Вниз

1995: Voldemort rises! Can you believe in that?

Объявление

Добро пожаловать на литературную форумную ролевую игру по произведениям Джоан Роулинг «Гарри Поттер».

Название ролевого проекта: RISE
Рейтинг: R
Система игры: эпизодическая
Время действия: 1996 год
Возрождение Тёмного Лорда.
КОЛОНКА НОВОСТЕЙ


Очередность постов в сюжетных эпизодах


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Альтернативные истории » Не женское лицо


Не женское лицо

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

Разгар гражданской войны между объединёнными маггло-магическими силами. 1996.
Полковник Лестрейндж, старшина Блэк.

0

2

Когда наступает день "Икс", Беллатрикс просыпается за минуту до будильника. Напряжение пропитывает всё её тело, и мелодия играет довольно долго, прежде чем одеревеневшая рука отключает звонящую маггловскую дрянь. Рывком Лестрейндж поднимает себя из постели. Чтобы полностью собраться, включая умывание ледяной водой, ей нужно не более двадцати минут. Странно думать, что когда-то она могла убить на это более двух часов. Это было как будто в прошлой жизни. Это и было в прошлой жизни.
Лестрейндж выходит наружу, обводя глазами два домика и сарай, почти четыре месяца служивших им базой. Домом. Любой женщине нужен дом. Мужчины так легко уходят умирать, потому что не привязываются к месту. А они именно такие, и Беллатриса очень надеется, что это их не погубит. Может, её отряд потом и вернётся сюда, когда всё уляжется. Она — вряд ли. А жаль.
До места, где они должны встретиться с отрядом, менее четырёх часов пути. Беллатриса хочет успеть за три несмотря на плотные вещевые мешки. Она боится и сгорает от нетерпения. Неприятное чувство. Когда она подходит, пятеро девчушек, гордо именующихся её бойцами, перестают хихикать и шептаться, уважительно замолкают. Они все годятся ей в дочери, и, пожалуй, она ко всем ним испытывает какое-то подобие материнских чувств. у них с Рудольфусом нет детей, но если бы бы были, вряд ли они бы стали хорошими родителями.
— Старшина Блэк, — стройный хор высоких голосов звучит не тише будильника, Беллатриса сдержанно кивает, берёт свою ношу, кивает на дорогу. Всё молча — говорить она не может, слишком многое надо обдумать. Например то, что она скажет полковнику Лестрейнджу, которого не видела больше полугода.
Выдержки у её отряда надолго не хватает — минут двадцать ходьбы по рассветному лесу, и сначала тишину нарушает заговорческий шепот, постепенно поднимающийся до полного голоса. Беллатрисе не нужно оглядываться на своих подопечных, чтобы знать, когда они украдкой поднимают на неё глаза — ждут замечания. Замечаний не будет, и даже строгого взгляда. Беллатриса понимает их. Они умеют обращаться с оружием  — тренировались с ним почти днями напролет. у неё бы тоже руки чесались опробовать их в деле. Они не стреляные ещё — ранние сиротки войны, ни разу не бывали в бою, но никуда, кроме как сражаться за идею, которой они толком не понимают, им больше не пойти.
Указание, пришедшее из штаба, имело скорее неформальный стиль, после строгих инструкций переходя в предупреждение — полковник Лестрейндж такой отряд всерьёз не воспримет. И подписываясь о получении старшиной Блэк, Беллатриса усмехалась — тот, кто отдал это приказание, даже не представляет насколько хорошо Беллатриса это понимает.
— Говорят, в отряде у полковника Лестрейнджа у всех разведчиков есть приказ — любую девушку сразу ведут к нему, — сплетни, которые взялись невесть откуда и разлетелись среди отряда, едва они оказались посвященными в грядущую задачу, казались дикими, но Беллатриса, в пол уха слушающая своих пташек, чтобы отвлечься не сомневалась — в них есть доля правды. И хорошо, если доля.
— Старшина Блэк, — внезапно смелеет самая задорная из её пигалиц, — а правда, что Вы с полковником Лестрейнджем были женаты?
Беллатриса вздыхает. Нарыли ведь, проныры. Коротко усмехается, но скрывать смысла не видит:
— Правда, — за спиной проносится волна удивления. Не верили, значит, как и в половину своих сплетен, — мы и сейчас женаты.
Беллатриса улыбается, и оборачивается назад, чтобы пресечь все расспросы. Ни к чему, правда. Хотя бы на ближайшие полчаса.

Они успевают и правда быстро. Дозорный встречает их резким окриком. И даже после отзыва, остаётся неприветливым, нахальным и грубым. Беллатриса не переживает — к ней приближается испытание посерьёзнее, а вот девочки её насупились, надули губы. Не такого приёма они ожидали — а чего, спрашивается, хотели от отряда, в котором каждую найденную девушку полковник Лестрейндж забирает себе.
— Отдохните, но далеко не расходитесь, — даёт указания Беллатриса, пока о их прибытии докладывают. Ей хочется дать побольше наставлений, но она чувствует — не требуется. Её девочки должны уметь постоять за себя, иначе они ничего не стоят.
По спине пробегает вереница мурашек, когда тот же дозорный сообщает, что полковник Лестрейндж ожидает.
— Баба-командир, подумать только, — цедит он сквозь зубы, когда Беллатриса проходит мимо, и едва не не подскакивает от неожиданности. В учебке и глухомани, где она была до этого, никто себе подобного не позволял. Но чего ждать от мужчин, забывших, как выглядит мир вне горячих точек.
Она расправляет плечи, гордо поднимает голову, стискивает зубы, чтобы не выдать эмоций.
— Товарищ полковник, старшина Блэк прибыла, — отдаёт честь Беллатриса, едва заходит. Уголки губ подрагивают, сдерживая улыбку, которая почему-то сама просится на губы.
[icon]https://pp.userapi.com/c841027/v841027540/38caa/Jmuby9hEQoY.jpg[/icon][info]<img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png"><br><b><a href="http://rise.rusff.ru/viewtopic.php?id=959"> Старшина Блэк</a>, 46</b><br>Сука-истребитель<br><b>Сторона:</b> Рудольфус <br><img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png">[/info]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (3 февраля, 2018г. 19:09)

+2

3

Дом на отшибе деревни, уничтоженной еще в первые недели войны, где расквартирован батальон, ведомый лично Рудольфусом - его полк тащится в сотнях миль позади, с основными силами - выстужен и пуст.
Сколько таких домов - получше и похуже - удостаивались чести принимать лорда Лестрейнджа, полковника Лестрейнджа за эти полгода - не сосчитать. Ему нет нужны ни запоминать обстановку, ни привыкать - пара ночей, и они отправятся к новой деревне. По новой дороге, выводящей все дальше окольными тропами к месту пересечения с врагом.
Он догадывается, с кем может встретиться там, в Норфолке, куда ведет его приказ и собственная кровь.
Выход к морю для островной Британии не редкость - но за побережье полковник Лестрейндж будет драться, не жалея ни себя, ни солдат. Там, куда он доберется в сопровождении этого горе-отряда, рукой подать до Лестрейндж-Холла, и будь Рудольфус более склонным отмечать роковые совпадения, он узнал бы перст судьбы в том, кто командует отрядом сопровождения.
Батальон тащится слишком медленно: Рудольфус не может ждать так долго, тратя дни на расквартирование, на разведку, на согласование пути со Ставкой.
Дальше он пойдет налегке.
Он здесь уже почти как дома.

- Сука-Блэк, - цедит он в ответ, поднимая мутный взгляд на жену, намеренно игнорируя взятый ею официальный тон.
Он мертвецки пьян - но поймет это не каждый, а лишь тот, кто хорошо его знает.
Как Беллатриса.
- Мои люди будут звать тебя так. Тебя и твой пансион благородных девиц.
Опьянение почти незаметно: разве что он становится словоохотливее, а голос - более хриплым.
Он не видел ее полгода - не удивился даже, узнав о ее выходке, но не кинулся ее разыскивать, узнав.
Сорвался, пил, выжег, сравнял с землей половину Лондона, включая магический квартал - получил благодарность Милорда и кличку "Мясник Южного Лондона".
Но не удивился: Беллатриса была создана не для него, а для войны.
Он должен был понять это еще в семьдесят девятом.
Семнадцать лет потребовалось, чтобы понять, но он всегда слыл тугодумом.

Рудольфус оглядывает жену с ног до головы, вбирает взглядом целиком, тяжелым, жадным. Она одета в форму - бедра обтянуты плотной тканью брюк, жалкие знаки отличия виднеются у ворота и на рукаве.
Она в самом деле старшина - большего ей не дал даже Долохов.
Может, она и создана для войны, но ее место в доме Лестрейнджа, с его детьми.

Рудольфус поднимается на ноги, тяжело, кренясь на сторону, для равновесия опирается ладонями о стол.
Полупустая бутылка подпрыгивает, когда он, наконец-то, встает.
- Задача тебе известна? - отрывисто спрашивает он. - Знаешь, куда тебе нужно меня вывести?
Это иронично: ей приказано сопроводить его в Норфолк в максимально кратчайшие сроки. Разбить лагерь. Дожидаться подхода основных сил - а потом также быстро отступить на прежние позиции, не дожидаясь столкновения с противником.
Рудольфус знает каждую гребаную деталь: Долохов все же опасается перегнуть палку. И хотя там, в Ставке, личные распри супругов, тянущиеся столкьо, сколько Рудольфус себя помнит, никому не интересны, Антонин хороший стратег и не игнорирует то, что может повлиять на исход.
- Скучала по мне? - Рудольфус скалится, глядя на жену, отчетливо ощущая стол преградой.

+2

4

Из всех реакций, на которые способен её непредсказуемый муж, эта не самая худшая. Значит, он уже знает. Рудольфус в ярости, но в ярости уже давно, и это Беллатрису спасает.
Она скрипит зубами, сжимает пальцы в кулак и разжимает, возвращая себе самообладание, которому научиться было тяжело, но продолжает стоять, вытянувшись по стойке перед старшим, драккл-его-раздери, по званию.
Отсутствие формального тона даже лучше — по крайней мере она не сорвалась первая.
— Пусть называют как хотят. Но если обидят моих девочек — я им яйца повыкручиваю,  — ровно отвечает Беллатриса. Он мертвецки пьян и явно не пытается быть джентльменом, так почему она должна прикусывать язык каждый раз, когда с него просится дерзость?
А если люди Рудольфуса обидят её, Лестрейндж сам им выкрутит яйца. В чём-чём, а в этом она до сих пор уверена. Беллатрикс отслеживает взгляд супруга, подбирается. Она набрала вес за последние полгода — мышцы наросли даже там, где она вообще не думала, что они могут быть. Но форменный ремень всё ещё застёгивается на последнюю дырку. И армейские сапоги не дают ей лишних полтора дюйма, чтобы она не смотрелась первокурсницей рядом с Лестрейнджем.
— Я знаю задачу и выведу, — она окашливается, уголок рта дергается, и улыбка больше не просится наружу, — мы выведем. И лучше нам не мешкать, — она знала, что они не отправятся в путь, едва прибудут в лагерь, но твёрдо решила выйти до полудня.
— Пойдём сегодня. Сейчас, — она не вздрагивает, когда Рудольфус встаёт. Он пьян настолько, что неопытному может показаться, что он не в состоянии идти. Что шестерым женщинам придётся тащить его на себе, либо трогаться в путь позднее. но Беллатриса знает, что он пойдёт. Если захочет.
Она стоит прямо, хотя теперь ей уже приходится задирать голову, чтобы смотреть Лестрейнджу в глаза. Неудачная заколка, удерживающая тяжёлую косу, с которой Беллатриса так и не смогла расстаться, на затылке, впивается в кожу. Надо будет переколоть.
Что-то в тоне Рудольфуса снимает предохранитель, она забывается, шагает ему навстречу. Несмотря на алкоголь, ему чертовски идёт форма. Так идёт, что если бы не ситуация, она бы уже перелезла через этот стол, расшнуровывая корсет. Но на ней нет корсета. Только грубая форма и тяжелые сапоги. Забавно, что именно это не даёт ей повести себя как не-леди.
— Скучала, — тихо отвечает она. Как будто Рудольфус сам не знает — все её проблемы от скуки. Она бы не пошла на фронт, если бы ей не было скучно. Правда, даже неся службу, по Рудольфусу она продолжала скучать.
— Очень.
[icon]https://pp.userapi.com/c841027/v841027540/38caa/Jmuby9hEQoY.jpg[/icon][info]<img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png"><br><b><a href="http://rise.rusff.ru/viewtopic.php?id=959"> Старшина Блэк</a>, 46</b><br>Сука-истребитель<br><b>Сторона:</b> Рудольфус <br><img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png">[/info]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (3 февраля, 2018г. 19:09)

+2

5

После ее ответа, который достает его до самого нутра, Рудольфус молчит.
Если бы она скучала по нему, она была бы рядом с ним с самого Лондона.
С Лондона, который он превратил в огромный костер, в знак, который она не захотела понять.
Но какое сейчас это имеет значение, если вот она, Беллатриса, рядом. Если до нее и десяти футов не наберется.
- Не сейчас, - наконец он тяжело качает головой, потирая подбородок. Для этого приходится оторвать руку от стола, и он опасно кренится, но все же у него получается устоять на ногах. - Через пару часов. Утром я отправил развед-группу. Изучить маршруты дефендеров.
Он все еще одержим идеей найти укромные уголки, где это мордредово излучение не действует - но намного важнее укрепиться в этой деревне. По его следам идет Северный фронт - полки, батальоны, армия.
Они соединят Лондон с морем, выстроят линию наступления - и возьмут противника в клещи, обойдя его по береговой линии.
Честер-Лондон-Норфолк - вот откуда они пойдут в атаку.
И поэтому батальон Лестрейнджа, вырвавшийся вперед, занимается разведкой и подготовкой укреплений - эта деревня будет последней перед тем, как они возьмут Восточную Англию.
Сюда, к этой деревне, будет стянуто оставшееся население и найденный провиант - через неделю здесь будут возведены редуты и вырыты окопы на мили окрест.
Но Рудольфус будет уже у моря.

Ему даже не приходит в голову, что Беллатриса может знать местность лучше, чем его разведчики: она провела в этой дыре почти полгода, охраняя никому ранее не нужный кусок Британии, через который сейчас сделает марш-бросок полк Рудольфуса.
Он не думает об этом - а если бы и думал, то вряд ли отнесся бы серьезно к этому факту.
- Я дам твоим девкам возможность избавиться от иллюзий, - он не пропустил мимо ушей предупреждение Беллатрисы насчет отношения к ее горе-отряду, но это не вызвало ожидаемой реакции. Сейчас под этой деревней в основном личный состав полка, прошедший с ним лондонскую бойню и уэльсский капкан, и эти люди переняли некоторые из его хороших привычек и почти все дурные.
Пятеро женщин, оказавшиеся среди голодных до секса, взбудораженных этой гонкой и ожидающимся наступлением мужчин, потерявших способность колдовать - законная добыча, несмотря на одинаковую форму.
Рудольфусу нет дела до отряда Беллатрисы.
- Выпей со мной. Расскажи, на кого ты оставила Холл.
Несмотря на внешнее спокойствие, Рудольфус зол - он слепо, тяжело шарит на столе, находя среди рассыпанных сигарет и карты местности кружку. Щедро плещет коньяк из бутылки и снова поднимает мутный взгляд на жену.
- Это приказ.
На рукаве его расстегнутого кителя - корона Святого Эдуарда и две четырехугольные звезды, но даже магглы, поддерживающиие Ставку, знают, что в руках полковника Лестрейнджа власти много больше, чем значит его звание в этой новой войне, разделившей уже не только магов и выплеснувшейся в мир простецов.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (17 ноября, 2017г. 21:44)

+1

6

Беллатриса скрипит зубами, когда понимает, что упрямство супруга преодолеть будет тяжело. Она, конечно, попытается, но очевидно, что шансов на успех маловато. Она не знает, но предчувствует, что это "не сейчас" потом аукнется им, и не раз, но молча кивает. Когда война закончится, можно будет припоминать это Рудольфусу, когда она снова научится часами наносить макияж и выбирать платье. Потом. Не сейчас.
— В этом нет необходимости. Они идут с востока. Твоему батальону ничего не грозит — они тащатся также медленно, как твой полк, но уже к вечеру осложниться наш марш-бросок возможными группами разведчиков. Я знаю свою задачу. Доставить тебя, Вас, полковник Лестрейндж, в кратчайшие сроки и в целости и сохранности, — "сейчас" остаётся невысказанным. Беллатриса сверлит взглядом мужа, наверное, сверкая глазами. Если бы он только прислушивался к ней хотя бы в четверти раз, когда она пытается ему что-то донести, их брак мог бы стать счастливым.
При упоминании иллюзий Беллатриса дергается, слегка поворачивая голову к выходу. Её девочки не дадут себя в обиду. Возможно, ей придётся потом защищать их от трибунала, но Лестрейндж костьми ляжет и сделает это, если придётся. но пока всё тихо.
— А что потом? Сам дойдёшь в Норфолк, после того как пустишь пансионат и суку-Блэк по кругу? — Беллатриса нарочно перегибает палку, чтобы показать Рудольфусу, что он этого не сделает. И убедить себя в этом. Она не может не переживать за свой отряд, хотя знает, что необходимости в этом нет.
Пить Беллатриса не хочет. Она уже научилась курить на фронте, хотя ни одной из своих подопечных затягиваться не разрешала — у них ещё оставался шанс стать матерями, когда всё закончится. Но они всё равно курили тайком. Беллатриса это знала. На фронте курят все. А вот пить Лестрейндж так и не научилась. Правда, в бытность леди её уносило с бутылки выдержанного вина, а теперь самое качественное, что ей доводилось видеть — коньяк, как у Рудольфуса. Чаще портвейн и жидкость без названия, от запаха которой домовики, наверное, перемерли бы как мухи.
— Холл без нас пятнадцать лет постоял, постоит и ещё, — отвечает Беллатриса, воспринимая стакан с алкоголем как вызов. Ей нужна ясность ума, трезвость, способность идти в конце-концов. Жаль, у Рудольфуса другие планы.
— Так точно, — ядовито отдаёт честь Беллатриса, потом, всё-таки уточняет, не рассчитывая на ответ, — пойдём, когда допьём?
Решимость выдвинуться как можно раньше придает ей сил. Она забирает себе бутылку, и то, что в ней осталось, смутно надеясь, что в бокале всё-таки больше. Прикладывается к горлу, запрокидывая голову. Жидкость обжигает горло, но Беллатриса заставляет себя пить, подавляя порывы кашля. По щекам текут слёзы, когда она со стуком ставит бутылку на стол, морщась и осматривая стол на предмет того, что кроме облезлых обоев здесь можно съесть. Горло горит так, как будто она проглотила нарла. В бутылке убавляется едва ли на треть, а по ощущением, она выпила всё. Голова плывёт. Беллатриса вытирает глаза рукавом, стараясь не забыть, как дышать. Горит уже не только горло.
— Раздеваться тоже сейчас или приказ будет позже? — она ведь не хочет этого говорить, помнит, что Рудольфуса нужно увести, а не провоцировать, но ничего поделать не может.
И не расстреляет же её муж за то, что она не стоит по стойке смирно. Она опирается на стол, покачиваясь.
[icon]https://pp.userapi.com/c841027/v841027540/38caa/Jmuby9hEQoY.jpg[/icon][info]<img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png"><br><b><a href="http://rise.rusff.ru/viewtopic.php?id=959"> Старшина Блэк</a>, 46</b><br>Сука-истребитель<br><b>Сторона:</b> Рудольфус <br><img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png">[/info]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (3 февраля, 2018г. 19:09)

+1

7

Он глотает ее обвинение, трезвея от злости.
Она никогда не умела остановиться до черты - и пусть это тысячу раз причина его одержимости ею, Беллатриса расплачивается за свою дерзость.
- Ты стара для моих людей, - отвечает он резко, хоть и помнит, что в словесных поединках победа обычно доставалась ей.
Вот и сейчас он проиграл, едва обнажив шпагу: следовало бы сказать, что она стара для всех них, считая его.
Ну что же, фехтование никогда не было его спортом - он предпочитал грязный квиддич.
И за полгода в разлуке его жена научилась отбивать его бладжеры.

Рудольфус бледнеет под слоем загара.
Мягкий туман опьянения больше не качает его над горизонтом.
Весь горизонт сейчас плещется в зрачках Беллатрисы, в том, как поднимается ее грудь под блеклой формой, когда она пытается заново научиться дышать.
Рудольфус поднимает оставленную ей бутылку, меряет взглядом остаток содержимого и запрокидывает над раскрытым ртом.
Коньяк пьют не так, но в каком-то другом мире. Старые правила остались так далеко в прошлом, что Лестрейндж уже не уверен, что когда-то было что-то еще: хрусталь, столовое серебро, крахмальные льняные салфетки и роскошные балы в ярко-освещенных и украшенных залах Холла.
Все это стерлось годами в Азкабане, той отчаянной гонкой на выживание в первый год побега и наконец-то развернувшейся войной - войной, масштаба которой никто не предусмотрел, зацепившей, утащившей с собой оба мира. Войной, которая свела по одну сторону баррикады магглов и магов, натравила друг на друга братьев.

Допивая коньяк будто воду, он ставит пустую бутылку на стол, вытирает рот рукавом, оставляя мокрый след на форменном кителе.
Натыкается на прямой взгляд жены как на вошедший под ребра стилет.
- Раздевайся, - приказ падает камнем.
У них полтора часа минимум - его разведка вернется к полудню.
У него хватит времени даже на то, чтобы дать ей раздеться.
Хватит ли терпения.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (17 ноября, 2017г. 21:41)

+1

8

— Вот как. А я думаю, они почтут за честь, когда узнают, что старшина Блэк — это леди Лестрейндж.
Смешно становится даже ей. Леди в ней ни на йоту не осталось.
Пить коньяк даже жаль — под его действием она больше не будет такой красноречиво. Кажется, в её случае это называется беспомощностью.
Рудольфус допивает не поморщившись. Беллатрикс продолжает морщится, но теперь не только от алкоголя. О том, что в ней говорит частично зависть она не хочет думать.
Уточнения, что это приказ, не следует, хотя ничем другим это быть не может. Беллатриса кивает, как будто проглатывая свою строптивость, и даже расстраивает ремень. Но тут же вскидывает голову, от резкого движения едва не падая.
— А знаешь что, полковник Лестрейндж, — она правда произносит его звание с нужной долей издевки, без следа зависти. Правда ведь, — нет. Сначала ты отдашь приказ, чтобы моих девочек разместили как подобает и накормили. Раз уж мы задержимся, пусть отдохнут.
Слова подбираются плохо, но Беллатриса знает, чего хочет. Это помогает.
Она торгуется как шлюха, и это тоже смешно. И потому, что приходится делать это с мужем, и потому что он не заплатит, если не сочтёт нужным.
В знак своих уступок, она бросает ремень и гимнастерку на центр стола.
У неё нет "или", а позаботится об отряде она должна. Отвратительная западня. И это они даже не выдвинулись.
Беллатриса смеётся.
— И даже не поцелуешь меня, полковник? Ты не скучал.
[icon]https://pp.userapi.com/c841027/v841027540/38caa/Jmuby9hEQoY.jpg[/icon][info]<img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png"><br><b><a href="http://rise.rusff.ru/viewtopic.php?id=959"> Старшина Блэк</a>, 46</b><br>Сука-истребитель<br><b>Сторона:</b> Рудольфус <br><img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png">[/info]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (3 февраля, 2018г. 19:10)

+1

9

Ее покорность сейчас кажется издевкой - и ею и оказывается.
Рудольфус немигающе смотрит на жену, осмысляя услышанное, не отрывая взгляда от ее пальцев, продолжающих вытаскивать ремень из шлиц форменных брюк.
Она изменилась.
Будто покрылась броней, приходит ему на ум.
Кожа в вырезе майки по-прежнему белая, но больше не кажется прозрачной. Сейчас Беллатриса больше напоминает статую, чем изможденную  узницу или юную девчонку. Майка без рукавов подчеркивает рельеф плеч.

Она торгуется как шлюха.
Она и ведет себя как шлюха, под его взглядом окончательно стягивая гимнастерку и сваливая ее на ремень, уже свернувшийся на столе.
Рудольфус ухмыляется без намека на веселье.
Леди Лестрейндж, вот как она себя назвала.
Самая подходящая леди для нынешнего лорда.
- Яксли, - он даже не повышает голос, но на пороге появляется мальчишка лет двадцати - сын Эдмара, ординарец полковника Лестрейнджа.
Наткнувшись взглядом на Беллатрису, все еще отходящую от своей вспышки веселья, он замирает, но все же берет себя в руки.
- Полковник Лестрейндж, сэр?
Рудольфус смотрит ни жену.
- Позаботься, чтобы отряд, который привела леди Лестрейндж, - Рудольфус выделяет эти слова, -  разместили отдельно и накормили. Передай, что они должны быть готовы через два часа.
Он старше по званию, имеет право отдавать приказы ее малолеткам.
- Через час подай обед на двоих сюда.
- Есть, сэр, полковник Лестрейндж, сэр, - четко отзывается Яксли, но мнется.
Рудольфус переводит тяжелый взгляд на него.
- Сэр, полковник Лестрейндж, сэр, вчерашняя местная ведьма... Нам проверить ее на информацию о передвижениях противника?
Рудольфус с трудом вспоминает вчерашний день - это было несколько бутылок коньяка назад - и совсем молоденькую ведьму, сбежавшую из Хогвартса и добирающуюся к своим. Не было у нее никакой информации, это было ясно и так - но Рудольфус провел ее через все круги ада. А потом забыл о ней.
- Расстрелять. Она не имеет отношения к мятежникам.
- Есть, сэр, да, сэр.
Яксли выскальзывает из комнаты, почти бесшумно прикрывая за собой дверь.
Рудольфус отводит назад падающие на лоб пряди.
- Ты довольна? - спрашивает он в лоб. Она ставит условия - что она приготовила взамен?
Обходя стол, он больше не качается: теперь, когда у него снова есть цель, коньяк на него едва действует.
Обхватывая руками плечи жены, он не старается сдерживаться - от одного прикосновения к ней все летит к Мордреду.
- Я не скучал, - говорит Рудольфус. - Я с ума сходил из-за того, что мы вновь порознь.

Она памятно ниже него - ему приходится наклоняться к ней низко-низко. И ее тело под его руками кажется почти незнакомым, а губы отдают коньяком.
Но это Беллатриса, его Беллатриса.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (17 ноября, 2017г. 22:56)

+1

10

— старшина Блэк, — всё-таки встревает Беллатрикс. Старшина не имеет права так делать, зато леди Лестрейндж имеет.
Упоминание о вчерашней ведьмы отдаётся в голове желанием схватить гимнастёрку обратно и выскочить за дверь, но она сдерживает этот порыв. Это просто очередное испытание на выдержку, которую она с таким трудом пытается в себе отточить, и она не позволит приступу ревности завалить его.
Облегчение наваливается на неё. Когда дверь за Яксли захлопывается, Беллатрикс счастливо улыбается, вытирая вспотевшие ладони о брюки.
— Очень довольна.
Пока Рудольфус обходит стол, она торопливо скидывает сапоги, снимает майку, отбрасывая её на стол. Эти полгода разлуки явно были полгодами воздержания только для неё. Она вздрагивает от прикосновений супруга, прогибается ему навстречу. Она скучала, пусть думает что хочет.
Его слова проникают к самому сердцу, и жар от коньяка сменяется тем, от чего она тает.
— Руди, — она растрогана, безумно. Она запускает пальцы ему в волосы, заставляя наклоняться, уступая разнице в возрасте, торопливо расстёгивает на нем китель, чтобы быстрее добраться до тепла его груди.
— Руди!
Громко шепча, она спускает брюки. Под ними сюрприз, остатки былой роскоши, чулки, одни из немногих, что у неё остались. Заметит ли Лестрейндж, оценит ли её подготовленность, или сорвёт, уничтожая лучшую пару?
— мы вместе, — обещает она, напоследок поглаживая его по плечам, прежде чем лечь животом на стол, тыкаясь бёдрами в его, призывая к действиям.
[icon]https://pp.userapi.com/c841027/v841027540/38caa/Jmuby9hEQoY.jpg[/icon][info]<img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png"><br><b><a href="http://rise.rusff.ru/viewtopic.php?id=959"> Старшина Блэк</a>, 46</b><br>Сука-истребитель<br><b>Сторона:</b> Рудольфус <br><img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png">[/info]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (3 февраля, 2018г. 19:06)

+1

11

Каким-то чудом время от времени им обоим удается одновременно пригасить собственную гордость, усмирить норов - и эти моменты составляют в их браке короткую, но историю.
В улыбке Беллатрисы неприкрытое удовольствие - но без следа самодовольства. Им обоим не часто приходится уступать, для них обоих это все еще в новинку - и Рудольфус принимает ее ответ, как высказанный вслух, так и во взгляде, в этом движении к нему, чуть суматошном и выдающем нетерпение жены.
Они сторговались быстро, но он не чувствует себя обманутым - он бы и не то сделал, попроси она, но в этом т была часть проблемы: просила Беллатриса редко.
Требовала, приказывала - но не просила.
Впрочем, как могло быть иначе со старшей дочерью Сигнуса, любимицей Вальбурги.

Чулки он не замечает - только потом, когда, зацепив тончайшую ткань пряжкой собственного ремня, уничтожает такое неожиданное украшение.
Как будто ей нужно украшать себя для него.
Как будто это имеет значение.

Беллатриса на этот раз торопится как и он - полгода они не видели друг друга, полгода Рудольфус был уверен, что изобьет ее до полусмерти, едва встретит: за оставленный Холл, за самовольность, за то, что Беллатриса снова шла против его воли...
На деле все иначе - ни вчерашняя ведьма, ни злость не умаляют его голод по этому телу, по ее своенравным движениям, по такой редкой и тем более ценной покорности.

Рудольфус заводит руку ей под живот, накрывая ладонью край стола, свободной рукой ухватывается за боковой край - нетерпеливые движения Беллатрисы под ним намекают, что она готова.
Это и в самом деле так.
Стол под их соединенным весом протестующе скрипит, когда Лестрейндж переступает с ноги на ногу, наваливаясь на жену еще сильнее, двигаясь в ней быстро и резко, не обращая внимания на ее выдохи, на шаги в соседней комнате - Яксли передал приказ и вернулся на свое место.

Она не соврала ему - она скучала.
Большего Лестрейнджу сейчас и не нужно. Их брак подобен им самим: он выживает и там, где условия этому препятствуют.
Беллатриса по натуре боец - и только потому она воспринимает их чудовищное длительное противостояние как должное.
А он...
Рудольфус не мыслит себя без Беллатрисы.

И каждый раз, когда он трахает ее после разлуки, это не секс - это ритуал, скрепляющий узы между ними, подтверждающий брак. Она знает это. Она хочет этого не меньше него.
И хотя у него были женщины в эти полгода - Рудольфус не монах, не аскет, ему претит идея воздержания в целом - долго он не выдерживает: Беллатриса запускает в его теле и сознании процессы, несводимые к простой физиологии, хотя именно через нее представляемые наиболее наглядно.
Он упирается лбом в ее спину, стискивает пальцы на боковом крае стола, кончая - то, что через пару дней они вновь расстанутся на длительный срок, работает против него.
Качнувшись назад, Лестрейндж выпрямляет спину, целует Беллатрису в затылок, вдыхая запах ее волос, отличный от того, который он помнит.
Сведя вместе пальцы, он опускает ладонь ниже по ее животу, лобку - туда, откуда выскальзывает член, оставляя жаркую влагу на бедрах.
- Хочешь? - проталкивая пальцы глубже, спрашивает Рудольфус, чей мозг никак не вместит, что это реальность - что это Беллатриса, а не морок, вызванный опьянением и его жалким желанием увидеть жену хотя бы на миг в любой извивающейся под ним женщине.

+1

12

Когда пряжка царапает ей ляжку, и кожа больше не чувствует стягивания прозрачной тканью, Беллатриса уже понимает, что чулкам конец, но их кончину не оплакивает, сосредотачиваясь на том, что куда более важно.
Рудольфус слишком большой для неё, большой везде, и низ живота наполняется болью, но её желание и убийственная для Беллатрикс доза коньяка скрашивают это.
Она не стесняется громких вздохов, того, что выкрикивает с придыханием имя мужа так, что оно отдаётся звоном в ушах,  хотя это не склеп Лестрейндж-холла, здесь есть кому их услышать. Рудольфус лукавил, когда пытался дать ей достойный отпор — Беллатрикс готова поспорить, что люди Лестрейнджа не считают её сейчас слишком старой для себя.
От резких толчков сотрясается всё вокруг, но она этого не чувствует, опьянённая страстью. Бокал, который Рудольфус чуть ранее наполнил, опрокидывается, с гулким звоном скатывается на пол, стремительно разрастающаяся лужа коньяка пропитывает гимнастёрку. Остатки Беллатриса размазывает по столу ладонью, когда ищет для себя точку опоры, скребя короткими состриженными ногтями столешницу, получая занозы в подушечки пальцев.
Она двигает ему навстречу бёдрами, как двигалась, избивая боксёрскую грушу и целясь из винтовки все эти полгода. Они нужны друг другу и они друг друга стоят.
Рудольфус заканчивает раньше, и Беллатриса, тяжело вздыхает потирая шею, смешивая липкий коньяк с не менее липким потом. Сейчас бы в ванную, им обоим. И дело не только в том, чтобы смыть с себя всё.
Бёдра протестующе ноют, хотя рука Лестрейнджа смягчала удары об стол, синяки продержатся ещё несколько недель. Забавно, они расстанутся, а напоминание о супруге ещё будет гореть фиолетовым цветом, напоминая о себе. Кажется, именно это ему и нравилось.
Всё тело Беллатрисы требует сейчас, чтобы она наконец разогнулась, выпрямила спину, развернулась к Рудольфусу лицом. Дело не только в физической потребности сменить позу — её гордость тоже страдает.
Но она продолжает прижиматься щекой к столешнице, переминается, сжимаясь, когда пальцы Рудольфуса скользят в неё. Она хочет, он это знает. А она знает, что ему нравится делать с ней всё, что взбредёт ему в голову, чувствовать себя хозяином её тела. Лестрейндж и есть хозяин её тела, но она никогда не признается ему в этом.
А ещё он хочет, чтобы Беллатриса просила. И она готова попросить. Но не будет делать этого из принципа.
— Ты знаешь, — выдыхает Беллатриса, закусывая губу, заставляя себя раздвинуть ноги ещё шире.
[icon]https://pp.userapi.com/c841027/v841027540/38caa/Jmuby9hEQoY.jpg[/icon][info]<img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png"><br><b><a href="http://rise.rusff.ru/viewtopic.php?id=959"> Старшина Блэк</a>, 46</b><br>Сука-истребитель<br><b>Сторона:</b> Рудольфус <br><img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png">[/info]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (3 февраля, 2018г. 19:10)

+1

13

Он и правда знает - чувствует на пальцах, чувствует, как она шире расставляет ноги, прогибается снова, не меняя позы. С тех пор, как она перестала заставлять его брать ее силой, их интимная жизнь не то чтобы сильно разнообразилась, но все же несколько изменилась. К лучшему.
От Беллатрисы пахнет потом, коньяком и сексом - она заполняет всю его вселенную без остатка, превращая убогую маггловскую дыру в лучшее место на свете.
Рудольфус не торопится, двигает сведенными вместе пальцами с неторопливостью, которой никогда не добился бы от себя, будь в Беллатрисе не пальцы. Прижимаясь пахом к вздернутым ягодицам жены, он вдыхает тяжелый пряный запах, исходящий от нее, зная, что ему не потребуется много времени, чтобы снова быть готовым. Не сейчас, когда она так тяжело дышит, подаваясь ему навстречу.
Он наклоняется через ее плечо, нашаривает сигаретную пачку, зубами вытягивает одну и прикуривает - не имея возможности сосредоточиться на чем-то постороннем, он сорвется довольно быстро. Затягиваясь в ритме движений пальцами, Рудольфус заставляет себя не спешить.
Неторопливость их ласкам не свойственна, и сейчас они вместе исследуют эту новую территорию - Рудольфус запрокидывает голову, закусывая сигарету, освободившейся рукой находит полушарие груди Беллатрисы, пропускает между пальцами сосок, то отпуская, то сжимая.
Глупо было думать, что они выйдут сразу же.
Глупо было думать, что он злится сильнее, чем хочет ее.

И в самом деле, на второй заход он готов довольно скоро: по меркам чистокровных магов, они оба достаточно молоды, а темперамент Рудольфуса - притча во языцах даже среди его собственных людей.
Туша окурок в перевернутом на бок стакане, он дергает распластавшуюся на столе Беллатрису к себе, входит, не давая ей уследить за этим движением. Сейчас она принимает его куда проще - и дело не затягивается для них обоих.
Рудольфус замирает, прижимая пятерней спину Беллатрисы к столу, а затем благодарно гладит ее по голове, растрепывая сколотую косу.
Чудом устоявший стол благодарно скрипит, когда Рудольфус выпрямляется, убирает руку, переносит вес на ноги.
- Здесь есть ванная, - он помнит каждую деталь из их не такой уж долгой совместной жизни - и то, что Беллатриса любит принимать ванну. Несмотря на то, что женаты они двадцать лет, пятнадцать из них они провели в соседних камерах Азкабана, и привычки жены он запомнил. - Горячей воды придется подождать.
Здесь нет не только магии, но и маггловского электричества - все провода оборваны - а топливные генераторы едут с основными силами, чтобы не задерживать батальон.
- Яксли, - бросает Рудольфус, натягивая брюки и снова отыскивая сигареты, - леди Лестрейндж перед обедом примет ванну.
Замашки у него прежние - некоторые вещи не могут быть вытравлены ничем.
Стирая рукавом кителя выступивший на груди пот, Рудольфус требует принести еще коньяка. Ординарец, позволивший себе лишь один мимолетный взгляд на Беллатрису, все остальное время пялится ровно в центр лба полковника и, деревянно отдав честь, выходит прочь, почти скрывая поспешность. Не то чует, не то наслышан - разглядывать эту женщину полковника смертельно опасно.

Рудольфус кидает взгляд на часы на запястье - время еще есть.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (19 ноября, 2017г. 00:06)

+1

14

С тех пор, как для Рудольфуса стало важным её удовольствие, их интимная жизнь наладилась. От идеала она была далека, но Беллатрикс давно научилась не игнорировать мимолётную боль, а получать от неё удовольствие.
Она не удивлена, когда супруг берётся за неё снова. Удивлена, что он продержался так долго. У неё уже плывёт голова от удовольствия, и она настолько на взводе, что на этот раз движений Рудольфуса ей хватает с лихвой.
От стола Беллатриса отлепляется не сразу, медленно приподнимаясь на локтях, чувствуя, как отдаётся в пояснице и хрустит позвоночник от непривычного положения. На ногах стоять неимоверно тяжело, хотя она почти протрезвела.
— Нам идти ещё несколько дней, а я уже не могу ходить, — шутливо обвиняет она его, слегка пиная ступнёй в лодыжку. Рудольфус одевается, но его леди не торопится сделать то же самое. Она запрыгивает на стол, срывая с ног чулок и то, что осталось от его брата.
Вошедшему ординарцу она задорно подмигивает, даже не пытаясь прикрыться. прямо как в лучшие времена. Он тут же отводит взгляд. Зануда. Знавала она одного такого.
Пока она сидит на столе, разница в росте не так ощутимо. Это нравится Беллатрисе. Она нагибается, чтобы схватить ладонь мужа, тянет его к себе.
Рука сама скользит в расстёгнутый китель, туда, где виднеются кубики пресса, в которые она влюбилась ещё когда они принадлежали квиддичисту. Несмотря на годы в тюрьме, Лестрейндж возвращаться в форму. Хотя, глупо было бы ожидать другого, если даже себе она умудрилась что-то нарастить.
— Напряги пресс, — игриво просит она, не дожидаясь его разрешения, ударяет в живот, сначала шутливо, задерживая кулак перед прикосновением, потом сильнее, но всё ещё не серьёзно. Она никогда не была в состоянии толком причинить Рудольфусу физический вред, и сейчас преуспела бы в этом едва больше, но она всё равно боится, хочет быть ласковой.
Беллатриса смеётся, поглаживая Лестрейнджа по животу, другой рукой вынимает сигарету от его рта. Чтобы поцеловать, а после закурить самой.
— Нужно идти, — упорно заводит она старую шарманку, хотя ванная то, чего ей сейчас хочется в первую очередь, а плотный обед — во вторую.
Она разворачивает намокшую гимнастёрку, вздыхает. У неё с собой все одна, и даже если у Рудольфуса в закромах случайно найдётся её размер, клянчить казённое имущество Беллатрикс не собирается.
Если уж обещанная ванная действительно будет, она успеет и застирать пятна, хотя выдвигаться придётся в мокрой.
— Где эта ванная? Холодная вода там есть?
[icon]https://pp.userapi.com/c841027/v841027540/38caa/Jmuby9hEQoY.jpg[/icon][info]<img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png"><br><b><a href="http://rise.rusff.ru/viewtopic.php?id=959"> Старшина Блэк</a>, 46</b><br>Сука-истребитель<br><b>Сторона:</b> Рудольфус <br><img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png">[/info]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (3 февраля, 2018г. 19:11)

+1

15

После секса Беллатриса оставляет свою резковатую дерзость - она весела и игрива как котенок книззла. Рудольфус ей потакает в этом, зная, что все равно все будет так, как он решит.
Отдавая ей сигарету, он закуривает новую, пока жена его тормошит.
- Выйдем, как я сказал. Нужно поесть перед дорогой, отдать распоряжения на случай непредвиденных обстоятельств, определиться с условием выхода на связь. Без данных развед-группы мы никуда не двинемся.
Будь она равной ему по званию, он и тогда бы считал, что имеет право указывать ей. Сейчас же вопрос об этом даже не поднимается: скорее уж Беллатриса пользуется своим более чем привилегированным положением, оспаривая его решение.
Хлопнув жену по влажному бедру, он сталкивает ее со стола, разглядывая то, что осталось от карт местности после выполнения супружеских обязанностей.
- Третья дверь направо. Водопровод здесь в ремонте. Дождись воды - Яксли расторопен и не глуп, как и его отец.

Когда Беллатриса возвращается, он заканчивает с последними распоряжениями. Капитан, которому выпал случай отличится и который все еще не понимает, с кем имеет дело, а потому пытается отговорить Рудольфуса от путешествия, не приставшего полковнику, оглядывает Беллатрису с плохо скрываемым презрением и разворачивается обратно к Лестрейнджу, чтобы продолжить.
Не продолжает: Рудольфус смотрит исподлобья, сжимая кулаки.
- Леди Лестрейндж. Старшина вновь прибывшего отряда. - В его голосе не просто предупреждение, а обещание немедленной расправы. Капитан - из маггловских аристократов, имеющих отношение к королевской семье - тут же ориентируется в обстановке. Галантно щелкает каблуками, наклоняется для обязательного поцелуя к руке Беллатрисы и выходит, оставляя супругов наедине.
Это спасает ему жизнь.

Рудольфус, застегивая такую же гимнастерку, что и на Беллатрисе - китель полковника он оставит на попечение Яксли - кивает на стол, где ординарец попытался сервировать обед по всем правилам, обходясь имуществом британских вооруженных сил.
- Твой отряд накормлен. Где ты их подцепила, Белла? Выглядят так, будто разбегутся при первом же выстреле. Они хотя бы все ведьмы?
Он садится за стол, черпает ложкой густую похлебку.
- После обеда пойдем на склад. Посмотрим, что еще можно навесить на твоих пансионерок. Что у вас в личном снаряжении? Штурмовые винтовки? Гранаты? Сухой паек?
Какая разница, что это за война - они с Беллатрисой вновь по одну сторону.

+1

16

Рудольфус в её игры не играет, но даёт волю её рукам. Беллатриса беззаботно смеётся, но наступившая эйфория постепенно отходит на второй план, уступая место осознаю того, зачем она здесь. Больше Беллатрикс не спорит, потому что старшина Блэк не имеет права оспаривать приказы старшего по званию. Но пока она всё ещё немного леди Лестрейндж, поэтому позволяет себе напоследок показать супругу язык, передразнивая его.
Не тратя время на переодевание, она сгребает свою одежду в ворох вместе с сапогами.
— Спасибо, Руди, — говорит она. Это спасибо запоздалое, и оно за всё: и за доставленное удовольствие, и за то, что не сорвался, хотя мог. Должен был, насколько она его знает.
— Я когда сюда шла, думала, ты на мне живого места не оставишь, — затрагивает она тему того, что волновало их обоих с момента её появления здесь. Шанса передумать и всё-таки избить её, она ему не оставляет, проскальзывая в ванную.

После стирки гимнастёрка мокрая, она пропитывает майку, и теперь это всё липнет к спине Беллатрисы, заставляя её поёживаться от холода. Ей хочется увидеть свой отряд, убедиться что с девочками всё в порядке, но она понимает, что излишняя опека сейчас навредит им всем.
После долгого дежурства в захолустье в окружении молодых девушек оживлённость батальона непривычна. Конечно, близ полковника всё равно не так многолюдно, но Беллатрикс всё равно ловит на себе взгляды. Похотливые, когда додумывается направится в ванную обнажённой. Люди Рудолфуса не знают кто она такая, и уверены, что женщина полковника может перепасть каждому из них через несколько дней. Обратно всё это сопровождается ещё и насмешками.
Беллатриса гордится своим званием, которое выбила себе сама. И комментарии по поводу того, что она шлюха полковника ей не нравятся. Но она молчит.
Презрительный взгляд капитана не является для Беллатрикс открытием, поэтому она довольно равнодушно реагирует на его высказывание — приказ давно подписан, чтобы ни хотелось каждому в этом лагере. Зато Рудольфуса по всей вероятности это задевает. И его реакция Беллатрисе не нравится.
Она не демонстрирует неподчинения на глазах у подчинённого мужа, вспоминает дежурную светскую улыбку, подаёт руку для поцелуя и провожает капитана взглядом до самой двери.
Формальный тон не даётся Беллатрисе, особенно после того как РУдольфус не давая ей времени выпустить пар, снова называет её Беллой, а отряд пансионатом. Она садится за стол, но к еде не приступает, пристально смотря на Рудольфуса. Им нужно обсудить кое-что важное, даже если Лестрейнджу это не нравится.
— Руди, — выделяет она его имя, а потом сменяет тон формальностями, — полковник Лестрейндж. Я здесь не леди Лестрейндж. Я старшина Блэк.
Она смотрит на супруга, чтобы убедится, что он слушает её, а не игнорирует, как обычно.
— Все твои люди считают, что моё положение, — и звание, которым она безмерно гордится, — твоя заслуга. Я не хочу быть шлюхой полковника, выслушивая любезности в лицо и оскорбления за спиной. Я сама добуду себе репутацию. Мне не нужна твоя.
Она скрипит зубами, всё ещё вне себя от ярости. Впрочем, это чувство должно быть у них обоих.
Рудольфус всю жизнь стремился окружить её роскошью, материальными благами, своей фамилией — всеми удобствами, которые подчёркивают, что она его. Беллатрисе нравилось всё, кроме конечной цели, но компромиссы находились. Но теперь она боец, а не аристократка, и за это она даже готова просить.
— Пожалуйста, — с нажимом произносит она, не приступая ни к еде, ни к докладу, пока нерешённый вопрос висит между ними в воздухе.
[icon]https://pp.userapi.com/c841027/v841027540/38caa/Jmuby9hEQoY.jpg[/icon][info]<img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png"><br><b><a href="http://rise.rusff.ru/viewtopic.php?id=959"> Старшина Блэк</a>, 46</b><br>Сука-истребитель<br><b>Сторона:</b> Рудольфус <br><img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png">[/info]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (3 февраля, 2018г. 19:11)

+1

17

Он бросает ложку обратно в миску, сметает со стола все: тарелку с хлебом, миски, бутылку коньяка - грохот стоит как при артобстреле - но перед этим выдерживает целых три, даже четыре секунды.
И вот это после того, как она сама призналась, что боялась его реакции?
Той самой реакции, которую он затолкал подальше и не спускал с цепи, делая вдох через раз?
Разжимая кулаки - ему важен этот недавно обретенный вблизи от нее самоконтроль - Рудольфус ставит локти на стол, смотрит в лицо жены.
- В моем полку нет и не будет женщин, - тихо выговаривает он, поднимаясь на ноги, опираясь на стол и наклоняясь вперед. - Кроме моих шлюх. Или кроме леди Лестрейндж. Выбирать, кем быть, тебе.
Ее звание ему до маггловского черта: ему она жена.
- Заткнись, - предупреждающе говорит Рудольфус на тот случай, если Беллатриса хочет что-то добавить к уже сказанному. В своей дыре, со своими девками играясь в солдатов она позабыла, каков реальный мир. Пусть вспомнит как можно раньше.
Расцепляя пальцы, обхватившие края стола, чтобы не сомкнуться на горле жены, Рудольфус сгребает со стола пачку сигарет и выходит, хлопая дверью так, что по всему дому осыпается штукатурка.

Яксли и еще пара каких-то мальчишек, устроившие перекур у крыльца занятого полковником дома и что-то живо обсуждающие, вытягиваются во фрунт, заметив Рудольфуса, но тот не удостаивает их и взглядом.
Он направляется к армейской палатке, выделенной новоприбывшим, перед которой суетится личный состав отряда старшины Блэк. Направляющегося к ним Рудольфуса они если и замечают, то пока не придают этому значения - он в форме рядового, и ему не попадаются навстречу его люди, чтобы привлечь к нему внимание этих школьниц.
Но все же что-то в его походке или фигуре их настораживает: постепенно, друг за другом, они все поднимают головы и сопровождают его приближение взглядами, в которых плохо спрятано беспокойство.

Остановившись перед палаткой, он оглядывает этих девок, из-за которых у его жены поехала крыша.
Они настороженно и инстинктивно сбиваются в кучу, также молча смотрят на него в ответ - и вдруг до одной из них, не то самой сообразительной, не то узнавшей его каким-то образом, доходит.
Она выпрямляется во весь рост, как будто это поможет ей стать хотя бы на дюйм выше, и лихо поднимает правую руку ладонью наружу, пальцы крепко прижаты друг к другу, большой палец – вдоль ладони. Средний палец правее и чуть выше центра лба.
- Полковник Лестрейндж, сэр! - как она ни старается, голос звучит слишком высоко, но ее товарки моментально выстраиваются в шеренгу перед ним, повторяя жест самой первой.
Из глаз не уходит настороженность, и только усиливается, когда Рудольфус вытягивает табельный глок из кобуры в наступившей тишине.
Он перестреляет их сейчас одну за другой, начиная с этой самой первой - и Беллатрисе придется вспомнить, кем она является на самом деле.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (19 ноября, 2017г. 02:18)

+1

18

На языке моментально оказывается тысяча резких ответов. И о том, что в армии не существует такого понятия, как леди Лестрейндж, и том, что к полку Лестрейнджа они пока не принадлежат. Но Беллатриса молчит, остановленная приказом Рудольфуса, взрагивает когда всё содержимое стола летит на пол. Ей не привыкать за годы счастливой семейной жизни.
Она знает, что будет дальше. В предсказуемом ей сценарии в итоге победа останется за ней, поэтому Беллатриса не двигается с места, не делая попыток защититься, зажмуривается, разве что не подставляя щеку. А когда понимает, что удара не будет, замирает от неожиданности.
Она не знает, что ждать от Рудольфуса, потому что никогда не сталкивалась с таким его поведением. Не тот он человек, чтобы перекурить и успокоится. До Беллатрикс это доходит долго, спустя пелену шока от собственной дерзость.
— Руди, — вскрикивает она, кидаясь следом.
Мальчишки на крыльце всё ещё стоят по струнке, но не перед ней.
— Куда он пошёл? — резко спрашивает Беллатриса, раздражаясь на ходу. Ответом ей служит дружное молчание. Кажется, даже у дракклова ординарца Рудольфуса звание выше, чем у неё, шлюхи полковника. Ну или в его армии просто не принято разговаривать с женщинами.
Беллатриса матерится, выбегает дальше, судорожно крутя головой по сторонам. Она уже знает, куда направился Рудольфус, она в ужасе от этого.
Удаляющуюся фигуру супруга она замечает издалека, но узнаёт моментально.
Старшина кидается у своим, чтобы предотвратить что бы Рудольфус им не готовил.
Уже у входа в палатку ей путь преграждает один из людей полковника. Вроде бы тоже капитан —  присмотреться к нашивкам она не успевает.
Он воспринимает сложившуюся ситуацию совсем по другому. Те, кто в палатке для него становятся добычей. Он не знает, кто она, когда называет её старшиной Блэк, видимо рассчитывая, что она отдаст ему честь и будет смотреть в рот, ловя каждое слово.
Беллатрисе не до этого. Ей необходимо предотвратить нечто более страшное. Она пытается обогнуть капитана, и получает пощёчину, от которой отлетает на землю. Будь это не сейчас, она дала бы отпор, но пока перед глазами маячит только вход в палатку. Когда мужчина делает ей шаг навстречу, она забегает во внутрь.
Вовремя.
В горле мгновенно пересыхает. Беллатрикс машинально вытирает кровь с губы. Раз, два, три, четыре. Где пятая?
Времени на размышления нет, она кидается между дулом и отрядом, закрывая их собой.
— Рудольфус! — в горле замирают слова о том, что она признает своё поражение в этой их стычке. Пусть представляет её как хочет.
Она не смеет ударить Лестрейнджа по кисти, выбивая оружие, но охватывает ствол обеими руками, направляя себе в грудь.
— Хорошо. Как скажешь.
[icon]https://pp.userapi.com/c841027/v841027540/38caa/Jmuby9hEQoY.jpg[/icon][info]<img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png"><br><b><a href="http://rise.rusff.ru/viewtopic.php?id=959"> Старшина Блэк</a>, 46</b><br>Сука-истребитель<br><b>Сторона:</b> Рудольфус <br><img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png">[/info]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (3 февраля, 2018г. 19:11)

+1

19

- Что вы делаете, полковник Лестрейндж? - спрашивает та, что посообразительнее. Ее рука смещается, пальцы чуть подрагивают. Глок в руках Рудольфуса ее нервирует.
А это даже не волшебная палочка.
- Молчать! - рявкает он.
Это производит впечатление - они замирают, как вспугнутые животные.
- Выходим через пятнадцать минут. Ты, - он ведет стволом в сторону первой, осмелившейся открыть рот в его присутствии, - пошла на склад. За новой амуницией и оружием. У тебя пять минут.
Девка снова отдает честь и бегом бросается выполнять приказ.
Остальных Лестрейндж загоняет в палатку.
Появление жены он встречает широкой ухмылкой.

- Рот.
Не дожидаясь, пока она сообразит, что требуется, он с силой сдавливает пальцами ей челюсть, подходя совсем близко, заставляет приоткрыть рот.
Ствол глока окрашивается алым с распухающей губы, зубы Беллатрисы клацают о сталь.
Лестрейндж разворачивает жену перед собой, сдавливая плечо. Поверх ее головы смотрит на ее отряд.
Девчонки боятся вздохнуть. Он готов поспорить, они никогда не могли представить себе Беллатрису в таком положении.
Она умеет произвести впечатление, его жена.
Возвращается та, первая, нагруженная как домовой эльф, и по стенке перемещается к своим. У нее начинают дрожать губы, когда она видит, как Рудольфус поглаживает большим пальцем спуск.
- Эта женщина - моя жена. Леди Лестрейндж, мадам Лестрейндж. Урожденная Блэк.
Он гладит жену по волосам, отпускает плечо и обхватывает ее за горло.
- Она считает, что я могу убить любую из вас или всех, только потому что мне так захотелось. Да, Звезда моя? - в его голосе столько ярости, что хватит на целую армию. - Она права. Она знает меня. И она считает, что может предложить себя вместо вас. Считает, что должна защищать вас ценой своей жизни. Я прав, любовь моя?
На этот раз ему требуется ответ, и он трясет Беллатрису за горло, слыша, как ее зубы стучат по стволу табельного глока.
- Я прав? - рычит Рудольфус.
Дождавшись ответа, Рудольфус медленно рассматривает каждую из стоящих перед ним девчонок.
- Кто-нибудь из вас еще так считает? Считает, что я убью ее, но не трону вас?
Они молчат.
Рудольфус ухмыляется, вытаскивает ствол изо рта Беллатрисы, крепче сжимая ее горло.
- Я не убью ее. Она - моя леди. Моя жена. Она забыла об этом, но эту проблему мы решим.
Он наклонятся к ее уху.
- Здесь нет старшины Блэк. Если ты леди Лестрейндж, то ты можешь просить меня за свои игрушки. Если ты всего лишь шлюха полковника Лестрейнджа, я трахну тебя прямо на их телах. Как я говорил, выбирать тебе.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (19 ноября, 2017г. 19:06)

+1

20

Беллатриса не сразу понимает, что от неё хочет Рудольфус, а он традиционно не заморачивается не то что на просьбу, на время, чтобы его приказ оказался выполненным. Инстинктивно отшатываясь, Лестрейндж не успевает вывернуться от хватки мужа. Она всё ещё не понимает, что он от неё хочет — не трахнуть же прямо здесь в назидание другим — когда ствол упирается ей в зуб. Неприятный, довольно сильный удар заставляет всю челюсть ощутимо ныть. Беллатриса не понимает, что он хочет, не верит в свою догадку, но рот всё равно открывает шире, позволяя глоку скользнуть внутрь, к горлу.
Она насаживается на сталь ещё глубже от резкого движения, после которого она оказывается прижатой спиной к супругу. На глазах выступают слёзы, но Беллатриса не боится. Она знает, что Рудольфус не нажмёт на курок.
Наверное, для испуганных девочек, не понимающих, в чём они провинились, ещё утром идеализировавших образ полковника Лестренджа, чья слава гремела на всю Британию, это совсем не очевидно. Они боятся за неё — и Беллатриса очень тронута. Она также боится за них. Но вот её страхи оправданы.
Они долго так стоят. У Беллатрисы затекает челюсть, а слёзы, выступившие на глаза, прокладывают дорожки по щекам. Она замечает краем глаза движение, следит за ведьмочкой, присоединяющейся к своим сёстрам по оружию. Облегчение смешивается с отчаянием. Если бы она не была здесь, у неё был бы шанс выйти отсюда живой куда больше, чем у других. с другой стороны, Беллатриса знает её темперамент. С неё бы сталось взять оружие и направить его на полковника Лестрейнджа. Хорошо, что они боятся старших по званию, и что Рудольфус умеет внушать страх.
Беллатриса пытается аккуратно соскочить с пистолета. освобождая себе рот, но рука супруга сжимает её горло и ко всем заботам добавляется ещё одна — как дышать.
Если бы она могла смотреть за спину, она бы прожгла мужа ненавистью, которую сейчас к нему испытывает. Ей хочется кричать, ломать, бить после каждого произнесённого им слова. Она стискивает кулаки до ломоты в пальцах, чтобы не забыться, и не дёрнуться. То, что Рудольфус случайно нажмёт на курок, она не боится — боится, что он может направить его в другую сторону.
То, как она насаживается на глок, пока Лестрейндж требует ответа — хорошая пародия на их секс, да и вообще на совместную жизнь в целом. Больно и никогда не знаешь, в какой момент станет ещё хуже.
— Да, — хрипит Беллатриса, чувствуя как ниточка слюны стекает по подбородку. Она должна защищать этих девочек ценой своей жизни. И она знает, что Рудольфус её не убьёт.
Наверное, она не была права, когда не афишировала своему отряду, кто она такая. Глупо было бы рассчитывать, что их с Рудольфусом дрязги обойдут их стороной. Они всегда задевают всех.
Беллатриса шумно глотает воздух, когда ненавистный ей ствол отпускается вниз, захватывая с собой ниточку слюны, и тут же хрипит, оборванная на вздохе — Рудольфус медленно душит её. Кислород поступает, но недостаточно, Лестрейндж машинально поднимает руки, вцепляясь в рукав чужой гимнастёрки, чтобы оттащить, жить. но это не мешает ей слышать ясно каждое слово, проникающее в ухо.
— Я... тебе... не ... шлюха! — рвано выдыхает она, дёргаясь, борясь за свою свободу активнее.
— Подонок, — выплёвыет Беллатриса, уже не думая о последствиях, но переставая хватать за руку на горле — придерживая руку с глоком, — каждая из них готова умереть за тебя. каждая из нас. Чтобы ты дошёл до своего ебучего Норфолка целый и невредимый. Сукин полковник Лестрейндж.
Она его ненавидит. Всей душой ненавидит.
[icon]https://pp.userapi.com/c841027/v841027540/38caa/Jmuby9hEQoY.jpg[/icon][info]<img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png"><br><b><a href="http://rise.rusff.ru/viewtopic.php?id=959"> Старшина Блэк</a>, 46</b><br>Сука-истребитель<br><b>Сторона:</b> Рудольфус <br><img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png">[/info]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (3 февраля, 2018г. 19:11)

+1

21

Он принимает ее ответ за тот, который хочет услышать.
За тот, который ему был нужен.
Рудольфус отпускает горло жены, отбрасывает ее поднятые руки и бьет ее по щеке - с оттягом, громко.
- У них будет такая возможность.
Ей он такого шанса не даст. Ей никак нельзя умирать раньше него - что он будет делать, когда мир потеряет его единственный источник света?
Рудольфус оглядывает перепуганных девок, замечает гневный блеск в глазах той, что побойчее, отмечает этот факт. В следующий раз, когда Беллатриса вздумает взбрыкнуть, эту он убьет первой. Будет хорошая наука всему горе-отряду.
Но не сейчас.
Сейчас Рудольфусу уже тесно не то что в лагере - в собственной шкуре.
Даже дождаться развед-группу уже невмоготу.
Ему нужно занять себя чем-то помимо бездумного ожидания.
Нужно измотать себя пешим марш-броском с пятьюдесятью фунтами веса амуниции, нужно загнать себя в ситуацию, когда в голове останется только желание пройти как можно дольше.
Рудольфус сверяется с часами.
- Выходим через пять минут. Леди Лестрейндж, - она сама сказала, что не шлюха - выбор сделан, - не забывайте. Вы можете о чем-то просить, только понимая, кто вы здесь.
Он одаривает Беллатрису широкой ухмылкой, рассекающей его лицо будто скальпелем, и выходит из палатки.
Вокруг ни души.
Нрав полковника хорошо известен его людям - и попадаться под горячую руку мало кто рискует.
Яксли - расторопный и даже сообразительнее, чем думает о нем Рудольфус - уже подготовил снаряжение в доме, собрал остатки обеда и скрылся из вида.
Впрочем, Рудольфус не сомневается - позови он ординарца, тот немедленно окажется рядом.
Но ему нет необходимости звать: он проверяет упакованную сумку, планшетку с картами, скатку одеяла и боевое снаряжение. Цепляет к ремню ножны, фляжку, несколько ручных гранат, обматывает вокруг тела пулеметную ленту - без "гимпи" он шага не сделает, а штурмовая винтовка кажется в его руках мелковатой.
К тому же, калибр пулемета и его поражающая способность куда больше подходит аппетитам Рудольфуса, а вес разве что оттянет плечо к ночи.

Он выходит на крыльцо, проверяя, в кармане ли сигареты, кивает капитану Ретчиту, материализовавшемуся поблизости.
Тот отдает честь без тени сомнений.
- Удачи, полковник Лестрейндж, сэр.

Рудольфус делает первый шаг на последнем участке пути, который должен привести его в Норфолк, к морю.
К Лестрейндж-Холлу.

+1

22

Остальные ругательства вязнут на зубах, когда Беллатриса, отпрянув, хватается за щёку. Жертвовать жизнью ради Рудольфуса — жертвовать хоть чем-то ради него — самое неблагодарное занятие, и она этого врагу не пожелает, не то что своим девочкам. Но у них как и у неё нет выбора.
— Собирайтесь, вы слышали приказ, — она провожает взглядом спину Рудольфуса, выходящего из палатки, и идёт следом, не оборачиваясь. Она не хочет смотреть в глаза своему отряду, потому что знает: чтобы она там ни увидела, это ей не понравится. Не нужно ей ни сожаления, ни удивления напополам с разочарованием, ни страха.
— Роуз, ты ответственная за поклажу, — бросает Беллатриса у выхода. По-хорошему она как старшина должна всё проконтролировать, убедиться в достаточной комплектации и что никто не взвалил на себя слишком много, но сил заниматься этим совсем нет. В конце концов, всё пошло к Мордреду, едва они переступили границу созданного полковником лагеря.
У входа в палатку она закуривает. Эти её сигареты — дешёвый ширпотреб, который присылают раз в месяц с консервами не чета дорогим, Рудольфусовым. Это иронично, потому что за дешёвые сигареты она раньше была готова его убить. Когда-то сразу после Азкабана, когда никто и не думал, что придётся убрать ножны с палочкой куда подальше и взять в руки винтовку.
Вокруг никого не видно — редкие служивые снуют туда-сюда, но никто даже не смотрит на палатку, как будто её здесь и вовсе нет. Беллатриса усмехается, её муж всегда умел добиться своего. почти всегда, кроме как когда хотел от неё послушания. И она не собирается дать ему преуспеть и в этом.
Пострадавшая щека и рассеченная губа напоминают о себе пульсирующей болью, не давая отвлечься на что-то другое, а приятная тяжесть в низу живота и боль совсем другого рода отзываются издевкой, насмешкой, пародией на нормальные отношения как будто в другом мире.
Фильтр сигареты полностью окрашивается алым, когда Беллатрикс наконец докуривает. Она втаптывает окурок в землю так, как будто превратила в червяка аврора и пытается раздавить. Этого не достаточно. Она озирается по сторонам, в поисках чего-нибудь не брезентового, того, на чём можно выместить свою ярость. Молодой ясень, чудом не срубленный на костёр, становится этой мишенью. Она бьёт его изо всей силы, стачивая костяшки пальцев в кровь. Ствол ещё тоненький, поэтому каждый раз, когда Лестрейндж промахивается, это злит её ещё больше. Оставив дерево едва ли не без половины его веток, она едва не забегает в палатку, пересчитывая свой отряд самоубийц и закидывая походный рюкзак на плечо.
Данных разведки они так и не дождались. Считается ли это за её собственную победу?
— Двое впереди, двое сзади, одна держится около меня, но не слишком близко. Растянитесь так, чтобы быть в видимости друг друга. Думаю, не нужно объяснять — с полковником лишний раз не заговаривать, ни в чём не перечить. Пойдём по большой дороге до развилки, дальше... — Беллатриса осекается, не желая делиться своими планами с девочками, тем более, а она почти в этом уверена, у Рудольфуса эти планы совсем другие.
[icon]https://pp.userapi.com/c841027/v841027540/38caa/Jmuby9hEQoY.jpg[/icon][info]<img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png"><br><b><a href="http://rise.rusff.ru/viewtopic.php?id=959"> Старшина Блэк</a>, 46</b><br>Сука-истребитель<br><b>Сторона:</b> Рудольфус <br><img src="http://ipic.su/img/img7/fs/Stripe.1462627764.png">[/info]

Отредактировано Bellatrix Lestrange (3 февраля, 2018г. 19:14)

+1


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Альтернативные истории » Не женское лицо


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC