Вниз

1995: Voldemort rises! Can you believe in that?

Объявление

Добро пожаловать на литературную форумную ролевую игру по произведениям Джоан Роулинг «Гарри Поттер».

Название ролевого проекта: RISE
Рейтинг: R
Система игры: эпизодическая
Время действия: 1996 год
Возрождение Тёмного Лорда.
КОЛОНКА НОВОСТЕЙ



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Завершенные эпизоды (с 1996 года по настоящее) » Климат, вредный для здоровья (7 марта 1996)


Климат, вредный для здоровья (7 марта 1996)

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Название эпизода: Климат, вредный для здоровья
Дата и время: 7 марта 1996
Участники: Вейлин Арн, Рашиди аль-Хорезми, Рабастан Лестрейндж

Шотландия, окраины Глазго, гостиница, где остановился под чужим именем Рашиди аль-Хорезми на время проведения нелегального аукциона краденых и запрещенных артефактов.

0

2

Они аппарируют, не особенно привлекая к себе внимание: здесь очень людно и хлопки аппарации слышны ежеминутно. Лестрейндж даже не подозревал, насколько оживленным может быть место, где проводится слет энтузиастов, пусть даже речь идет о нелегальном артефактном аукционе.
Что ему нравится особенно - так это та самая нелегальность: здесь не принято узнавать знакомых, а лица доброй половины продавцов, покупателей и просто мелкой крутящейся шушеры частенько бывали на авроратских ориентировках.
Словом, даже он чувствует здесь себя довольно уместно и перестает натягивать шапку по самый нос. Если уж на то пошло, то это Арну здесь не рады - аврорам вряд ли присылают персональные приглашения.
Словом, Лестрейндж уже думает, а не задержаться ли ему здесь после того, как дело будет сделано, не присмотреться ли к выставленным лотам, не поучаствовать ли в торгах - особенно если в мощне Хорезми завалялась пара галеонов - и вскоре оказывается у здания неприметной гостиницы.
Им известно имя, известна комната - Хорезми прячется не от тех, от кого стоило бы.
Лестрейндж прислушивается. Из-за ободранной двери доносятся звуки шагов, меланхолично-протяжные напевы, наверняка с родины артефактора. Судя по всему, Хорезми не ждет ни гостей, ни неприятностей.
За исключением этого гнусавого пения, в коридоре очень-очень тихо, только скрип пола под шагами Хорезми до где-то капает вода.
Лестрейндж встряхивает рукавом, почти щегольским движением выпрастывая волшебную палочку и цепко зажимая ее в кулаке. Заняв позицию возле двери, смотрит на Арна.
- Нам обоим нужно его признание в создании двойника Скримджера, - напоминает он, как будто это нуждается в напоминании - ну а вдруг. Вдруг у Арна сдадут нервы, вдруг нервы сдадут у Хорезми. Без этих признаний труп артефактора ничего не стоит, всего лишь напрасная смерть. Лестрейндж напрасных смертей не любит, да и к Хорезми у него нет претензий - просто тот слишком удобен, чтобы уйти сейчас ни с чем, а жертвовать Нарциссой он не готов.
- Он знает, что у британского Аврората к нему могут быть вопросы. Если что, - Лестрейндж понятия не имеет, какую тактику для предстоящего избрал Арн, поэтому вполне допускает мысль, что тот собирается разыграть классическую схему доброго и злого аврора. Даже при отсутствии одного из них, - вы можете припугнуть его обвинением в сотрудничестве с разыскиваемыми Пожирателями Смерти. Но никаких имен, кроме Скримджера, называть он не должен.
На самом деле, конечно, Лестрейнджа интересует лишь, чтобы Хорезми не болтал о Нарциссе, но всегда лучше перебдить.

+3

3

С Рабастаном Арн чувствует себя относительно спокойно, и все выглядит так, будто бы два закадычных друга собрались на прогулку по нелегальному рынку, чтобы прикупить себе чего-нибудь стоящего, но никак не за признанием и жизнью одного неудачливого артефактора.
Где-то в глубине души Арну даже жаль Хорезми — он хорошо понимает, что значит связаться не с той компанией или даже просто оказаться не в том месте и не в то время — но это сожаление нужно ему разве что для успокоения совести: он по-прежнему раскаивается, но чего не сделаешь ради блага того же Скримджера.
Печально, что Скримджер этой жертвы не оценит. Да и кажется, никто, кроме Рабастана и того, кого он так тщательно покрывает.

Арн отвлекается от этих своих мыслей уже в гостинице, где, судя по звукам, доносящимся из номера, наличествует Хорезми, и уже собирается войти, как от шага к двери его останавливает Рабастан.
Рабастан носится со своим распланированным техническим заданием как ребенок, только что купивший волшебную палочку, и его напоминание Арна раздражает, как раздражает любая информация, начинающая казаться назойливой: он и так хорошо все усваивает с первого раза, даже то, что плохо стыкуется с реальностью.
Остается понадеяться, что египтянин хоть толикой подобной способности обладает тоже.
— Я помню, — сдержанно отзывается Арн.
Помнит, и дальше слушает слова Рабастана скорее как музыку, чем что-либо еще, потому что чем больше тот говорит, тем больше Арн видит в предлагаемом какого-то немыслимого абсурда.
Возможно, поэтому иногда Рудольфуса так раздражает младший брат.
Всегда есть пути проще.

Перед тем как войти Арн смотрит на младшего Лестрейнджа долгим пытливым взглядом, будто бы пытаясь что-то понять для себя, — например, степень сходства, потому что до этого дня младший Лестрейндж ему даже нравился, — и, почти весело усмехнувшись, коротко интересуется:
— Вы в самом деле собираетесь с ним разговаривать?
Мерлин свидетель, это действительно выглядит смешно. Арн даже на секунду представляет, как уговаривает Хорезми произнести нужные слова, не добавляя перед этим уговором "Империо", и, все так же улыбаясь, качает головой.
Способ заставить человека признаться в том, о чем он даже не знает, всегда один.
И, насколько Арн помнит, Рабастан уже привык прикрывать брата связкой заглушающих и отвлекающих чар.
Впрочем...
— Посмотрим, как пойдет.
Замок, щелкнув, поддается, — в последнее время Арн особенно бережно относится к сохранности дверей, особенно таких хлипких, как гостиничные, — и следом же в артефактора срывается невербальный Экспеллиармус.
Хватит для начала. Ни к чему так сразу тревожить младшего Лестрейнджа.

Отредактировано Weylin Arn (19 сентября, 2017г. 23:47)

+1

4

Внезапно, ему не особенно есть, чем возразить - а взгляд Арна намекает, что здесь рэйвенкло на квадратный ярд больше, чем привык Рабастан, так что лучше бы ему заткнуться.
- Непростительные отслеживаются - я не знаю точно, по всей ли территории Королевства, - все же не удерживается Лестрейндж от очередного напоминания.
Он не знает, потому что не знает и Яэль - но, наверное, Арн может знать точно. Потому что допустить мысль, что Арн может хотеть, чтобы их повязали прямо тут, на проходном, рабочем, в общем-то, моменте, Лестрейндж не хочет - он думает об Арне лучше. И вообще не любит плохие сюрпризы.

Впрочем, он все же не говорит, что вообще собирается молчать - в идеале, Хорезми должен разговаривать только с Арном. Не очень-то хочется привлекать внимание Рудольфуса к тому факту, что с его старым другом был кто-то еще - хотя у Рабастана есть сомнения в том, что его брат обратит внимание на подобные детали.
Ладно, с этим они будут разбираться позже, уничтожая любые шероховатости в истории, приводя ее в тот вид, который нужен.
А пока стоило сосредоточиться на Хорезми.

Входят они тихо. Так тихо, что артефактор даже не сразу оборачивается, укладывая что-то в массивный кофр у раскрытого настежь окна. Может, пакует уже совершенную покупку, может, проверяет товар, приготовленный на продажу.
Лестрейндж отмечает это мельком, как и вспышку Обезоруживающего, а сам прикрывает дверь и запечатывает ее чарами - ни к чему внезапные появления рассыльного, горничной - если в такой дыре водятся горничные - или просто приятеля по вечерней молитве.
Так же быстро и без лишней рефлексии он захлопывает окно, отрезая оживленный гомон улицы и продолжая держаться у двери, за спиной Арна. Артефактор может его узнать, но всегда есть возможность подправить картинку после, и Лестрейндж просто собирается не особенно обращать на себя внимание. Он обычно так и работает, на подхвате, из-за плеча, так что с этим проблем не возникнет - главное, лишь бы проблем не возникло у Арна.
Невербальным Акцио он приманивает палочку Хорезми - какое-то сухое, темное дерево - прячет ее в карман: после той неприятности у Рудольфуса с Беллатрисой в феврале, у них возник небольшой дефицит с волшебными палочками, и Рабастан не может равнодушно пройти мимо возможности пополнить запасы. К тому же, Хорезми она больше не понадобится, как и все остальное, что скрашивало ему земное существование.

Оборвавшийся напев сменяется возмущенным кудахтаньем - артефактор, из-за неожиданности ли или по другой причине, сначала избирает для выяснения родной язык, вскидывая руки. Рукава ползут вниз, обнажая вязи затейливый татуировок на кистях и предплечьях. Лестрейнджу крайне интересно, как работает пассивная руническая защита - он никогда не видел ее в деле, а теперь вот представился случай. Остается надеяться, что Арн тоже не решит, что это просто для красоты.

+1

5

[nick]Rashīdī al-Khwarizmī[/nick][status]артефактор-контрабандист[/status][icon]http://sd.uploads.ru/DT1nj.jpg[/icon][sign]Восток - дело тонкое[/sign][info]<b>Рашиди аль-Хорезми, 46<sup>y.o.</sup></a></b><br><i>продаст, купит, создаст и отремонтирует артефакт. Дорого, качественно.</i>[/info]
Хорезми впервые был в Глазго - и был шокирован и негостеприимным климатом, и негостеприимством этой рабочей окраины, где в этом году проводился аукцион. Грязные, обшарпанные строения, подозрительные личности, общая обстановка тревожности - все это разительно отличалось от прошлогоднего аукциона в Монте-Карло, с его блеском, мишурой и чисто восточной роскошью.
Не говоря уж о том, как там было тепло в сентябре.
Март в Шотландии мог отвадить от Британских островов любого человека, замотивированного недостаточно сильно, и Хорезми все решал, не сократить ли время пребывания в Глазго и не вернуться ли в Лондон, к тепло и уюту съемной своей квартиры, пусть и в ущерб торговле. И все же не возвращался: устроители аукциона, специально ли или намеренно, приберегли самые ценные лоты на последние дни торгов, а Хорезми был покупателем такого калибра, который интересовали именно действительно ценные вещи.
К тому же, он рассчитывал навести справки о хроновороте, который показывала ему Мелифлуа - а то и прикупить нечто подобное. Такие вещи всегда были в цене, пусть и сломанные, а уж после тончайшего ремонта и сопровождаемые соответствующей легендой, могли принести торговому дому Хорезми внушительный куш.
Это-то соображение и удерживало его в Глазго - и сейчас он паковал в свои кофры, мелочевку из которых продал, кое-какие сувениры для своей внушительной семьи в Александрии.

Несильный зуд, начавшийся у локтей и поползший вниз, к кистям, заставил его начать двигаться плавнее, чутко прислушиваясь. Нарушения охранных контуров были слишком грубыми, слишком явными, действовал явно не коллега, и Хорезми не стал торопиться, желая выяснить, неужели местная шпана в самом деле настолько лишена инстинкта самосохранения, что решила красть у кого-то из прибывших на аукцион мастеров?

Негромкий, даже аккуратный щелчок замка застал Рашиди надевающим на руку массивный заговоренный браслет - отличный оберег на разные случаи жизни.
Как оказалось, не напрасно - невербальное обезоруживающее отшвыривает в сторону его волшебную палочку.
Хорезми, изображая удивление и возмущение (последнее, впрочем, не требует актерства, он в самом деле возмущен), поворачивается к вошедшим.
В первый момент ему кажется, что он знает обоих, и задается вопросом, что могло потребоваться от него братьям Лестрейндж, да еще и здесь, в Глазго.
Время окончательного расчета с Рудольфусом еще не наступило, и даже реши Лестрейнджи, что им выгоднее будет не оплачивать услуги артефактора-ритуалиста, а попросту избавиться от долга настолько радикальным образом, куда проще было бы дождаться его в Англии.
- Что вам нужно здесь, сыны шакала? - вопит Хорезми по-арабски, потрясая руками над головой и делая вид, что не узнал тех, кто разыскал его в этой гостинице. - Да падет проклятие Сета на ваши головы, да поглотит песок ваши могилы!..
Мозг его уже вносит корректировки в сложившуюся было картину: тот, кого он принял за Рудольфуса, ему не знаком, зато второй - второй все же один из Лестрейнджей.
Обвивающие запястья руны начинают нагреваться - намерения у пришлых враждебные.
- Что вам угодно, господа?  - переходит на английский, хоть и с ужасающим акцентом, Хорезми, медленно опуская руки и впиваясь взглядом в лицо знакомого мага. - Вы проделали долгий путь, чтобы найти меня.
И немало работы - потому что о месте проведения аукциона едва ли знало множество человек, даже среди круга общения Лестрейнджей.
- И кто ваш друг? - спрашивает он у Лестрейнджа, хотя смотрит на второго, медленно ведя большим пальцем правой руки по извилистой проступающей татуировке на тыльной поверхности ладони левой под прикрытием широких рукавов галабеи. Потеря волшебной палочки его практически не расстраивает: он еще по приезду обезопасил гостиничный номер, создав несколько последовательных спаек охранных контуров, а теперь торопливо, но собранно активировал каждый.

+2

6

— Я не собираюсь разбрасываться Непростительными, — с легким раздражением ответил Арн еще раз. И даже не потому, что он — явно не тот человек, у которого бы они выходили идеально, а просто он, как и любой слишком близкий к магглам полукровка, привык работать не магией, а руками.
Есть ведь способы гораздо эффективнее пыточного.

Рабастан держится позади, а Арн с интересом разглядывает витиеватый рисунок, тянущийся от запястий по предплечьям вверх, когда Хорезми в негодовании вскидывает руки.
Выглядит так, будто он призывает все кары небесные на головы входящих, но небеса ему в этом отказывают. И несмотря на то, что открывшиеся татуировки останавливают Арна от поспешных действий, он не видит в маге особой угрозы.
И вдруг, о чудо, Хорезми что-то шепелявит на английском.
Арну не нужно следить за его взглядом — так он красноречив — что у Хорезми какие-то особенные претензии по поводу его визита. С одной стороны, не мудрено, иначе, с чего бы Рабастан так ратовал за его кандидатуру в труп, с другой... Хорезми продолжал какие-то неясные и почти незаметные за рукавами движения, на что стоило бы обратить куда большее внимание, чем на теплые отношения Лестрейнджа с артефактором.
Что ж, все-таки придется сначала поговорить.
О Мерлин, как Арн не любил вынужденную коммуникацию с незнакомыми людьми. Особенно с теми, которых нужно было вот прям сейчас убивать. Ах, нет. Сначала выбивать признание — а потом убивать.
Именно в таком порядке.
— Из Аврората, — неспешно и сбавив градус, отвечает Арн, не отрывая взгляда от Хорезми. — Вам должно быть прекрасно известно, что вы уже давно находитесь в розыске.
Также неспешно и не скупясь Арн даже вынимает и показывает Хорезми краешек аврорского значка.
— А теперь разведите руки в стороны, так, чтобы я их видел. Как я понимаю, палочка вам ни к чему, не так ли?
Хотелось бы добавить, а иначе я вам их сломаю, но зачем так сразу накалять обстановку, пока он не знает, с чем именно они имеют дело.
И палочку, кажется, забрал Лестрейндж — ему пригодится. Хотя после пончиков Арн не был уверен в том, что Рабастан не может просто таскать по старой привычке беглого каторжника все, что плохо лежит.

Арн бросает короткий взгляд на Лестрейнджа, то ли ища совета, то ли пытаясь понять, знает ли он, что делать, в случае, если Хорезми решит сбежать, накрыв их потолком гостиницы, и снова переводит взгляд на Хорезми.
— У нас есть к вам вопросы, и если мы получим на них ответы, то просто и мирно разойдемся. Как вам такой вариант, господин Хорезми?

+1

7

Лестрейнджу много чего угодно - но далеко не все из этого списка способен обеспечить Хорезми, поэтому Рабастан попросту отмалчивается, никак не комментируя ни замечание артефактора о проделанной работе, ни вопрос о личности Арна.
К счастью, тот избавляет его даже от незначительных усилий по изобретению ответа: держась позади Арна, Лестрейндж с интересом наблюдает со своей позиции, как разворачиваются события.
Наверняка Хорезми не был готов к признаниям аврора - и уж точно не был готов, увидав их вдвоем у себя на пороге.
Рабастан не спускает глаз с рук артефактора - Хорезми подвизался в ритуалистике, и кто знает, какими артефактами обвешан и чего стоит их активация - с трудом сохраняя невозмутимость: в последнее время его отношения с Авроратом стали напоминать какую-то игру в танцующие стулья, и невозможно было предугадать, соратниками или противниками выступят они в следующий раз.
Впрочем, не может не признать Летрейндж, Арн определенно выбирает наилучшую тактику - и когда ссылается на свое удостоверение, и когда требует от Хорезми не горячится.
В подтверждение его слов, Лестрейндж демонстрирует артефактору собственную палочку на раскрытой ладони - жест не то чтобы очень мирный, но, как ему кажется, намекающий на достаточно мирные намерения.
У него есть несколько вариантов дальнейших действий - в том числе, самый, пожалуй, предпочтительный, включающий Империо и несколько поспешных аппараций в надежде, что даже без перемещения через неотслеживаемые территории коллеги Арна не смогут отследить путь достаточно быстро - но он бы предпочел проделать все максимально тихо даже в том случае, если его сиюминутному союзнику известны эти лазейки и кроличьи норы, где их следы могут быть утрачены.
На какой-то момент он в самом деле рассматривает предлагаемый Арном вариант как вероятный - что они получат признание и уйдут - но отбрасывает его почти сразу же: этого недостаточно. Он хорошо знает брата, чтобы быть уверенным: нельзя полностью исключить возможность, что однажды утром Рудольфус не проснется с маниакальным желанием убить того, кто поспособствовал спасению Скримджера - и смерть Хорезми, принесенная верным Вейном Арном, как нельзя лучше вписывалась в тот смутный план выживания, который имеет младший Лестрейндж.
- Эта сделка выгодна в первую очередь вам, господин Хорезми, - подхватывает он тон Арна, подхватывая его ложь. - Мы в любом случае получим то, за чем пришли - но если вы сэкономите нам время и прочие ресурсы, то останетесь в выигрыше.
Выигрышем смерть назвать сложно - но в одном Лестрейндж не врет: он не уйдет отсюда без нужного признания. Жизнь Нарциссы стоит немало сама по себе, но ее полное разоблачение чревато не только ее смертью.

+1

8

[nick]Rashīdī al-Khwarizmī[/nick][status]артефактор-контрабандист[/status][icon]http://sd.uploads.ru/DT1nj.jpg[/icon][sign]Восток - дело тонкое[/sign][info]<b>Рашиди аль-Хорезми, 46<sup>y.o.</sup></a></b><br><i>продаст, купит, создаст и отремонтирует артефакт. Дорого, качественно.</i>[/info]
Хорезми недоверчиво впивается взглядом в краешек аврорского значка, так щедро демонстрируемого ему. Кого он вообще не ожидал увидеть на пороге своего номера, так это британский Аврорат, не говоря уж о том, что сопровождение в лице младшего из Лестрейнджей делает картину окончательно невероятной.
- Розыск - это ужасающая, непростительная ошибка вашего ведомства, - теперь он намеренно искажает акцент еще сильнее, прибегая к не раз выручающей его в сомнительных ситуациях тактике "моя твоя не понимать", но все же перестает активировать защитные контуры, разводя руки и поворачивая ладони к аврору. Заявись к нему эти люди без предупреждения и поодиночке - он отреагировал бы быстрее и смертоноснее, но именно это неожиданное сочетание его и останавливает. Подряд невероятнее представить себе невозможно - и Хорезми уверен, что может не опасаться ни ограбления, ни ареста.
В каком-то смысле, так оно и есть - ни ограбление, ни арест ему не угрожают.
- Чего ви хотеть? - повторяет Хорезми, опуская руки и ощущая нарастающий интерес.
Ответы его успокаивают.
Хорезми знает себя - и знает о той репутации, которой пользуется даже за пределами Северной Африки.
Он - мастер. Даже так - Мастер.
И его ответы, как и его время, кое чего стоят.
Хорезми поднимает вверх указательный палец, обвитый массивным серебряным перстнем, многозначительно смотрит сначала на одного мужчину, потому на другого.
- Я не работаю бесплатно. Даже если меня просят друзья, - от намеренно преувеличенного акцента ни остается ни следа, когда он продолжает, оглаживая умащенную маслами бородку. - Но хороший торговец всегда найдет способ угодить покупателю, а я хороший торговец, друзья мои. И если вы зададите свои вопросы, я оценю ответы на них честно и справедливо - и тем самым сэкономлю вам время.

+2

9

— И вы в силах исправить эту «непростительную» ошибку, господин Хорезми, — чуть менее напряженно отозвался Арн, с сомнением замечая, что Хорезми все-таки уступает его требованиям. Обманка или нет: он удивлен, изумлен безмерно, и сейчас, и ему, и Лестрейнджу это только в помощь.
Свои же дипломатические таланты сам Арн ни во что не ставит, и не надеется, что ему удастся вынуть из Хорезми признание в том виде, в котором оно нужно. Впрочем, Лестрейндж здесь наверняка из-за этого, он же, вероятно, в состоянии вынуть из воспоминания что-нибудь компрометирующее.
А Хорезми торгуется. И это, быть может, даже хорошо. Ему стоит уйти в свою стихию и немного потерять бдительность. Это всем только на руку.
Хотя Арн, почему-то, нервничает все больше.
— Наш общий друг, господин Хорезми, — кивает Арн на Рабастана, — рекомендовал вас как человека, хорошо себе представляющего, как обмануть смерть, — прищурившись говорит он, — и как помочь обмануть ее своему другу. Это так?
Прибегать к иносказательности — это ближе к востоку — так думает Арн, и поэтому, кроме того, не торопится, хорошенько взвешивая каждое произнесенное слово, даже, кажется, в чем-то копирует манеру Хорезми, перенимает, чтобы казаться союзником — не врагом. Кажется, так он всегда и жил, входя в доверие то к одному, то к другому.
Удивительно, на что иногда способен совершенно неприятный по всем качествам человек.
— Цена ответа не имеет значения, — не лукавит Арн, ведь они все равно ему не заплатят. — Ни на этот, ни на последующие вопросы.
Он отводит руку с волшебной палочкой вниз, сводя собственное раздражение на нет.
И еще немного.
Только нужная формулировка никак не ложится на язык.
— Гораздо важнее другое, — вслух думает Арн, не сводя внимательного, цепкого взгляда с Хорезми. — Другое. Ответьте, вы помогли Министру, Скримджеру, — утвердительно, хотя, где-то там должен был быть вопрос, говорит Арн. — Провели ритуал, благодаря которому он несправедливо остался жив.
И тут же, вслух, предлагает Хорезми зацепку, закольцовывая все к началу беседы.
— Аврорат, конечно, сразу же исправит эту досадную ошибку с розыском. И вы без проблем сможете покинуть Великобританию.

+2

10

Артефактор, видимо, сбит с толку, потому что весьма странный тандем Лестрейнджа и Арна его не столько настораживает, сколько пробуждает любопытство.
Это к лучшему: Лестрейндж уже усвоил, что ритуалисты, да еще имеющие под рукой парочку собственных игрушек, могут представлять из себя долгую головную боль.
Пусть лучше Хорезми торгуется, отнекивается. К тому же, если как следует вскружить ему голову перспективами разбогатеть, он будет не так внимателен к деталям.

Лестрейндж весь обращается в слух, когда Арн впервые заводит речь о том, как избежать смерть.
Он не отрывает взгляда от араба, ища любой намек, что тот в самом деле понимает, о чем говорит Арн - что Нарцисса не при чем, но Хорезми превращается в нечитаемую надпись по-арабски во мгновение ока, стоит ему лишь убрать с лица настороженность.
Торги Хорезми привычны - привычнее, быть может, чем Лестрейнджу, обычно довольно быстро переходящему к делу, и Рабастан успевает еще порадоваться, что с ним Арн.
Тот явно умеет торговаться, раз все еще жив - и, в отличие от Лестрейнджа, выторговал себе не пожизненное заключение.
- Никто не говорит о бесплатно потраченном времени и усилиях, - упирает Лестрейндж на алчность артефактора - интересно, это личные качества или все же профессиональная деформация? Сам он склоняется ко мнению, что дело во втором варианте. - Консультация с мастером вашего уровня оплачивается соответствующе. Разве что на хотелось бы узнать больше - а цена на ваше усмотрение. Хотелось бы узнать, не потратим ли мы зря время. Способы избежать неминуемой смерти доступны не каждому.

Арн загоняет Хорезми в ловушку - они действуют как овчарки, взявшие в кольцо неповоротливую, жадную овцу, уже почуявшую вдали сочное пастбище. Посулив ему денег, они, по большому счету, хотят лишь одного: чтобы он признался в том, что создал двойника Скримджеру, даже если это фактически означает приписывание себе чужой работы.
Достаточно ли Хорезми жаден, чтобы пойти на это?

- Мы с мистером Арном, - вторит подельнику Лестрейндж, едва тот возвращается к вопросу о розыске Хорезми, - гарантируем вам, что со сторон, которые мы так или иначе представляем, к вам не будет претензий. Аврорат перестает вас искать. Другая сторона оплатит ваши услуги. Магическая Британия останется вашим другом.
Рискованно - насколько хорошо Хорезми разбирается во внутренней английской кухне, чтобы хотя бы на час принять на веру, будто Аврорат и Пожиратели Смерти могут иметь сходные интересы? - но Лестрейндж рассчитывает, что тот уже проглотил крючок из собственной выгоды. Торговец, он приехал в первую очередь за барышами, что ему до политики.
- Но если вы не занимаетесь такой тонкой и опасной работой - увы. Мы будем искать другого мастера.
В этом случае судьба Хорезми намеренно остается за кадром, и Лестрейндж предлагает ему самому додумать, насколько большой ошибкой будет заводить себе врагов среди двух фракций Британии, действующих по обе стороны закона.

+2

11

[nick]Rashīdī al-Khwarizmī[/nick][status]артефактор-контрабандист[/status][icon]http://sd.uploads.ru/DT1nj.jpg[/icon][sign]Восток - дело тонкое[/sign][info]<b>Рашиди аль-Хорезми, 46<sup>y.o.</sup></a></b><br><i>продаст, купит, создаст и отремонтирует артефакт. Дорого, качественно.</i>[/info]
Хорезми колеблется. От него не укрывается тот факт, что самым важным для двух этих мрачных мужчин, ни одного из которых он не хотел бы встретить в темном переулке, несмотря на аврорский жетон или сдержанность, является именно опыт ритуалиста в обсуждаемом вопросе.
Им не нужен кто угодно - им нужен тот, кто помог мистеру Скримджеру обойти смерть. И именно ему они готовы платить.
Намек на то, что он, Рашиди, недостаточно профессионален для такой тонкой и опасной работы, задевает за живое - под угрозой профессиональная репутация в чужом краю.
Хорезми принимается гладить умасленную бородку еще интенсивнее, раздумывая.
Лестрейнджи убеждены в его всемогуществе, раз считают его способным на подобное - это несомненный плюс. Не может быть, чтобы у них не осталось схрона с набитой золотом и старинными артефактами мошной.
Аврор не колеблясь демонстрирует свой значок - и практически напрямую обещает избавить Хорезми от досадных неприятностей в виде этого розыска, мешающего артефактору в его деловой поездке.
Что он потеряет, дав им желаемое?
Кем бы ни был тот ритуалист, который оказал Скримджеру эту услугу, ему не повезло: славу получит другой. Славу и все, что к ней причитается. Плату, уважение к интересных и перспективных кругах, свободу перемещения по Британии и поддержку Аврората. Это выгодная сделка.
Рашиди аль-Хорезми масляно улыбается. Стоит согласиться с ошибочным выводом этих магов и выслушать их предложение - а если работа окажется не по нему, немедленно, еще до отказа активировать охранные контуры, вышвыривая незваных гостей и обрубая им желание впредь иметь дело с кланом Хорезми.
Улыбка на губах Рашиди становится еще более алчной, он потирает мясистый нос, принимая роковое решение.
Он ничего не теряет.
- Да, господа, я владею древним умением вызывать в этот мир двойника волшебника, и убийство этого двойника никак не отражается на самом маге, - Хорезми горделиво выпрямляется. - И Руфус Скримджер обратился к профессионалу. Как и вы, господа.
Это даже не ложь - восточная уклончивость в ее чистом виде, мало распространенная в Британии.
- Я слушаю вас, господа. Уверен, мы сойдемся в цене, - Хорезми опускает руки, готовый, если предложение его не заинтересует, продолжить с того места, на котором остановился в чтении цепочки заклинаний. Но сначала он ждет подробного описания проблемы - и не подозревает, что только что решил ее парой неосторожных слов.

Отредактировано Rodolphus Lestrange (19 ноября, 2017г. 21:09)

+2

12

Рабастан все разыгрывает как по нотам — есть что-то хорошее в том, чтобы действовать заодно с человеком, который быстро считывает ситуацию, — и вот уже Хорезми не пойманный врасплох бежавший от правосудия торговец, а мастер высочайшего уровня, к которому не гнушаются идти в одной компании и аврор, и беглый преступник.
Мастер, который может разрешить свои проблемы с законом даже не согласием на сделку, а словами: да, могу. Но если нет, то недовольные его отказом и законники, и нет сделают его жизнь невыносимой.
Лучше не придумаешь.
Рабастан ставит жирную точку в разговоре, после него и нечего добавить, и остается только ждать, поведется Хорезми на уловку, соблазниться деньгами и признанием, лестью, или же поосторожничает, верно рассудив, что компания слишком странная для обещаний всего хорошего.

Арн внимательно следит за артефактором, ожидая какой-угодно реакции, и ощущает, что, пожалуй, от такого нервного напряжения у него в лучшем случае начнется нервный тик.
Хорезми взвешивает какие-то выгоды, по его блестящим глазам можно понять, что он рассуждает об открывающихся перспективах, хотя речи о них и не шло. О деньгах, в конце концов. И когда звучит ответ, именно такой, точный и безукоризненный, у Арна даже глаза расширяются от удивления и какого-то затаенного восторга.
— Прекрасно, — почти механически отвечает Арн, коротко скосив взгляд на руки Хорезми — разведенные, пока еще относительно безопасные.
— Прекрасно, — искренне повторяет Арн, принимая решение, что руки руками, но главное, чтобы он опять не начал читать на своем тарабарском или каком-то там языке, и спешно ловит Хорезми под горло Ахелитусом, затягивая все сильнее.
И была все-таки какая-то невероятная прелесть в Непростительных — раз и готово, но из-за Скримджера, как всегда, придется все решать окольными путями.

Отредактировано Weylin Arn (19 ноября, 2017г. 21:27)

+1

13

Хорезми решает и время тянется так невозможно медленно, что Лестрейндж с трудом удерживается от соблазна вытащить палочку и начать с Империо. Пусть потом им придется искать по всей Британии надежное убежище для разговора, пусть придется чистить воспоминания, с каждой измененной или удаленной деталью рискуя окончательно все похерить, создав коллапс или откровенно неправдоподобную сцену, - все лучше, чем ждать, на что решится торговец.
К счастью, им с Арном удача сопутствует. Хорезми либо ослепили обещанные выгоды, либо он играет в какую-то свою игру, но долгожданное признание они получают, да еще и не в самом плохом виде.
Не в идеальном, нет, но и не в самом плохом - к тому же, Рабастан уверен, что Рудольфус не будет внимателен к деталям.
С этого момента - с этого признания - в общем-то можно и начать показ, если речь зайдет о дополнительных доказательствах.
Дальше Лестрейндж уже действует автоматически: обездвиживает Петрификусом артефактора, уже складывающего пальцы для активации Мерлин знает чего, а затем прицельно бьет Силенцио - больше рад  фоновых помех на тот случай, если шотландский аврорат следит за местностью, чем из-за того, что хрипы Хорезми помешают их с Арном дальнейшему разговору.

- Позволите, я заберу тело? Господину Хорезми лучше пропасть без вести, чтобы Скримджер потратил на поиски своего друга время, которое мог бы потратить на поиски его убийц, а у меня как раз есть способ сделать так, чтобы найти его было крайне затруднительно.
В самом начале своей службы Темному Лорду Лестрейндж за компанию с Розье и Снейпом зачищал дома после того, как там поработали его брат и МакНейр - в том случае, разумеется, если эта операция Пожирателей не должна была выступать актом наглядного возмездия - и сейчас он жалеет, что тогда с ними не было Вэнс: у нее просто талант превращать труп в что-то, совершенно не напоминающее себя при жизни.
К том уже, артефактор чистокровен, и Эммалайн будет довольна таким пополнением своей подвальной коллекции.
Лестрейндж не торопится - он осознает, что воспоминание правдоподобнее всего выглядит, если не вмешиваться в его ход, ограничась только срезкой с начала и конца, поэтому подбирает слова.
- Моя семья и я лично очень благодарны вам за помощь, мистер Арн, - вежливо говорит Лестрейндж. - Как я понимаю, вы сделали то, что от вас просили.
Хорезми выгибается на полу, отбивает пятками рваный ритм, его глаза выкатились из орбит, а рот оскален в попытке сделать вдох. Его ихрам спал и отброшен в сторону, руки неподвижно выставлены вверх, как будто Хорезми пытается достать до низкого потолка номера.
- Я дождусь его смерти здесь, - тем же ровным тоном сообщает Рабастан. - Аппарировать с телом намного удобнее.

+1

14

Рабастан ведет себя так, будто бы у дверей стоит оператор и съемка еще не окончена. До конца еще нужно дотерпеть, все верно, и Арн медленно поворачивает руку, стягивая удавку на шее артефактора с едва заметным удовольствием. При желании Хорезми может так трепыхаться около получаса, но судьба его уже малоинтересна Арну. Как и то, зачем Лестрейнджу нужно тело.
Арну коллекция из трупов не нужна.
— Конечно, он ваш, — соглашается Арн, краем глаза наблюдая за переменами в отрывистых и судорожных движениях артефактора. Смерть все-таки отвратительная штука. — Ему ни к чему знать так скоро, что он больше не сможет подбросить вместо себя куклу.
И ведь оба — и Арн, и Рабастан — знают, что сможет, но Арну остается только догадываться, зачем младший Лестрейндж ведет здесь какую-то свою игру.
Догадываться и недоумевать.

Арн молча кивает на благодарность, принимая разыгрываемый спектакль как должное, и с интересом посматривает на пляшущие чечеткой ноги Хорезми. Даже чуть ухмыляется — редко удается увидеть такой забавный результат.
Впрочем, хорошего понемногу.
Арн доворачивает запястье, и, когда в комнате раздается громкий, как щелчок в тишине, хруст шейных позвонков Хорезми, с чувством выполненного долга передает всю оставшуюся работу Рабастану.
— Удачи, — совершенно искренне говорит он и через серию аппараций возвращается к себе, в пустой надежде, что больше его никто не побеспокоит.

Отредактировано Weylin Arn (27 ноября, 2017г. 00:10)

+1


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Завершенные эпизоды (с 1996 года по настоящее) » Климат, вредный для здоровья (7 марта 1996)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC