Вниз

1995: Voldemort rises! Can you believe in that?

Объявление

Добро пожаловать на литературную форумную ролевую игру по произведениям Джоан Роулинг «Гарри Поттер».

Название ролевого проекта: RISE
Рейтинг: R
Система игры: эпизодическая
Время действия: 1996 год
Возрождение Тёмного Лорда.
КОЛОНКА НОВОСТЕЙ


Очередность постов в сюжетных эпизодах


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Архив недоигранного » Возвращение к корням (10-13 марта 1996)


Возвращение к корням (10-13 марта 1996)

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

Название эпизода: Возвращение к корням
Дата и время: 10-13 марта 1996 г.
Участники: Мария Грегорович, Рабастан Лестрейндж, ненцы и чудовища.

Удостоверившись, что ни заклинания, ни зелья не в силах помочь Беллатрисе Лестрейндж и ее будущему ребенку, Мария решается на отчаянный шаг - вернуться туда, где ее давно уже никто не ждет. Одну ее, разумеется, никто не отпустит - поэтому придется отправиться на малую родину в нескучной компании младшего Лестренйджа.

0

2

Время уходило, и дни, каждый из которых был на счету, собрались в седмицу - вторая веха, если верить нумерологам, из тех, которые указывали на магическую последовательность 3-7-9. То, что состояние женщины и ребенка не ухудшалось, само по себе являлось результатом их с Вэнс стараний, но обе понимали, что это был не тот результат, который нужен был Лестрейнджам.
Смертное проклятие упорно сопротивлялось, и иногда Марии начинало казаться, что сражаться с самой смертью - дело бессмысленное и безнадежное, но опустить руки не давала мысль о том, что сражение идет не только за жизнь Беллатрисы, но и за собственную. Хуже всего было то, что ей казалось - она знает ответ, но для того, чтобы сформулировать его, не хватало некоторых деталей, глубинного понимания, которого у нее не было, поскольку она слишком рано покинуло то, что должно было стать ее предназначением.
Еще хуже - она не могла обсудить это ни с Вэнс, которая вообще была не в курсе особенностей Грегорович, ни со Снейпом, который мелькнул и пропал, и от которого помощи ждать было нечего - по крайней мере, Мария ни на что такое не рассчитывала, - ни с Рабастаном, который, едва втащил ее в дом, предупредил о том, что Рудольфусу лучше не знать о рунах. Но время уходило, нужно было что-то предпринимать, и Мария решилась все-таки поговорить с Рабастаном, разумеется, не выкладывая сразу все карты на стол.
- Нарьян-Мар, - без предисловий начала она, убедившись, что старшего Лестрейнджа поблизости не наблюдается. - Род кочевал поблизости. Там человек, который может знать, чем помочь. Я бы могла найти его, но... - Мария сделала паузу, - Я так понимаю, отсюда мне не выйти, не говоря уже о перелете в Россию. Что вы скажете мне, Рабастан? Вы видите, наши средства не действуют.
Она решилась на такое уточнение, которое не позволила бы себе ни в присутствии Рудольфуса, ни, разумеется, Беллатрисы, и даже, пожалуй, Вэнс, которая утратила ее доверие ровно неделю назад. Но Рабастан - он мог понять. Но мог ли он что-нибудь сделать - убедить Рудольфуса в необходимости такого путешествия? Марию впечатляло, как умело он лавирует между братом и невесткой, успокаивая, сглаживая острые углы, взывая к здравому смыслу. Может, и на этот раз сработает?

Отредактировано Maria Gregorovitch (12 июля, 2017г. 21:11)

+2

3

Иногда, будучи здоровым мужчиной с определенными потребностями, Лестрейндж, убедившись, что за ним никто не наблюдает, позволял себе предаться классификации. Исключительно для того, чтобы не растерять навык, разумеется.
Как правило, объектом классификации выступало то, что чаще всего попадало на глаза в данный момент времени.
В последнее время вокруг Рабастана завелось очень много женщин, а потому вопрос их классификации был всего лишь вопросом времени, и вот оно настало.
Классифицировать Лестрейндж умел и любил, и вот уже перед ним замаячили пока три категории - тип "Беллатриса", тип "Нарцисса" и тип "Эммалайн". Он галантно проигнорировал тот факт, что все три леди были очевидно и бесповоротно сумасшедшими - в конце концов, не ему кидать этот камень - но сомневался, не являются ли "Нарцисса" и "Эммалайн" неким общим типом: дружелюбным к нему и немного помешанным на узкой области знаний, а потому занимательная классификация грозила затянуться.
И затянулась бы, не подкрадись к нему Мария - к слову, тоже весьма спорный объект, потому что его, Лестрейнджа, вскрытие относило ее автоматически в первый тип "Беллатриса", но адекватность во всех прочих вопросах претендовала на место среди типов два и три.
Более того, возможно, она и не подкрадывалась, но увлеченно классифицирующему Лестрейнджу показалось именно так, и, ведомый инстинктом выживания, взращенным годами с Рудольфусом, отреагировал он автоматически.
- Что-что? - проще говоря, прикинулся идиотом.
Впрочем, убедившись, что брата поблизости нет и сопоставив слова Марии с тем, чего они слегка коснулись в суматошный день  встречи, перестал изображать полное непонимание.
- А другие средства? Другие средства подействуют? - уточнил он. - Если да, то проблем не должно быть. Вы не пленница в точном смысле слова - не пленница конкретного места, я имею в виду. Если то, ради чего вы здесь, потребует этого, вы можете хоть в Америку отправиться. Разумеется, не одна.
Последнее он проговорил намного медленнее - в конце концов, кандидатура того, кому выпадет сопровождать Марию Грегорович в ее приключениях, вызывала у него определенные и понятные сомнения.
Не говоря уж о том, что он понятия не имел, что такое Нарьян-Мар, поблизости от которого кочевал род, где это, а при слове "Россия" мог думать только о душераздирающих романсах Долохова.

+2

4

Мария помолчала, не столько взвешивая ответ, сколько выдерживая паузу - вся аргументация была готова давно, но люди, как правило, не любят, когда на них вываливают пуд информации, в которой они теряются, тонут, и многие - даже не пытаются выплыть наверх, вяло перебирая факты, но не извлекая из них абсолютно ничего полезного. Мария наблюдала за Лестрейнджами - в некотором роде это даже вменялось ей в обязанность, но на самом деле - из болезненного любопытства, впервые столкнувшегося с абсолютным, незамутненным безумием. Рабастан, в ее представлении, был не из тех, кого стоило торопить. Оказавшись в стрессовой ситуации, он, как показала их эскапада в парке, действовал быстро, но - необдуманно. Не стоит заставлять человека чувствовать себя неуверенно, и сейчас Мария собиралась подготовить почву, прежде чем толкнуть на нее Рабастана - во все тяжкие.
- Я уверена, что есть средство заблокировать проклятие, - здесь Мария не лгала и не передергивала, такое средство обязано было быть, поскольку всякое действие рождает противодействие, и даже смертельное проклятие могло встретиться с чем-то... чем-то... чем-то вроде этого Поттера. Должно быть нечто, способное противостоять отложенному во времени смертельному проклятию.
Эти его уточнения - пленница - не пленница... Ей кажется, или Рабастан изо всех сил пытается выглядеть благородным, вот только в чьих глазах - ее или своих собственных?
- Ну, разумеется, - повторила Мария почти мягко, чтобы это не звучало, как передразнивание.
Откровенно говоря, она сама не хотела бы отправляться туда одна. Потому что еще неизвестно, как род встретит ее - учитывая, как она покинула семью тринадцать лет назад. Но об этом Рабастану знать было необязательно - по крайней мере, теперь.
- В таком случае, надеюсь, у вас нет предубеждения против маггловских самолетов, - вскользь отметила она, пройдя мимо Рабастана и присев на подлокотник соседнего кресла - опасно скрипнувший, но выдержавший.
Методом простого исключения понятно было, кому, в случае, если Рабастан сможет убедить брата, придется сопровождать ее, так что она, пожалуй, могла позволить себе эту маленькую шпильку.

0

5

В отличие от него, у Марии, очевидно, кандидатура сопровождающего сомнений не вызывала.
Лестрейндж взвесил риски.
Предубеждения против самолетов как таковых у него не было - искусность магглов в том, чтобы заставить двигаться механические объекты, сомнений не вызывала - однако у него были предубеждения против полета.
В конце концов, будь человеку предназначено летать, у него были бы крылья. Хвост. Полые кости и перья.
Несмотря на то, что хвостом при должной концентрации Лестрейндж похвастаться мог, даже его анимагические экзерсисы полеты не подразумевали и пока его максимально устраивало такое положение дел.
Впрочем, уже то, что Грегорович говорила не о метле, было отрадно и Лестрейндж, снова обдумав перспективу, сосредоточился на главном:
- Ваш отец живет в Нарьян-Маре? - уточнил он. - Мы отправимся к нему? Вас вроде как интересовала возможность разобраться с вашей сломанной руной.
Более того, она совершенно недвусмысленно намекала, что ей может потребоваться его помощь - и он планировал совместить приятное с полезным.
- Хорошо бы нам попытаться разом решить оба вопроса.
Заявив, что дело касается проклятия и выживания Беллатрисы и наследника, они оба получили бы карт-бланш от Рудольфуса и существенно упростили бы себе решение вопроса с любым путешествием. Наверняка это понимала и Мария.
- Когда вы хотите отправиться? Сколько времени это может занять?

+1

6

Лестрейндж сложил один плюс один, так что Марии даже не пришлось напоминать ему об их уговоре. Она незаметно перевела дух - все-таки, несмотря на то, что Рабастан был наименьшим из всех зол, которые подстерегали ее в этом доме, она чувствовала себя в его присутствии не вполне комфортно. Пожалуй, как кошка, которая прогибается в позвоночнике до самой земли, даже если ее пытаются погладить, а не ударить.
Так что на вопросы Рабастана о руне и о ее отце (занятно, она избегала так называть шамана - равно как и Грегоровича) Мария просто кивнула, не вдаваясь в подробности. Все выяснится по ходу - и то, сможет ли Морев помочь, и то, примет ли он ее как дочь. В целом, первое не обязательно вытекало из второго. Конечно, шаман - не колдомедик, он не связывал себя клятвой помогать любому нуждающемуся. Но если Мария чувствовала верно, если этот лесной пожар, гнавший ее вперед и вперед за новым знанием, начался еще там, в тундре, Морев не откажет. Его привлечет сам факт - смутные детские воспоминания подбрасывали образы, людей, которые, казалось, приходили к шаману с противоположного края земли. Может быть, ей так казалось - она была мала. В конце концов, одним из этих людей был мастер волшебных палочек из провинциального советского городка.
- Нужно узнать расписание, - "если мы, конечно, не собираемся угонять самолет", - в догонку подумала Мария. С Лестрейнджей станется. - У магглов поблизости должен быть телефон. Мне нужно будет поменять деньги. Должны быть ночные рейсы. Думаю, это не слишком популярное направление.

+1

7

Грегорович, видимо, предпочитала действовать, а не тратить время на подробное планирование. В принципе, с учетом прямо противоположных особенностей младшего Лестрейнджа, это было даже удобно - из них двоих явно она больше поднаторела в перемещениях по миру по-маггловски, так что ей и карты в руки.
Рабастан меланхолично пожал плечами на то, что, возможно, подразумевалось как вопрос - если неподалеку и был телефон, ему об этом было неизвестно. Впрочем, обмен денег пока его тоже не слишком занимал.
- Вам хватит денег? - необходимость разжиться маггловскими средствами, о которой они говорили с Нарциссой, вставала все острее с каждым днем, но Лестрейндж предположил, что в крайнем случае сможет занять у леди Малфой и маггловских бумажек - Нэнси Морган должна была на что-то жить и покупать красивенькие и аккуратные гробы, а, судя по тону Марии, перелет на самолете не был уделом маггловских миллионеров.
Словом, вопрос финансирования можно было решит - маггловские фунты - это не галеоны, маггловские фунты сами падали в карманы, стоило только выйти на улицу с волшебной палочкой наперевес. Не то чтобы Лестрейнджу импонировал разбой - особенно с учетом крохотного масштаба, для урожденного Лестрейнджа просто позорного - но не так давно он и ввосе украл пончики из припаркованного у пекарни фургона, так что был вынужден, отрефлексировав приключившееся, существенно доработать собственные границы приемлемого.
- И вот еще. Магглы пользуются,  - он припомнил слово и щелкнул пальцами,  - паспортами. У вас есть необходимые документы? Себе я достану.
Поднимаясь на ноги, Лестрейндж искал взглядом куртку - откладывать вопрос выяснения наличия подходящих рейсов не было ни малейшего смысла.
- Идемте, поищем этот ваш телефон. А после я поговорю с Рудольфусом.

+1

8

Мария бросила быстрый взгляд на Лестрейнджа. Денег у нее было достаточно - в Мунго платили прилично, а запросы у нее были весьма скромные, так что даже потратившись на два билета, она не обеднеет. Интересна была сама постановка вопроса, очень по-европейски: приглашающий платит.
- Хватит, но их нужно будет разменять, - разумеется, она хранила определенную сумму в маггловских фунтах, но не в расчете на то, что ей когда-нибудь придет в голову рвануть в Нарьян-Мар, да еще в компании.
А вот что касается документов... Нельзя сказать, что в своих планах она не заходила так далеко, чтобы подумать о том, как они будут проходить паспортный контроль в аэропорту, скорее, просто не подразумевала, что Лестрейндж предложит попасть на борт легально. Кажется, ей пора пересмотреть свои взгляды на мышление преступников: они не обязательно во всем идут против закона. Конечно, воспользоваться маггловскими документами в аэропорту без толики магии - это... высший пилотаж. Фактически их невозможно будет отследить. Она раньше не задумывалась над этим, но ведь правда - если исключить использование магии, ты фактически превращаешься в невидимку. Нет, она ни в коем случае не рассматривала для себя такой вариант - не для того она сбежала из глухой тайги с абсолютно чужим ей человеком, чтобы вернуться туда и зажить жизнью жены оленевода, и все только ради того, чтобы скрыться от опасных преступников. Но на то время, пока они не покинут страну...
- У меня есть паспорт и виза, - сообщила Мария Лестрейнджу.
Поспевая за ним вниз по лестнице, в холл, Грегорович заметила:
- В аэропорту есть маг, который проверяет путешествующих на заклинания, скрывающие личность, в том числе оборотное. После многочисленных инцидентов в городе, - Мария, не удержавшись, подпустила в голос толику яда - в конце концов, сейчас ситуация весьма подходила под определение "сам себе крокодил". - Мы можем попытаться вылететь не из Британии, - предложила она. - Большинство магических сообществ с легкой руки министра считает происходящее здесь локальными террористическими актами, и вряд ли настолько бдительны.
Они вышли на улицу - Мария понятия не имела, куда ее занесло, но в окно она видела дома - обычный типично английский пригород, к ним она и направилась. По пути пригладила волосы, оправила ворот мантии. Она не особенно следила за своим внешним видом, но сейчас стоило бы выглядеть хотя бы более-менее презентабельно.
Дом Лестрейнджей находился на холме, и, спустившись с него, она подошла к первому попавшемуся коттеджу.
Дверь открыла пожилая маггла.
- Простите, не могли бы мы воспользоваться вашим телефоном, - Мария изобразила сконфуженную улыбку. - Наша машина сломалась неподалеку...
Женщина окинула их подозрительным взглядом, но, видимо, удовлетворенная беглым осмотром, посторонилась, пропуская в полутемную прихожую, в которой на тумбочке стоял древний телефон.
Переступая порог, Мария глазами указала на магглу. Ей лучше бы не быть свидетелем разговора, и Грегорович надеялась, что Лестрейндж поймет ее намек, но не воспримет слишком буквально.
Четверть часа спустя Мария готова была озвучить результаты звонков по разным номерам - справочным и аэропортов.
- Есть ночные рейсы, на которые мы можем успеть, если поторопимся, - отчиталась она, повесив трубку. - К утру будем там.

+1

9

В ответ на сарказм в голосе Грегорович Лестрейндж философски пожал плечами - видит Мерлин, терроризм изобрели не Пожиратели Смерти, как бы не хотелось промаггловски настроенным волшебникам думать иначе - однако задумался.
Он в самом деле собирался воспользоваться оборотным зельем, позаимствовав личину - и документы - какого-нибудь маггла, встреченного им у телефона - а потому наличие агента Аврората в аэропорту оказалось неприятным сюрпризом. Более того, как он подозревал, бдительность того наверняка была изрядно настороже из-за вчерашнего теракта на пароме в Северном море - еще более неприятный сюрприз.
- Тогда вылетим не из Британии. Меня ищут в обоих мирах, я не пройду даже маггловского безопасника в лондонских аэропортах.
Пока они идут по улице, Лестрейндж гложет эту мысль, как пес - лакомую кость.
- Между прочим, вам тоже лучше использовать Оборотное. Если слухи о вашем исчезновении распространились, вы тоже можете быть объявлены в розыск, в том числе и среди магглов.
Вообще, в этом будет что-то ироничное, если их повяжут из-за нее, но так далеко в иронию Лестрейндж не вдается.

Доверчивая маггла впустила их в дом, и Лестрейндж про себя снова подвел итоги: этот вид определенно на пороге вымирания.
Оставшись в прихожей, он растерянно уставился на магглу - знак, поданный Грегорович, яснее ясного рекомендовал ему удержать внимание хозяйки дома на себе, но как это сделать, в голову Лестрейнджу не приходило.
И, как это часто с ним случалось в ситуации, к которой он не был готов морально, рука сама потянулась за палочкой.
Слабенькие сонные чары - даже не из числа тех, которые находятся в Аврорате на особом контроле, а все спасибо Вэнс и ее колдомедицинскому прошлому - удаются со второго раза и Лестрейндж даже мысленно хвалит себя: вот и попрактиковался.
Маггла мешком оседает по стенке, всхрапывает.
Лестрейндж перешагивает через нее, шагает дальше в поисках Грегорович.
Наклоняет голову, раздумывая.
- Вы точно уверены, что в аэропортах дежурит по одному магу? - уточняет он.
Какая нелепая мысль, между делом отмечает он. Неужели Скримджеру в самом деле пришло в голову, что Пожиратели Смерти могут попытаться покинуть страну, да еще маггловским транспортом?
Он попытался представить себе Рудольфуса, лихорадочно ищущего рейс подальше и намеренного больше никогда не возвращаться в Британию - заныла залеченная скула - затем Темного Лорда, потом Долохова и Кэрроу и хмыкнул. Хаотические действия Аврората больше напоминали потуги курицы с отрубленной головой изобразить контроль над ситуацией.

+1

10

Как будто это имеет значение - один или Аврорат в полном составе. Даже если дежурный находится в аэропорту в гордом одиночестве, через минуту прибудет подкрепление, в скорости реагирования британских правоохранителей она уже успела убедиться неделю назад. Правда, по тому, как Лестрейндж хмыкнул, можно было предположить, что для него авроры в любом количестве были лишь толпой бесполезных идиотов, прибывающих через минуту, но всегда на минуту позже, чем нужно. Однако в данном случае, с ее неспособностью аппарировать, а значит, быстро уйти и запутать след, такой скепсис был не вполне уместен.
- Я слышала общую фразу - Аврорат дежурит в аэропорту, - ответила Мария, скользнув взглядом по маггле, бесформенной грудой осевшей в темноте узкого коридора. - Оборотное зелье исключено, - добавила она. - Наверняка там сигнальные чары, а дежурный нужен, чтобы проверять багаж на предмет темных артефактов и тому подобного.
Мария помолчала, в раздумье выбив короткую дробь по тумбочке под телефоном.
- Но мы можем воспользоваться этим, - медленно заметила она. - Ложная тревога, - Мария подняла взгляд на Лестрейнджа. - Мы можем напоить двух магглов оборотным и пустить их перед собой, а пока с ними будут разбираться, войти в самолет.
Конечно, план был не без изъяна - им все-таки придется изменить внешность, поскольку маггловские правоохранители, насколько знала Мария, подключены к поискам бежавших из Азкабана. А также воспользоваться магией - хотя бы конфундусом, чтобы по чужим паспортам войти в самолет. Причем действовать придется быстро - и в последние минуты посадки, пока до охраны не дошло, что на самом деле происходит. Зато билеты покупать не придется: раз уж они возьмут чужие документы, то и билеты, понятное дело, тоже - они ведь регистрируются у магглов где-то там в их механических системах.

0

11

Лестрейндж приваливаетсяся спиной к стене, равнодушно игнорируя магглу.
- Сколько аэропортов в Лондоне? Международных аэропортов? - спрашивает он и сам же отвечает. - Пять. Сейчас, когда границы открыты, сколько человек ежедневно прилетает и улетает? Тысячи? Из скольких терминалов одновременно? Я думаю, вы переоцениваете способность Аврората контролировать еще и маггловский Лондон, не говоря уж о Манчестере, Ливерпуле или Эдинбурге. Не говоря уж обо всех аэропортах Британии.
С этим мог бы существенно помочь отряд сквибов, но, вот удача, отряда сквибов больше не существует - и Лестрейндж, которому поначалу идея возвращения на остров не больно-то пришлась по душе, теперь не может не признать, что предпринятые Темным Лордом действия оказались максимально кстати.
- От кого вы слышали насчет дежурного в аэропортах? И когда, кстати? - тем же безучастным тоном расспрашивает он, переключаясь с мысли на мысль, заполняя полученными ответами сложный паззл, который должен в итоге дать картинку целиком. - Сигнальные чары не распознают зелья, тем более оборотное. Дело в чем-то другом.
Ему ли не знать - в конце концов, еще осенью он лично наведался в Министерство под видом Гамп, а не так давно посетил Араминту Мелифлуа не в своем истинном виде. Будь какие-то чары, распознающие оборотное, ритуалистка давно бы ими пользовалась.
Впрочем, другая мрачная мысль заставляет Лестрейнджа засомневаться в его радужных выводах, кто знает, как далеко зашло сотрудничество с гоблинами. Если Министерство заполучило секрет "Гибели воров", то... Нет, обрывает сам себя Лестрейндж.
Маггловские аэропорты напичканы электроникой.
Если уж в коттедже, где они живут, не работает э-лек-три-чество из-за охранных и сигнальных чар на участке, если даже проводка в доме Яэль не выдержала такого магического фона, то что уж говорить об аэропортах.
- Я думаю, это просто слух. Возможно, пущенный специально, - уверенно продолжает Лестрейндж, не трогаясь с места. - Не сходится. Не работает. И проверить с помощью магглов не так-то уж просто.
И это следующее уязвимое место - потому что протащить двух магглов под оборотным в аэропорт, чтобы использовать их в качестве отвлекающего маневра, едва ли выйдет без Империо - а смысл роде как в том, чтобы максимально безболезненно разминуться с Авроратом.

+1

12

Мария и бровью не повела на сомнения Лестрейнджа. Он может рассуждать о неспособности Аврората делать хоть что-то путное, но когда каша заваривалась по-настоящему, что сейчас и происходило, Мария была уверена, гайки Министерство закручивало очень и очень плотно.
- В Мунго, - ответила она. - Еще месяц назад, до того, как меня отправили в школу, больница буквально кишела аврорами, особенно отделение недугов. Мои сведения могли устареть. Они могут быть слухом, пущенным специально. Я просто предупредила. Можно рискнуть с оборотным - если оно, конечно, подействует на меня. Если случится худшее и нас раскроют - что ж, вам придется бросить меня там, поскольку аппарировать я не могу, а порт-ключ легко отследить.
В том, что на пунктах пропуска есть некто, проверяющий, что ввозят и вывозят маги, она не сомневалась - в больнице давно поговаривали о хлынувшем в страну потоке нелегальных ингредиентов, зелий и артефактов. Как и в том, что настоящие умельцы находили способ обойти этот кордон. Смогут ли они вычислить разыскиваемого преступника под чужой личиной - тот еще вопрос, поговаривают, в прошлом году беглый пожиратель разгуливал под носом у самого Дамблдора, да еще прикинувшись его хорошим знакомым, если не другом, и директор ничего не заподозрил - до определенного момента. Не станут же они, и правда, всех проверять на оборотное - хотя чары для этого были, одна из разновидностей тех, которые, например, заставляют анимага принять его истинную форму. А это вариант.
- Кстати, вы, случаем, не анимаг? - поинтересовалась Мария.
Разумеется, Лестрейндж не был зарегистрированным анимагом, но далеко не все следовали в этом смысле букве закона - особенно если плевали перед этим на весь алфавит. Сама Мария никогда не задумывалась о том, чтобы найти своего внутреннего зверя и научиться менять форму - хотя бы потому, что не знала, как это отразится на рунах. Да и, в целом, ей не слишком интересна была эта область магии, а вот как, оказывается, могла бы и пригодиться. Грегорович оставила эту мысль на потом, чтобы на досуге, если таковой предвидится, обдумать ее со всех сторон. Еще один вопрос, который она задаст Мореву - если тот вообще станет с ней разговаривать.

+1

13

С ним редко разговаривала как с идиотом - может быть, даже реже, чем это было уместно - но сейчас уместным это не было и он позволил себе насладиться непривычным ощущением.
Из-за чего месяц назад отделение недугов могло кишеть аврорами, версий у него не было - разве что Аврорат, не поучаствовав в нападении на Хогвартс за исключением полудюжины отобранных лично Итон специалистов, намеренно пытался привлечь внимание к факту обнаружения мадам Амбридж и отсутствию, вопреки официальным сводкам, среди пациентов Мунго главы Аврората. Если дело обстояло таким образом, то он в самом деле допускал ошибку, думая об Аврорате даже лучше, чем следовало.
Впрочем, если мисс Грегорович считала, что именно так в Британии и распространяются интересные новости - через слухи, подхваченные в госпиталях - возможно, стоило оставить ее при этом мнении. В конце концов, развеселился он не из-за этого - а из-за того, как она видела развитие ситуации в том случае, если в аэропорту что-то пойдет не так.
- Незарегистрированный порт-ключ отследить не так уж легко - не легче аппарационного следа, но незарегистрированных порт-ключей у меня не водится, - покривил он душой, разглядывая обои над дверным проемом: кое-какие порт ключи имелись, но, разумеется, не под рукой. - Что до того, что мне придется бросить вас там...
Лестрейндж продолжал изучать обои с таким тщанием, будто считывал текст прямо оттуда.
- Бросить - чтобы вы попали прямиком в заботливые руки явившихся авроров, вы имеете в виду? Которые наверняка захотят знать, что сподвигло вас использовать чужую внешность, где вы провели последнюю неделю, кем был ваш аппарировавший спутник, так? - Он пожал плечами. - Что мне в самом деле придется сделать в этом случае - учитывая, что вы не можете аппарировать - так это убить вас. И я справлюсь и без магии.
Она могла считать, что решила все свои проблемы, проделав тот ловкий фокус с рунами - но на деле это было не так, а особенно ввиду того, что она предупредила Лестрейнджа о последствиях и дала возможность проверить свои слова.
- Магглы же как-то справляются, а я сноб в меньшей степени, чем вам могло показаться, - он снова пожал плечами, возвращаясь к рассматриванию обоев. - И не анимаг. Случаем.
Наверное, с сарказмом можно было бы так не усердствовать, но его все еще не оставляло неприятное чувство, что Грегорович доставляет удовольствие сгущать краски и всеми силами отвращать его от перспективы путешествия.
К слову, последнее ей вполне удалось.
- Ладно, здесь мы закончили, возвращаемся.
Кивком указав Марии на выход, Лестрейндж мимоходом наградил магглу легким Обливиэйтом, но от мысли задержаться и отлевитировать ее в гостиную отказался - доверять Грегорович хотелось даже в меньшей степени, чем обычно. Случись ей кинуться бежать, пришлось бы пресекать попытки, а Лестрейндж куда больше был заинтересован в возможности спокойно подумать над путешествием, которое оказалось намного сложнее, чем на первый взгляд.

+1

14

Мария возвела глаза к потолку и обнаружила, что он обшит панелями "под дерево" - мещанская роскошь пригородного коттеджа. За последнюю неделю ее так часто угрожали убить, что очередное предупреждение в устах Рабастана звучало не более чем буднично. Ну да, конечно, он ее убьет. Это она уже слышала.
Проигнорировав яд, пропитывавший ответ Рабастана, как коньяк - бисквитное пирожное, Мария двинулась следом за пожирателем. Он так огрызается, как будто это она лично подстроила все препятствия, которые могут встать между ними и трапом самолета (а не, на минуточку, их собственные действия). Она же, напротив, стремится все предусмотреть, по большей части оттого, что ни аппарировать, ни удирать сломя голову в силу своей физической ущербности не сможет.
- У всех свои недостатки, - съязвила она в ответ. - Ладно, раз уж вы так ко мне душой прикипели, что только смерть разлучит нас, я представляю план следующим образом: воспользовавшись оборотным зельем, мы пытаемся сесть на рейс. Если нас раскроют, - раз уж нет порт-ключа - отвлекаем внимание, сея как можно больше паники и хаоса, и скрываемся среди магглов, а затем покидаем аэропорт испытанным способом. Варианты, как посеять хаос, предлагать не смею - у вас в этом опыта побольше, - закончила она, хромая за размашисто шагающим Лестрейнджем.
В данный момент ей было решительно все равно, сколько магглов может пострадать, если им придется уходить с боем - если сравнивать свою жизнь и жизнь абстрактного народонаселения, чаша весов неизменно склонялась к первой. Конечно, Мария надеялась, что до такого не дойдет, но исключать подобную возможность было глупо и нерационально. Грегорович не без оснований полагала себя человеком рациональным - хотя в некоторых случаях ее логика, бесспорно, была далека от общепринятой.

+1

15

- А планирование - не ваша сильная сторона, да? - уточнил Лестрейндж, не ожидая, впрочем, ответа, да и не оглядываясь: он слышал, как она шагала поблизости, и уж наверняка была способна подняться на холм.
Вообще, было мило - сначала она была против оборотного, потому что слышала в госпитале, как кишащие там авроры говорили о дежурящем в аэропортах сотруднике с сигнальными чарами (наперевес? во всех аэропортах?), а теперь была внезапно за. И даже про магглов, пущенных под оборотным вперед, больше не упоминала, зато пылала желанием как можно скорее начать сеять панику и хаос, а потом уходить из аэропорта - где по ее же словам должны быть авроры - как там она выразилась... Испытанным способом.
Кажется, Мария Грегорович тянула на отдельный тип в его классификации, мельком отметил Лестрейндж, поворачивая в проулок, ведущий к холму. Где-то там, через несколько ярдов, начиналась территория, включающая и коттедж сторожа, ныне обитаемый. Если поторопиться, он, возможно, успеет вернуть Марию так быстро, что Рудольфус и не заметит, что они отсутствовали.
И пусть она обращается к его брату - вот уж кому наверняка придется по душе очертя голову бросаться на амбразуру.
А Рабастан в это время начнет продумывать свой быт в качестве нового главы рода.
Неприятная перспектива в лице Беллатрисы напомнила ему, почему Рудольфусу стоит пережить март, и он развернулся к Грегорович, продолжая шагать спиной вперед, хотя и чуть медленнее.
- Вы даже не представляете, насколько у меня побольше опыта. Настолько побольше, что я предпочту не сеять ни паники, ни хаоса, не имея ни вменяемой поддержки, ни порт-ключа, ни путей отхода. А самое главное, не имея тщательно проработанного плана.
Она правда считала - дракклов "испытанный способ" никак не выходил у него из головы - что убраться на такси из безлюдного крохотного маггловского парка то же самое, что из международного аэропорта, напичканного в том числе и маггловскими безопасниками?
Не то в Дурмстранге не преподавали маггловедение, не то Мария не имела дела с магглами дальше, чем это подразумевает просьбу воспользоваться чужим телефоном из-за сломанного транспорта.
В чем ей, зато, было не отказать, так это в уверенном тоне - а Лестрейндж был сыт этим уверенным тоном, хоть в ее исполнении, хоть нет, по горло.
- Ваш план в этом варианте годится для человека, желающего либо умереть, либо попасть в Азкабан как можно быстрее, - напрямую говорит он, оставляя и сарказм, и иронию, и намеки - этим он тоже сыт. - А для меня не годится. Но, думаю, я смогу кое-что сделать, кое-что выяснить, кое-что проверить - и тогда, если результаты меня устроят, мы вернемся к обсуждению вашего плана. И к той любезной леди с телефоном. А если не устроят - то мы придумаем другой план. А если не придумаем...
Он развернулся и договорил, уже подходя к неприметной калитке в тени по-зимнему голых деревьев, которой пользовались, чтобы не трогать главные ворота:
- Мне, по большому счету, наплевать, что там будет с Беллатрисой. Наследник у рода все равно появится.

0

16

Мария промолчала. Рабастан, намеренно или сам того не зная, подкинул ей богатую пищу для размышлений. Предлагать что-то еще или, упаси Мерлин, спорить она не собиралась - в подобных делах она с легкостью признавала себя дилетантом и оставляла окончательное право голоса за Рабастаном - не потому, что это был голос разума, а потому, что ему собственная шкура так же дорога, а значит, каким бы безумным ни был его план, она все предусмотрит. Ну а то, что ее выводит из себя раздраженно-снисходительный тон, которым Лестрейндж возражает, сомневается, указывает ей на просчеты и просто иронизирует, к месту и нет - Мария умела справляться со своими эмоциями. Пускай хоть речитативом излагает или спляшет, главное - результат. Продуманность Рабастана ей даже импонировала; Мария знала за собой свойство что-то решив, бросаться вперед, - Лестрейнджу же требовалось походить вокруг, составить четкий план. В этом были свои недостатки: люди такого склада как правило болезненно переживали и нервничали, если что-то шло не так - что Рабастан и продемонстрировал неделю назад, в парке. И тут-то может пригодиться ее свойство - держать ситуацию под контролем вне зависимости от соответствия происходящего задуманному.
Так что можно было с чистой совестью признать, что все, от нее зависящее на данном этапе, она сделала. И совсем не это заставило ее притормозить и остановиться, не дойдя пару шагов до призывно распахнутой Рабастаном калитки.
- Состояние Беллатрисы как раз не вызывает опасений, - заметила она. - Чего не скажешь о ребенке, и вам это прекрасно известно.
После знакомства с Рудольфусом у любого, услышавшего такое заявление, возникло бы подозрение, что Рабастан сам метит в наследники рода. Но Мария склонялась к мысли, что если бы все было так просто, Лестрейнджа-старшего и его истеричной супруги уже не было бы в живых. Что этому мешало - страх ли, лояльность или элементарное нежелание принимать на себя ответственность, Грегорович не знала, и фраза, оброненная Рабастаном, была ей не совсем понятна. Дело ведь было не в Беллатрисе - Рудольфус был проклят сам и не мог иметь детей от какой угодно женщины. Так что же за туз держал в рукаве его младший брат? Незаконнорожденного, которым Рудольфус успел обзавестись до того, как решил навестить МакКиннонов? Это следующие, что приходило в голову в такой ситуации. Мария даже могла предположить, что в случае их с Вэнс провала Рабастан каким-то образом устранит невестку, свалит вину на колдомедиков - вернее, на нее одну, ведь Эммелина - как выяснилось, его старая приятельница - и умоет руки. И Грегорович даже не стала бы осуждать такой образ действий - в конце концов, у него даже есть персональные основания питать к ней неприязнь.
Даже несмотря на то, что Мария провела в коттедже неделю, она не до конца разобралась в отношениях этой чокнутой семейки, а потому просто отмела все, о чем успела подумать минуту назад. Она, со своей стороны, могла лишь строить предположения, ожидая, когда что-то определится, но нет ничего опаснее, чем слова или действия, руководствуемые ложными предпосылками.

+1

17

- Ага, известно, - роняет он, тщательно копируя ее тон и оборачиваясь.
Ну и чего она остановилась? Нагулялась?
А можно было бы сначала рассказать об известных ей слухах - и не пришлось бы маршировать туда-сюда по по этому холму.
Впрочем, моцион полезен все - и лучше было думать об этом в таких выражениях.
По крайней мере, это избавляло от необходимости в совсем других выражениях думать о женщине, которая даже мысли не допустила, что не все наследники рода обязаны быть детьми Рудольфуса.
Некоторые могут быть его племянниками, подумать только.
Лестрейндж не очень понимает, как отнестись к ее словам - с одной стороны, это оскорбительно, то, что Мария в упор не видит в нем урожденного полноправного представителя рода, с другой стороны, в определенном смысле это даже льстит: в конце концов, он столько лет посвятил самоконтролю, рациональности, усмирению разных... порывов и тщательной слежке за поведением и поступками брата, чтобы поступать наоборот, что теперь мог пожинать плоды своих усилий, чувствуя, что достиг успеха.
Итак, он не очень понимает, как отнестись к ее словам, поэтому не относится никак. Решает отложить эту занявшую его проблему на более удачное время и уж там-то подумать обо всем об этом как следует.
- Проходите, мы не можем простоять здесь вечность, - Лестрейндж все же кивает на калитку, считая, что для разговоров на свежем воздухе совсем неподходящее время года.
В сравнении с Рудольфусом, он, разумеется, мог бы отнести себя к терпеливым людям, но сейчас в терпении не было толка, а значит, не было и необходимости его проявлять.

+1

18

Мария не сдвинулась с места. Если бы у нее было хоть что-то, кроме случайных догадок, свидетельствующих о том, что Рабастан ведет свою игру, она, не сомневаясь, предложила бы ему помощь - по принципу враг моего врага мой друг. Если бы не Рудольфус, они с Рабастаном наверняка смогли бы договориться, и обошлось бы без поспешных действий с обеих сторон, продиктованных недоверием, а в ее случае - еще и страхом.
Чем она рискует, если спросит его прямо? Вряд ли это может быть хуже, чем руническая печать, но Марии уже начало казаться, что она словно бросает камни на пробу - какой из них попадет и младший Лестрейндж, наконец, выйдет из себя, сбросив маску сдержанности и невозмутимости, которая на фоне бешеного братца сидела на нем, как влитая. Нет, нужно рискнуть, тем более, что второго шанса может не представиться, а здесь, если он поднимет на нее руку... Мария прикинула расстояние. В том месте, где печать, кость ослаблена. Если Лестрейндж бросится на нее, она попытается проскользнуть у него под рукой, и при определенном везении он наткнется на ограду за ее спиной и просто сломает грудину. Конечно, вместе с ее печатью, но к этому моменту будет уже не важно.
Мария резко выдохнула - это было почти смешком.   
- Один вопрос, младшая кровь, - она предупреждающе подняла раскрытую ладонь - пальцы предательски подрагивали -  отвела лезущие в лицо пряди, которые растрепал холодный мартовский ветер. - Есть ли у вас дело ко мне? Касающееся главы рода и его продолжения?
Намек был достаточно прозрачен. Рабастан, будучи младшим сыном, формально являлся наследником рода до тех пор, пока Рудольфус не обзаводился наследником. А дальше, все было просто - побочная ветвь укрепляла силу рода, но вся родовая магия и прочее оставалось завязано на главе - которым оставался Рудольфус и которым должен был стать его сын, в случае смерти Лестрейнджа-старшего.
Устранение Рудольфуса одним махом решало бы все - абсолютно все - проблемы. Они с Вэнс больше не были нужны. Рабастан становился главой рода и мог заниматься его умножением хоть в геометрической прогрессии - на нем-то проклятия, насколько понимала Мария, не было. 
Целительница вся подобралась. Если она переоценила умственные способности Рабастана, он просто не поймет недосказанного предложения и ей ничего не грозит. Если недооценила лояльность брату, то может последовать демонстрация отсутствия снобизма - это, конечно, тоже будет ее шансом. Но самым предпочтительным был бы, конечно, третий вариант - она все поняла правильно, и у Рабастана - свои интересы, которые она может использовать, чтобы спасти свою жизнь.

+1

19

Еще один вопрос?
Складывалось впечатление, что он участвует в экспресс-анкетировании, и, разумеется, в восторг Лестрейндж от этого не приходил. Все-то ей нужно знать - а подобная самонадеянность в ее ситуации попросту опасна.
На что бы она не рассчитывала, поводов откровенничать Лестрейндж не видел - ему хватало и того, что между ними уже были эти руны, в любой момент грозящие обернуться большой проблемой.
Учитывая, что он не мог предсказать ход ее мыслей - что куда сильнее роднило ее с типом первым в его личной классификации окружающих женщин - это тем паче не располагало к доверию. В их первую встречу мисс Грегорович продемонстрировала, что соблюдает только свои интересы и не признает право голоса за теми, кого использует. Этот подход был понятен в целом, но вот в частностях возникала проблема. В частностях всегда возникали проблемы, и Лестрейндж считал, что вполне обошелся бы без хирургического вмешательства.
Ее вопрос явно что-то подразумевал, но что - он не понимал. Нельзя же было всерьез предполагать, что она спрашивала у него - здесь, после того, как он шеей своей рисковал, вытаскивая ее из того парка, потому что так захотелось Рудольфусу - о лояльности?
Даже удивительно, почему люди так часто задавали ему подобные вопросы: Яэль, Скримджер, МакГонагалл, теперь вот Грегорович.
Лестрейндж не мнил себя образцом морали, но считал, что семейственность и преданность родным - основополагающая добродетель в любом обществе, но, видимо, все менялось, когда речь заходил о ком-то вроде Рудольфуса.
За это он и не любил умозрительные этические конструкции - слишком много противоречий, слишком много субъективности. И завышенные ожидания.
- Рудольфус озвучил все, что касается главы рода и продолжения рода, - равнодушно отвечает он. - Это основная задача - его, моя, ваша, Беллатрисы и Вэнс.
Он знал ее неделю - и не с лучшей стороны, если лучшая сторона вообще имелась - а она предлагала ему что, заговор? В обмен на что?
Хотелось потрясти Марии посильнее - может быть, это поможет.
- Если вы не зайдете, я вызову эльфа и велю ему затащить вас в дом, - очень вежливо предупредил утомленный Лестрейндж, раздумывающий параллельно и над Силенцио. Собственное молчание его бы нисколько не расстроило, цена не казалась высокой.

+1

20

Кажется, она поставила все на карту, вместо того, чтобы бить ее первым же ходом.
Раскосые глаза Марии сузились, превратившись в косые надрезы на пергаментной бумаге - желтовато-бледном лице, к которому лишь сейчас медленно начала возвращаться краска. Не замечая за собой, Грегорович часто так смотрела на проклятых, которым ничем нельзя было помочь - словно они были виноваты в том, что на этот раз чужая магия оказалась сильнее. В данном случае сильнее была чужая воля.
В следующее мгновение, делая шаг к калитке, Мария уже смотрела сквозь Рабастана. Лично она ничего не имела против него или Беллатрисы. Женщина вообще ничего ей не сделала, и ее право на материнство Мария вовсе не собиралась оспаривать. Рабастан попытался сломить ее волю - с ним она в расчете, больше он не сможет применить к ней магию так, чтобы не пострадать самому. И корень всех зол она видела лишь в старшем Лестрейндже - но до него не так просто было добраться, и помешали бы в первую очередь те, кто больше всех страдают от его безумия.
Ее шанс в том, чтобы вырваться отсюда - пусть даже с сопровождающим, и не важно, будет ли это Рабастан, или он испугался возможных трудностей. А оказавшись на родине... О.
Мария, тяжело прихрамывая, опустила голову, потому что уголки ее губ дернулись вверх в нервной улыбке. Мореву не нужна палочка для того, чтобы колдовать. У него - помимо секрета рун - есть кое-что... Но не следует загадывать слишком далеко. Пусть Рабастан думает, что у него все под контролем, что она - калека без волшебной палочки - ни на что не способна, что, в случае чего, он может придушить ее голыми руками. Недооценивать противника опасно, а загнанного в угол - смертельно опасно, и в Хогвартсе этому не учат - там нет Игр. Конечно, Лестрейнджей должна бы научить жизнь, но, видимо, до их затянувшегося визита в Азкабан все давалось им слишком легко.
Успокаивая себя таким образом, Мария не заметила, как добралась до дома, и толкнула слегка просевшую в петлях дверь, которая, скребнув по полу, отворилась.

+1

21

Он идет следом, сжимая и разжимая кулак. Прутья калитки на ощупь совсем ледяные, и ему стоило либо надеть перчатки, либо не цепляться за металл столько времени, чтобы сейчас не отогревать стылые пальцы.
Это омертвение, отсутствие чувствительности, ему хорошо знакомо - он столько времени провел, вцепившись в решетку своей камеры, что теперь боится моргнуть, чтобы не оказаться вновь там.
Ни за что в жизни он не потащится в аэропорт под оборотным - и уж точно не потащится без оборотного - если там дежурит аврорат. Ни за что на свете не даст снова себя схватить.
Ни за что он не вернется туда снова - и плевать, что дементоры заключили союз с Лордом, ему, Лестрейнджу, хватило одного вида нахохлившейся над островом крепости, чтобы он принялся высчитывать новую дозу Сна без сновидений, которая могла бы лишить его кошмаров.
С дозировкой нужно быть аккуратным, и потому он чаще всего остается на ночь в коттедже Яэль - она знает его секрет, наверняка догадывается и о плохом сне, а потому не удивляется, когда утром обнаруживает енота в кресле или в шкафу.
Енотом ему спится отлично - еноту чужды страхи Лестрейнджа, енот подъедает кошачий корм и дрыхнет без задних ног, никому, даже кошмарам, не нужный.
Лестрейндж смотрит на узкую спину Грегорович, решаясь.
- Есть другой способ сесть в самолет. Без оборотного. - Тщательно выговаривает он, пока затихает скрип двери, но сам остается на крыльце, как будто здесь его не могут услышать те, кто не должен. - Не ночью, но завтра после обеда или вечером.  Без оборотного. Без хаоса. Но мне нужно, чтобы вы принесли мне Непреложный обет в том, что от вас никто не узнает этот способ и го подробности. Скорее всего, затем, если мы придем с вами к соглашению по этому вопросу, придется прибегнуть к еще одному Обету - намного конкретнее. И, в третьих, вам придется стереть воспоминания и о нашем разговоре, и о самом перелете. На таких условиях я полечу с вами.

+1

22

Мария придержала дверь - она бы и так не захлопнулась, скорее, ей просто нужно было обо что-то опереться, и повернулась к Лестрейнджу.
- Хорошо. Я дам вам Непреложный обет хранить молчание - хоть обо всей нашей поездке, - бесцветным голосом ответила она.
Здесь Рабастан, конечно, перегибает - вполне хватит или того, или другого, и в данный момент она ломала голову над тем, как донести до Лестрейнджа, что хочет остаться при своем, без того, чтобы заронить ему идею, что манипуляции с памятью для нее неприемлемы. Их хрупкое сотрудничество держится в том числе на том, что Рабастан уверен - в конечном итоге он сможет благородно подчистить ей память и отпустить на все четыре стороны. Благодарность по-лестрейнджевски.
Сейчас ей, пожалуй, рано волноваться - по прилете он не сможет сделать этого, потому что сам лишится воспоминаний; вряд ли Лестрейндж на это пойдет. Но исключать эту возможность также было нельзя, и, пожалуй, попытайся он, это сыграло бы ей на руку: блок против ментальной магии, вмешательства в сознание, сработает, Лестрейнджа же шарахнет его собственным обливиэйтом, и ему можно будет скормить любую байку. Даже в случае, если он додумается до такого варианта развития событий и попросит или заставит какого-нибудь мага применить заклинание - главное будет сдержаться и не подать виду, что блок сработал. Да, больно так, что слезы из глаз, да, она не представляет пока, как это скрыть. Но нужно постараться.
Мария вздохнула и отступила назад, в темную прихожую, встретившую ее уже ставшим знакомым спертым запахом старого дома.
- Вы хотите это сделать сейчас? - негромко, словно опасаясь, что их могут услышать, поинтересовалась она.
Не то чтобы идея непреложного приводила ее в восторг. Но Мария от природы была не слишком болтлива, и то, что придется молчать о каких-то определенных фактах, как говорится, язык не жгло. Так что если Лестрейндж хочет свой обет - он его получит, хоть два. Занятно было то, что все эти предосторожности, судя по всему, вызваны тем, что Рабастан не хочет, чтобы его родственники узнали что-то... Интересно, интересно.
Мария тряхнула волосами, одернув себя. Опасная тропа - начать вникать в их личности, отношения, разгадывать мотивы. Это никак не относится ни к тому, зачем она здесь понадобилась, ни к тому, какую пользу от такого странного знакомства она при удаче может извлечь сама. И то, что Рабастан был... интересен, это тоже неправильно. Ей не должно быть до него абсолютно никакого дела, не стоит смотреть на него или вообще кого-нибудь из этих людей под другим углом. Взгляд с отдаления - самый правильный. А если это отдаление еще и будет составлять несколько тысяч километров - вообще прекрасно.

+1


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Архив недоигранного » Возвращение к корням (10-13 марта 1996)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC