Вниз

1995: Voldemort rises! Can you believe in that?

Объявление

Добро пожаловать на литературную форумную ролевую игру по произведениям Джоан Роулинг «Гарри Поттер».

Название ролевого проекта: RISE
Рейтинг: R
Система игры: эпизодическая
Время действия: 1996 год
Возрождение Тёмного Лорда.
КОЛОНКА НОВОСТЕЙ


Очередность постов в сюжетных эпизодах


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Подменыш (16 марта 1996)

Сообщений 31 страница 60 из 100

1

Название эпизода: Подменыш
Дата и время: 16 марта 1996
Участники: Энгус О`Рейли, Рабастан Лестрейндж, Дженис Итон

Мунго, далее поместье Мейер

0

31

Драккловы пчелы окружили его, рассерженно жужжа и намереваясь жалить - прыгать, рискуя обозлить рой, было себе дороже, но и замереть на месте Лестрейндж себе позволить не мог.
Он снова отпрыгнул - за прошедшие дни здесь, в том, что должно было стать пленом, а обернулось чем-то совсем другим, он отдохнул и набрался сил, а вот его противник явно сдавал.
Старик - но старик, зачем-то нужный Дженис.

Его прыжок не прошел незамеченным - пчелы, разгневанные этим резким движением, накинулись роем, жаля, отвлекая, мешая собраться.
Волшебная палочка легла в ладонь будто чудом - домовик все же понял, что необходимо сделать.
Лестрейндж не стал демонстрировать возвращенную ему деревяшку - чуть развернувшись, пряча палочку за бедром, свободной рукой разогнал пчел, не обращая внимания на укусы, посмотрел вниз. Первое, что бросилось в глаза - это отсутствие Дженис на нижних ступенях. Домовик сделал и это - позаботился о хозяйке. Больше Рабастан не должен был отвлекать - мог выступить открыто, вооруженный, знающий, что Дженис в безопасности.

И, видимо, это облегчение, затопившее его целиком, сыграло дурную шутку: очередную сеть он заметил слишком поздно, уже не успевая полностью убраться из-под раскрывающихся переплетенных нитей.
Зато успел собраться, почти как в те времена, когда Дженис учила его на поляне Хогсмида держать щиты - и скатился с лестницы, прикрывая голову, прижимая обретенную палочку к груди, чувствуя, как сеть все сильнее натягивается, запутывается, будто живая, сползая с плеч на спину, бедра. И, еще не завершив падение, ударил Круциатусом, вкладывая все свое раздражение этим незванным визитом.
Круциатусом - не Авадой. Дженис явно хотела сохранить сукиному сыну жизнь.

+2

32

Энгус чуть не попался в очередной раз. Лестрейндж катился с лестницы легко и аккуратненько, явно не собираясь сломать себе шею. Целиться в движущееся не хотелось. Энгус отошёл от лестницы на пару шагов. Когда упакованный противник остановится, он обезвредит его окончательно.
Убьёт, например. Или сдаст Министерству. Как получится.
В этот момент Лестрейндж, у которого не было палочки, ага - атаковал. Энгуса спасла только ступенька, помешавшая тому прицелиться, и остатки собственной ловкости. Красный луч прошёл вдоль его спины - Энгусу показалось, что он содрал широкую полосу кожи и щедро посыпал соли, - и ударил в стену. Круциатус.
Что интересно, не Авада.
Падать Лестрейндж как раз закончил. Энгус молча засадил в него Экспеллиармус, подозвал подлетевшую палочку и переломил.
Accio волшебная палочка.
Других волшебных палочек в окрестностях не было. Homenum revelio не показало присутствия других людей. Энгус сжёг остатки сломанной палочки и осмотрелся.
Он стоял босиком, в больничном балахоне, на холодном каменном полу. Вокруг было поместье итонских предков. Где-то в здании находился итонский дубликат. Рядом с Энгусом находился пленник - хотя теперь возникали сомнения, что только пленник - итонского дубликата. И, пожалуй, домовой эльф. Не-Итон уснула, прежде чем исчезнуть.
Пока он спит, у эльфа не будет приказа напасть. Надо было спешить.
Он добрел до перил, заклинанием сбил с них набалдашник и превратил его в портал до министерского атриума. Сейчас он просто уйдёт отсюда со связанным Лестрейнджем. Отдаст пленника аврорату и упадёт спать.
Портал не работал. Энгус застонал и опустился на ступеньки.
- Ты, - сказал он Лестрейнджу, если тот ещё не в обмороке от разочарования. - Так как, говоришь, отсюда выбраться?
Пешком, говорила тогда Итон. Но он вряд ли сможет пешком.

+2

33

Лестрейндж потряс головой, пользуясь тем, что сетка легла криво, с интересом наблюдая, как гость суетится.
Ожидаемый вопрос встретил понимающей ухмылкой, лишь немного недобирающей до искренности.
Глумливо пожал плечами.
Палочку было жаль - но не слишком. Куда интереснее было, зачем Дженис понадобился этот удачливый сукин сын.
Стоило поставить щит после Круциатуса, из тех, что они отрабатывали с Дженис пятнадцать лет назад, но он слишком удивился тому, насколько легко скользнуло с палочки Непростительное, которого он избегал.
Насколько естественно.
Интересный опыт.
Последние дни все, что с ним происходило, было интересным опытом. Рэйвенкловец в нем ликовал.
- Никак, - подтвердил он свои же слова, сказанные ранее. - Пока не отпустит хозяйка поместья - никак.
Первые дни его это сводило с ума - до того, как с ума свела Дженис.
- Ты кто и зачем ты ей? - ублюдок больше не мог причинить вреда Дженис, и Лестрейндж был не против узнать немного подробностей. Может быть, даже сыграть в радушного хозяина.
Может, этот мужик мог быть им полезен - не случайно же он оказался здесь.
Обстоятельства, при которых он здесь оказался, мало что значили, знал Лестрейндж по собственному опыту. И уж точно не означали, что он им враг.

+2

34

Великолепно. Просто великолепно. Энгус застонал еще раз, теперь про себя.
Он был в тупике. В сраном тупике. Кой черт держать Лестрейнджа связанным, если его в любую минуту развяжет эльф? Кой черт вообще оставлять его в живых? Но убить связанного у него рука не поднималась. И странное ощущение, что это происходит не с ним, никак не проходило.
Доппельгангер? Да вы издеваетесь.
- О'Рейли, - сказал он. Какая, собственно, разница. - Понятия не имею. А ты ей зачем?
Освобождать Лестрейнджа он не спешил. Палочка у него, а превосходство в силе и реакции у противника. Сегодня он сделал уже достаточно глупостей. И опять же, кто размахивает Круциатусом, не должен обижаться на легкий дискомфорт.
- Давно ты здесь? И кто еще здесь есть?
И где Итон. Где нормальная Итон, мать ее. Энгус надеялся, что ее разрешения покинуть это чертово поместье будет достаточно. Если, конечно, она догадается прийти сюда и вывести его отсюда. Если захочет. Если она вообще жива, хотя слова двойника звучали в будущем времени. "Убью". Энгус подавил желание помолиться за ее чертово здравие и доброе отношение к старым друзьям.
С другой стороны, молитва была чуть ли не единственным, чем он мог заняться. Если бы в больнице с него не сняли все артефакты, он мог бы сейчас найти способ с кем-то связаться. Но артефакты сняли.
- Где тут еда? - спросил он.

+2

35

На имени Лестрейндж перестал ощупывать сеть в поисках краев и вскинул голову.
Ну надо же.
О'Рейли - тот самый, которым Дженис пыталась купить покой у него, принимая за Рудольфуса.
Тем лучше, что он использовал Круциатус вместо Авады.
Это не сделало яснее намерения Дженис, притащившей О'Рейли сюда - но уменьшило варианты догадок.
Например, до той, что она все еще хочет выторговать у Рудольфуса время, достаточное для реализации своих планов.
- Все еще жив, - он поглядел на больничный халат, сдержал непрошенную ухмылку, констатируя очевидное. Было понятно, почему - учитывая, как О'Рейли дрался сейчас, прямиком с больничной койки, наверняка сбитый с толку поведением бывшей главы Аврората, лет двадцать назад он наверняка мог бы дать фору и Рудольфусу, щедро подумал Лестрейндж, возвращаясь к своему нехитрому занятию.
- И будете живы, если перестанете пытаться причинить вред Дженис, - закончил он не без угрозы, проигнорировав вопросы о себе и находящихся в доме - О'Рейли еще не понял, какие перед ним вот-вот откроются перспективы. Еще не понял, ко встрече с кем пора готовиться, и в этом контексте было совершенно не важно все, что он хотел узнать у Лестрейнджа. Кроме, наверное, последнего.
Пусть думает, что эльф подчиняется Лестрейнджу - в чем не был уверен даже сам Рабастан.
Потянув найденный край сетки, Лестрейндж снова поднял голову.
- Я покажу, где кухня. Чем вы ударили Дженис? Она скоро придет в себя?
Лучше бы поскорее - у нее хорошо получалось объяснять очевидное.
- Вам нужна медицинская помощь? - как только Дженис оказалась в безопасности, ему было очень просто вернуться к своей привычной нейтральной отстраненности, лишь немного разбавленной интересом к личности О'Рейли. - Она не привела бы вас сюда, если бы хотела убить.
Уж он-то знал точно.

+2

36

Лестрейндж заинтересовался. Энгус хмыкнул, признавая совершенно закономерным, что член этого семейства не может спокойно слышать его фамилию. И, конечно, пошутить над своими недоработками по этому поводу. Он осторожно ощупал бок. Симптомов тяжелого внутреннего кровотечения пока не было, но небольшое он, конечно, не смог бы распознать. Пока не будет поздно.
- Я не пытаюсь причинить Дженис вред.
Даже наоборот, Дженис нужна была ему живой и невредимой, как никогда. А вот ее неудачную копию он бы с удовольствием удавил. Как только убедится, что из-за этого ему не придется доживать свои дни в ее поместье.
- Проснется утром.
Кухня прямо сейчас ему не была нужна. Его больше интересовала кладовка. Но кладовки обычно находятся рядом с кухнями, так что стратегически направление было верным. Энгус подумал об этом и решил, что все еще не готов вставать со своей ступеньки, тем более, она уже согрелась.
- Нужна. А кто может ее оказать? Вы?
Если так, то он, конечно, обойдется. Лучше быстро сдохнуть, чем отдать Лестрейнджу палочку и сдохнуть не так быстро.
О том, как ему устроить так, чтобы палочку никто не забрал во время сна, он подумает чуть позже.

+2

37

- Ага. И поэтому атаковали ее.
Впрочем, может, О'Рейли не хотел оказаться здесь. Отчасти Лестрейндж его понимал - он сначала тоже не хотел оказываться в этом поместье - но только отчасти: в отличие от него, О'Рейли с бывшей главой Аврората должны быть хотя бы теоретически на одной стороне.
- Нет, не я. Вы уничтожили мою волшебную палочку. Я не против понаблюдать, как вы умираете. - Он наконец-то нашел все края и принялся выпутываться из сетки, демонстративно не глядя на О'Рейли - если тот правда считает, что может контролировать ситуацию, сидя над связанным Лестрейнджем в поместье, на хозяйку которого напал, то пусть пересчитает еще раз. - Вы же не чистокровный волшебник, да? Поместье убьет вас, вы знаете? Если Дженис не проснется достаточно быстро, вы умрете. Она устроила здесь все как следует. Это крепость, даже если вам пока так не кажется.
Первые два дня мысли об этом были наполнены для него гневом - но затем гнев прошел. Сейчас, пожалуй, Лестрейндж находил определенные плюсы в том, как Дженис позаботилась о своем - об их - доме.
Поместье Мейеров утешало его тоску по Холлу, пусть не полностью, неявно - и за это он тоже был благодарен Дженис.
- Ну так что, кухня? Вы же видите - до утра вы умрете на этой лестнице. Разбудить Дженис могу приказать только я, вас эльф не послушает, - о том, что он не уверен, что эльф послушает его, Лестрейндж благоразумно промолчал. - Почему вы здесь, у вас есть какие-то предположения?

+2

38

- У меня был шок, - отмахнулся Энгус.
Хотя "был" - это казалось смелым заявлением. Ему все больше хотелось плюнуть на все и уплыть в блаженную темноту - довольно неуместное желание с учетом обстоятельств.
Лестрейндж принялся за сетку. Энгус шевельнул рукой с палочкой, но подумал, что это бессмысленно. Он просто с сожалением отсел на другую сторону широкой лестницы - на достаточную дистанцию, чтобы среагировать на бросок даже такого шустрого и аккуратно падающего Пожирателя.
- И каким же это образом поместье убивает нечистокровных?
Это была чушь. В такое он точно не верил. Доппельгангеры исчерпали на сегодня его способность верить в ерунду. Итон не стала бы оставлять такую защиту в своем доме, она ведь предлагала ему добраться сюда после ее вероятной смерти. Не хотела же она и его утянуть с собой.
Нет, Энгус не верил. И он не собирался до утра оставаться на лестнице. Он собирался найти себе подходящую спальню или хотя бы лежанку. На первом этаже наверняка такие есть, не тащиться же ему на второй.
- И сколько в доме эльфов?
Лестрейндж распутался. Энгус взялся свободной рукой за перила и приготовился подниматься.
- Ничерта у меня нет предположений. Идите вперед. Я за вами.
Может, ему стоило заткнуть Лестрейнджу пасть, чтобы у него не было возможности приказать эльфу напасть на Энгуса. Но тогда все снова заходило в тупик. Ни источника информации, ни всего остального.
- Вы ведь понимаете, что это не Дженис? - поинтересовался он по дороге на кухню.
Просто стало интересно.

+2

39

- Не нечистокровных. - Лестрейндж смерил О'Рейли взглядом, в котором снобизма было не меньше, чем сожаления, что на сей раз Дженис притащила идиота. - А врагов. Тех, кто нападает на хозяев.
Впрочем, дальнейшие вопросы были излишни - ни о какой чистоте крови речи не могло идти с учетом того, то О'Рейли не принял во внимание родовую защиту, отправляя Дженис в нокаут.
- Я пока не знаю, каким. У меня хватило мозгов не нападать на нее.
Потом у него хватило мозгов принять ее предложение. Будет ли О'Рейли таким же сообразительным, оставалось только гадать.

Удостоверившись, что плечо, которым он пересчитал ступени, защищая - как оказалось, совершенно напрасно - палочку, цело, Рабастан им и пожал.
- Достаточно. Для вас нет разницы, сколько тут эльфов. Ни один вас не послушает. - О'Рейли, вроде как. собирался подняться и Лестрейндж отвернулся. Зачем бы не был этот человек нужен Дженис, он терял форму. Может, в самом деле следует допросить домовика на предмет домашней аптечки с кроветворным или тому подобным?
Будни с Вэнс обогатили Лестрейнджа некоторыми полезными заклинаниями из арсенала первой помощи - но не хотелось связываться с О'Рейли, едва ли понимающим, куда он попал.

Он шел не торопясь - успел изучить поместье, постепенно расширяя круги, центром которых была библиотека. Шел не торопясь и прислушивался к шагам О'Рейли за спиной, ожидая звука падения, и на слова в спину чуть не улыбнулся.
- Ну конечно. Это не Дженис. А вы - Минерва МакГонагалл.
Ни одно оборотное не продержалось бы столько.
Ни одному человеку не пришло бы в голову так подставляться, выдавая себя за Дженис.

+2

40

Лестрейндж смотрел на него, как на идиота. Нет, ну а что ему оставалось, бедняге: без палочки, без возможности свалить отсюда, без, собственно, чего бы то ни было, кроме фамилии и голубой крови.
- Рад за вас, - фыркнул он.
Нечасто такое, должно быть? В смысле, хватает мозгов.
Стоило пока поразмыслить над положением, которое тут занимал Лестрейндж. Пока что рассуждал он как любимая жена господина: защищал двойника, фыркал на попытки сопротивления, всем своим видом демонстрировал осведомленность. Хорошо. Энгусу уже было интересно, окклюмент ли он.
Сейчас выпить горячего сладкого чаю - и, возможно, его хватит на легилименцию. Энгус был уверен, что чай он как-нибудь переварит. Чай был совершенно необходим сейчас, когда он медленно шел за Лестрейнджем, опираясь на стену локтем, а невооруженной рукой поддерживая бок в терпимом положении. Кто бы мог подумать, как много мышц задействованы в ходьбе.
- Да, ей будет очень весело обнаружить здесь МакГонагалл, я уверен. Вы про темных двойников знаете?
На кухне он сразу же добрался до стула и тяжело опустился на него, похлопал по столу так, словно подзывал кошку. К чаю ему не помешает местная аптечка.
- Эй, эльф!

+2

41

На самом деле Ганс мог бы и не приходить на зов, но Ганс хотел прийти и он пришёл. Гансу было интересно, что за человек пришёл с леди в дом и хватит ли ему силы прорваться в спальню леди. Он обыграл молодого мистера, хотя был ранен, но он был очень стар. Так же стар, как сам Ганс.
Явившись в кухню, Ганс первым делом осмотрел волшебника ещё раз. Он не прятал глаз, не гнул головы к земле - волшебник не был его хозяином, а у него было пятнадцать с лишним лет, чтобы привыкнуть быть в доме главным.
- Старик желает есть? - спросил Ганс на ломаном английском, глядя на волшебника по-прежнему ясными глазами, и голос его звучал глубоко и хрипло.
Ганс не говорил ни с кем с тех пор, как в доме умер последний эльф.
- Старик желает зелья?
Леди вменила ему в обязанность заботиться о здоровье и питании гостей, а волшебник, которого привела она, был таким же гостем, как ее молодой мистер.

+2

42

То, что О'Рейли ни с чего начал с темы, о которой Лестрейндж предпочел не думать - чуть ли не вопреки всем своим правилам и оставшимся принципам - его отвлекло и отвлекло изрядно.
Он не слишком удивился, еще получив патронуса от Арна - то, что мог сделать Скримджер, вполне могла сделать и его протеже и близкая подруга, - но предпочел счесть это игрой разыгравшейся паранойи Арна, волнующегося о ребенке. Предпочел, не имея на то ни малейших оснований, по большому-то счету, и теперь, когда О'Рейли косвенно подтверждал предупреждение Арна, это предпочтение рисковало стать большой ошибкой.
Ему было все равно, вот что было худшим: ему было все равно, кем является женщина, которая просила его о ребенке. А все равно быть не должно было, и за это равнодушие к фактам сознание Лестрейнджа цеплялось раз за разом.
Ему не должно было быть все равно, звучало метрономом.
Ни совершенно иррациональная симпатия, которую Лестрейндж не хотел бы называть как-то иначе, ни сомнительная мотивация самой Дженис, которую он усердно дополнял и улучшал уже мысленно, выдавая результат этой обработки за исходный продукт, его не настораживали - против зелья он был бессилен. Зато не было бессильно это отчетливое чувство несоответствия, не дававшее ему покоя с детства.
Вином, ластящейся Дженис, оптимистичными планами ему удавалось заглушить этот метроном, но сейчас О'Рейли вновь напомнил ему об этом равнодушии, которого не должно было быть, и Лестрейндж больше занят этим - рефлексией над этой этим тревожащем его равнодушии к фактам - а потому едва замечает, как появляется эльф.
То, что Ганс может говорить по-английски, удивляет его не меньше, чем то, что эльф спрашивает о желаниях у О'Рейли.
Лестрейндж прищуривается: в этом случае его позиции выглядят откровенно шаткими. О'Рейли ничего не стоит убить его и дождаться пробуждения Дженис, принимая помощь от домовика. А вот еще пожить Лестрейнджу, как обычно, очень хочется.

+2

43

Эльф появился. Энгус не слишком на это надеялся, но не слишком и удивился. Раз уж все пошло наперекосяк, значит, так и должно было быть. Эта философия ему самому показалась нездоровой. Но он не без удовольствия отметил, как скис Лестрейндж.
Эльф стоял перед ним весь такой гордый и, слава богу, не лебезил, как делают эльфы в Англии. Их манеры начинали Энгуса очень быстро раздражать.
- Как тебя зовут? - спросил он.
Гордого немецкого эльфа должны были звать Румпельштильцхен или хотя бы Крошка Цахес.
- Принеси мне аптечку и сделай сладкий чай. Очень сладкий. Хорошо?
В конце концов, кому-то из присутствующих здесь надо было довериться. Энгус выбрал домовика, потому что тот не напал на него, когда забрал Итон. Возможно, он принадлежал той настоящей Итон больше, чем этой подделке. Такая вероятность воодушевляла. На горизонте забрезжил небольшой шанс выбраться отсюда.
Энгус облокотился на стол, не выпуская палочку из рук, и сгорбился. Его начинало знобить, но от горячего чая он скоро согреется.
- Итак, - сказал он. - Если я Минерва МакГонагалл, то первый урок вы ответили плохо. Может, со вторым пойдет лучше? Расскажите мне что-нибудь еще о правилах этого поместья.

+2

44

- Ганс, - не сразу отозвался эльф, и в круглых как шары глазах отразилось что-то, похожее на личную симпатию и удивление одновременно. Само лицо осталось невозмутимо ровным.
Гансом назвал его ещё Дитрих Мейер, когда-то любивший сказку про Ганса-дурака. Ганс как-то слушал, как он читал её маленькой леди - не той, что хозяйничала сейчас в поместье, другой - но уже мало что помнил.
Тремя щелчками пальцев Ганс сообразил требуемое на стол перед стариком. Выждал секунду, затем обернулся к первому гостю:
- Леди Мейер спит. Будет спать до утра, плохо, но крепко. Ганс скажет леди, что дал вам оружие.
Первую леди он не чувствовал уже шесть дней, с момента появления второй.
- Молодой мистер желает чаю?
Для него леди велела готовить чай по особому рецепту, её личному. От него он любил её крепче.
- Если господа не желают есть, Ганс желает охранять леди.

+2

45

- Да, я буду чай.
Прошли те времена, когда он считал, что не задержится здесь.
- Когда леди проснется, дай мне знать.
В том, что они с О'Рейли оба будут ждать этого момента, Лестрейндж не сомневался.
- И найди мне другую палочку.
Пусть сам разбирается - но Лестрейнджу не нравилось, что О'Рейли может решить, будто у него есть на что-то право, потому что есть волшебная палочка.
- И халат гостю.
Больничные тряпки раздражали - не сильно, но навязчиво.

Заполучив чай, Лестрейндж вернулся к вопросам О'Рейли.
- Профессор МакГонагалл из вас никакая. - Он знал, о чем говорит, и просто разглядывал Энгуса, чтобы не думать о двойниках. Получалось так себе. - Отсюда нельзя уйти. Нельзя аппарировать. Нельзя переместиться порт-ключом. Разрешение покинуть поместье дает хозяйка. Родовое поместье, и хорошо защищено. В том числе, и от незванных гостей. Попадают сюда только одним способом - как вы.
И как он, и он этого сравнения у Лестрейнджа неприятно заныли зубы - Дженис умела убедить его в собственной уникальности, и он хотел бы цепляться за эту иллюзию.
И это желание вновь вернуло его к размышлению о том, зачем бы Арну и О'Рейли врать ему о Дженис. Как они связаны и связаны ли в принципе.
- Откуда вам известно о темных двойниках?

+2

46

- Энгус, - сказал Энгус. - Будем знакомы.
Эльф все еще нравился ему больше Лестрейнджа. Тем больше, чем кислее становилось лицо последнего. Он рискнул и сделал глоток чая. Это и правда был горячий сладкий чай. Он протек в горло, в пищевод, в желудок. От него сразу стало чуточку легче.
Правда, если там яд, это будет самая нелепая в мире смерть, но как будто у него есть выбор. Энгус начал копаться в аптечке. Зелья были подписаны на немецком. Приходилось нюхать, но в конце концов он нашел кровевосстанавливающее и сделал большой глоток прямо из пузырька. И укрепляющее. Вот славно-то.
- И халат, - согласился он. - Теплый. Спасибо.
На несколько мгновений он почти потерял бдительность, просто глотая чай. Уловил только, что Лестрейндж требует и себе палочку. Ну давай, Ганс, скажи ему, что в поместье палочек нет, а снаружи ты не можешь принести. И что палочек на него не напасешься, так что обойдется.
- Флитвик из меня еще хуже, - Энгус отпил еше чаю. Хорошая новость заключалась в том, что его потроха принимали тот чай как должное. - А совы? Отсюда можно отправить, например, сову?
Если, конечно, где-то ее предварительно взять. Создать сову из говна и палок у него вряд ли получилось бы... только если другого выхода совсем никак не будет.
- Она сама мне рассказала, - Энгус внимательно смотрел на Лестрейнджа. - И еще я заглянул в ее мысли. Так что да, она рассказала правду. Она не Дженис.

+2

47

Ганс чуть поклонился в ответ.
Когда старик не пытался вредить леди Мейер, он не представлял угрозы для дома.
— Ганс даст халат лорда Уильяма, — подумав, ответил Ганс.
Тёплый, пропахший пылью халат. Придётся хорошо почистить перед тем, как принести гостю.
Молодому мистеру Ганс не ответил ничего.
Ганс взвешивал степень угрозы, раз за разом обходя чарами потёртую ткань, пока не решил всё окончательно, а на халате не остался только лёгкий, с прежнего хозяина отзвук трубочного табака.
Давать палочку молодому мистеру сейчас, когда старик не выказывал намерения напасть на леди, Ганс не планировал. Молодой мистер был не очень успешен в боях.
Сообщать о пробуждении леди без дозволения леди Ганс не планировал тем более. Леди поутру имела скверный нрав, и завтра наверняка запустила бы в Ганса чашкой. Ганс быстро приучился уворачиваться, хотя прыть была уже не та. Но одно её бы утешило завтра: девочка, которую она привела пленницей, по-прежнему сидела в подвале.
Девочку нужно было кормить, и Ганс отложил это на потом. Леди не говорила, что девочку нужно кормить по часам, а новоприбывших гостей нужно было разместить уже сейчас.
Вместе с халатом Ганс принёс тапки и шерстяные носки, сложив всё это на свободный стул, и скрестил на груди лапы.
— Ганс приготовил комнату на первом этаже, — сообщил он. — Чтобы Энгус не ходил тяжело. Если Энгус желает ещё вещи, Ганс приносит. Не палочку. Палочку Ганс не носит.

+2

48

Определенно, коммуникация была не его сильной стороной - стоило наачать коммуницировать, хоть с эльфом, хоть с О'Рейли, как поместье Мейеров все сильнее стало напоминать Холл.
Здесь совершенно так же никого не волновали желания младшего Лестрейнджа.
Ощутив по такому поводу нечто вроде ностальгии - а еще вполне естественное удивление, какого, собственно, драккла он разыгрывает из себя гостеприимство, о котором и в лучшие годы имел весьма смутное представление - Лестрейндж перестал обращать внимания на эльфа и одним глотком допил чай.
- Если не Дженис, то кто же? - прямо спросил он. - Двойник? Но разве двойник - не та же Дженис? Ее вторая копия?
Лестрейндж не очень хорошо разбирался в вопросе - разве что пытался понять, почему вокруг устраивают трагедию из внезапно удвоения Дженис Мейер-Итон.
С этой он сумел поладить. За эту он готов был без палочки бросаться на врага.
Прошлая таких чувств у него не вызывала - прошлая у него вообще никаких чувств не вызывала.
И это было правильно и нормально, но теперь, раз уж он начал переживать всю эту горячую привязанность, нелепо было останавливаться на пол пути.
То, что О'Рейли был легиллементом - причем таким, которому, судя по всему, крайне просто было заглянуть в чужие мысли - Лестрейндж тоже учел: сказался опыт нахождения рядом с Темным Лордом и Долоховым, он автоматически прошелся по поддерживаемым в штатном режиме блокам. Черно-белые клеточки маггловского кроссворда вспыхнули и погасли.
Не хватало еще, чтобы этот помирающий старик между делом начал тащить все, что плохо лежит, из головы Лестрейнджа.
- И у вас нет предположений, зачем вы потребовались двойнику Дженис? - с той же легкой заинтересованностью спросил он. - Это вы не смогли выяснить? А если бы речь шла о второй - о первой, так вернее, то что могла хотеть от вас первая?
Вся эта история с двойником объясняла для него пока лишь одно: то, что интересовало его с самой первой минуты рассказа Рудольфуса. То, почему Дженис Итон решила договариваться - она просто была не Дженис Итон.

+3

49

Энгус кивнул эльфу. Халат лорда Уильяма его вполне устраивал. Кем был лорд Уильям, он не имел ни малейшего представления, но раз этот милейший человек оставил по себе халаты подходящего размера, то пусть ему будет хорошо там, где он сейчас находится.
Лестрейнджа эльф игнорировал. Интересно. Энгус не стал демонстрировать злорадство по этому поводу и усугублять недружелюбие вероятного противника.
- Темный двойник, - повторил он. - Вы отлично знаете, что это такое. Это не копия Дженис. Это имитация Дженис, которая расправится с вами, как только вы перестанете ее устраивать в каком бы то ни было отношении. Или как только перестанете быть нужны.
Зелья и чай отлично работали. Он смог произнести такую длинную речь без перерывов. Энгус был очень доволен собой. Как только появился халат, он радостно его надел поверх балахона, а потом, зажав палочку в зубах, натянул носки. Жизнь немного налаживалась.
- Спасибо, Ганс, - сказал он. - Теперь ты можешь охранять свою леди, если хочешь.
Судя по тому, что с палочкой Лестрейнджа тоже прокатили, эльфу тоже больше нравился Энгус. Вот и хорошо. Ганс был бы ценным... полусоюзником. Или все-таки союзником, если напомнить ему об оригинале хозяйки. С этим следовало разобраться.
Энгус снова посмотрел на Лестрейнджа.
- Первая могла бы хотеть выпить со мной пива. Вторая пока что предлагала мне дружбу. Она хочет, чтобы люди любили ее, и я в том числе. В целом это неплохое предложение, хотя с учетом своего внезапного переезда... я пока не оценил все его плюсы и минусы. И конечно, мне интересно, кого еще она приведет сюда для дружбы. Или для любви.

+2

50

Ну, если О'Рейли считал, что Лестрейндж знает, что такое темный двойник, отпираться было как-то глупо, и Лестрейндж не стал, хотя не решил сразу, как относиться к такому внезапному комплименту.
Обычно люди - те, с которыми он не был знаком лично - мерили его по более публичному Рудольфусу. Может, и этот О'Рейли делал также, приписывая сразу обоим братьям Лестрейнджам несуществующие заслуги.
- Я не знаю, что такое темный двойник. Но я хочу знать, почему вы считаете, что знаете сами, - тихо сказал он, усваивая информацию.
Эта Дженис - ее копия, имитация, что угодно - нравилась ему. Возможно, даже больше, чем это было рационально - а потому слова собеседника, в общем-то, достаточно логичные, укладывающиеся в его представление о мире даже больше, чем его собственное желание верить Дженис, вызывали естественное раздражение.
- Но это не важно. Значит, я просто не перестану быть нужным.
Придумать этот план было проще простого - но Лестрейндж поднаторел и в выживании.
Прежняя Дженис едва не оторвала ему голову - шрамы на шее у него едва ли сойдут хоть когда-нибудь - а новая Дженис признала, что они не враги, и хочет помочь ему в его собственных интригах. Выбор был до смешного прост - разве что неприятный осадок от того, что его обманывают, портил послевкусие.
О'Рейли, будто угадывая - может, настолько хороший легиллемент, подумалось мельком, - его мысли, продолжил, и Лестрейндж приуныл еще сильнее, крутя в руках пустую чашку.
Он, в целом, мог понять это желание получить любовь и признание - но не слишком ли удачное совпадение? Вот Дженис хочет, чтобы ее любили - и вот появляется он. И почему эта магия никогда не работала в его случае.
- В поместье больше никого, - наконец ответил Лестрейндж, взвесив риски - ну что с того, что О'Рейли узнает это немного раньше. А затем добавил с врожденной осторожностью: все эти смутные подозрения еще не отпустили. - Я больше никого не видел.
Он отставил чашку, задумчиво посмотрел на О'Рейли - не в глаза, но на переносицу.
- Как она появилась?
Вопрос, конечно, должен был звучать иначе: кто позволил ей появиться? - но Лестрейндж избегал острых углов и все еще хотел считать, что Нарцисса здесь не при чем.
Ну раз помогла Скримджеру - с кем не бывает, расположение Министра Магии дорогого стоит в наши дни, но Дженис Итон, не справившаяся с Авроратом, потрепанная пленом в Ставке, объект страстной ненависти Рудольфуса... Зачем так рисковать ради нее.

+2

51

- Я много читаю, - сказал Энгус.
В каком-то смысле он даже не врал, потому что все связанные с Хогвартсом проблемы прямо-таки вынуждали читать и читать. Эта литература не касалась темных двойников, но Лестрейндж никогда не сможет этого проверить.
- Темный двойник - олицетворение всех негативных качеств человека. Можем, конечно, поспорить о том, какие качества считать негативными, а можете сразу решить, что это в любом случае плохо. Даже от, - Энгус смерил Лестрейнджа взглядом, - Пожирателя Смерти можно ожидать какого-то внутреннего благородства и человеческих привязанностей. От доппельгангера нельзя.
Он пожал плечами на заявление Лестрейнджа. Да бога ради. Оказаться на всю жизнь или хотя бы немало лет оказаться запертым в доме, где только от чокнутой хозяйки зависит возможность выбраться наружу...
- Не переставайте. Это будет очень разумно с вашей стороны. Давно вы здесь?
Лестрейндж скис еще больше. Значит, вот эти вот замашки любимой жены были не просто так замашками. Не-Итон обеспечила себе теплую постельку. Энгус не верил, что Лестрейндж может быть настолько придурком, чтобы не заметить, что палочку ему выдают дозированно и не выпускают погулять. Что-то заставляет его закрывать на это глаза - что-то в чае, что-то в поместье... Ну или ладно. Он все-таки настолько придурок.
Энгус кивнул.
- Давайте пока исходить из того, что не видели. Поместье большое? Оно целиком вам доступно?
Судя по ширине лестницы - немаленькое, вообще-то. И уж конечно, Лестрейндж мог просто не знать о недоступной части. Но уж приходится работать с тем, что есть.
И как и во всякой крепости, здесь должны быть тайные ходы, здесь откуда-то берется вода и еда, чтобы кормить гарнизон. Здесь даже могут быть способы связи с другими крепостями, начиная с каминов. Почему бы и не передать привет на волю. Энгус не отказался бы изучить это место, прежде чем что-нибудь случится. Что-то должно случиться. С ним в последнее время только и делает, что случается что-то.
- Она результат какого-то ритуала. Я не разбираюсь в ритуалистике. Но ритуал - ее первое собственное воспоминание.

+1

52

Он размышлял - и даже спустил старому козлу это снисходительное допущение, что и у Пожирателей Смерти могли быть... Как там? Внутреннее благородство и человеческие привязанности.
С этим он всегда успеет разобраться, в конце концов, О'Рейли не мог покинуть поместье.
Тоже.
И вот это "тоже" неожиданно предстало перед Лестрейнджем не на фоне их с Дженис всепоглощающей симпатии - причем, взаимной - а на фоне расчета доппельгангера.
Немецкое слово, всплывшее еще в разговоре с Арном - в разговоре о Скримджере. О'Рейли не сомневался, относя его к Дженис.
- Четыре дня, - он бы затолкал О'Рейли обратно в глотку все эти слова, особенно о разумности выбранной тактики.
В первую очередь из-за того, что слышалось в тоне старого козла: как будто он знал больше. Видел больше. Понимал, мать его, больше.
Это, разумеется, бесило - как бесило и то, подсказывала сейчас  собственная паранойя, достаточно тихая при Дженис, что уйти он не мог.
Молчал и Розье - а сейчас особенно не помешал бы язвительный комментарий, с раздражением подумал Лестрейндж.
- Поместье большое, хотя не огромное. Я изучал его в первые два дня -  его и окрестности. Потом...
Лестрейндж снова нахмурился, замолчал недовольно, но продолжил после паузы, лишь бы закончить предложение. От незаконченных предложений у него портился характер.
- Потом перестал.
Это действительно было странным - не казалось, а было. Он не должен был бросать что-то на пол пути - Мерлин, он даже предложения всегда заканчивает, несмотря на то, что Азкабан ухудшил его коммуникационные навыки настолько, что ему пришлось похитить Вэнс, чтобы поговорить с ней, а ведь они были хорошими друзьями. В прошлом.
- Может, я не дошел до недоступных мест. Может, их и нет.
Он оглядел О'Рейли куда придирчивее - уж не собирался ли старый козел отправиться на собственную экскурсию?
На упоминание ритуала он только кивнул и согласно, и понимающе, побарабанил пальцами по столешнице.
- Вы видели в ее воспоминаниях, кто провел ритуал?
Мысли о Нарциссе помогали отвлечься от желания прекратить расспросы, разбив О'Рейли лицо.
О'Рейли не драккла не понимает, и, слушая его, Лестрейндж только оказывается в дураках, шептало то, что нашло свое место в поместье Мейер - а может, тут и зародилось.
Потому что он, сколько он себя помнил, никогда не бросил бы изучать поместье, в котором удерживается против воли.
Против воли? Разве он хочет уйти?
Лестрейндж примерился к этим мыслям и так, и сяк. Уйти он не хотел - но и не мог.
- Ганс, еще чаю, - позвал он вслух,  - эта-то просьба удовлетворялась на удивление быстро.

+2

53

Лестрейндж выглядел одновременно озлобленным и подавленным. Вероятно, у него начинало появляться какое-то понимание ситуации. Оставалось только добиться, чтобы он не перенес свою злобу на того, кто это понимание до него донес.
- Ваши отношения быстро развиваются, - заметил Энгус.
Он понемногу свыкся с тем, что сидит на кухне черт-те какого поместья и что его за обедом чуть не грохнул Рудольфус Лестрейндж. Теперь в его голове начинали помещаться новые мысли. Что Луна остается без присмотра, пока Корморан в Министерстве. Что дубликат Итон может открыть охоту на оригинал уже завтра. Что теперь непонятно с Блэком: Энгус, конечно, оставил Уильямсону письменные свидетельства того, что видел, но этого может оказаться мало.
И что он распивает здесь чаи с палачом Лонгботтомов и не должен прекращать это занятие - палач еще может быть ему полезен.
- Что вы успели увидеть?
Вопрос о ритуалисте был интересен тем, что Энгус не сразу решил, как на него отвечать. Его ничего не связывало с Нарциссой Малфой, кроме одного вечера, весело проведенного в гостях у долбаного маньяка. Он не хотел ее выдавать. Они неплохо взаимодействовали там, в гостях. Но он должен был ее выдать, потому что сейчас Лестрейндж не должен был поймать его на лжи. А он мог поймать, если доппельгангер скажет ему.
- Нарцисса Малфой.
Энгус успокоил себя мыслью, что приложит все усилия, чтобы у Лестрейнджа не было времени воспользоваться этой информацией на свободе.

Отредактировано Aengus O'Reilly (16 декабря, 2017г. 19:30)

+2

54

Отношения в самом деле развивались быстро, здесь Лестрейндж не нуждался в комментариях старого козла.
Правда, слишком быстро - но ведь их с Дженис случай особенный. Им обоим так много нужно наверстать, не так ли?
Или он просто должен так думать?
Не испытывай он такую страсть к рефлексии сам по себе, едва ли он смог уловить этот тревожащий зазор - в конце концов, он и не смог, пока О'Рейли не начал раскручивать виток всех этих неудобных вопросов.
- Приберегите свои драккловы комментарии, - огрызнулся Лестрейндж, но без особого энтузиазма. Были заботы и поважнее - например, выяснить, что еще было не так. Не то чтоб он пришел в восторг от идеи разделить эти заботы со старым козлом, но, к сожалению, никого больше под рукой не было. К тому же, в прошлом иной раз приходилось обходиться Рудольфусом - О'Рейли никак не мог быть хуже. Хотя очень, очень старался.
- Это просто поместье. Много комнат. Мало людей. - Ну конечно, О'Рейли едва ли это знакомо, поэтому Лестрейндж все же постарался повторить все еще раз, на доступном полукровке уровне. - Нежилое, но хорошо сохранившееся...
Его прервал эльф, появившийся из ниоткуда и поставивший перед ним чашку горячего чая. На последних словах Лестрейнджа он кинул на него внимательный взгляд - и сразу же исчез.
- Эльф может рассказать больше, - Лестрейндж пододвинул к себе чашку. - Раз уж вы подружились. Я больше осматривал поместье снаружи. Мне хотелось знать, как отсюда убраться.
Одернув себя, Рабастан замолк - не стоило дарить О'Рейли подсказку, что он вполне может передвигаться на больших расстояниях без камина или порт-ключа, а вполне себе по-маггловски. Их и так разыскивают в обоих мирах, а Лестрейндж ценил возможность относительно свободного перемещения по маггловским районам, где всегда было проще затеряться, если одеваться как маггл и не орать, как Рудольфус.
Ему не давало покоя то, что он узнал о Нарциссе - теперь предстояло заботиться, чтобы и эта информация осталась тайной. Это было не так уж просто: только они с Арном предприняли необходимые действия, дав Ставке виновника чудесного спасения Скримджера, как теперь появляется еще один двойник - и на сей раз личность ритуалиста может подтвердить не только сама Дженис - или ее имитация - но и старый козел.
Интересно, какие планы на него у Дженис - потому что у Рабастана планы уже сформировались.
- Поместье окружено непересекаемым куполом - можно прогуляться по парку, но не больше. Полагаю, эльф перемещается свободно - как и хозяйка. При мне она несколько раз покидала поместье. Один раз вернулась с вами. Другой... Я не знаю.
Он замолчал.
Другой раз он ее не встречал - она могла притащить сюда кого угодно.
Но зачем? Чтобы ее любили? Чтобы с ней дружили?
Уязвленная гордость считала, что ей стоило бы удовольствоваться Лестрейнджем.
Рациональная часть считала, что он должен засунуть подальше свое пострадавшее чувство собственного достоинства и понять, что, в конце концов, происходит.
- Эта имитация... Она может управлять мной? - прямо сформулировал Лестрейндж, раз уж О'Рейли строил из себя специалиста. - Вы хорошо знали оригинал? Оригинал отличается от имитации?
Потому что его знания были весьма однобокими и едва ли могли быть приняты как доказательства. Но и осознание, что он имеет дело с воплощением худших качеств оригинала, было тем еще удовольствием.
Он отпил чай, потер переносицу.
Дженис - или имитация? - предложила Рудольфусу мировую, зная, что он убил ее мужа.
Это выглядело странным - отчасти.
- Она говорила, что хочет покоя. Мира. Ребенка. Что устала от войны. Устала от всего. Я - ее гарантия. Это же нормальные желания. Все хотят этого, - Лестрейндж грохнул чашку об стол. - Вы не можете обвинять ее в том, что она - олицетворение негативных качеств оригинала.

+3

55

Да что б ты тут делал без моих драккловых комментариев.
Энгус даже бровью не повел на вежливое предложение заткнуться. Затыкаться он не собирался. Он наконец чувствовал себя приемлемо, был крайне недоволен своим похищением, крайне обеспокоен положением Корморана и Луны, до которых чуть что двойник доберется в два счета, и очень хотел рассказать Итон, что она дура! Словом, было трудно ожидать, что он переварит это молча.
Но так и быть, пока речь шла о поместье, он молчал и слушал, но не получил от этого никакой полезной информации, кроме того, что первые два дня Лестрейндж соображал нормально, а потом с ним что-то произошло. Это, по крайней мере, давало надежду, что если мозгам вредит местный воздух, то не сразу.
Самым интересным было то, что двойник уходил, но с чем вернулся - Лестрейндж не видел. Энгус чуть не спросил, может, он слышал какие-то голоса и так далее, но спрашивать не стал. Хотелось верить, что тут даже Пожиратель сделал бы очевидные выводы.
- Тут есть подвал? - спросил он. - Чердак? Таинственный сарайчик?
Больше всего его радовало, что Лестрейндж идет на сотрудничество. Или, конечно, притворяется и врет, но даже это лучше, чем высокомерное молчание.
- И нет ли здесь библиотеки с книгами по Темной магии... на английском?
Вопрос об управлении был интересным. Энгус заметил за доппельгангером нечто похожее на окклюменцию. Возможно, и легилименция там тоже имелась. Не говоря уже о разнообразных зельях, влияющих на восприятие.
- Я хорошо знаю оригинал. И он отличается от доппельгангера, как я... от МакГонагалл, пожалуй. У оригинала более милые мне этические установки. У доппельгангера, кроме того, гораздо выше сопротивляемость к ментальной магии. Не исключено, что она может еще много неприятных вещей.
Энгус почесал нос и зачем-то отсалютовал Лестрейнджу своей чашкой чая. Пожиратели что, в наши дни ведутся на слова о мире, покое и детях? Скажите пожалуйста.
- И в каком тогда качестве сюда приглашен я? Я тут что, мир символизирую? Покой? Вашего, срань господня, ребенка? Нихрена себе нормальные желания.
Он отпил из своей чашки - чай понемногу начинал остывать, пожалуй, следовало поторопиться и допить. Чашки у них с Лестрейнджем были одинаковые, из какого-то старинного, наверное, сервиза. Энгус рассеянно изучил пару декоративных завитков, покрытых позолотой, и вдруг его озарила мысль, которая должна была озарить гораздо раньше.
- Дайте понюхать ваш чай.

Отредактировано Aengus O'Reilly (16 декабря, 2017г. 20:56)

+2

56

- Таинственного сарайчика нет - только дворовые постройки, - совершенно по-снобистки дернул плечом Лестрейндж. - И подвалы. Это же поместье, а не собачья конура. А книги только на немецком и немного - на французском. Я провел половину первого дня, перерывая библиотеку. После того, как понял, что не смогу уйти.
Прозвучало так, как будто он оправдывался - и Лестрейндж заткнулся, чтобы отпить еще чая. Чай обычно помогал ему соображать.
Все, что он слышал о доппельгангере, ему очень и очень не нравилось - особенно в той части, что О'Рейли практически признался, что точно не знает, но допускает, что имитация может много чего.
Например, как-то воздействовать на психику Лестрейнджа.
Отвратительная мысль - и он разжевал ее как следует, запивая чаем, чтобы не запустить чашкой в старого козла.
- Понятия не имею, на хрена вы здесь. Я вас не приглашал, - снова огрызнулся Лестрейндж - в мир и покой этот О'Рейли вписывался так же плохо, как и сам Лестрейндж.
Он, в конце концов, начал разговор с того, что интересовался, зачем тут О'Рейли - нечестно теперь спрашивать у него.
Лестрейндж подпер щеку кулаком и только поднял на старого козла голову, услышав последнее предложение.
- Вы рехнулись? - но чашку все-таки подвинул. - Хотите убедиться, что ушастый урод поит вас чаем получше?

+2

57

От Энгуса не укрылось выражение лица - и всего корпуса, надо отметить - Лестрейнджа, словно все его существо сейчас сказало "фи". Ценитель, блядь, поместной архитектуры, чистой крови и хорошего тона.
- Вам знакома планировка собачьей конуры?
Не надо было этого говорить, конечно, но эти слишком знакомые интонации, которые на протяжении полжизни встречали его в коридорах министерства, сработали как триггер. Сраный Пожиратель.
Энгус сказал себе, что да. Это просто сраный Пожиратель. И надо просто получить от него как можно больше пользы, раз уж он тут зачем-то есть. Раз уж Итон зачем-то выбрала именно его. Что она там говорила... приманка для Рудольфуса. Ну, допустим. А он тут что, приправа для приманки?
Особенно с учетом сегодняшнего.
Он придвинул к себе чашку Лестрейнджа. Давай, давай. Называй ушастым уродом того, кто может тебе помочь. Потом удивись, как же так, почему эльф такой злой.
Сквозь запах чая он различил другие: соленый, солнечный морской воздух, дым просмоленных поленьев, запах старых выцветших писем и корица. Теперь, к его крайнему изумлению, к букету примешивался запах странных ягод, валявшихся в сумке Луны.
- Да, - сказал Энгус, отодвигая чашку назад к Лестрейнджу. - Мой чай лучше. В нем нет амортенции.

+4

58

- Пришлось познакомиться, - в тон ответил Лестрейндж.
Там дальше должен был следовать пассаж о том, что пришлось познакомиться не когда-нибудь, а в то славное время, за которое он платил Азкабаном, и не на чем-нибудь, а на домах родственников и друзей все того же О'Рейли - но это желание Лестрейндж придержал без труда, даже в этом своем раздражении в состоянии заметить, что прямо сейчас от старого козла есть толк.
Он с вялым интересом смотрел, как О'Рейли принюхивается - в самом деле принюхивается.
А потом перевел взгляд на чашку с таким видом, будто они были с ней лучшими друзьями, а теперь он уличил ее в предательстве.
- В моем чае что? - медленно, как умственно отсталый, спросил Лестрейндж, гипнотизируя дракклову чашку, которую отставил О'Рейли, а потом так же медленно поднял ее и тоже принюхался. Чай пах как обычно: совсем чуть-чуть какими-то цветами, свежим хрустким снегом и, наконец, чаем.
Амортенция.
- Вы бредите, - вышло ни драккла не уверенно. - Мать твою, это бред.
Или нет.
Или нет хотя бы по той причине, что амортенция могла бы многое объяснить из того, что последние полчаса пытался объяснить себе Лестрейндж.
Он вспомнил капитана парома, которого опоила Беллатриса - и то, как тот с готовностью игнорировал очевидное, полностью сосредоточенный на своей любви.
Это было жалко и нелепо.
Жалко и нелепо.
Чашку вместе с остатками чая он сбил со стола, положил обе ладони перед собой, глядя в сторону.
- Допустим.
Признать это было сложнее, чем торговаться со Скримджером в восемьдесят первом.
- Она хотела предложить Рудольфусу вас в обмен на мир, но я уверил ее, что этого недостаточно. Ни меня одного, ни вас одного недостаточно. Она думает, что на нас двоих он согласится.
Он не согласится, уверен Лестрейндж - он знает своего брата как никто другой. Рудольфус согласится на мир лишь из могилы - и, наверное, оригинал знала это. Имитации было простительно так ошибаться.

+4

59

Энгус наблюдал за тем, как сменяются выражения на лице Лестрейнджа и чувствовал смутное торжество от того, что переиграл поганую суку. Хотя бы в этот конкретный момент. И смутное злорадство от того, что только что паливший в него Круциатусом мудак осознаёт теперь, каким дебилом был. И напоминал себе, что отыграл совсем немного, а шансы на успех стали менее призрачными разве что на долю процента.
Но тем не менее.
- Понюхайте мой, - предложил он.
И даже удержался от комментариев про разные сорта. Не-Итон не успела дать эльфу распоряжений относительно чая для него. Вот с завтрашнего дня заваривать придётся самостоятельно.
Заторможенный Лестрейндж сделал быстрое движение, м его чашка полетела на пол, но не разбилась. Дорогие сервизы, наверное, защищают от таких неприятностей. Энгус отметки это, машинально оценивая возможную скорость атаки, если у Лестрейнджа под рукой окажется подходящее орудие. Начиная с кухонного ножа.
Энгус заклинанием подобрал чашку и высушил лужицу на полу. Совсем не хотелось бы вступить в неё своими славными тёплыми носками.
- Следующую чашку, - сказал он ровно, - я рекомендую вам выпить. Потому что вы помните, зачем нужны ей, и не хотите, чтоб она вас изнасиловала, правда?
Энгус и сам этого не хотел. Ему нужен был вменяемый и располагающий свободой передвижения Лестрейндж, хоть он пока и не понял, для чего конкретного. Для чего-нибудь пригодится.
Дубликат играл в свою интересную игру по неизвестному Энгусу сценарию. Вопрос был только в том, насколько продуман и неизменен этот сценарий. Оригинальная Дженис умела импровизировать гораздо лучше, так что мог ли двойник взять у неё то, чего нет? Или наоборот, двойник взял от неё противоположное - отсутствие отсутствия? Философский вопрос.
- А мне обещала Рудольфуса в обмен на дружбу. Перевязанного лентой из его собственной кожи, если это важно. У вас есть причины думать, что ваш брат может вас тут найти? И проникнуть внутрь?
Энгус даже не знал, что он хочет услышать в ответ. Ему просто надо было поскорее выздороветь, чтобы пережить любой расклад.
- А главное, - добавил он, - сможет ли он отсюда выйти.

Отредактировано Aengus O'Reilly (17 декабря, 2017г. 14:37)

+2

60

Чай О'Рейли пах иначе. Просто чай - ничего лишнего.
- Следующей чашкой, - тем же ровным тоном сказал Лестрейндж, по-прежнему глядя в сторону, - я перережу ей горло.
Потому что, вопреки всему, он все равно чувствовал себя именно так, как сказал О'Рейли. И это никак не давало мыслить здраво.
Ладно, сказал он сам себе. У него никогда не получалось вот это вот все - увлечься до невменяемости, мерить происходящее лишь улыбками пассии, жить только этими встречами - можно было заподозрить, что это не нормально. Может, он бы даже заподозрил. Сам.
Когда наскучил бы имитации - или когда сыграл до конца предназначенную ему роль.
- На эту имитацию распространяются те магические контракты, которые существуют для оригинала? Долг жизни и все в таком роде?
Убить Итон он не мог. Мог ли он убить ее имитацию... Ну, Лестрейндж считал, что еще сумеет это выяснить.
- Не знаю, - мысли с трудом возвращались к Рудольфусу - ему почему-то казалось, что Рудольфус никогда не попал бы в настолько жалкую и нелепую ловушку. Да и зачем бы ему - у него же есть младший брат, младший брат, которого можно послать прямиком в западню. - Она предложила Рудольфусу перемирие. Он послал меня на переговоры - под своей обороткой. Она думала, что получила его. Правда, недолго. Я не знаю, о чем думал он. Не знаю, о чем он думает сейчас. Не знаю, ищет ли он меня.
Прозвучало так себе - как будто Лестрейндж не может и шагу ступить, чтобы Рудольфус не мчался на помощь, а ведь дело, как правило, обстояло наоборот: Рабастан отстучал на столе первые такты какой-то маггловской песенки, которую слышал где-то мимоходом, подвинул к себе пустую чашку.

+2



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC