее эмоции. Нормальный побочный эффект.
Наконец он прекратил шастать по кабинету и сел обратно, странно уставившись на нее.
- Что ну? Я запечатала их на какое-то время. Не навечно, конечно, - она развела руками. О'Рейли сам знал, что навечно (и то еще не доказано) только Обливэйт. - Но сегодня можешь спать спокойно или уволить меня, потому что я - ужасный легилимент.
Августа намерено не стала поднимать тему того, что она увидела в голове О'Рейли, хотя наверняка именно этого он и ждал. Какой толк запечатывать кошмары, чтобы через полчаса уже обсуждать их? Она лишь скользнула взглядом по рукам Энгуса, но тут же отвела глаза куда-то в район его воротника. Лже-Итон, правда, вырывала его ногти? Ну, вряд ли он стал бы сам это придумывать... Круциатус, видимо, уже не в моде. Что за извращенный ритуал мог сотворить такое существо? Сдавалось ей, что Энгус мог знать, но молчал. Не зря же было это "Ты можешь обещать, что это все останется между нами?".
- Потом поговорим, - Августа собиралась поставить на этом жирную точку, но все-таки тут же добавила: - Если только у тебя не свербит обсудить это немедленно.
Мертвая девочка, например, весьма тревожный сигнал. Но она не считала, что есть резон обсуждать это в состоянии О'Рейли. - Вообще, лучше иди домой и прими зелье. У тебя есть?
Она махнула палочкой, призывая к себе туфли, которые как будто специально сначала врезались в ноги Энгуса.

Отредактировано Augusta Longbottom (7 января, 2018г. 21:26)

+2

16

Ну, что навечно, Энгус и не ожидал. Он несколько оглушенно потер лицо, соображая, как надо вести себя дальше. Сделать вид, что все нормально? Ну там, его похитили и пытали, но не убили же?
Он посмотрел на свои руки. Ногти были на месте. Даже фаланги и запястья срослись более или менее ровно - что удивительно после нескольких циклов переломов и восстановления. Во время дождя все переломы ныли так, что хотелось повеситься, но он мог держать палочку и рассчитывал, что как-нибудь продержится, пока не найдет стоящего и неразговорчивого целителя, который все исправит.
Официальная версия его отсутствия гласила, что он не узнал ни похитителя, ни места, где его держали, ни причин похищения, и просто сбежал, как только подвернулась возможность. И как бы люди ни сомневались насчет этой версии, другой им не достанется.
- Попробую, - сказал он. - Спасибо.
Поспать и правда не мешало бы. Может быть, вздремнуть часок или два до того, как придется идти к Скримджеру и обсуждать ситуацию с дементорами. Энгус охотно обсудил бы со Скримджером некоторые другие вещи, но пока в плотном графике обоих не находилось для этого времени, а у Скримджера и желания могло не найтись. Энгус и так был связан с ним обетами и прочими важными вещами.
Оглядываясь назад, он понимал, что безнадежно увяз в паутине договоров, обетов, высказанных и невысказанных обязательств, каких-то безумных событий и теперь должен был как-то выбраться из этого, а у него сейчас не было сил, чтобы все это сделать в одиночку. Сначала Энгус старался никого другого в это не впутывать, даже Корморана, но оборачивалось это тем, что никто другой теперь особо не мог ему помочь.
Вот и Августа собиралась уйти, не особо заинтересовавшись тем, что там с ним происходит. Энгус наклонился и подал ей туфли, недоумевая, зачем ей при ее росте еще и каблуки. Господи, какие мелочи его почему-то интересовали.
- Да, - сказал он уверенно, вдруг разозлившись и решив, что если всем плевать, то пусть наплюют и на это. - У меня свербит обсудить все это. Я хочу поговорить о том, что меня... что мне...
Уверенность резко отступила, когда потребовалось произнести банальное "мне плохо" или что-то в этом духе. Так, словно признание своей слабости до сих пор, как в школе, могло привести к тому, что тебя затравят. Энгус сдулся и махнул рукой, привычно перешел в глухую оборону.
- А ладно, - сказал он, ненавидя свой идиотизм. - У меня есть зелья.

+2

17

Августа взяла туфли. Она открыла дверь и хотела уйти. Чтобы прийти в норму, О'Рейли нужно было просто не форсировать события, просто выспаться. И потом, когда его защита будет на месте, она спросит обо всем с возможностью дать ему пинка за каждый промах.
Но Августе пришлось закрыть дверь, такого отчаянного завуалированного "не уходи" она еще ни от кого не слышала. Впрочем, всегда была уверена, что если и доведется услышать, то непременно от мужчины. Но точно не от О'Рейли и не при таких обстоятельствах. Правильно было не жалеть его - еще чего. Но и уходить было неправильно.
Она швырнула туфли обратно на пол, что-то для себя решив. Ну, и, с учетом ситуации, дополнительно решив что-то и за О'Рейли. Снова открыла дверь кабинета и заорала:
- МЭГГИ, ОТМЕНИ ВСЕ, ЧТО ТАМ У НЕГО ЕСТЬ НА СЕГОДНЯ! ... Я СКАЗАЛА - ВСЕ! ... ПЕРЕЖИВЕТ! ... ПРИДУМАЙ ЧТО-НИБУДЬ! - в коротких паузах можно было различить испуганное бормотание Мэгги, которое еще продолжалось, когда Августа снова захлопнула дверь, да так, что все задребезжало, при чем вовсе не в кабинете Энгуса. Она злилась не на него, а на себя. Ну, и немного на него, конечно.
- Ты разговариваешь с зельями? Все хуже, чем я думала, - фраза была призвана разрядить обстановку, но сама она даже не улыбнулась, глядя в лицо Энгуса. Затем подошла ближе и поймала его руку, подняла ее ближе к себе.
- Об этом ты хочешь поговорить? - Августа чуть сжала его пальцы и провела вдоль ладони, задержалась на ногтях.
- Или этом? - вторую руку она положила прямо на то место, что располосовал ему... Она вдруг ясно и четко поняла, кто это сделал. Знала и до этого, конечно, но не хотела пропускать через себя еще и столь трогательную деталь. Но раз уж они играют по правилам О'Рейли, то придется учитывать и собственные слабости.
- Или о том, почему ты скрываешь, что это была Итон? Точнее, какой она была. Или о том, что тебе легче впустить меня в свою голову, чем рассказать все словами?
Наверное, не такой поддержки он ждал, Августа скорее загоняла в угол, несмотря на контрастно мягкий тон и прикосновение. Сама она внимательно смотрела на рану, которой не было и видела кровь, которой не было. Дальше этого ее мысли забредать не смели, потому что состояние, в которое вгонит ее образ человека, могло аукнуться многим, О'Рейли в первую очередь. Она почувствовала, что у нее сейчас недопустимо задрожат руки и немедленно отпустила Энгуса.
- А виски у тебя есть?.. - поинтересовалась она как бы между делом. Ему напиваться может и нельзя, а ей - нормально.

+2

18

Энгус молча ждал, пока Августа уйдет, унося свои дурацкие туфли. Можно было что-то еще ей сказать, но он никак не мог придумать что-то достаточно ядовитое и вообще переключиться на что-то ядовитое. Ему никак не удавалось переварить тот факт, что он как-то неудачно выбрал время? место? собеседника? - чтобы попробовать кому-то довериться. Вероятно, надо было делать это чаще, нарабатывать навык.
Туфли снова полетели на пол. Энгус приподнял брови, но Августа уже принимала командование. В ее криках на Мэгги послышалось нечто успокаивающее, потому что его мысли, как полезно было бы все послать к черту, получили подкрепление, более того, их даже претворяли в жизнь для него.
- Не разговариваю. Я с ними только пью.
Подниматься со стула он не стал. Августа тратила столько сил на то, чтобы казаться ничуть не ниже, так что Энгусу было даже приятно сегодня ей уступить, даже если она надвигалась с таким лицом, словно и на него сейчас закричит.
Ее пальцы были теплыми. Он подумал, что если бы отбил ее у Нормана еще в школе, это их сын лежал бы сейчас в палате для безнадежных больных. Сложно было понять, эта мысль больше удивляет или печалит, так что Энгус отогнал ее.
Ладонь Августы накрыла рану на его боку, словно не позволяя дальше кровоточить и убивать его. Он накрыл ее руку своей, загадывая, чтобы она продолжала, чтобы нашла все, что болит, назвала это, вылечила.
- Обо всем, - сказал он, глядя снизу вверх. - Можно?
Получилось слишком интимно, что ли. Или слишком быстро. Энгус почувствовал, что перешел какую-то черту, Августа отпустила его и отдалилась. Поднимаясь достать виски, он пытался решить, где эта черта пролегает, чтобы не перейти ее снова. Или перейти и посмотреть, что будет, но только не спугнуть Августу и не заставить думать, что позвал... с целями, которые Корморан назовет недостойными добрых католиков.
Энгус достал из шкафа огневиски, уселся на стол и похлопал по свободному куску столешницы рядом с собой. Налил один бокал, вручил Августе и стал ждать сигнала, что теперь самое время высказаться.
И у нее тоже куча свободного времени именно для этого.
И она готова это слушать.
На самом деле, а не для того, чтобы он не ныл.
Тогда он подумает, как вообще об этом можно рассказать.

+2

19

Солнечная погода, односолодовый и никакой обуви. Она почувствовала веяние школьных деньков, тех самых, что прям перед концом года. Все приходили к озеру поваляться на травке и, что уж врать, приложиться к чье-нибудь фляге с непонятным пойлом. О'Рейли, правда, с ними никогда не ходил. Позвать его в компанию гриффиндорцев, да еще и с Норманом, после той истории, было чем-то по-детски нереальным. Зато теперь только он у нее и остался, остальные разъехались, обзавелись своими семьями или, конечно, умерли.
Она отодвинула подальше в сторонку какие-то бумаги и села на приглашенное место. С такого ракурса все перестало походить на школу, зато воспоминания метнулись в середину 50ых. У всех были дурацкие прически, Энгус еще не возглавлял Департамент, а Норман уже раза три поднимал вопрос о браке. Но суть, в общем, была скорее в вечеринках, которые они устраивали прямо тут после работы каждую пятницу. Много алкоголя, много курили, перетирания косточек другим отделам, иногда, когда все напивались, начинались танцы. Только закончили стажировку и считали себя такими крутыми. О предстоящей войне никто не знал.
Августа улыбнулась своим мыслям, сделала маленький глоток виски.
- Извини, на ум кое-что пришло, - призналась она поспешно, чтобы Энгус не думал, будто она над ним смеется. Над ним она вовсе не смеялась. То есть иногда, конечно, когда он выделывался и строил из себя самого умного, но сегодня ни то и ни другое. Если подумать, то О'Рейли редко был готов общаться без своих шуточек. Чаще озарение находило, когда они бывали наедине, но и это не всегда. Конечно, сегодня причина в том, что это тот редкий случай, когда она ему нужна - Августа могла обеспечить именно тем уровнем эмпатии, который не способен станцевать Корморан со всеми его пирогами. Не в том смысле, что Йен был бесчувственным бревном, а в том, что был мужчиной, хотя Августа и считала их дружбу немного выходящей за рамки стандартного.
Что дальше? Пауза затянулась, виски в стакане уменьшилось. Возможно, он чего-то ждал от нее? Вопросов про ломанные руки и мертвых детей, но она не хотела портить момент. Пришлось напомнить себе, что ее пребывание здесь вовсе не ради выпивки и веселья, так что Августа легко толкнула Энгуса плечом.
- Зачем ты ей сдался? - ей показалось, что этот вопрос более-менее безобиден на фоне всего остального. - Не из-за своего природного обаяния, видимо?
И еще, конечно, что она такое. И что с ней стало в итоге. И где Итон настоящая. Но она все еще хотела дать Энгусу шанс не говорить слишком многого.

+2

20

Августа уселась на стол рядом с ним, практически плечом к плечу. Энгус неожиданно понял, что с момента ее возвращения на работу в начале девяностых они практически не вспоминали о том, что старые друзья могут просто пообщаться. Он старательно делал вид, что позвал ее на работу просто как специалиста, а школьная дружба уже не имеет значения. Может, он даже перегнул палку в сторону этой версии, как обычно. Это у него всегда хорошо получалось, как и у Августы получалось доносить до него, насколько он бездарный идиот.
Но в конце концов он приполз к ней жаловаться на жизнь, и она собиралась его выслушать. Энгус оставил за кадром множество событий, которые произошли за все это время и привели к тому, что из их выпуска в департаменте осталось только они вдвоем.
Он усмехнулся на улыбку Августы и отсалютовал ей бутылкой, из которой не пил. Он подыскивал слова, чтобы разговор вообще состоялся. Все они казались неуклюжими и совершенно не соответствующими тому, что должно было стоять за его рассказом. Так что да, он предпочитал показывать.
В конце концов Августа толкнула его локтем. Энгус отставил бутылку и сцепил руки.
- Мою дружбу. Это была не Итон, это ее темный двойник. Доппельгангер, она сказала так. Она хотела убить Итон и занять ее место.
Все еще звучало как-то... нелепо. Словно в третьесортном спектакле. Энгус чувствовал себя бездарным оратором и не мог понять, как передать это жуткое чувство, когда в знакомом тебе человеке что-то не так, и это сводит с ума. Он сделал неопределенный жест, обозначающий поиск нужного слова.
Он посмотрел на Августу, чтобы еще раз убедиться, что она-то настоящая.
- Так и сказала: я ее убью, а с тобой давай дружить - или что-то в этом роде. Я позвал охрану, она меня схватила и активировала портал до поместья в Германии. Я не смог ее убить. Надо было. Надо было. Но у меня не получается. Я не могу. Я ее связал и не смог добить, и потом вмешался ее эльф... И потом она убила ту девочку.
Двойник Итон, лежавшая на ступенях, казалась маленькой, и Энгус помнил свои ватные колени и непослушные руки при мысли о том, что надо ее прикончить. Помнил лежащую на полу Мадлен, такую же маленькую, но мертвую. Если бы он тогда сразу убил доппельгангера. Если бы думал не о том, как ему тошно, а о том, что двойник может натворить. Он же сам видел в ее памяти, на что она способна.
Почему их никогда не учили принимать такие решения.
Энгус снова взялся за бутылку, чтобы опереть на колено, и переборол искушение сделать большой глоток. Дальше надо было сказать вещь, за которую Августа его убьет. Он думал об этом последние несколько минут и приходил к выводу, что лучше бы помолчать, но умалчивая, он постоянно об этом помнил и думал, что поступает неправильно. Он же знал, что это значит для Августы.
- Там был младший Лестрейндж. Я и его... не смог.
И держать язык за зубами я тоже не умею.

+3

21

Доппельгангер? Августа нахмурила брови, но ни разу не перебила Энгуса, пока он говорил. Про темных двойников она знала. Ну, как знала. Сказки всякие, которые ей отец рассказывал. Что есть хорошее в людях, есть плохое, все в балансе, но с помощью ужасных темных манипуляций оно разделяется и... чушь, короче, а не матчасть.
Наверняка это просто копия Итон, сотворенная больными Пожирателями. В чем конкретно был деморализующий план? В том, что она выглядит, как глава (бывшая уже) аврората? Ну, может это и отразилось на Энгусе, который не смог ее прикончить, но в конечном счете, на второй раз не сработает. Были и другие мысли на этот счет. Например, она задала себе вопрос: почему О'Рейли не решился? Внешность его обманула? Он настолько привязан к Дженис, что даже точно зная, что это не она, а ее копия, не смог поднять руку? Просто замечательно. Трогательно. Или он боялся, что, убив двойника, убьет и оригинал? Что ж, эта мысль рациональная, и она нравилась Августе больше. Как минимум, она его хоть как-то оправдывала. Потому что ей не хотелось записывать Энгуса в свой список конченных идиотов. И она практически не брала в расчет девочку. Объективно: он не мог точно знать, что она умрет. Августа всегда включала чистую логику в тех случаях, когда такие ситуации не затрагивали ее лично.
Но в тот момент, когда она уже собиралась выписать свой вердикт Энгусу (не виновен) и разложить по полочкам что и почему, он выбил ее из колеи тем самым, что ее инстинкт так настойчиво подсказывал не ворошить в его памяти.
- Естественно, - совершенно нормальным тоном. Она кивнула, допила виски одним глотком и поставила стакан на стол, может быть чуть громче необходимого. - От этого так и несет Лестрейнджами, - она сморщилась, как будто произносить фамилию мучителей ее детей было позором.
Ей казалось, что все вокруг сошли с ума. Лестрейнджи были все еще живы. Все. В то время, как от ее семьи остались эти нелепые крохи в лице нее и Невилла. Они не были неуловимы или всесильны. Но почему-то они были живы, а вот Фрэнку и Алисе она такую характеристику дать не могла. И нет, она вовсе не считала, что Азкабан - достойная плата за их грехи. В мире не было абсолютно ничего, что могло бы их оправдать. Но, похоже, так считала только одна она, ведь все вокруг сошли с ума. Оставалось проверить, не сошел ли с ума еще и Энгус.
- Что это значит? - она слезла со стола и встала к нему лицом, потому что при некотором раскладе ей может понадобиться уйти отсюда очень срочно. Если он тоже заведет эту глупую шарманку про Азкабан и прочую якобы справедливость.
- "Не смог" это как? У тебя не было палочки? - палочка была, он сам говорил. - Или он победил тебя? - тогда почему Энгус еще живой, и Лестрейндж не запытал его Круциатусом? - Или он такой отличный собеседник, и мир не может потерять этого красавца? Или он сделал недостаточно? Или...? - Августа почувствовала, сколько яда и нерациональности в ее словах, хотя О'Рейли еще даже не выдал своего, возможно, вполне адекватного ответа. У него могли быть причины не убивать Лестрейнджа. Это точно.
В данный момент кое-что ее беспокоило даже больше того, что О'Рейли сидел тут с таким виноватым лицом, будто бы был обязан убивать кого-то по ее желанию. Нет... наконец ее осенило, какого черта тут вообще происходит. Этой доппельгангер точно нужно было подружиться с Энгусом. Ведь с этим у них все просто очаровательно и прекрасно: раз в 5 лет он бы вызывал ее к себе в кабинет через секретаря (это важно), просил помощи, выглядел как необласканный щенок лабрадора и выдавал что-то вроде "извини, я там, кажется, накосячил по твоей теме, как ты относишься к этому?". Прекрасно зная, что она не сможет ненавидеть его в таком состоянии. Манипуляция достойная истинного слизеринца. Поэтому здесь не Корморан, конечно. Могла на ее месте быть и та же Итон, если бы он знал, где она.
Августа сложила руки на груди, почему-то не хотелось смотреть О'Рейли в лицо. Да пусть соврет что-нибудь адекватное, она и не поймет тогда. Зато тему можно будет закрыть.

+1

22

По выражению лица Августы и по тому, как она со стуком поставила стакан на стол, Энгус понял, что сделал очередную ошибку.
Пора было признать, что половину ошибок в жизни он совершает абсолютно сознательно, почему-то полагая, что другие варианты хуже. Вернее, он полагает так, пока не сделает очередную херню. Сразу после этого он начинал полагать, что хуже всего было именно то, что он сделал, но обычно было уже слишком поздно.
Черт. Он в самом деле секунд пять назад думал, что не сказать Августе про Лестрейнджа нельзя, хотя бы потому, что рано или поздно это всплывет, хотя бы в его воспоминаниях, и тогда все будет выглядеть еще хуже. Но, черт возьми, все выглядело бы хуже когда-то тогда, а теперь оно выглядело хуже прямо сейчас.
Это было плохой идеей. Это все было плохой идеей, начиная с момента, когда он решил не напиваться, а справиться со всем усилием воли и, конечно, не справился. И когда решил поговорить об ответственности не только за то, что убиваешь человека, но и за то, что не убиваешь. Черт, черт, черт.
Да он просто не сумел угробить связанного Пожирателя, вот и все, и уже потом решил, что у него есть причины именно для этого. Но от него явно требовался какой-то другой ответ. Энгус пожал плечами, глядя куда-то Августе в мантию.
- Думал, он мне пригодится, чтобы выбраться оттуда, а потом сдам для поцелуя.
Почему-то ему удавалось регулярно забывать, что дементоры больше не подчиняются Министерству. Ведь надо же хоть как-то организовывать смертную казнь, раз она предусмотрена?
Потом он уже не был так уверен, когда узнал о договоренностях Лестрейнджа и Скримджера, и ему хотелось то скормить дементорам обоих, то не поддаваться эмоциям и посмотреть на это все рационально. В любом случае, сейчас уже не стоило об этом говорить. Если сказать, то Августа, которая, конечно, не посмотрит на это рационально, уволится из-за хитрожопости Скримджера, лучше никому не станет. А если не говорить - все будет как раньше, за вычетом этого дня. Это будет легче пережить, чем отсутствие толкового заместителя. Наверное.
- Потом он как-то все же выбрался сам, - договорил Энгус, чтобы закрыть эту идиотскую тему.

+1

23

- Дай сюда, - буркнула Августа, отбирая у Энгуса бутылку. Лестрейндж, который как-то да еще и потом выбрался сам - это, конечно, занимательно. Вызывало вопросы. Но еще недавно она думала, что будет единственной, кто сохраняет хладнокровие, а теперь ей приходится пить, потому что иначе она захочет отлупить О'Рейли, как в школе, за кубок. Так что к черту вопросы.
Бутылку она зачем-то вручила обратно, так и не сподобившись наполнить стакан, зато вернулась к столу и просто прислонилась к столешнице, как будто в любой момент собиралась сорваться и снова демонстрировать свои нервы. Во избежание этого она глубоко вдохнула и выдохнула, с удовольствием отмечая, что алкоголь помог относиться ко всему попроще. По крайней мере она больше не хотела орать. И могла сказать что-то правильное.
- Ты все делал как надо, - наконец выдавила она. - Ты не судья и не убийца. Для них обоих. И должен был выбраться оттуда. Я рада, что ты... не погиб. Рада этому больше, чем если бы ты убил его, но не выбрался, - Августа закрыла лицо руками. Она сама на месте Энгуса поступила бы иначе. По крайней мере с Лестрейнджем. Но с точки зрения всеобщей морали она не была бы права, а он прав, и это убивало. То, что неадекватной, несмотря ни на что, была тут она.
- И ты не должен винить себя из-за девочки. С тем же успехом ты можешь винить себя в том, что не остановил сегодня меня, потому что я когда-нибудь возможно... - она открыла лицо, посмотрела на Энгуса. - В общем, ты понял. Это нужно прекратить.
Разговор перестал походить на помощь, так что Августа попыталась вернуть все по местам. Захотелось курить.
- Рациональные доводы - ничто по сравнению с чувством вины, - казалось, что она размышляет вслух, хотя и смотрит прямо на него. - Люди зачастую винят себя совершенно необъективно. Это записывается в нас очень глубоко и не дает покоя. Я думаю на счет твоих кошмаров, - пояснила Августа. - Мы не сможем это убрать магией, не ломая твой разум. Но есть способы более-менее надежные. Когда ты выспишься, мы можем попробовать вытащить какое-нибудь хорошее воспоминание и использовать его, - так делала сама Августа и надеялась, что О'Рейли идея понравится. По крайней мере обнадежит и успокоит тот факт, что у нее есть идеи. Вообще, было и еще кое-что. Например, пойти и избавиться от темного двойника. Физическая расправа над кошмарами тоже вполне себе терапия, но Августа не озвучила мысль по понятным причинам.
- Как ты вообще? Физически, - она кивнула на то место, где предположительно раньше были раны.

Отредактировано Augusta Longbottom (10 января, 2018г. 22:21)

+1

24

Энгус отдал бутылку, предполагая, что сейчас получит ею же по голове, а потом покорно взял. Он пошарил глазами в поисках стакана и обнаружил его на краю стола по другую сторону Августы - тянуться было далековато, а то он бы сейчас ей налил.
Августа прислонилась к столешнице и даже не стала на него орать. Пожалуй, именно это и говорило о том, что он ее задел сильнее, чем следовало. Энгус помолчал, отмечая ее только краем глаза, чтобы не привлекать внимание слишком пристальным взглядом. Он привык к тому, что Августа орет и чем-нибудь швыряется. Это бы его сейчас смертельно обидело, но служило верным показателем, что с ней все как обычно. Когда она молчала, особенно с таким лицом, это заставляло напрягаться.
И еще больше заставляло напрягаться произнесенное Августой вслух - и без ругательств - признание, что живой начальник ей дороже дохлого Лестрейнджа. В историю Фрэнка и Алисы Энгус был посвящен немногим лучше, чем вся остальная Магическая Британия. Августа сделала все, чтобы держать его на расстоянии, и Энгус понимал, почему, так что не стал ломиться. Когда он попробовал поднять тему снова, Лонгботтом прозрачно намекнула на приближающуюся жестокую расправу. Энгус отстал.
Тем лучше ему была понятна ценность сказанного сейчас. Он придвинулся чуть ближе и положил руку Августе на плечо, но не стал ничего говорить. Рационально он и не винил себя из-за Мадлен, но оставалось еще иррациональное, и предстояло как-то жить с тем, что это произошло. Эмоции, которые стажеры-ликвидаторы испытывали в первое время, давно улеглись, но эпизодически Энгус начинал переживать о том, что люди умирают, порой ужасной смертью, и конца этому не будет, а главное - он будет наблюдать это снова и снова.
Он погладил Августу по спине и убрал руку. Последние несколько минут он по крайней мере не чувствовал себя загнанной скотиной, которой негде спрятаться от новых понуканий, и это само по себе было хорошим лекарством. Энгус почти решил даже пошутить, но вовремя устоял, памятуя, что в такие моменты его чувство юмора особенно отвратительно.
- Давай попробуем. Высплюсь, как только найду свой маховик.
Маховик бдительный персонал Мунго куда-то сдал, а Энгусу не улыбалось писать запрос на новый в связи с тем, что он не может найти старый. Выглядело не очень.
Он проследил направление взгляда Августы.
- На пляже смогу работать пугалом. Но зажило.
У него было странное впечатление, что надо или продолжать жаловаться, или отпустить Августу работать, но в эту минуту хотелось просто посидеть с человеком, который его понимает, и не думать о том, как же правильно страдать и красиво это закончить. Энгус протянул руку за бокалом.
- Давай налью.

+1

25

Если бы не сложившаяся атмосфера дружеской поддержки, то она бы, без преувеличения, завернула руки Энгуса в крендельки и засунула его ободряющие прикосновения ему же в глотку. Потому что Августа Лонгботтом не нуждается в том, чтобы ее утешали даже друзья, даже если это О'Рейли, которого она знает лет... 50? Она ему карт-бланш ни разу за эти годы не давала. Просто хотелось верить, что он не чувствует ничего вроде жалости. И так как Августа уже много во что сегодня поверила ему на слово, то решила, что ничего страшного во всем этом нет, даже успокаивает, как будто они снова в школе болтают за гобеленом и ничего такого.
Однако, кое-что все-таки проверила. Привычным жестом, будто хочет взглянут на время, отодвинула рукав мантии и взглянула на вредноскоп, прикрепленный к браслету. Не то, чтобы желание удостовериться, что ей ничего не угрожает, было связано конкретно с ладонью на ее спине. Вообще-то, со времен войны Августа проверяла его по 10 раз на дню, но воспоминания о Фрэнке и кошмары Энгуса сделали ее тревожной, а подарок Нормана всегда успокаивал.
Вредноскоп с мелко выгравированным "А+Н" молчал, и она опустила рукав на место.
- Ты не можешь найти маховик? - О'Рейли постоянно ее удивлял. Совершенно небрежное отношение к артефактам, и это от главы департамента. Оставалось надеяться, что он не посеял его в плену. - Подарить тебе напоминалку? У меня миллион штук, Невилл постоянно все теряет. Их в том числе.
Кажется, Августа вернулась к своим любимым подколкам и даже забралась обратно на стол. Она усмехнулась в ответ на "пугало" и подставила стакан под виски:
- Ты и раньше мог. Твое здоровье, - на этой бодрой ноте Августа приподняла стакан и выпила залпом.
- Похоже, я тоже сегодня не работаю, - констатировала она, не без удовольствия поморщившись от резкого ощущения растекающегося по ногам тепла. - Но ты выспись спокойно и без своего маховика, я просто поору на отдел, и они... - Августа неопределенно помахала рукой, пытаясь подобрать слова поприличнее тех, что обычно использовала по отношению к подчиненным. - Сделают сегодня работы на год вперед, - уверенно закончила она. Повертела пустой стакан в руках и решила, что достаточно захмелела, чтобы спросить что-то эдакое.
- Слушай, а когда я говорю хорошее воспоминание, что приходит тебе в голову? Не какие-нибудь танцы с Кормораном, я надеюсь? - спросила и сама забеспокоилась. Ей с этим воспоминанием еще работать, и не хотелось бы увидеть что-то жуткое.

Отредактировано Augusta Longbottom (12 января, 2018г. 01:56)

+1

26

Августа покосилась на свой вредноскоп. Энгус не верил в такие глупости, поскольку приближение врага на тот момент, когда его замечают артефакты, уже успевал почувствовать задницей - или даже на собственной шкуре. Но вредноскопы почему-то любили в аврорате - не исключено, что с подачи параноика Муди.
Когда они все только пришли в департамент, то тоже увлекались всеми этими... технологиями. Такую штуку Норман когда-то подарил Августе. Энгус посчитал бы, что это прозрачный намек на слишком лирическое настроение последних минут, если бы думал, что Августа умеет намекать без рукоприкладства. Пребывать в лирическом настроении ему нравилось гораздо больше, чем в панике и нервозности, так что выбор был очевиден. Вредноскоп лишь заставил его ненадолго задуматься обо всем этом - и переключиться, не придя ни к какому выводу.
- Это в Мунго не могут его найти. Давай подарим напоминалки им?
Невилла он втайне жалел, хотя не был с ним близко знаком. Но Августа, которую обычно характеризовали как "эмммм... сильная личность", могла довести кого угодно, и Энгус только из-за своих теплых чувств к ней не говорил, что половину всего этого ребенок явно забывает от страха перед любимой бабушкой, а не потому, что не очень умный - в Нормана.
Августа влезла на стол и проехалась по нему, Энгус коротко засмеялся и чокнулся с ней бутылкой:
- Твое здоровье.
Он сделал из горлышка преступно маленький глоток и отставил бутылку. Если продолжать, сегодня его точно всерьез развезет под воздействием алкоголя и чужого сочувствия, а после размышлений о вредноскопе это вряд ли пойдет на пользу.
Энгус забросил ногу на ногу, обхватил колено руками и покачался, раздумывая теперь и о хороших воспоминаниях. Та капля виски внутри наконец доползла до желудка и теперь согревала его, так что он махнул рукой даже на подколку насчет Корморана. Августа почему-то вечно думала, что ей виднее, как должна выглядеть дружба между мужчинами. Но до тех пор, пока по министерству не поползли порочащие слухи, Энгус прощал ей эти маленькие слабости.
- Ничего не приходит, - сказал он. - Если честно.
Большие радости остались где-то далеко, в прошедших десятилетиях. Вот тогда, оттуда он мог выловить целую пачку счастливых событий, и каждое освещало бы весь мир. С годами все стало как-то иначе. Проблем стало больше, потерь и сожалений об утраченном, о сделанном и несделанном стало больше, и они оттеняли все хорошее. Даже о тех, кого спас, он не мог теперь думать, не вспоминая тех, кого спасти не успел. Он научился ценить маленькие радости, и теперь они стали тоненькой светлой цепочкой, тянущейся из прошлого к будущему, но никаких ярких вспышек не было уже... давно.
Энгусу стало не по себе от того, насколько давно. Наверное, надо было что-то менять, хотя и несчастным он тоже себя никогда не чувствовал.
- Надо сходить в Диснейленд.

Отредактировано Aengus O'Reilly (13 января, 2018г. 16:26)

+1

27

- Ладно, раз он там, то я найду его завтра. Все равно собиралась в Мунго. Но с тебя причитается.
История отношений Августы с персоналом в св. Мунго длилась уже 15 лет. Бывали у них и взлеты, и падения, но в итоге все свелось к тому, что они больше не искали проблем. Так что Августа была уверена, что если маховик в больнице, то он неизбежно попадет к ней в руки, в противном случае - его просто там нет, и она как следует выскажет Энгусу.
Впрочем, ей уже хотелось высказать за то, что он все-таки сдался и сделал глоток виски. Ты либо пьешь, либо не пьешь - таков был ее принцип, и никаких промежуточных стадий, тем более О'Рейли собирался принять зелье. Другая, менее трезвая ее часть хотела, чтобы он напивался вместе с ней, наплевав на все обязанности и репутацию, что были вне этого кабинета. Она так и не смогла прийти к внутреннему согласию, поэтому ничего не сказала, а только устроилась поудобнее, насколько хватало места на этом столе и уставилась в потолок. Хороши же они будут, если кто-то зайдет. Там, во внешнем мире дементоры и конец света, а оба начальника департамента происшествий и катастроф уютно сидят на столе, потягивают виски и кое-кто даже не обут. Ей захотелось обнять Энгуса и отсидеться тут до лучших времен. Секунд 5 она смаковала это чувство близости на фоне всеобщего краха, рассматривая спину О'Рейли, а затем поганой метлой загнала куда подальше. Слабость - вот как она это называла.
- Какой-какой ленд? Это где-то в Ирландии? - переспросила Августа, понимая, что больше думала о своем и отреагировала не совсем чутко, хотя сама же и спросила его о воспоминаниях. Впрочем, примерно такого ответа Августа, наверное, и ждала. Человек, которого пытали и чуть не убили, вряд ли мог запросто сосредоточиться на чем-то радостном. В его случае было бы хорошо даже припомнить танцы с Кормораном... Она испытала что-то вроде желания помочь с этим, но прекрасно понимала, что ни черта не знает о том, что может сделать Энгуса счастливым. Наверняка не новый галстук. И не малиновый торт (это к Корморану, пожалуйста). Смерть его врагов, возможно? Сложновато, да и он разозлится, что не изловил их сам. Еще можно было перестать тыкать его в каждую мелкую ошибку, но кто же тогда будет держать О'Рейли в тонусе?
- Еще стакан, и я точно потащу тебя в это ленд, где бы он ни был, - предупредила она в шутку. - Если такое случится, обещай, что дотащишь меня домой.
Желание весело кутить после третьей никуда не делось даже в 62, так что шутки шутками, но после четвертой Августа уже отбирала бутылку и спаивала всех вокруг, и этого состояния боялась даже сама.
С такими острыми мыслями ей надоело сидеть неподвижно. Августа соскочила со стола и прошлась туда-сюда по кабинету в поисках зеркала, которого очевидно не было. Она собиралась привести себя в порядок, но в итоге просто взбила кудри. Затем подошла к Энгусу поближе и протянула ему ладони, как будто собиралась апартировать в "Лэнд" немедленно.
- Тебе не приходит в голову ничего веселого, потому что ты никогда никуда меня не зовешь, - медленно и четко, словно перед ней Невилл, проговорила она. А затем добавила, обламывая все себе же в первую очередь:
- Тебе пора домой.

+1

28

Энгус скосил на Августу глаза и отметил, что она сегодня очень добра и это нетривиально. Что где-то в глубине души Августа добрая, он всегда подозревал, просто глубина ее души обычно открывалась не ему.
Впрочем, что уж, он тоже свои страхи не на всех вываливал. Он улыбнулся, довольный тем, что они могут разговаривать не только оскорблениями.
- Спасибо. Коннемара?
Августа сидела рядом, запрокинув голову. Энгус косился на нее, не решаясь на прямой взгляд, чтобы не провоцировать любопытство формата "на что уставился", потом вздохнул и тоже посмотрел в потолок. На потолке была люстра. Пространство, свободное от люстры, напоминало чистый белый лист, на котором хотелось что-то немедленно написать. Он пожалел, что стол недостаточно широкий, чтобы лечь и закинуть руки за голову, словно они где-то на берегу Атлантики и не в конце марта, а хотя бы в середине мая.
Хотя, подумал Энгус, бутылка согревающего и согревающие чары меняют дело. Романтика безденежной, но все-таки прекрасной юности.
- В Париже, - сказал он. - Ты была когда-нибудь в Париже? Я нет.
Не так чтобы ему очень нравилась Франция, так что невелика потеря. И никаких Диснейлендов в Ирландии. Ирландия не для этого. Впрочем, он сомневался, что Августа много видела в Ирландии, даже если бывала там по работе, точно так же как он мало знал Англию за пределами Лондона - не считая тех районов, где приходилось что-то ликвидировать. А ликвидировать редко приходилось в национальных парках или там музеях. По сути он изучил страну только с одной стороны - со стороны задницы, но дошло это почему-то только сейчас.
Энгус встряхнулся и немедленно взялся за бутылку, выражая готовность налить Августе еще одну ради того, чтобы она его потащила в Париж, а он ее потом домой.
- Торжественно клянусь, что дотащу.
Она спрыгнула со стола и прошлась по кабинету, словно что-то высматривая. Может быть, повод. Энгус подумал о своих обязательствах и рабочих встречах как о вещах, пренебрежение которыми доказывало чертовскую серьезность его намерений. Он тоже спрыгнул со стола, взял Августу за руки и так же медленно сказал, глядя ей в глаза:
- Тогда приглашаю тебя в Голуэй.
Он же не сказал, каким путем будет добираться домой.

+1

29

То, с каким рвением Энгус был готов подливать ей и вторить всем ее идеям, было подозрительно. Августа прищурилась, очень хотелось (очень-очень) еще раз взглянуть на вредноскоп, причем поднести его прям к лицу О'Рейли и потрясти: что ты скажешь об этом объекте, а? А вдруг чертова штука сломалась? Во время войны он был более, чем полезен, а теперь? Могла ли магия выдохнуться со смертью Нормана? Но он ясно сказал, что это навсегда, так что Августа не могла поверить, что вредноскоп кончился, как артефакт. Навсегда, значит, навсегда. Вероятнее было то, что известие, будто бы вокруг могут бродить темные двойники, похожие на близких тебе друзей, сделали ее излишне подозрительной.
Рука в ладони Энгуса едва дрогнула, но она убедила себя, что это глупость и только сильнее сжала пальцы. И ослабила, понимая, что это тоже ненормально. Она была в его голове. Там все было настолько энгусовское, что Ирландия и Слизерин прямо-таки вставали поперек горла.
И вот дельная мысль. Быть может он такой радостный оттого, что она сегодня на него не орет? И, естественно, это не преступление - быть в хорошем настроении. Просто Августа не могла поверить, что причиной тому могла стать она или ее незаконченная терапия. С другой стороны, они довольно долго общались на волне доведения друг друга до белого каления, и каково оно, общение без этого, она слабо припоминала. Ей думалось, что всех это устраивает... и, если честно, ей нравилось прикрикивать на людей время от времени. Прекращать их маленькую войну было бы большим разочарованием, но сегодня... пожалуй, можно.
- Ты как неугомонный мальчишка, - медленно продолжила она в подхваченном им ритме. Приходилось смотреть на Энгуса снизу вверх, а Августа этого не любила. - Может мне вырубить тебя еще раз и оставить тут отдыхать? - а это была вполне себе реальная угроза, решающая проблему разницы в росте. Почему нет? Трансфигурирует стол в койку и, так и быть, даже ботинки ему снимет. Рука снова дрогнула, но... ничего. Она смотрела в глаза О'Рейли и понимала, что сегодня придется позорно сдать все позиции.
- Ладно. Но я не буду с тобой нянчиться и брошу там, где ты уснешь, - она вздохнула, понимая, что будет непросто. Что это? Они напьются вусмерть в местном пабе и вспомнят, как она наколдовала растущий лук из ушей Сигнуса Блэка? Или он решил показать ей бесконечно-бестолковые ирландские просторы? У него будет повод лишний раз похвастаться, какие ирландцы классные, а она будет закатывать глаза. На что не пойдешь ради дружбы...
А вообще, было бы неплохо уйти с работы, проветриться, пусть даже в этот Голуэй. У нее ни разу не было необходимости как следует посетить столицу Ирландии. Да, собственно, и остальную ее часть тоже, в отличие от того же Парижа с их безумной магловской башней (в целом не понравилось, но там был Норман). Ей вообще было не особенно интересно бродить одной где-либо. Свободное время Августа проводила читая книги или в подвале поместья Фоули-холла, которое до сих пор принимало ее как родную (хотя не то, чтобы у дома был выбор).

Отредактировано Augusta Longbottom (Вчера 00:42)

0


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Март-апрель 1996 года » Заместительная терапия (30 марта 1996)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC