Вниз

1995: Voldemort rises! Can you believe in that?

Объявление

Добро пожаловать на литературную форумную ролевую игру по произведениям Джоан Роулинг «Гарри Поттер».

Название ролевого проекта: RISE
Рейтинг: R
Система игры: эпизодическая
Время действия: 1996 год
Возрождение Тёмного Лорда.
КОЛОНКА НОВОСТЕЙ



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Март-апрель 1996 года » Заместительная терапия (30 марта 1996)


Заместительная терапия (30 марта 1996)

Сообщений 31 страница 60 из 166

1

Название эпизода: Заместительная терапия
Дата и время: 30 марта 1996 года
Участники: Августа Лонгботтом, Энгус О'Рейли

Министерство, кабинет О'Рейли

0

31

Августе думалось, что они стоят в кабинете как два идиота. Держатся за руки. И пялятся друг на друга, как будто за 50 лет не насмотрелись. Ей нужно было ему отказать. Поставить на место, не в плохом смысле, а вроде как навести порядок. Сказать, что нечего ей придумывать другое, не будет же он уворачиваться от ее Dormio... Хотя бы туфли надеть, в конце концов, нужно было. Вместо этого она собирается в Ирландию, чтобы танцевать джигу.
Перед тем, как окончательно пуститься во все тяжкие, она, так и быть, принимает на грудь еще двойной и взбирается на туфли. Если там серьезно будет джига, то от ее танцев могут пострадать люди (и туфли). Но виноват все равно будет Энгус.

- Знаешь, ты раньше неплохо отплясывал, - она припомнила что-то такое, несуразное и веселое от них с Кормораном, хотя и с трудом могла предположить по какому это было случаю. Вероятно, это самое "неплохо" было продиктовано алкоголем, но ее слишком расслабило, чтобы анализировать еще и комплименты. Да что там, она вообще пришла к выводу, что раз Энгус потащил ее сюда, то и плевать, как он там себя чувствует. Она ему не мамаша - сам разберется. Это умозаключение решило многие ее моральные дилеммы, не дающие как следует порадоваться пьянству и танцам.
Голуэй выглядел старее Лондона. Ожидаемо не такой аккуратный и прилизанный, но ей вполне понравилось. То есть ее мама почти все детство твердила, что здесь поголовно живут мерзкие алкаши, насильники и воры. Не то, чтобы Августа поверила хотя бы одному слову своей матери за всю жизнь, но все равно с любопытством огляделась. Самими подозрительными субъектами здесь были они с О'Рейли. Возможно, это немного разочаровывало.
- Мы как-то зачищали в Голуэе все на День Святого Патрика, кажется. Как на войне было, - вспомнила она, но Энгус уже тащил ее в сторону какого-то обшарпанного паба. Она хотела перехватить инициативу и зашагала быстрее. Не должен же он решить, что ее пугают магловский паб и танцы, характерные века так для 12, а не нормальной современности.
Паб выглядел симметрично тому, что было снаружи. Обшарпанно, но мило. Играла скрипка, кто-то отбивал ритм. Не слишком много народу - все-таки время еще не то.
Она хотела спросить, есть ли у него магловские деньги. И еще не слишком ли он стар для всего этого. И будет ли он сам пить теперь, когда ей все равно до его зелий. Но рука сама легла на спину О'Рейли, выталкивая его к танцующим. Пусть показывает класс молодежи. Августа захлопала в такт другим зрителям и прокричала что-то вроде "давай О'Рейли", но призыв потонул в общем гомоне голосов.

+1

32

Раньше? Энгус был уверен, что он неплохо отплясывал совсем недавно, хотя Августа и не могла быть тому свидетельницей. Он умолчал об этом, не желая, чтобы она снова комментировала их с Кормораном походы в паб в таком ключе, будто всем очевидно, что это как-то подозрительно. Подозрительно - то, что у него пятнадцатилетняя девочка дома живет, а не пьянки со старым другом.
Хотя он и об этом умолчал.
- Ты, между прочим, тоже. Тряхнем стариной?
Августа была сама тактичность - ну кто бы еще стал обсуждать с ним День Святого Патрика с учетом того, что как раз День Святого Патрика Энгус и провел на пыточном столе. Ладно, на пыточной кровати и пыточном полу. Такие вещи просто никогда ей не приходили в голову. В этом что-то было. Как будто она с ним разговаривала из той реальности, где все это несущественно и существенным стать не может.
Энгус знал о себе, что вечно обижается на такие вещи, и собирался перебороть обиду, прежде чем Августа что-то заметит, но пребывание в Ирландии хорошо на него влияло. Он подумал только, что не даст дохлой суке доппельгангеру отнять у него национальный праздник, и огляделся, словно высматривая развалины, оставшиеся после торжества.
- Всего один раз зачищали? И только в Голуэе? Да это несерьезно.

В пабе было полутемно, музыканты наяривали, а на площадке уже отплясывали - кто-то в компании, кто-то без. Энгус уже смотрел в сторону бара и щурился, выбирая себе и даме пиво, когда эти намерения из него решительно выбили. Августа недрогнувшей рукой загнала его на площадку, где он был... скажем, самым многоопытным из танцоров. Энгус хмыкнул, скинул мантию, под которой именно на этот случай носил маггловскую рубашку и джинсы. Мантия полетела в Августу - сама напросилась.
И кстати, он отлично слышал ее подбадривающий вопль, как будто направляющий все остальные голоса, даже если они приветствовали не его.
Музыка была обманчиво небыстрой, но каблуки танцоров задавали знакомый с детства ритм, гудевший под деревянным настилом, отдававшийся в ногах и заставляющий двигаться в нем, как в строю. Через полминуты Энгус подумал, что может, и правда слишком стар для этого. Через минуту - что он ни черта не стар для любой джиги в этом захудалом городишке. Через две и пока музыка не затихла он готов был танцевать без остановки день и ночь, пока этот пол не провалится на головы тем, кто на первом этаже. Ритм выгонял из головы все лишние мысли, да что там, все мысли таковые, и словно оставлял его наедине с собой, со скрипкой, со старым городом на ирландской земле, и здесь он мог быть самим собой.
Когда музыка затихла, а скрипач отошел на пару шагов покурить, Энгус пробрался между остановившимися танцорами к Августе, скользнул глазами по бару, но не соблазнился.
- Пошли, - он потянул ее за руку. - Сейчас снова начнется. Покажем им класс.

+1

33

Люди пили, курили, хлопали и танцевали. Танцевал и О'Рейли, весьма лихо для своего возраста. Августа вдруг вспомнила его совсем мальчишкой - вообще никогда не улыбался. Ходил по школе, как будто его ногами били. Ну, то есть, возможно, и били или задевали как-то по-другому. А ведь мог и на Гриффиндор попроситься - шляпа давала такой шанс, хотя не в ее случае, конечно. Августа задумалась о том, насколько бы ей понравился О'Рейли, если они оба были в Гриффиндоре? Еще больше, чем тогда, потому что они бы общались? Или гораздо меньше, ну, потому что так не интересно? Может, ничего не изменилось бы в принципе, но она в это слабо верила. Шляпа довольно сильно влияла на их судьбу.
Пока О'Рейли резвился, она нашла место у стойки бара и сложила на стул мантию Энгуса и сняла свою. Заказала виски и порылась в карманах Энгуса на предмет денег. Помимо бумажек нашла там шемрок, повертела в руках и сунула обратно. Что с него взять, с ирландца? Никогда не видела более патриотичного человека, и не удивится, если дома у него обои в трилистниках. Об Энгусе она знала позорно мало, даже не считая отсутствия понимания ремонта его жилища. С кем он жил? Была ли женщина? Или вечные подколки про Корморана - это ужасающая правда? Или вот, например, куда он ездил в отпуск в последний раз? За последние 15 лет они выпали из жизни друг друга. Наверное, она не особенно располагала людей к общению, пресекая на корню все попытки влезть в ее жизнь. Стало неприятно осознавать, в какую затворницу она превратилась со смертью Нормана. Хотела избежать слабости, а по всему выходило, что менялась под давлением обстоятельств, что вроде как тоже на полный порядок не походило.
Поняв, что ее конкретно потянуло на лирику в ирландском пабе(!), Августа окончательно ужаснулась и выпила залпом. Уж лучше ей всегда быть пьяной, чем все это самокопание. Не особенно заботясь о сохранности вещей, она встала и уверено двинулась в дамскую комнату. Нужно было трансфигурировать туфли поудобнее и юбку посвободнее. Джига танец несложный, но она была уверена, что потерпит фиаско, если не переоденется.
Стоило ей выйти, ее тут же нашел Энгус и сразу потянул за руку обратно на площадку. Было похоже, что он наконец дорвался до приемлемой формы отдыха и больше не мог остановиться. Это сильно забавляло Августу.
- Я готова. Чтобы мама в гробу перевернулась, - согласилась она, демонстрируя новые туфли - на низком каблуке.
По мнению Августы, все ирландские мелодии для джиги были одинаковые. Разобрать среди них какую-то определенную она не могла и всегда танцевала только один вариант этого танца. Собственно, нужны были только ноги, а они у нее были. Может быть она сделала пару ошибок, но кто тут заметит? Партнера по джиге у нее тоже никогда не было (Норман плохо переносил ирландские мотивы), но и в этом не было ничего сложного. В какой-то момент они с Энгусом взялись за руки, сошлись, разошлись. Похоже на другие танцы, только взаимодействия не так много.
Она еще помнила свинг с Норманом и, хвала Мерлину, ритм ускорился, заставляя забыть и об этом тоже.
Танец закончился спустя вечность, и даже колени побаливали с непривычки, что показалось ей довольно приятным ощущением, наравне с легким головокружением. Она схватила Энгуса под локоть и повела к бару и их вещам. А то с него станется всю ночь это делать, а на утро упасть замертво. В принципе, не самая ужасная смерть, но только, если не трезветь.
Августа заказала еще виски и странным пристальным взглядом посмотрела на О'Рейли. Приложила ладонь к его лбу, сделала какой-то вывод и решила, что поитересоваться можно:
- Ну так как? У тебя есть кто-нибудь?.. - хотела же сказать"женщина", но... В общем, почему бы и нет. Судя по ее широкой улыбке и плещущемуся в бокале виски, вопрос не носил серьезного характера. Хотя, и ответ напрашивался сам. Был бы Энгус сейчас здесь, с ней, если бы дома его кто-то ждал?
- Вечер неудобных вопросов и все такое. Разберем твою личную жизнь, вспомним школу, - пояснила Августа, салютуя ему стаканом и подмигивая. Алкоголь был так себе. Не то, что собственное производство.
- Потом может еще потанцуем... И ты помнишь, что должен сунуть меня в правильный камин? - но судя по лицу Августы, ее не слишком волновало доберется ли она сегодня домой.

+1

34

Туфли и правда были гораздо более подходящие. Серьезная жертва со стороны Августы лично ему и, конечно, благоразумию. С какой скоростью сейчас вращаются в гробу останки мадам Фоули, Энгуса мало волновало, скорее, забавно было, что любящая дочь так и продолжала поминать мать при любом подходящем случае. Словно мадам Фоули должна была остаться в памяти человечества примером того, как не надо обращаться с Августой.
- Мне нравится, - сказал он одобрительно на  тот случай, если туфли нуждались в его комментарии. - Перевернем старушку.

Она отлично попадала в ритм, только это и было важно. Ну, может быть, пару раз попала еще по кому-то из танцующих по соседству, но в итоге им просто освободили больше места. Даже магглы понимали, что если уж Августа Лонгботтом разошлась, мешать ей не надо. Они отплясывали, музыка ускорялась, ускорялся стук каблуков об пол, лица сидящих в зале, да и сам зал, утратили четкость, словно не успевали за этой скоростью и отпадали куда-то от этой реальности.
Когда музыка резко стихла на самой высокой ноте, он даже встряхнулся, чтобы свыкнуться с тем, что ноги снова надо переставлять гораздо размереннее. Августа потащила его к бару, и Энгус был согласен: кружка пива после хорошей джиги точно не повредит. И это даже не выпивка, это топливо.
Они уселись рядом, Энгус облокотился на стойку, чуть искоса глядя на Августу и все еще переводя дыхание. Она даже пощупала ему лоб, и он подставил голову под ее пальцы, чтобы продолжала.
- Нет. У меня никого нет, - это был удобный вопрос, вопрос в том направлении, которое его как раз и интересовало. - А у тебя?
Вспоминая школу, он вовсе не был уверен, что судьба вечно сталкивала его с Августой Фоули только для того, чтобы она вышла замуж за Лонгботтома. Но тогда ему не хватало ума прислушаться наконец к мнению судьбы. Лет пятьдесят не хватало.
Энгус подпер щеку рукой и чокнулся своим бокалом Гиннеса с ее бокалом виски. Глаза у Августы тоже были цвета виски. Кажется, как раз в школе он и смотрел в них так близко в последний раз.
- Я все помню. Все будет.
Бокал был приятно холодным, Энгус отпил пару глотков и поставил его назад на стойку. Ему хотелось поцеловать Августу, но сначала обнять и закрыть от всех остальных. Хотя если решиться и опустить этот этап, тоже хорошо получится. До момента, когда она ему от неожиданности врежет.
Зачем она тогда уехала в Сирию? Как будто ей вконец надоели идиоты-однокурсники.
Энгус протянул руку и убрал с ее щеки растрепавшийся локон.
- Мне очень тебя не хватало.

+1

35

А что так? Почему никого? Очень хотелось спросить, а когда О'Рейли отмажется каким-нибудь нелепым ответом, напомнить ему о его немолодых коленях, которые и помять-то некому будет... Она не стала. Вообще-то у нее была теория, почему Энгус так и не. И тут даже Корморан был не причем. И ему хватило бы обаяния, чтобы завоевать даже... как там ее? Годит МакМиллан! Точно. Да. Он мог бы легко запудрить ей мозг. Она и не особо умная, кстати, была. Было бы желание. Но до войны желания не возникло, а после они все превратились в старых унылых одиночек. Не так-то легко сближаться с людьми, когда большая часть твоих друзей умерли. Уж она-то знала. И даже не понимала, что следует из этих ее теорий, касательно личной жизни Энгуса. Может, что все не так уж страшно и нет ничего зазорного во всех этих прикосновениях и намеках.
Она облокотилась на стойку, зеркаля О'Рейли. Прикрыла глаза и просто пьяно улыбнулась. Это прям ненормально, какой он сегодня отзывчивый. Ей, конечно, всегда можно было его трогать, но сегодня совсем другое. Она ясно представила, как он поцелует ее руку, если она не прекратит трогать его лоб, щеку и пойдет дальше.
Августа прекратила. На всякий случай. Пальцы прошлись по столешнице и отбили ритм в такт заигравшей снова скрипке. Стоило задуматься. Очень даже стоило, несмотря на то, что думать вообще не хотелось. Она может переспать с ним. Хоть прямо сейчас. Даже ходить далеко не нужно. Вряд ли он будет против. Но если даже да, то быстро передумает. Мысль, несомненно, интересная. Августа покачала ногой, и со ступни соскользнула туфля. Пожалуй, так бы она и поступила лет тридцать назад. Да и двадцать тоже. Взяла бы О'Рейли в оборот и... но мечтать о том, что было тогда и знать, что сейчас - разные вещи.
- А? - она открыла глаза, понимая, что О'Рейли и ее спросил.
- Ну, у меня есть внук, - ответ - еще более нелепая отмазка. Она посмотрела в глаза Энгусу. Не это ведь он хочет слышать.
- Ладно. Я... на свидание ходила месяц назад. С Карлсоном. Знаешь такого? Занимается общественными связями с Гринготсом, - улыбка исчезла с ее лица, и Августа сделалась крайне серьезной. Вроде даже трезвой.
- Самое ужасное, что происходило со мной в жизни, наверное. Не знаю, в чем дело. Может это его бумажки или бухгатерия или тупой галстук. Не знаю, - она помахала рукой в воздухе, показывая, что еще много чего было не так. - Он заказал банановое парфе, а я отошла в уборную и аппартировала домой, - Августа сделала большие глаза и помотала головой. Если бы Энгус заказал банановое парфе, то это был бы конец света, не меньше.
- Теперь он шлет мне цветы. И пытается попасть на прием через секретаря. Хочу его заобливиэйтить, но боюсь, что начальник узнает, - небольшая пауза, и она засмеялась. Вообще, большую часть времени история с Карлсоном ее не веселила, а ужасала. Первое свидание за 16 лет, и такой облом. Зря пошла. Но Энгусу не обязательно это знать. Особенно теперь, когда вдруг выяснилось, что ему ее не хватало очень. Хотелось верить, что ее не хватало. Хотя даже с прикосновением к ее щеке, это было сложно. Ему должно было ее хватать. Весьма. И постоянно. Он на стену должен был лезть от ее вечного желания уколоть его или проигнорировать.
- Тебе не нужно этого делать, - она покачала головой. Неправильно прозвучало. Августа перехватила его руку и сжала сильнее, поднося пальцы к губам. Если бы их не ломали, ничего бы этого сейчас не было. Какая ирония. О'Рейли нужно было оказаться на грани смерти, чтобы пойти с ней в паб и не выслушивать упреки.
- С каких пор тебе меня не хватало? - она мысленно перечеркнула предыдущую фразу, так и не поняв как выразить ту простую мысль, что ему не нужно было приукрашивать ради нее.

+1

36

Пьяная улыбка на лице Августы казалась счастливой. А может, счастливая улыбка казалась пьяной, потому что этого выражения на ее лице не было уже давно. Энгус размышлял, подумает ли она утром, что он напоил ее, чтобы затащить в постель. Вслух, конечно, не скажет, разве она может признать, что не была хозяйкой хоть в какой ситуации?
Ну ладно, может, и была. В любом случае он собирался попробовать, что бы из этого ни вышло завтра.
Августа убрала руку, и он с сожалением сел ровнее. Люди в основном делились на тех, кто не рискнул бы к нему прикоснуться, и тех, кому он сам бы не позволил. Это сильно снижало шанс, что кто-то однажды погладит его по щеке. Иногда он вспоминал о ценности таких прикосновений, только когда они заканчивались. На какую-то секунду он даже почти поверил, то Августа сейчас передумает, отшутится внуком и закроет тему. Энгус потер щеку там, где особенно не хватало ее руки, заглянул под стойку, чтобы зафиксировать положение туфли и не искать потом, почему-то старательно не глядя на ее ноги, как в школе.
- Карлсон? Знаю, как же.
Свидание всего-то навсего какой-то месяц назад - это много говорило о его успешности, но Энгус забеспокоился и слушал очень внимательно до слов "самое худшее". На нем не было галстука, в окрестностях вряд ли кто-то, включая его самого, знал, что такое парфе, и вся бухгалтерия осталась в кабинете. И Августа все ещё не аппарировала из уборной. Он был чертовски успешным кандидатом в сравнении с Карлсоном. Тот ещё эталон, конечно.
- Господи, - он глотнул пива и тоже засмеялся. - Я санкционирую, сотри ему все что надо.
Цветы он шлет. Энгус был рад, что не стал распространяться про бывших - наверное, звучало бы даже хуже, чем с Карлсоном. Он так и представлял, как Августа перестала бы расслабленно улыбаться и снова превратилась в фурию - эта роль ей всегда отлично удавалась, а в последние годы стала основной. Ну он-то тоже был хорош, когда позвал ее на работу, десять раз подчеркнув, что только за деловые качества, а не в память о прежней дружбе. Не хотел, чтобы она чувствовала себя обязанной, а потом обиделся, что она на это обиделась.
Августа потянула его руку к губам, и Энгус успокоился насчет того, что был идиотом. Достаточно было не быть им сейчас. Он потянулся к ней и второй рукой.
- Когда мы в последний раз нормально разговаривали?
Еще до смерти Нормана, но в том же году или раньше? Шла настоящая война, как бы ее ни называли сейчас. Их друзья умирали. Им было не до того, чтобы раскрывать кому-то душу, Энгус вообще временами предпочитал забывать, что она у него есть. И когда война закончилась, все не стало как было, все осталось как есть или даже стало хуже. И Августа не позволила себя поддержать, даже когда осталась одна с внуком.
- Достаточно давно, чтоб до меня дошло.

Отредактировано Aengus O'Reilly (2 февраля, 2018г. 21:07)

+1

37

- Когда? - она снова переспросила, давая себе таким образом время подумать. Разговаривать и делать то, что она делала с его рукой было сложно. Едва ощутимое прикосновение к губам выбивало из колеи, если она вообще была - какая-то колея. Наконец, Августа собралась, выдохнула, снова улыбнулась и посмотрела на Энгуса, как будто ничего и не происходило такого, способного прервать разговор. Все-таки они в общественном месте, взрослые ответственные люди, и просто обязаны делать вид, будто не думают друг о друге, даже если получается плохо.
- Может быть никогда? Или постоянно? - предположила она, слабо понимая о чем речь. В смысле, действительно, слабо, а не потому что пьяна. Ведь ей с О'Рейли всегда было нормально. - Мне так нравится на тебя кричать, - призналась она, понимая, что тем самым сдает себя полностью. Теперь он будет знать, что ей нравится и перестанет злиться. А злился Энгус очень здорово. Просто огонь. Всегда ей отвечал. А потом они могли месяц не разговаривать и только посылать друг другу лучи ненависти или там, отчетами швыряться, например.
Может он выпьет еще пиво и забудет все это? Она наклонилась ближе, потерлась щекой о ладонь, которую он к ней протянул. Если он не привирает для того, чтобы впечатлить ее, то в ее понимании давно - это очень-очень давно. И она знает, как долго это "давно" длится для нее. И это небольшой шок, если бы под алкоголем не было все равно.
- То есть может со школы еще не хватало, - она продолжила размышлять вслух.
- Вот было бы смешно, если так, - Августа перешла на шепот. Совсем не обязательно всем это слышать. Даже Энгусу не обязательно, хотя она надеялась, что он услышит. Она усмехнулась прямо в его ладонь.
Пожалуй, все ясно. С ними обоими. Августа прижалась к руке еще сильнее и захотела так и остаться навсегда или надолго или... ну, на какое-то время. Минуты, на самом деле, хватило бы, если можно было бы позволить себе что-то еще, и она коснулась ногой его ноги, исключая из происходящего какие-либо случайности.
- Хочешь еще потанцевать? - предложила Августа, неожиданно возвращаясь в исходную приличную позу. - Или... пойдем отсюда? - вопрос с некоторым напряжением. Конечно, она убьет его, если он выберет танцы. Или может быть потом будет благодарна за разумное решение. Тут, конечно, не то, что с Карлсоном...

+1

38

Августа так и сидела, едва касаясь губами его руки. Когда она говорила, Энгус чувствовал на коже ее дыхание, и это, черт возьми, очень плохо сказывалось на его способности поддерживать содержательный разговор. Краем глаза он видел, как бармен косится на них с какой-то недоуменной ухмылкой. То есть он тоже это видел, и Энгус не сошел с ума.
Он качнул головой.
- Я уже не помню. Может, никогда.
Но все-таки тогда, когда они не состарились, что-то было. Она, конечно, была замужем и счастлива. Энгус, конечно, не был в нее безответно влюблен, зачем он стал бы давать волю заведомо безнадежным чувствам. У него были другие женщины, которых он не афишировал. Просто к Августе его тянуло, даже хотя бы по-дружески, если остальные варианты не рассматривать. Тогда он чувствовал, что за этими бесконечными придирками и воплями у нее остается для него что-то еще, и сегодня он тоже это чувствовал, а два десятилетия между "тогда" и "сегодня" как будто выпали из жизни. Да что там, за это время он сам несколько раз чуть не выпал из жизни насовсем.
Он провел пальцами по щеке Августы и облокотился о стойку, чтобы она могла опереться на его руку. У нее едва намечались морщины - то ли действие косметических чар, то ли такая у Фоули порода, но она была очень красивая. Красивее, чем в школе. Он понял, что по-дурацки улыбается.
- Ты всегда с таким вдохновением на меня орешь.
И с такой энергией. Вот это его всегда в ней восхищало - столько жизненной силы. Если бы она была одуванчиком, то прорастала бы не то что сквозь асфальт - сквозь свинец и бетон тоже.
- Может, и со школы.
Просто кое-кто уехал в Сирию, а потом куда-то еще, а потом был Норман Лонгботтом. Это было нормально. Между чистокровным, богатым и веселым англичанином и злобным ирландцем без гроша в кармане любая разумная женщина при прочих равных - например, если бы они оба ей нравились - выбрала бы Лонгботтома. А Лонгботтом Августе всегда нравился. Энгус даже и не претендовал тогда ни на что.
Сейчас, когда Августа шептала ему в ладонь, а ее нога коснулась его ноги, он понял, что сожалеет о своем тогдашнем бездействии. Как будто это могло все изменить, помогло бы им пройти войну и смерть невредимыми, и они до сих пор были бы счастливы.
Потанцевать? Только если это эвфемизм и на самом деле она предлагает заняться любовью прямо на стойке. Тогда, безусловно, да.
Энгус усмехнулся в ответ, последний раз провел руками по ее лицу, и поднялся, чтобы тут же присесть у стойки на пятки и взять ее босую ступню, как будто она была Золушкой.
- Ты отлично танцуешь, - сообщил он, глядя снизу вверх и медленно надевая на нее туфельку. - Но пойдем отсюда.
Он выгреб из кармана деньги, почти не глядя положил на стойку - вроде бы было достаточно, - подхватил обе их мантии и повел Августу к выходу, чтоб не аппарировать прямо из толпы. Загадал, чтобы Августа повела к себе - и не пришлось  отвлекаться на долгую историю о том, что у него дома делает Луна Лавгуд. Он вообще ни на что не хотел сейчас отвлекаться.

Отредактировано Aengus O'Reilly (3 февраля, 2018г. 18:13)

+1

39

Из них двоих Энгус явно соображал лучше. Августа так и ушла бы в одной туфле, если бы не он. И пока О'Рейли заботился о ее обуви, она подмигнула бармену - наконец заметила, что на них пялились. Но вроде без особого интереса, точно так же, как всегда пялятся на более молодые парочки, раздевающие друг друга глазами. Не то, чтобы ей не было все равно. Публичное выражение чувств ее никогда не смущало. Ну, кроме того периода, когда она скрывала Нормана от мамы.
Она опустила взгляд на макушку О'Рейли и прислушалась к ощущениям. С Карлсоном ее не покидало чувство, что она изменяет мужу. С Энгусом было что-то другое, непонятное. Но хотя бы не измена. Скорее сожаление об упущенных возможностях.
Она любила Нормана и была с ним счастлива. Но не в школе. Если бы все произошло в школе, она могла бы запросто отдаться прямо в слизеринские лапы О'Рейли, и черт знает, как бы еще все повернулось. Но ей было легко представить сам процесс. Его акцент и вечно недовольный взгляд... Да, пожалуй, для нее он был идеален. Он мог взять ее среди бела дня и без прелюдии прямо на крыльце Фоули-холла, выкрикивая что-то на своем дурацком гэльском и держа в руках ключ от их фамильного сейфа в Гринготсе, и ей бы понравилось. И ее маме тоже. Его бы она никогда от нее не скрыла.
Августа засмеялась. Сначала тихо, сдерживая смех, а потом сильнее. Благо, Энгус уже уводил ее сквозь толпу к выходу.
Свежий воздух ничуть не отрезвлял, но смеяться она перестала и крепко взяла О'Рейли за руку. Аппартировать она не в состоянии, так что пусть он.
Но сначала она толкнула его в переулок между пабом, прямо к шершавой стене. Бог весть какое убежище, да и мусор сюда, наверное, выносят, но сегодня Августа не ощущала потребности в роскоши.
Первый поцелуй был коротким и обжигающим. Она прошептала в губы что-то вроде "ну ты и идиот" и продолжила. Руки гадили шею, затем пальцы прошлись по линии пуговиц на рубашке. Августа беззастенчиво прижалась к нему всем телом и шумно выдохнула. Не раздеть бы его прямо здесь. Он вообще что ли железный, раз до сих пор не перенес ее?
- Давай к тебе, - прошептала Августа, оставляя мимолетные поцелуи на шее. Она просто умирала от этого горьковатого запаха, знакомого еще с Хогвартса.

+1

40

Августа смеялась. Не над ним. Ее смех над ним Энгус узнал бы среди множества разновидностей ее смеха. Он обнял её за плечи и притянул к себе, чтобы больше не выпускать. Так они и пробирались к выходу, только в дверь пришлось проходить поодиночке.
Потом дверь захлопнулась. Снаружи уже стемнело, фонари поблизости не горели, а может, и вовсе были разбиты. От холодного ночного воздуха после душного паба слегка кружилась голова. Хотя нет, совсем не от воздуха. Августа втолкнула его в переулок, прижала к стене и наконец поцеловала. Ее руки скользили по шее и она шептала, что он идиот. Да, господи, да. Он гладил ее плечи, грудь, скользил ладонями по бёдрам, и впервые в жизни хотел женщину так, что готов был взять ее не раздеваясь, прямо в переулке. Сейчас же.
Эта мысль затмила все остальные очень быстро. Энгус застонал, прижимая Августу к себе и подтягивая подол того, что на ней было надето - юбка? платье? Потом они повторят все это на кровати, но он больше не мог ждать до кровати. Только не успел  заткнуть ей рот поцелуем, едва она заговорила.
Черт...
Туман в голове неохотно рассеивался, что, наверное, было полезно для аппарации. Энгус перевёл дыхание, провёл пальцами по шее Августы, уже понимая, что грязного секса под дверью паба сегодня не будет.
- Я...
Он сжал Августу сильнее, чтобы не могла освободиться и не сбежала, даже если сказанное сейчас покажется ей подозрительным.
- У меня дома ребёнок. Не мой ребёнок, просто не хочу при ней.
Наверное, надо было как-то подготовить Луну к тому, что он может завалиться в спальню с женщиной и предаваться там разным радостям. А сейчас, если она в разгар процесса решит проверить, все ли хорошо...
Он зарылся лицом в волосы Августы, поцеловал в ухо и умоляюще прошептал:
-  Лучше к тебе.

+1

41

Ей казалось, что она поняла, почему он медлит и не отвечает. Хочет прямо здесь. Чего действительно хотелось ей, так это - быть сверху. Но шестнадцать ужасных, одиноких лет на голодном пайке подсказывали ей, что она может и уступить в этот раз. Энгус взялся за край ее юбки, и Августу бросило в жар. Ну ладно. Ладно. Тем более они быстро. У нее уже бедра сводило, и ноги подкашивались. А значит, ей нужно минуты три, не больше. Она почти вырвала из петель нижние пуговицы на рубашке и начала дрожащими руками возиться с ремнем. Это было сложно, ведь она не хотела ни на сантиметр от него отходить, и сам Энгус сильно мешал сосредоточиться, касаясь шеи.
Потом он неожиданно сжал ее, так что Августа даже пискнула от неожиданности, так и замерев с пальцами на ширинке. Она нахмурилась, вжимаясь в его плечо.
Что это за социальная ситуация, собственно? - чуть остывая подумала она. Какое-то ирландское извращение? Ей, правда, все равно если у него какие-то особые предпочтения, пусть только не тормозит. И пообниматься они успеют после, черт возьми. Что за сантименты?!
В общем, в голове Августы промелькнуло много мыслей, объясняющих происходящее. Но ни в одной из них не было никакого ребенка.
- Что? - спросила она, проморгавшись. Ей послышалось, конечно. Но образ ребенка уже ужасал. Сам по себе. Непроизвольно. Что он имеет в виду? Вроде как младенец-ребенок? Или вроде ему лет 6? Ребенок один у него дома? Или с какой-то женщиной этот ребенок? Она воспитала двоих и знала, что детей лучше не оставлять одних. Или это ребенок типа Невилла?.. Она представила Невилла дома у Энгуса, и это показалось ей еще хуже, чем младенец в одиночестве. Нет. Это не Невилл, конечно. Какого ляда она так решила? Тем более он ясно сказал "при ней". Но...
Она убьет его. Она точно убьет его.
Августа угрожающе сжала пальцы на ширинке. Нет-нет-нет. Его нежный шепот и поцелуи не запудрят ей мозги. Теперь, даже если она позволит ему, все о чем она будет думать - это гребанный ребенок.
Какой идиот доверил ему ребенка!?
В глубине души рыдая, можно было попрощаться с ее любимыми тремя минутами.
- О'Рейли, у тебя 30 секунд, чтобы объяснить. Мать твою, - прорычала она, дрожа. Очень надеялась, что у Энгуса есть какие-нибудь маглы-родственники с детьми, которые нагрянули в гости и зачем-то оставили этому дурню ребенка.
Шестнадцать лет. Шестнадцать! Да вы просто издеваетесь.

+1

42

Господи, женщина, что тебе стоило проявить разок гостеприимство.
Они застыли в самом нелепом положении, какое только можно было представить. Он с почти расстегнутыми штанами, Августа с задранной юбкой, оба разочарованные, что ничего не случилось. Причем Августа выражала разочарование очень... недвусмысленно. Энгус долго смеялся бы, если бы на его месте оказался кто-то другой.
Правильно угадал, что Августа занервничает из-за ребенка, только все еще не понимал, почему. Ну что он, грудного младенца бросил бы на весь день?
- Ей пятнадцать, - сказал он, совершенно не желая ничего объяснять прямо сейчас. - Я ее опекаю. Просто... у нас не было повода обсудить мою личную жизнь.
И с ней ничего не случится за эти несколько минут или даже часов.
Он чувствовал, как Августа дрожит. Его тоже пробрала дрожь от возбуждения, от холода, от дурацкой напряженности момента. Немного от боли, и снова от возбуждения, снова до шума в ушах и пелены перед глазами. Энгус снова целовал ее, больше не позволяя ничего сказать, снова тянул ее к себе, оглаживал пальцы, больно сжимающие в паху, заставляя их разжаться. Его ладонь двинулась по бедру Августы, и дальше под юбку, под резинку трусов, между ног. Тридцать секунд заканчивались, Энгус надеялся, чтоб его пальцы будут очень убедительны.

+1

43

Был у них повод обсудить его личную жизнь. Вон там, в пабе, полчаса назад. Тогда он мог бы и упомянуть, что взял кого-то под опеку. И это прозвучало бы, наверное, очень благородно. Но сейчас она хотела слышать что-то вроде "да, детка, еще", а не "у меня там ребенок".
Августа злилась, но не настолько, чтобы найти в себе силы все прекратить - лучше умереть, чем сейчас ничего не получить. Она ослабила хватку на ширинке и даже нежно прошлась пальцами, извиняясь за грубость.
Может она бы и аппартировала их к себе. Но думала об этом с некоторым сожалением, потом Энгуса придется выставить - куда ей конкурировать с ребенком. На кой ему вообще сдался ребенок?...
Дилемму с аппартацией, ребенком и сожалением Энгус решил очень просто и бесцеремонно. С его рукой между ног ни о каких перемещениях уже речь не шла, и остальные вопросы на повестке это тоже перечеркивало. Она вцепилась в его плечи, хотела сказать, какая же он сволочь, но фраза потонула в глухом стоне в губы и движениях ему навстречу. Теперь он мог объяснять ей что угодно. Даже, например, что он попытался вступить в ряды Пожирателей. И его взяли. Августа просто согласилась бы и продолжила толчки. С каждым разом она двигалась быстрее и дышала чаще, и только совесть подсказала, что Энгус может остаться ни с чем, если так и продолжить. Августа сама взяла его за запястье и остановила, с силой убирала руку.
Разочарование ударило под дых. Ничего. Он ей все компенсирует.
Она сама стянула трусики, оставив их в районе колен и скользнула к стене, меняясь с Энгусом местами, но вставая спиной - ей совершенно не хотелось сейчас задирать ноги. И она надеялась, что так будет быстрее. 
Поймала его руку и поцеловала пальцы, чувствуя свой запах. Затем повела под блузку, заставила сдвинуть лифчик и сжать грудь. Это весьма ускорит процесс.
- Только не быстро, - на выдохе попросила она, выгибаясь навстречу. - И не медленно, - тут же добавила, так и не определившись. Он, конечно, не маленький и сам разберется, но покомандовать никогда не лишнее. И вообще. Не быстро и не медленно, что тут не понять?

Отредактировано Augusta Longbottom (5 февраля, 2018г. 21:56)

+1

44

По лицу Августы было видно, что она еще не рассталась с мыслью его убить, но сначала хочет все-таки довести дело до конца. На этих условиях Энгус был согласен.
В какой-то момент ему стало даже интересно, сможет ли он довести ее просто рукой. Ее движения и сдавленные стоны заводили гораздо больше, чем если бы она продолжала его ласкать. Он хотел видеть ее лицо во время оргазма. Потом они что-нибудь придумают и для него, ему сейчас тоже много не нужно.
Августа, как всегда, перерешила по-своему и очень быстро. Энгус шепотом выругался, сжимая ее грудь и кое-как стаскивая джинсы одной рукой. Да ему же всю жизнь не хватало именно этого - по-быстрому трахнуть Августу Фоули на задворках Голуэя. Даже в его мыслях это звучало так, что по спине бежали мурашки. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.  Когда он вошел, это тоже было слишком хорошо, и он хотел потерять наконец над собой контроль, а не думать об этом ее "не быстро и не медленно".
Она снова отлично попадала в ритм. Энгус сжал ее грудь и второй рукой, прижимаясь лицом к ее шее и спустя бесконечную минуту все-таки ускоряясь. Приходилось кусать губы, чтобы на их стоны не сбежался весь город. Что, конечно, вряд ли им помешало бы, даже если сюда пригонят танки. Он не знал, насколько ему сейчас хватит идиотских мыслей, чтобы отвлекаться и сдерживаться, но вряд ли надолго.

+1

45

Одной рукой Августа удерживала ладонь Энгуса на груди, другой упиралась в стену. Она передумала на счет медленно, как только он вошел в нее, и все-таки застонала громко, во весь голос. Где-то хлопнула дверь. Она дернулась и зажала себе рот, все-таки отпустив его руку - но клялась, что если он уберет ее, то ему не жить. Теперь нужно было быть быстрее, и она недвусмысленно поддала бедрами, чтобы Энгус понял. Подстроилась, как ей нужно было и полностью ушла в свои ощущения. Запах, звуки, его стоны ей в шею, ритмичные движения. Вторая рука сильнее сжала грудь, и ей пришлось снова нарушить установленный уровень громкости.
Августа любила громкий секс, но кончала всегда тихо. Просто неожиданно затыкалась и рвано двигалась, окончательно потеряв контроль. Она почувствовала подступающую волну и сжала его внутри. Глаза пришлось закрыть, грудь вздымалась от ненормально сбившегося дыхания. Затем она затихла и стала куда мягче, расслабилась.
Какое-то время Августа не двигалась, пытаясь отдышаться и осознать происходящее. Чувствовала тепло внутри, тепло снаружи от его тела и руки на своем. Теплое дыхание на своей шее, от которого мурашки... Не хотелось, чтобы он выходил и отпускал ее. Можно было бы вообще замереть в такой позе навечно.
Дверь хлопнула еще раз, и Августа завозилась, заставляя шевелиться и Энгуса.
Кружилась голова и подкашивались ноги, но она все-таки нашла силы оттолкнуться и надеть белье. Поправить одежду. А потом все равно повернуться и прильнуть. Найти губы и поцеловать. На этот раз без спешки.
Хотелось растянуть это на всю ночь. Может и на следующий день. Может и на неделю. Внутри все пульсировало и намекало, что она еще не компенсировала себе эти шестнадцать лет. Но это осуществимо только если она задумает убить его сексом.
И еще дома его ждали. И ей вообще не хотелось слушать его пререкания. И вообще разговаривать об этом. Если взялся воспитывать ребенка, то изволь возвращаться домой хотя бы на ночь.
Она ловко выбралась из рук Энгуса и подняла свою мантию с земли. Надень, конечно, не надела, но палочку в кармане нащупала.
- До завтра, - прошептала она перед аппартацией.

Отредактировано Augusta Longbottom (4 февраля, 2018г. 14:18)

+1

46

Где-то там, снаружи, происходила какая-то жизнь. Хлопали двери. Августа зажимала себе рот, и Энгус почти жалел, что не может помешать ей - ее стоны действовали почти гипнотически, он хотел слышать их снова. Снова.
Он уже не помнил, как там она просила, ее движения сами по себе говорили, что сейчас нужно, и в основном они говорили не останавливаться. Как будто он мог это сделать.
Августа вдруг замолчала и сбилась, толчки стали беспорядочными, Энгус высвободил одну руку, чтобы прижать ее бедра к себе. Там, внутри, все сокращалось и пульсировало вокруг него, делало наслаждение слишком острым, чтобы думать о чем-то еще. Он задвигался еще быстрее, пытаясь проникнуть еще глубже и больше не следя за ритмом, пока его медленно накрывало темной, тяжелой волной.
Пока он приходил в себя, Августа не шевелилась. Энгус слышал ее тихое прерывистое дыхание, слышал свое, чуть громче. Он все еще держал руку на ее груди, только теперь успокаивающе поглаживая. Он закрыл глаза, руки медленно скользили по ее телу - по ключицам, по груди, по животу и снова по груди. Они все еще составляли одно целое, и он бы оставался так, пока не захочется продолжить. Это было прекрасно, но слишком мало.
Августа отстранилась. Энгус покосился в ту сторону, где хлопнула дверь, и убедился, что аудитории, готовой разразиться аплодисментами, они не собрали. Он кое-как застегнул брюки, потом ремень. Пальцы ослабли и плохо слушались, раз речь не шла о том, чтобы снова прикасаться к Августе. Так что на рубашку он наплевал.
Потом они снова целовались, уже спокойно. Энгус прижал ее к стене и приглаживал ее растрепанные волосы, а потом запускал в них руку, чтобы снова растрепать. Все это надо было и в самом деле повторить. Повторять до тех пор, пока... пока в дом не вломятся авроры с известием, что их давно объявили в розыск. Ну хотя бы приступить. Сейчас они аппарируют к ней, потом он выберется домой, просто проведать Луну, а потом снова вернется. А выспится в следующем году.
Эти блаженные мысли не прервались даже тогда, когда Августа вывернулась из его рук и потянулась за мантией. Счастливо улыбаясь, Энгус нагнулся за своей, и... Августа удрала.
Черт. Он поверить не мог, что она не хочет снова! Особенно когда шептала "до завтра" с такими интонациями. Энгус прислонился к стене и все-таки застегнул рубашку. Вдруг она передумает и вернется через минуту. Августа не передумала. Стерва, сказал он восхищенно, прежде чем аппарировать на берег в паре миль от дома. Надо было пройтись.

+1

47

Утром на ее столе лежал букет лилий. От Карлсона. Сволочь прокралась сюда до начала рабочего дня и принесла самые тошнотные в мире цветы. Конечно, это было лучше, чем цветы от того же О'Рейли. Ей хватало моральных и этичных терзаний и без всякой романтической чуши.
Лилии он подожгла, от них же прикурила - не удержалась от соблазна. Вчера она еле уснула, размышляя о... ситуации.
Ей хотелось Энгуса, что теперь отрицать? Хотелось ли ей именно его, а не переспать с кем угодно? Глядя на догорающий веник, она была готова признать, что, во всяком случае, секса точно хотелось только с ним. Совершенно безыдейно запереться вдвоем в одной комнате и доводить друг друга, пока кому-нибудь не надоест. Если надоест. От таких фантазий, от вчерашних воспоминаний, то и дело мелькающих яркими вспышками, у нее учащалось дыхание и приятно тянуло низ живота, это здорово сбивало с мыслей. А от остального же, очень контрастно, раскалывалась голова. Как теперь работать? Что сказать? И потом вовсе она начала вспоминать школу. Все эти моменты, когда стоило протянуть руку и взять. И на стажировке. И даже после смерти Нормана. Она всегда так поступала. Ждала какого-то повода, чтобы общаться или просто оставаться рядом с О'Рейли, и при этом ничего не считала достаточно весомым поводом. А теперь все было, а ей как будто нужно что-то еще.
Наконец она докурила и послала все к черту. Не будет сегодня работать, нужно выбираться отсюда. Сходит в Мунго. Навестит детей, поищет маховик О'Рейли. Это ее точно отвлечет. Может быть найдется еще парочка важных и срочных дел, и она вообще не вернется. В итоге, конечно, придется посмотреть ему в глаза. Но может все само по себе устаканится?

Она все-таки вернулась в министерство под конец рабочего. Оттягивала этот момент до последнего, но поняла, что не сможет уснуть, если не швырнет в О'Рейли его дурацкий маховик. А остальное ее, правда, немного отрезвило. Ну, переспала она с мужчиной. Оба взрослые и свободные. Никто с работы об этом не узнает. А пока никто не знает, и проблемы нет. Энгус же тоже не захочет сопутствующих неприятностей. И у него ребенок теперь, и Мерлин знает, что еще она пропустила в его жизни важного.
Мэгги куда-то отошла. Наверное, собиралась домой уже, так что Августа сама заглянула в кабинет Энгуса и, не обнаружив его там, обрадовалась, несмотря на то, что только что была уверена в своей адекватной реакции. На совещании каком-нибудь срочном, видимо, сидит. Ну и ладно. Она достала из кармана мантии маховик и положила на стол. Затем нашла на столе бумагу и принялась увлеченно сочинять записку.
"Идиот ты эдакий, не смей больше терять ценные вещи. Знаешь ли ты насколько может быть опасен маховик в лапах какого-нибудь дурачка (вроде тебя, кстати)? А если у тебя проблемы с памятью, то я могу помочь с прилипающими чарами...". Она улыбнулась, представляя лицо О'Рейли, когда он это прочтет. Нужно было написать что-то еще, убийственно-завершающее, и она прикусила кончик пера, крепко задумавшись над эпилогом.

+2

48

В эту ночь Энгус наконец-то спал без кошмаров и вообще без снов. Его словно сунули в глухой тёмный мешок, а утром вытряхнули - уже гораздо более живым. И для разнообразия - счастливым, или как должно было называться это ощущение, что главное у него уже есть. Проблема заключалась в том, что ничего у него на самом деле не было, кроме одного хорошего вечера и воспоминаний о глазах Августы, о том, как ее грудь лежит в его руке, как она прогибается ему навстречу... в этот момент он сбивался с мысли и усилием воли возвращался в реальность. Дома где-то рядом постоянно была Луна, в Министерстве рядом были люди, и Энгус вовсе не был бы рад, если б его застукали с таким лицом, которое, как он думал, в эти моменты у него было.
Он хотел продолжения. Он, черт возьми, хотел провести с ней ночь целиком и уснуть, обнимая. И утром повторить ночные процедуры. Отпуск, вот что. Им обоим нужен отпуск на необитаемом острове. Несбыточная мечта - на кого ж тогда бросить департамент в такое время, но именно от того, что она была несбыточной, Энгус мог думать об этом без зазрения совести.
Словом, ему была нужна Августа и продолжение.
Утром ее не оказалось на месте, зато на месте оказался сгоревший букет лилий, которым, кстати, отчётливо несло в коридоре. Энгус предпочёл бы, чтоб Карлсон зашёл понюхать. На самом дела он хорошо относился к Карлсону и даже соглашался, что за Августой стоило побегать, но не в ущерб же рабочей атмосфере. В буквальном смысле.
Весь день Августу где-то носило. Энгус собирался отправить ей громовещатель, если она не вернётся до вечера. А что, она сама их вечно отправляет. Он был бы разочарован, конечно, но одновременно чувствовал какое-то умиление от того, что от него бегает храбрая гриффиндорка.
Она была в кабинете, когда Энгус наконец добрался до него после разбора полётов с ликвидаторами. Он слегка подтолкнул полуоткрытую дверь, Августа улыбалась над какой-то запиской и грызла перо, как школьница. На секунду Энгус почувствовал, что они и есть школьники, что сейчас они поймут что-то важное и у них будет совсем другая жизнь. Потом это чувство пропало. Они и сейчас отлично справятся с тем, чтобы поставить все с ног на голову.
Энгус слегка стукнул дверью, закрывая, и подошёл.
- Ну как ты?
Он имел в виду все сразу. И как она сходила в Мунго, и не пожалела ли о вчерашнем, и было ли ей хорошо, и хочет ли она продолжения, и как ей вообще нравится.

+2

49

А может и не стоило этого делать. Оставлять маховик, дурацкую записку и сбегать, как школьница. Хотя в школе она бы и не сбежала. Она бы сама расставила все по местам и не позволила никаким обстоятельствам загонять себя в угол. Вот и теперь не нужно. Энгус придет, и она... сделает что-нибудь. Как минимум нужно было понять в каком он состоянии после их вчерашней работы над его кошмаром. За всем этим пьяным весельем она чуть не забыла, с чего все началось. И Августа обещала ему помощь и в будущем. Она не могла отказаться от своих слов, а еще, если честно, ей просто захотелось его увидеть. Лучше даже не увидеть, а почувствовать руки на талии, прижаться спиной к его груди и запах... все это было куда приятнее каких-либо слов.
Она так и замерла с пером в руке, не решив что делать дальше, витая в дурацких фантазиях, и даже недовольно вздрогнула, когда дверь с щелчком открылась и закрылась. Она обернулась и увидела О'Рейли, но еще целое мгновение выражение на лице говорило, что ей крайне не нравится, что кто-то прервал ее мысли. Конечно, тот, о ком она думала, и по совместительству хозяин этого кабинета имел право врываться сюда так бесцеремонно, поэтому Августа быстро сменила гнев на милость.
Энгус выглядел так же, как вчера. Ну, может быть чуть более собранным, чем когда прижимал ее к стене у паба. И совершенно точно он выглядел лучше, чем вчера днем, когда она только пришла в его кабинет. Это принесло облегчение, Августа даже мысленно похвалила себя: здорово ты все придумала, и блоки поставила, и ноги раздвинула. Мысль так себе. Напрягла ее.
Она хотела что-то сказать, но Энгус опередил ее совершенно неопределенным вопросом. Ну как она? Хорошо, наверное. С ума только немного сходит, а так полный порядок.
Августа запоздало отложила перо обратно на стол и смяла записку, метко зашвырнув ее в мусорку. Нужно было сжечь, но она сегодня уже наигралась с огнем.
- Я нашла твой маховик и не знала, когда ты вернешься, - аккуратно начала она, чувствуя как в голос возвращается ее обычная уверенность. Пожалуй, с этим можно было работать. О'Рейли, если и вспоминал вчерашний вечер, то прочесть это по его лицу, она не смогла. Ну, хорошо...
Августа провела ладонью по спинке стула, на котором он сидел вчера и пригласила жестом.
- Садись, хочу проверить твои блоки, - ей нравилось, что между ними есть какое-то дело, не работа. - Я в порядке, - добавила Августа, чтобы не выглядело так, будто бы она игнорирует.

Отредактировано Augusta Longbottom (9 февраля, 2018г. 19:25)

+1

50

Тот момент, когда все хотят что-нибудь сказать, но не знают, что именно. Энгус подумал, что надо бы запереть дверь - даже если они не будут делать ничего такого, чего не стоило бы видеть Мэгги, разговор может быть слишком личным. Но он не запер, чтобы Августа не подумала, что он по умолчанию предполагает что-то такое, хотя не то чтобы он не предполагал... Словом, это была слишком сложная и эмоциональная конструкция.
Августа скомкала записку и точным броском отправила в корзину. Ну, что она там ему писала, он прочитает позже - просто из любопытства. Заговорила она как-то неуверенно, но уже через пару слов Энгус услышал ее прежние деловые интонации. Он взял со стола маховик, повертел в руках, но надевать пока не стал, положил на место.
- Спасибо.
Он снова не придумал, что добавить к благодарности, потому что спрашивать про Фрэнка и Алису и сыпать соль на раны не хотел. К этой теме его пока не подпускали, а возможно, и никогда не подпустят, и он знал, что ломиться не следует. У них у обоих свои секреты, нажили за шесть десятков.
Энгус уселся на стул верхом, поймал руку Августы на спинке и прижал к губам. Сразу же подумал, что чертову дверь все-таки надо было запереть, но теперь было поздно. Он поднял глаза, чтобы она могла копаться в блоках, если хочет - и если до них доберется. Сейчас у него было слишком много других мыслей, и он не собирался ничего с этим делать.
Или даже не мыслей, а воспоминаний об ощущениях. О том, что ему нравится держать ее ладонь, как будто это создает между ними дополнительный канал связи, свободный от обычных помех.
О том, что у нее красивый голос, даже когда она стонет. Особенно когда она стонет.
О том, что когда он прижимает ее к себе, то кажется, что у него в руках весь мир.
О том, что он хочет снова быть в ней.
И чем раньше, тем лучше.

+1

51

Мэгги стучится перед тем как войти? Августа никак не могла припомнить, какие манеры у секретаря Энгуса. Конечно, вламываться в этот кабинет (куда угодно) без стука - это в основном ее фишка, но вдруг ей взбредет в голову, вдруг она их увидит, и потом придется что-то объяснять. Они и между собой-то не разобрались.
Энгуса, между тем, возможные зрители не волновали. Он прижал к губам ее пальцы, и заставил перестать думать. Ее посетило странное ощущение, будто бы все до этого было не реальное, как сон, а теперь она получила подтверждение того, что это серьезно. И все прятки, миллион противоречивых мыслей и то, что выбивало ее из колеи, серьезность портили.
Она выдохнула, моргнула и посмотрела в глаза Энгусу. Точно. Она ведь собиралась проверить блоки. Правда, не была уверена, что сможет. В голове был такой бардак, что даже прибираться было лень. Ее желание, мысли, ее метания и, наверное, немного злости от того, что все не может быть нормально прям сразу. Ей казалось, что Энгус может видеть это в ее глазах, даже без легилименции. Как она видела что-то такое в его.
Она коснулась его губ пальцами, вспоминая вчерашние поцелуй, провела по щеке, хотела склониться и начать все по новому кругу, но вовремя себя одернула. Не сейчас. Она обещала. Это важнее.
И все-таки он не дал ей ничего проверить. Его цепкие мысли облепили ее на самом пороге. Сначала те, что были проще. Как ему нравится держать ее. А потом по нарастающей. Как бы он хотел быть с ней, в ней. И вся ее изначальная цель пребывания тут стала какой-то бессмысленной. Но и уходить не хотелось. Она была готова ласкать эти мысли, холить их и впитывать в себя. Они были похожи на ее, но с какими-то другими оттенками. Они были очень интересными. Занимали ее полностью. Никогда не думала, что в ее возрасте будет удивлять такое - новые ощущения.
- Ты просто невозможен, Энгус, - прошептала она и приблизилась вплотную к стулу, прервав магию. Ничего такого в чужих разумах она раньше не делала, а новое могло быть опасным. Ей было любопытно, но сломать Энгуса - слишком большая цена. - У тебя в голове просто... - война, она хотела сказать война, но это было ужасное слово, тем более, что там было вовсе не это, а другие опасные слова. Весь мир, например. Она не стала это развивать. -... Прямо как у меня. Ты выспался? Все было хорошо?
Если она не может проверить насколько сильно за ночь он расшатал блок, то просто спросит. О'Рейли, конечно, в данном случае такой себе эксперт, но и Августа ничего более умного сейчас не предложит. Руки уже сами тянулись к Энгусу. Скулы, виски, затылок, шея. Августа прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновением. Он просто скажет ей, что все отлично, и больше разговаривать не придется.

+1

52

Августа потянулась за поцелуем, передумала и все-таки начала легилименцию. По большому счёту Энгусу сейчас было все равно, целовать ее или обмениваться мыслями. С момента, когда она не отдёрнула руку и погладила его по щеке, он понял, что она тоже хочет продолжения, а дальше все могло происходить своим чередом.
Самая странная легилименция в его жизни, больше всего похожая на бесконтактный секс. Мысли Августы посреди его мыслей, то, как ей нравилось происходящее, то, как ему нравилось - чертовски нравилось. Он подумал, что можно было бы перейти уже и к контактному, не разрывая связь, это было бы... невообразимо. Так он ещё никогда не делал.
Августа все-таки исчезла из его мыслей. Ладно. В следующий раз. Обязательно будет и следующий раз. Ее руки снова потянулись к нему, Энгус снова подставил лицо под ее прикосновения, поймал ее запястья, провёл пальцами к локтям.
То, что с ним произошло, никуда не делось. Он знал, что ещё долго будет с этим жить, но это отошло на второй план. Сейчас на первом была Августа.
- Да. Вырубился сразу до утра. Все было прекрасно.
Ему вообще редко что-то снилось, словно фантазия пасовала перед тем, что происходит наяву, и добавлять что-то к этому дурдом его мозг не решался. Это значило, наверное, что Августа не будет ему сниться, потому что все, что ему там может присниться, они отлично перекроют в реальности.
Энгус поднялся, ногой отодвинул стул в сторону и обнял ее. Августа на своих каблуках была одного с ним роста, ему пришлось приподниматься на цыпочки, чтоб поцеловать ее в висок, в ухо, а потом уже и в губы. Он пообещал себе, что на этот раз не будет спешить, хотя обещание показалось неосмотрительным, когда он нащупал ее грудь под плотной тканью мантии. Медлить он тоже не будет. Но на этот раз они хотя бы разденутся. Наверное. Желание снова оказаться в ней было гораздо сильнее, чем желание увидеть ее без одежды.
Энгус провёл рукой по ее спине, задержался на пояснице и слегка подтолкнул к себе.
- Здесь или у тебя?

+1

53

- Не здесь, - конечно, не здесь. Он с ума сошел даже спрашивать о таком, когда за дверью ходят, собираются домой его подчиненные. Она наклонила шею под поцелуи и закрыла глаза. Там, за дверьми, рушится мир, Пожиратели сбегают из тюрем, темные маги устраивают конец света, там рождаются темные двойники и умирают хорошие люди, а Энгус думает, что может просто разложить ее на этом столе?.. Как несерьезно.
Августа нащупала тот самый стол рукой, скинула туфли и потянула Энгуса к себе. Она не сможет объяснить это Мэгги или кому бы то ни было. Она никому ничего объяснять вообще не будет. И если он хотел куда-то пойти, то ему не стоило ее трогать. А он целует ее руки, губы, шею, гладит тело. Сделал все, чтобы оставаться там, где они есть сейчас. Все на его совести, конечно.
Августа потянула рубашку вверх, вытаскивая ее из-за пояса и кое-как расстегивая. Вчера они даже не разделись, как приличные люди. Хотя не то, чтобы это было самое важное. Она водила пальцами по груди Энгуса, снова и снова возвращалась к шраму на боку. Августа прервала поцелуй, чтобы заглянуть в глаза, просто так, ненадолго, и снова стала его целовать, коротко в губы и прильнула к шее. Губы растянулись в улыбке - оставить на нем следы? Ну, это так по-детски.
Все было прекрасно. Как-то так он сказал об этом. Но она может сделать еще лучше. Опустится перед ним на колени будет целовать его шрамы, пока он не признает, что лучше просто не бывает. Мысль оглушала. Стучала в голове молотком.
А затем кто-то постучал... в дверь. Августа не знала, как давно начался этот звук, который дошел до нее, как сквозь толстую стену.
- *лять, - выдохнула она, напрягаясь. Что тут еще скажешь. За дверью послышался тонкий голосок Мэгги. Августа тяжело дышала и даже не понимала, что та говорит. Еще секунда, и она выйдет и наорет на девчонку. Уволит ее к чертовой матери. Или что похуже.

Отредактировано Augusta Longbottom (10 февраля, 2018г. 19:15)

+1

54

- Не здесь, - сказала Августа, и видимо, имела в виду этот конкретный пятачок кабинета, потому что потянула его к столу.
А он ведь никогда не рассматривал этот стол как возможный плацдарм, но теперь, когда Августа сбрасывала туфли, начал думать, что очень даже. Очень даже.
О господи, он же глава департамента, а она заместитель. С другой стороны, им никто тут не может запретить, кроме Скримджера, а Скримджер далеко. Энгус заставил себя на несколько секунд отвлечься - вынуть палочку, запереть все-таки дверь невербальным, убрать палочку, - и потянулся к пуговицам на блузке Августы. он расстегивал их очень аккуратно, не поддаваясь соблазну оторвать к чертям. А соблазн возрастал по мере того, как она проводила пальцами по его груди. Энгус дёрнулся, когда она впервые прикоснулась к шраму. Шрам выглядел хреново и ощущался так же, но ее пальцы говорили, что Августа принимает его вместе со всем этим уродством - даже не только и не столько внешним. Она смотрела ему в глаза, ее глаза говорили то же самое. Энгус перевёл дыхание, успокоился и продолжил сосредоточенно бороться с ее блузкой, а когда пуговицы кончились - с застёжкой лифчика, а когда справился со всем и отбросил все эти тряпки, включая свою рубашку, в сторону, раздался стук в дверь.
Да пусть к чертям стучат. Он целовал грудь Августы, и вкус ее кожи был гораздо интереснее, чем все, что происходило снаружи. Он же не зря заперся, неужели непонятно. Энгус уже расстегивал ремень, потому что Августа упустила этот момент, а у него заканчивалось терпение, и тут к стуку прибавился звук впустую проворачивающейся ручки и голос Мэгги. Да черт возьми!
Августа выругалась, он распрямился и прижал ее голову к своему плечу, чтоб не расшумелась. Не надо.
- Я занят!
- Вам принесли отчёт из Шрусбери, - пискнула Мэгги.
Энгус пригладил волосы Августы и прижался щекой к ее виску, чтобы напомнить себе, что есть более интересные вещи, чем убийство секретарей.
- Оставь на столе и иди домой. Я занят, черт возьми!
Палочка была уже далеко, иначе он бы наложил и заглушающие чары. Черт. Энгус обнял Августу, пережидая, пока шаги Мэгги не отдалятся и не хлопнет дверь приемной.
Нет, в следующий раз точно у неё. Или он предупредит Луну, и тогда у него. Он положил руку Августы на свой ремень и нашарил застежку ее юбки. Следующего посетителя они убьют. Вдвоём.

+1

55

Она знала, что так и будет. И он знал. Хорошо, что хоть дверь запер. После того, как Мэгги не смогла попасть в кабинет, Августа решила, что это даже забавно. Нельзя так, конечно. Прямо на работе. Но Мэгги точно стоило убраться как можно скорее. Энгус прижал ее, чтобы молчала и не злилась. Она молчала и злиться перестала. Совсем немного разве что, за сбитый настрой на очередной быстрый секс. Пока он отвечал, Августа прикусила кожу на плече и потом выцеловывала на ней какие-то знаки. Водила руками по спине и прижимала его к себе в ответ. Она подумала, что это не так же как вчера, а более осознанно. Слышала раздраженные нотки в голосе и хотела его еще больше. Злой или нежный, что-то она не могла решить, как ей больше нравится. 
- Отчёт из Шрусбери? Я бы почитала, - прошептала она ему на ухо, прижимаясь грудью и безусловно издеваясь. Ну, может они, правда, захватят его с собой? Наверняка у Энгуса найдется часок-другой, чтобы побыть с ней, полистать бумажки...
- Потом заберем его, - добавила она на выдохе и помогла ему с ремнем. У них вчера не было возможности смотреть друг на друга, но сегодня они все наверстают. Юбка скользнула вниз, туда же она отправила и белье, в последний момент подумав о том, что Энгусу может быть нравится и так. Но с этим они разберутся в другой раз. Она обняла его, прошлась пальцами по затылку и снова целовала торопливо, как если бы их могли застукать. Ладонь скользнула вниз по плечам, груди, животу, очертила дорожку волос, ведущую в пах, добралась до желаемого и накрыла, аккуратно поглаживая. Она тихо застонала Энгусу на ухо и потянула на себя, к столу. Окончательно осквернить все его выкладки по последним совещаниям со Скримджером. Сегодня ей даже рекомендаций давать не хотелось. Пусть как хочет, лишь бы не останавливался.

Отредактировано Augusta Longbottom (11 февраля, 2018г. 00:46)

+1

56

Августа делала все, чтобы переговоры с Мэгги провалились из-за того, что Энгус бы, например, заржал или не только. Она ласкалась к нему, и осознавать, что он держит в объятиях ласкающуюся Августу, было необычно. Вчера она была гораздо более деловитой, но сегодня было лучше. Гораздо лучше. Он уткнулся лицом в ее шею, втягивая и выдыхая воздух как мог бесшумно. Потом все-таки не выдержал и крикнул вслед удаляющимся шагам Мэгги:
- Найди Лонгботтом, скажи, чтоб посмотрела! - и снова уткнулся в шею Августы, сдерживая теперь уже смех. Эта шутка казалась ему хорошей.
Мэгги исполнительная девочка. Когда она вернется сюда сказать, что не нашла его зама, они давно уже закончат. Энгус стащил с Августы юбку и трусики, посомневался насчет чулок, но в итоге оставил. Чулки ему нравились. Торопливые поцелуи, словно им снова надо уложиться в следующие пять минут, были еще лучше. Не отрываясь от ее губ, он сбросил ботинки, замер, пока Августа хозяйничала у него под брюками. Ее рука двигалась неторопливо, словно обещала, что все будет медленно и очень вдумчиво... когда-нибудь.
Энгус избавился от остатков одежды и просто смахнул со стола все, что могло помешать. Какие-то папки, листы бумаги, пару книг, подставку с перьями, чернильницу. Толстый ковер на полу почти полностью заглушил шум. Энгус оперся на стол и уже в ней на секунду остановился и заглянул в глаза, пытаясь найти в них отражение того, что сейчас чувствовал он сам. Наверное, он нашел. Он сжал свободной рукой грудь Августы, склонился к ее шее, и дальше его затянул неторопливый, медленно ускоряющийся ритм.

+1

57

Ему было смешно. Плечи Энгуса затряслись в беззвучном хохоте, и Августа тоже улыбнулась. Мэгги пройдется до ее кабинета, узнает, что ее не было на работе с самого утра. Вернется к кабинету босса и услышит, как он трахает какую-то женщину. Молчать как вчера Августа не собиралась. Пусть сам потом разбирается с этим дерьмом. Шутник.
Она забралась на стол, обняла его ногами и резким движением навстречу помогла войти. Ей было интересно сколько он продержится. Августа могла оттягивать наслаждение довольно долго, а могла кончить сразу. Но смотреть в его глаза и терпеть было приятнее. К тому же им нужно дождаться Мэгги.
Она слегка откинулась, меняя угол и часто задышала, без разбора водя пальцами по спине и шее Энгуса. То сжималась, то расслаблялась, ловя наилучший ритм, слушая как ему нравится больше всего, быть может он и сам порадует публику своими стонами? Эта фантазия подхлестнула, и Августа сама показала как это делается - громко и протяжно.
По ковру растекалась и впитывалась лужа чернил. Она чувствовала этот одуряющий запах, ласкала его в себе и, кажется, простонала его имя. Шепотом попросила еще, не останавливаться и снова застонала. Убрала ногу с талии Энгуса, чтобы не подгонять, но еще быстрее стала подаваться навстречу бедрами.
Медленная пытка, которая, казалось, никогда не кончится. Пока, наконец, Августа не решила, что хватит, и отпустила себя, доводя до конца быстро, одной лишь мыслью о том где, чем и с кем она занимается.
Она опять сделала это молча, теряя контроль на несколько секунд, а потом продолжила двигаться, помогая Энгусу.

Один чулок сдвинулся, но ей было все равно. Августа откинулась и легла спиной на стол, окончательно разрушая все, что Энгус там так методично складывал когда-то. Она облизала пересохшие губы, смотрела в потолок, прикрыв глаза, и думала, что неплохо бы еще. Минут через 15. Когда приятная вялость уйдет из тела. Затем, отдышавшись, приподнялась на локтях, чтобы посмотреть жив ли Энгус.
- Ну как ты? - спросила она чуть хрипло, повторяя его тупой вопрос, и нежно коснулась виска.

Отредактировано Augusta Longbottom (12 февраля, 2018г. 12:47)

+1

58

Августа продолжала смотреть ему в глаза, и Энгус снова подумал, что однажды они сделают это, не разрывая ментальной связи. Но не сейчас. Сейчас ее движения навстречу и частое дыхание заставили его сначала потерять концентрацию на всем остальном, а потом - замедлиться, чтобы все не закончилось слишком быстро.
Стол, спасибо ему, не издавал ни звука, хотя пошатывался от толчков. Когда пальцы Августы скользили между лопатками,  Энгус вздрагивал от удовольствия, кусал губы, сдерживаясь, гладил ее плечи и ключицы, раз за разом возвращался к груди. Иногда он вспоминал, что надо бы дышать, и втягивал воздух через зубы. Августа стонала - он хотел бы так же забыть, что они все еще в Министерстве, и так же подгонять, и заставить чертов стол все-таки скрипеть, чтобы слышно было в атриуме.
Решимости потерпеть хватило ненадолго, Энгус тоже застонал, спрятал лицо у нее на плече и ускорил толчки, снова пытаясь проникнуть глубже с каждым разом.
Августа не выдержала первая - он чувствовал хаотичные спазмы там, внутри, и его быстро подводящие к концу. Можно было растянуть удовольствие еще ненадолго, но одного взгляда на умиротворенное лицо Августы было достаточно, чтобы еще через несколько толчков он кончил с уже совсем беззастенчивым стоном.

Августа откинулась на столе. Энгус оперся на столешницу обеими руками и переводил дыхание, не спеша выходить. Ему нравилось это ощущение абсолютной близости - хотя бы несколько секунд перед тем, как они снова начнут орать и раздражаться друг на друга, в чем, конечно, тоже есть своя прелесть, но. Под головой у Августы был черновик его доклада... какого-то из старых. Или выступления перед журналистами. Он подозревал, что при виде этих цифр теперь всегда будет думать о том, как был с ней.
Рука Августы нежно его коснулась, Энгус поднял взгляд и блаженно улыбнулся.
- Лучше всех.
Он перенес вес на одну руку, а второй поймал ладонь Августы и переплел ее пальцы со своими.
- Пригласи меня наконец к себе.

+1

59

В теле приятно тянуло мышцы. Энгус не выходил из нее и, наоборот, переплел их пальцы. Теперь, когда они не двигались так активно, стало прохладно, и она поднялась обратно и прижалась к нему.
- Никогда не думала, что ты будешь таким, - проговорила она, водя губами по шее, захватила мочку уха и улыбнулась сама себе. Сама не знала, что имела в виду под "таким". Что Энгус, оказывается, такой горячий министерский чиновник? Пожалуй, это она всегда могла знать. Или что он может быть таким нежным и легкопереносимым? Тут сложнее. Вспомнились слова Перпетуа, что в этой Ирландии все мужчины - беспощадные нецивилизованные звери... Как жаль, что она умерла и больше некому осуждать дочь, очень нецивилизованно раздетую на рабочем столе беспощадного ирландца.
Как бы там ни было, О'Рейли ее удивил. Она уже и забыла, как это хорошо. Как это здорово быть с кем-то. Как ей это нравится. Как она любит секс. Ему нужно было пригласить ее раньше. Оказаться на грани раньше. И где она была все это время? Такая упрямая дура.
Августа продолжила водить руками по его спине, жалея о тысячах упущенных возможностях. Потом снова обхватила его ногами, вжимая в себя, хотелось быть еще ближе. Будь они школьниками, могли бы продолжить сию секунду. Когда теперь Энгус сможет снова она не знала, но, наверное, раз просится к ней, то это не затянется надолго.
- Тебе что, не нравится в общественных местах? - наконец Августа подняла голову и посмотрела в лицо Энгусу. Несерьезно, конечно, спросила. Хотя что-то в этом, безусловно, было. Но она просто не могла быть серьезной, пока он был в ней. Августа напоследок скользнула ногами по его талии, коротко поцеловала в губы и встала. Неприятное чувство опустошенности.
По кабинету были разбросаны их вещи. Она медлила с ответом и ходила, слегка растеряно собирала одежду. Можно было магией, но лень. Собственно... Энгус был хорош. И следующий раз закономерно будет лучше. Но что потом? Он соберется, уйдет к себе. К этой девочке. А она останется одна со своими мыслями. Весьма убогое зрелище для независимой женщины на самом деле. Казалось бы, что такого? Нельзя же вечно торчать друг в друге (как жаль). И даже если им обоим надоест, то не пошел бы он нахрен? Это так бесило, что она сама не знает, что теперь от него хочет.
- А девочка? С кем ты ее оставишь? - чуть строго спросила она, надевая белье. Вчера ее остановило только это. Ну, и еще то, что Энгусу нужно было отдохнуть, а сегодня все усложнилось в несколько раз. Ей было так жаль все портить. Жаль одеваться. Она бы оставила все как есть, вернулась на стол и попросила взять ее снова, но...
- Ты так и не рассказал, как так вышло с этим ребенком. В министерстве все знают, кроме меня? - последнее было сказано с обидой в голосе. Они много перекрикивались и конфликтовали, но она не была из тех, кому плевать на жизнь О'Рейли.

Отредактировано Augusta Longbottom (13 февраля, 2018г. 00:51)

+1

60

Августа снова уселась и обняла его. Энгус обхватил ее и придвинул к себе еще теснее, вздохнул и расслабился. Он подремал бы так несколько минут, если бы умел дремать стоя, но и так было хорошо. Он слегка покачивал Августу, чертил что-то пальцами на ее спине и тут же заглаживал.
- Да я таким и не был, - сказал он, подставляя ухо под ее теплое дыхание. - В последние сто лет.
В последние годы было очень тяжело подпускать к себе кого-то так близко. Кого-то, кто не прошел всю эту историю с Первой магической если не рядом, то параллельно ему. Кого-то, кто не понимал, что такое департамент катастроф. Кого-то, кому не было оснований доверять, а оснований доверять не было почти никому. Иногда он находил случайные связи, но и те давали только разрядку, которая не стоила усилий, нужных, чтобы выкроить время, разгрести дела, не забыть про встречу, проявить какое-то минимальное внимание, чтобы не чувствовать себя свиньей. Привыкнуть к вопросу, который постоянно себе задаешь: что я делаю рядом с незнакомым человеком?
И уж точно в последние годы он не чувствовал потребности побыть рядом после секса. Не уйти в душ, не умчаться по делам, не слинять, наконец, в бар, чтобы напиться. С Августой было иначе. Ее бы он вообще не отпускал. Как будто уловив общую мысль, она как раз обхватила его ногами и вжала в себя, заставляя задуматься о продолжении. Не прямо сейчас, правда, но еще немного и... Энгус прислонился лбом к ее лбу, когда она подняла голову.
- Мне очень нравится в общественных местах, - он провел пальцами по ее позвоночнику от затылка к ягодицам. - Но я бы чередовал.
Она поцеловала его, отстранилась и пошла одеваться. Энгус передернул плечами от холодка, пробежавшего по коже там, где только что было ее теплое тело, и неохотно последовал ее примеру. Привычка одеваться быстро, чтобы сорваться на задание, никуда не делась. Он уже заправлял рубашку, пока Августа рассеянно ходила и собирала свои вещи, так что можно было на нее полюбоваться и еще раз абстрактно подумать о продолжении.
Пока она не начала про Луну. Да, пожалуй, дети создают некоторые проблемы.
- Ни с кем. Я еще вернусь поработать, а потом домой.
Отчет из Шрусбери ждет. Ждут жалобы на то, что ликвидаторы разрушили какую-то там мельницу в Хайленде, когда устраняли последствия неожиданно серьезной ссоры между двумя мерзкими старикашками. Ждет - теперь уже на полу - стопка документов на подпись, которые он так и не дочитал. Энгус потер лоб и посмотрел на Августу. Она ведь это понимала. Или нет?
Он договорится с Кормораном, чтобы тот побыл с Луной завтра или послезавтра. Кажется, эти проблемы решаются так.
- Никто не знает, - обида, звучащая в голосе Августы, его почти обрадовала, ей было не все равно. - И здесь я об этом говорить не буду. Давай сначала выберемся отсюда.
Энгус поднял блузку и взял так, чтобы ей оставалось только сунуть руки в рукава.
- Не обязательно к тебе, - может, она и в самом деле этого не хочет. - Мы еще не всю Ирландию посмотрели.

+1


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Март-апрель 1996 года » Заместительная терапия (30 марта 1996)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC