Вниз

1995: Voldemort rises! Can you believe in that?

Объявление

Добро пожаловать на литературную форумную ролевую игру по произведениям Джоан Роулинг «Гарри Поттер».

Название ролевого проекта: RISE
Рейтинг: R
Система игры: эпизодическая
Время действия: 1996 год
Возрождение Тёмного Лорда.
КОЛОНКА НОВОСТЕЙ



Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Завершенные эпизоды (с 1996 года по настоящее) » To get you out of the cage (9-10 февраля 1996)


To get you out of the cage (9-10 февраля 1996)

Сообщений 1 страница 30 из 34

1

Название эпизода: To get you out of the cage
Дата и время: ночь с 9 на 10 февраля 1996
Участники: Яэль Гамп, Рабастан Лестрейндж

Дом Яэль. Лондон, Хакни-Уик.
Уточнение планов и последние приготовления перед... помолвкой?

0

2

Тяжелый февраль, муторный, нервный. Хотя - чего еще ожидать от третьего месяца уже обьявленной войны?
Так что глупые вздохи и все переживания можно бы оставить на "потом", если будет время. Впрочем, разум всегда холоднее действий. У Яэль Гамп, при всем змеино-лисьем запасе рассудительности, были свои глупые промахи.
Женщина, после рабочего дня, так омрачившегося разговором с Макфэйлом (вот уж чья фамилия нарицательнее прочих!), да сводки новостей из газет - вещание голосом Рудольфуса Лестрейнджа - отдельный восторг; уже ничего не хотела. Даже не стала ужинать. И к алкоголю не притронулась. Едва не уснула в ванной, лишь истошное царапанье в дверь Приблуды не дало погрузиться в мир снов.
"Дожили..."
Позвала за собой покормленных котов, переодевшись в домашнее, и поднялась наверх, погасив в доме свет.
Небольшой домишко в Хакни-Уик был еще тем чудом - до того как чистокровная ведьма начала использовать защитные контуры чар, в нем почти не сбоили маггловские предметы, не смотря на то, что аврор никогда не сдерживалась в колдовстве, но и не практиковала его в доме напропалую.
Небольшой домишко в Хакни-Уик уже давно погрузился во тьму.
А потом, когда кто-то оказался на крыльце, магия, видимо, окончательно победила технику, вступая в свои права.
Дернувшись от тревожного перезвона чар оповещения, Яэль, невольно столкнув с постели одного из котов, вскочила, нашаривая палочку и пытаясь зажечь светильник на тумбочке. Кнопка не сработала.
Сон сходил, как сбегает со скалы вода водопада - резко, с шумом головной боли.
"Ага, и свет зажечь, и, может быть, открыть дверь, не спрашивая кто там?" - Ехидно напоминало чувство самосохранения.
Пришлось спускаться впотьмах, еще не зная, что теперь придется закупать свечи, навсегда - дом окончательно испортился магией.
Окна спальни выходили во внутренний двор, да и над крыльцом навес - при всем желании, не узнать, кто снаружи, пока не подойдешь к двери.
Кутаясь в домашнюю мягкую мантию, Лиса подавила зевок (удалось ли поспать хоть пару часов?) и, держа палочку наизготовку, посмотрела в маленькое окошечко-"глазок" на двери.
Сперва показалось - узнала.
Потом... засомневалась.
Но, в конце концов, с одним волшебником у нее были слишком тревожащие душу надеждами договоренности.
Страха, как такового, не было - открывать дверь в зимнюю ночь не так опасно, когда еще не сняла щиты - за порогом марево чар, за ними - человек. А по босым ногам мажет холодом сквозняка.
- Доброй ночи. - ведьма смотрит вперед. Глупые слова вырвались. Значит, еще не до конца проснулась.
Хотя, возможно, и это тоже - сон.
А что видит человек, которому приоткрыли дверь в темный дом?

+1

3

Домовик МакГонагалл исчезает, едва к Лестрейнджу более-менее возвращается способность связно мыслить - впрочем, Рабастан, знакомый с тем, как работает мозг домашнего эльфа, и не собирается отлавливать уродца ради допроса с пристрастием: тот все равно не предаст хозяйку.
Загнав неприятные аллюзии подальше, Лестрейндж проверяет возвращенные палочки и оглядываться - что ж, вокруг в самом деле не Аврорат.
Хакни-Уик по-ночному тих, но Лестрейндж этой тишине уже не верит, в любой момент ожидая нового сюрприза те полминуты, которые требуются ему для наложения всевозможных полезных сейчас чар - и отчасти успокаивается, только когда убеждается, что пока в относительной безопасности.
Отчасти - потому что он одновременно взвинчен, возбужден и зол на самого себя. Мак Гонагалл сказала - через неделю, но даже неделя для него сейчас срок, который кажется слишком долгим, а все на фоне того, что за последние два дня он, кажется, выполнил месячную норму - знать бы еще, чего именно.
Так или иначе, но у него снова появляется это ощущение в висках - не то надежда, не то страх. И то, и другое абсолютно нежелательно.

Лестрейндж куда осторожнее поднимается на знакомое крыльцо, стучит - дом кажется пустым и темным, и это тоже не добавляет ему спокойствия: куда, а главное - зачем - может понести Яэль Гамп, он может только догадываться, а угадывать он не любит.
Однако она дома - спускается, открывает дверь, маяча в темном проеме идеальной мишенью.
На нелепую фразу о ночи он не отвечает, шагая вперед и оттесняя ее в коридор, где для разнообразия нет котов. Дверь за ним захлопывается тихо, но среди ночи даже этот звук кажется невероятно гулким, способным, кажется, донестись до самого Аврората или разбудить Скримджера, если тот вообще может спать этой ночью.
- Ты одна? - "ты" дается совершенно свободно и естественно.
Лестрейндж прислушивается, не дожидаясь ответа - а дом отвечает молчанием.
Судя по ведьме - он все же удосуживается оглядеть ее внимательно и для этого кастует неяркий Люмос - она не ждала визитов, тем лучше.
- Почему в темноте? - требовательно продолжает он, косясь в ту сторону, где, помнится, в коридоре располагалась маггловская переключательница - или включательница, или выключательница, сейчас он не может вспомнить чужой термин, да и драккл с ним.
- Я кое-что выяснил. Кое о чем договорился, - Лестрейнджа сложно упрекнуть в деликатности, - наилучший вариант в нашем случае - руническая помолвка. Через четыре дня. Не занимай четырнадцатое - и ориентируйся на вечер. Брак в конце марта. Знаю, затянуто - но для ритуалов самые подходящие даты.
Он замолкает, снова прислушивается, качает головой:
- Передумывать поздно.
Конечно, у нее есть время - но он не собирается сообщать ей об этом.

+1

4

Всё же, кажется, это Рабастан Лестрейндж, а не кто-то иной под оборотным. Точнее чем "кажется", Лиса все равно сказать не может. Она не слишком-то знает Рабастана, а может ли вообще кто-то гарантированно, без применения каверзных вопросов, узнавать людей под оборотным? Да и нужно ли сомневаться сейчас? Кому еще в голову взбредет приходить к ней в дом, с такими разговорами?
- Одна. - Лестрейндж долго еще (или каждый раз?) будет это уточнять? Хотя и начал, кажется, только после встречи с Дрейком в этом доме. Было бы даже смешно, если бы эти уточнения не были важны.
Яэль посторонилась, щурясь болезненно, когда вспыхнул свет Люмоса и сама зажгла магический огонек, провела рукой по стене, щелкнула включателем. Ничего не произошло.
Разве что по ногам больше перестало тянуть холодом - дверь-то уже закрыта изнутри.
- Наверное, электричество выключили или пробки перегорели. Я не слишком в этом разбираюсь. - Извиняющимся тоном произнося, ведьма шагнула вглубь коридора, давая Пожирателю Смерти пройти. Рабастан сегодня казался более взвинченным, чем при последней встрече.
И вот сейчас Лиса вспомнила последний разговор, а потому не стала торопиться с вопросами о том выпьет ли Лестрейндж чаю: ей прежде хотелось знать - что он решил.
"Однако".
Через четыре дня, четырнадцатого...
Звучит почти угрозой. И как-то так зябко становится. Этот брачный союз - самое странное, что Яэль делала в своей жизни.
И, все-таки, без чаю не обойтись.
- У меня на днях разговор с Минервой Макгонагалл... - Произносит, будто ничего не произошло. Только пауза оказалась более глубокой, нервной. - Я увольняюсь из Министерства и устраиваюсь работать в Хогвартс. Думаю, тебе важно знать. Хотя я не слишком представляю, что будет дальше, но в Министерстве, все равно, мне больше оставаться нельзя. - Почти без перехода, взволнованно отводя от своего лица спутанные пряди волос.
- Ты будешь чай? Огневиски? Вино? Почему руническая помолвка? Кто проведет отряд? - Лиса окончательно проснулась, теперь уточняет, опуская руку с палочкой и свет с её кончика заливает пол неяркими отблесками серебра.
По лестнице слышатся еле-еле шорохи - коты спускаются. И, по своей кошачьей логике, решают, что раз уж хозяйка не спит, то почему бы не попробовать потребовать поесть?
Последняя фраза Лестрейнджа заставляет Яэль, которая уже повернулась к кухне, остановиться, обернуться, улыбаясь впервые с момента, когда открыла дверь.
- Мне страшно, правда. Но я все еще считаю идею удачной. Для нас двоих и будущего, каким бы оно ни было. Полагаю, раз ты здесь, ты тоже не передумал.

-1

5

Он застывает на месте, оборачивается, уже держа путь на кухню - потому что он знает кухню в этом доме и считает ее своей территорией - и смотрит пристально на ведьму, сдерживая язвительно "ну надо же, какое совпадение, разговор с МакГонагалл".
Активность декана Гриффиндора поражает Лестрейнджа, который тоже на месте не сидит - и он уже не знает, чего ждать от продолжения разговора с Гамп. То, что Минерва упомянула Яэль в разговоре с ним, становится чуть понятнее - вот только Лестрейндж все еще надеется, что ошибается. Что Гамп учится на своих ошибках и не стала бы посвящать свою бывшую профессора в матримониальные планы аврора и - о, Мерлин, дор чего мерзкая банальность - Пожирателя Смерти.
Впрочем, он почти убежден, что не стала - иначе МакГонагалл наверняка откусила бы ему для начала голову, даже не прибегая к анимагической форме, а потом поинтересовалась бы, думает ли он о жене, настолько сосредоточившись на брате.
О будущей, во-первых, жене, а во-вторых, думает, мысленно оправдывается Лестрейндж, хотя все же сомневается, что эти его размышления идут к вящей пользе Яэль. Не говоря уж о размышлениях Араминты Мелифлуа, ну да что же теперь.
Пока он занимается воображаемым спором с вполне себе реальной кошкой, Яэль Гамп, между тем, продолжает - и проблема, оказывается, не стоит и выеденного яйца. По крайней мере, ему так кажется поначалу.
Этот оптимизм продиктован тем, что его приятно удивляет новость насчет Министерства - да что там, насчет Аврората. Ее аврорское настоящее - несмотря на то, что не удалось в полной мере - его раздражало не меньше, чем неумение держать язык за зубами, а то и более - потому что второе решалось простым и безобидным Силенцио, а вот первое - первое могло породить ряд проблем, думает Лестрейндж, который о взаимопонимании в браке судит по своему старшему брату и Беллатрисе, а там, если быть реалистом, сам Мордред ногу сломил бы.
Он щурится, когда она опускает палочку, опускает и свою - он помнит расположение комнат, запоминал на всякий случай. Блики Люмосов на коридорном полу привлекают внимание котов, и Лестрейндж кастует Нокс: им вполне хватит и света ее палочки, а ему будет спокойнее, если он будет видеть, что она делает с волшебной деревяшкой.
- Чаем я сыт по горло, - отвечает он резче, чем должен, но пояснять не собирается - в конце концов, помимо вопросов о чае она интересуется и помолвкой, и ради этого, собственно, он здесь. - Иди на кухню.
Улыбка у Гамп по-прежнему приветливая - ладно, улыбается она профессионально.
На кухне он ищет взглядом пластиковый выключатель, впустую щелкает - света нет. Где-то, он знает, должен быть пульт вывода всех этих э-лек-три-чес-ких вещей, и с этой штукой в коттеджах, где они живут с августа, он худо-бедно разобрался не без помощи Петтигрю, но шарить по дому Гамп сейчас кажется не лучшей затеей. В конце концов, она живет в этом доме несколько лет - наверняка сумеет справиться с этой напастью, а пока им хватит и Люмоса с ее палочки.
- Не гаси Люмос, - он оглядывается, убирает свою палочку. - Ты сможешь отлучиться из Хогвартса, не вызывая подозрений? Не вызывая подозрений Минервы? Ритуал не займет много времени, но руническая помолвка - наиболее верный шанс на успех нашего договора: упростит и ускорит принятие в род, тоже самое с зачатием, снимет вероятность магического конфликта. Чем древнее род невесты - тем сложнее с этим, а мы не можем ждать, пока тебя примет магия моего рода естественным путем, а до того момента ты будешь, во-первых, фактически беззащитна, слаба и вряд ли сможешь забеременеть в первые же недели. Руническая помолвка решит эту проблему - к концу марта, ко времени брака, этот процесс будет уже почти завершен, и другим ритуалом мы лишь поставим точку.
Она даже не представляет, насколько он не может ждать - но Лестрейндж отдает себе отчет, что, расскажи он все нюансы, Яэль Гамп едва ли сохранит свое мнение насчет удачности идеи. Есть в ней идеализм, он помнит с первых встреч и не уверен, что слизеринский прагматизм победит эту рудиментарную нелепость.

+1

6

"Я не очень люблю, когда мной командуют" - Ведьма так и не произносит. Хмыкает, идёт на кухню и, первым делом, не выпуская палочки со светом из руки, ищет в ящиках свечи. Они точно должны быть. Под руку попадается чёрная, широкая, оплавленная на две трети, но уже не плохо. Зажигалка и сигареты тоже находятся.
Зажечь свечу, закурить, приоткрыть окно и потянуться к холодильнику, где консервы котам.
Эта вся рутина совсем не соответствует услышанному и, отставляя консервы, ведьма поворачивается, ставит на стол блюдце со свечой.
Смотрит на Лестрейндж почти немигающе.
- руническая помолвка требует мастерского обращения с магией. Я ведь уже спросила... - Улыбка, чтобы смягчить упрёк. - Кто проведёт ритуал. Не думай, что я сомневаюсь в твоей компетенции и умении выбирать варианты. - На самом деле, качаемо одного волшебника - сомневается.
- но нам не стоит рисковать будущим двух родов. И потому... цена обряда? Или ты все решил сам и с моей стороны ничего не надо? - Это не очень нравится чистокровной, привыкшей за все платить самой.
Яэль открывает дверцу, за которой стоят бутылки.
- Если от чая тебя тошнит, могу предложить кофе или алкоголь, как уже говорила. А что касается выхода из Хогвартса... у меня есть дедушка и, думаю, свободные вечера в работе преподавателя. Так что это минимальная проблема. - Лиса пожимает плечами, а потом поправляет домашнюю мантию.
Им ещё столько надо решить.
А как говорить?
Затягиваясь сигаретой, ведьма стряхивает пепел в раковину и смотрит на пламя свечи, так и не присев за стол.
- Я надеюсь, у нас все получится. - Так хочется сказать, что мисс Гамп ещё надеется на то, что в этом странном браке будет что-то кроме общих детей, но и... уважение? Пожалуй, было бы не плохо. О чувствах ей даже заикаться страшно - достаточно смотреть в хмурое лицо мужчины, который так редко смотрел ей в глаза и касался только по-необходимости.
"Средневековье. Династический брак. Ничего не меняется"
- в Хогвартсе со мной будет сложнее связаться, хотя я не думаю, что ты планируешь совместный быт... пока мое положение не поменяется, верно?

+1

7

- Дело не в компетенции или умении выбирать варианты. - Сухо отвечает он, разглядывая свечу. - Ритуал - любой ритуал, касаемый моего рода - проводит его глава. И я уточнял этот момент отдельно - но принимать в род  имеет право только он.
Он проходит по кухне, мимо гудящего холодильника, оживляет в памяти разговор с Мелифлуа.
- Цена не в золоте и тебя не касается, это я решил.
То решение далось ему нелегко и Лестрейндж уже в предвкушении, какие сюрпризы подготовила для него Араминта, но это лучше варианта, при котором Яэль Гамп носилась бы по Лютному, привлекая внимание и, возможно, выводя МакГонагалл на Мелифлуа.
Он не случайно старается не называть имен, и благополучно опускает имя Мелифлуа - если все пройдет по намеченному плану, Яэль Гамп и вовсе не узнает, о каком специалисте шла речь.
На свободные вечера преподавателей он скептически хмыкает - как же, наслышан. Видимо, у Минервы МакГонагалл выдался именно такой.
- Это затруднит наши контакты. Как ты себе представляешь мой визит в Хогвартс? В прошлый раз нас не рады были видеть.
Их не рады видеть нигде - но одно дело аппарировать в Хакни-Уик, а другое - кружить вокруг Хогвартса, чтобы встретиться с ведьмой. Учитывая недавнее, там, наверное, не протолкнуться от авроров, а этой компании Рабастан ищет в последнюю очередь.
- Вечер и ночь четырнадцатого ты должна быть здесь, чтобы я мог найти тебя и аппарировать на место максимально быстро. МакГонагалл должна быть уверена, что ты у деда, в драконьем заповеднике, у Мерлина - но никак не встречаешься со мной.
На деле ее преподавание ставит перед ними еще одну проблему, которую до сих пор Лестрейндж успешно не замечал, и последний вопрос ведьмы касается этой проблемы напрямую.
Он хмуро со всех сторон рассматривает озвученный "совместный быт", садится за стол.
- Ритуалист, с которым я обсуждал нюансы нашего положения, настаивал на том, чтобы время между помолвкой и самим браком ты провела либо со мной, либо с Рудольфусом, а также как можно чаще навещала Холл и носила какой-либо фамильный артефакт моего рода. С последним пунктом я тебе помогу, - он нащупывает на шее цепочку с перстнем, снимает через голову и опускает на стол - порт-ключ выглядит самым обыкновенным кольцом, ничего примечательного, и Лестрейндж не собирается посвящать Яэль в его тайну. - Я забрал его из Гринготтса еще в августе. Теперь он твой. Не пытайся зачаровать его - он защищен от этого, гоблинская работа, родовой артефакт - так что носить придется не на виду.
Определенно, не на виду - стилизованная буква Л узнаваема и едва ли в чести последние пятнадцать лет.
- В Лестрейндж-Холл без меня не суйся, даже если знаешь, где он - там опасно. А с первым пунктом я не смогу тебе помочь, если ты отправишься в школу. Ты уверена, что тебе нужен Хогвартс? Максимум два месяца - ты все равно не задержишься там дольше.

+1

8

Дело не в том, что им будет сложно организовать будущее так, чтобы откат родовых магий не хлестнул наотмашь. Дело в том, что они и настоящее не очень-то могут организовать себе. Во всяком случае, Яэль встречает фразу о том, что ритуал будет проводить Рудольфус Лестрейндж, замирая и прикрывая глаза.
Тот самый человек, чьё громкоголосое интервью сегодня омрачило страницы Пророка. Вернее - уже вчера. Не великий срок.
- Что ж... я не думаю, что это самый удачный вариант, но других у нас нет. - У Лисы настоятельная необходимость в том, чтобы почитать о подобных ритуалах. Так что будет чем себя занять. Хотя проблема скрашиваемого досуга - вообще мелочи. Встреча с Рудольфусом Лису не радует. Даже если преступник не вспомнит предыдущую.
- Ты с ним обсуждал это? Помолвку? - Яэль, правда, очень важно знать к чему готовиться.
И эти мысли даже отвлекают от размышлений о правильности запланированных дел.
Лиса достаёт бутылку красного полусухого - уже не огневиски, уже хорошо. Наливает в два бокала, не уверенная, что Басту  до того, чтобы пить, как и ей не до того, чтобы рассматривать перстень, который ей достаётся вместо обручального. Но касается цепочки, которая ещё тёплая, а потом так же - на шею, как тяжёлый кулон.
- Я буду здесь четырнадцатого, в любом случае, а что касается сроков и особенностей ритуала... я так решила, потому что иных вариантов не видела, иных неподозрительных вариантов. - уточняет Яэль и смотрит в лицо мужчине, теребя кончиками пальцев перстень.
- Но я готова выслушать. - Лиса делает небольшой глоток. Вино хорошее, куда больше смягчает волнение, чем подчёркивает переживания. О столько приходится молчать. Например, о том, что ей даже не обидно уже получать такой союз. Нелепо. Грустно и смешно. Но все равно - она попробует. Хотя пути назад не будет.

+1

9

- Я обсуждал с ним необходимость этого шага, - Лестрейндж отвечает честно и быстро, не вдаваясь в детали, в которых как раз и затаился дьявол. - Он заинтересован в этом не меньше тебя - ты же помнишь наш договор.
Их прекрасный, идеальный договор - два ребенка, каждому роду по наследнику. Кровный родственник Рудольфуса, появившийся на свет к концу года - даже у его сумасшедшего брата, думает Рабастан оптимистично, не будет повода возражать.
Он отчасти понимает ее беспокойство - по крайней мере, думает, что понимает - но никак не может решить этот вопрос иначе, а потому делает вид, что не замечает ни тяжелый вздох, ни прикрытые глаза. Зато относительно удачно пытается скрыть собственное раздражение по этому поводу - драккл их всех дери, Рудольфус - часть его жизни, основная, мать его часть. Он не может просто развернуться и перестать быть Лестрейнджем, даже если иногда хочет этого. Особенно если иногда хочет этого - а моментов этих, к счастью, совсем мало.
- Выслушать? - переспрашивает он, хотя хочет треснуть кулаком по столу  и напомнить, что время выслушиваний прошло: ей теперь либо соглашаться, либо никаких либо. - Конечно.
- Сроки рассчитаны так, чтобы использовать благоприятный момент: комета сближается с землей и что-то там еще, ты должна меня извинить, я разбирался в теории совсем иной области ритуалистики, не касающейся брачных союзов, - неожиданно вежливо формулирует он, скрывая злость. - В самое ближайшее время помолвка, чтобы прошло не меньше месяца до завершения ритуалов. Девятнадцатого марта - новолуние - брак, двадцать четвертого - ритуал на успешность зачатия. Не доверять специалисту оснований нет - у него есть свои резоны, чтобы я остался доволен, а ты понесла.
Несмотря на то, что он пропустил мимо ушей ее повторное предложение кофе или виски, занятый собственными размышлениями, она все же берет ситуацию в свои руки и организует бутылку вина - возможно, уже понимая, что "совместный быт" в интерпретации одного из Лестрейнджей не предполагает обсуждения меню ужина.
Зато предполагает обсуждение следующих убийств, вклинивается Розье, который весь день сидел тихо-мирно.
Лестрейндж задерживает взгляд на бокале, больше механически берет себе оставшийся, отпивает, не чувствуя вкуса - вино никогда не входило в сферу его преференций.
- И вот еще что. Руническая помолвка предполагает, что глава рода, в который вступает невеста, в ответе за нее - так что не беспокойся об этом, Рудольфус не пойдет против родовой магии. Зато с твоей стороны необходим кто-то, кто подтвердит, что ты добровольно вступаешь в этот брак, и препоручит тебя моему роду. Не обязательно глава твоего рода, - тут же уточняет он. - Но и не посторонний человек. Друг, кровный родственник, кто-то, кому ты доверяешь. У тебя найдется такой, кто точно не станет ни болтать, ни вмешиваться? Ты сможешь под любым предлогом четырнадцатого держать этого человека здесь? Может быть, Ирвинг Дрейк?
Предлагает Дрейка он не бескорыстно: во-первых, он хочет убедиться, что с Дрейком все в порядке после его встречи с Рудольфусом. Во-вторых, стирать память Ирвингу Дрейку уже стало хорошей традицией, и какая разница, от воспоминаний о чем ему избавляться - об интервью или о рунической помолвке.
- Это что касается сроков. Насчет совместного быта вопрос сложнее. Конечно, если ритуал завершится благополучно, Хогвартс будет для тебя достаточно безопасным местом - безопаснее, чем где-то еще и поблизости от меня. Но месяц между помолвкой и браком - на этот счет рекомендации более чем понятны: как можно больше времени проводить со мной или моим братом. Хогвартс сюда не вписывается.

+1

10

Еще бы Яэль не помнить договор, инициатором которого стала. Но вот веры в то, что Рудольфус Лестрейндж сильно радеет за продолжение своего рода - мало...  с другой стороны, Лестрейнджи всегда были поборниками традиций, так что, возможно, именно в этом, со старшим братом Рабастана можно договориться, заочно.
- Ладно. Извини, я просто тоже волнуюсь. - Будто за сухим кивком можно скрыть то, что волнение никуда не девается. Яэль не сильно в восторге от интереса Рудольфуса в результатах этого брака и наследниках. Своего сына или сыновей она бы воспитывала подальше от этого Лестрейнджа... если у нее вообще будет шанс их воспитать, но о таких нюансах придется озаботиться самой и отдельно. Доверия семейной магии мужа, особенно касаемо шансов жены не быть убитой, мало, хотя, в остальном, Баст её ни разу не предавал, но у каждого есть свои страхи. У Лисы вот появилось желание исполнить свое предназначение, как части Рода, и не погибнуть резко после этого. Вполне себе цель.

Сроки, кометы, звезды - кажется, когда-то люди просто занимались сексом, некоторые рода, те же Уизли, вопреки положениям звезд даже, как видится, организовывали себе большие семейства, а тут никак - древняя кровь, много старых клятв, обрядов и правил. Наверное, хорошо быть полукровкой или вообще магглорожденным - есть все шансы заложить новые традиции, а не пытаться выстроить свою жизнь на остовах старых.
- Я поняла. Что же, если высчитывались благоприятные дни... - Небольшая пауза, только чтобы вспомнить собственный календарь, удивляясь удачному стечению обстоятельств, и сделать еще глоток вина. - То все хорошо должно быть. Во всяком случае, я буду стараться. Хотя звучит, наверное, глупо. Тема не из тех, что обсуждается просто так. Не думай, что мне доставляет удовольствие проговаривать очевидное и уточнять даже незначительные детали. Я волнуюсь. - Мысль о том, что Лестрейнджу, пережившему Азкабан, может быть глубоко все равно и смешно слышать о ее метаниях, не улучшает положение.
А вот на счет Ирвинга Лиса настораживается и готова отказать.
- После сегодняшнего выхода Пророка, я не хочу. Я верно поняла, что ты познакомил Рудольфуса с Дрейком? Ирвингу хватит стирать память, я найду подходящего человека, уверяю тебя, это будет не Минерва Макгонагалл и не мой дед. - У Лисы на уме одна из кандидатур. Вот только Шарлотта не слишком будет счастлива повстречаться с... "коллегами" своего родственника.
И снова ведьма смотрит на мужчину, прикидывая как все неудобно получается.
- Полагаешь тогда отказаться от должности? Боюсь, уволившись из Аврората и не заняв где-то место, я привлеку ненужное внимание. А работать я не могу по причине возможных рисков проверок.

+1

11

Ремарку о благополучных днях он пропускает мимо ушей - не из-за нежелания касаться физиологии, сколько из-за уверенности, что магия сделает выбранный день благоприятным вне зависимости от этой самой физиологии. В конце концов, иначе все эти высчитывания не стоили бы и ломаного кната - а они стоят, и стоят немало. Впрочем, углубляться в эту область у него и в самом деле нет желания - он, хвала Мерлину, в порядке, она тоже. Об остальном позаботиться чувство долга и пресловутая физиология.
Столь похвальная точка зрения никак не мешает, однако, Лестрейнджу взглянуть на дело под другим углом - а заодно и на женщину, сидящую напротив. Он сохранил в памяти черты ее облика - рыжину, зелень глаз, высокие скулы и улыбку - с первой встречи, тогда же равнодушно отметил привлекательность и дерзость, не ожидая, что это может стать личным, но это стало, и он рассматривает Яэль Гамп с интересов и чем-то сродни интересу: с этой женщиной он проведет жизнь, если повезет. Будет делить кров и кровать - тот самый совместный быт.
С другой стороны, не ему, сумевшему подстроиться под Рудольфуса и вполне успешно, волноваться о том, что от Яэль Гамп беспокойства будет больше.
- Поводов для беспокойства нет. Усложнение с помолвкой на деле лишь упростит и ускорит естественные процессы, на которые в противном случае было бы затрачено больше времени, - по крайней мере, это он понял из слов Араминты Мелифлуа, и это в целом соответствует его представлениям о том, ради чего проводятся ритуалы, активизирующие родовую магию. - У нас нет времени - и я не могу ждать, пока все произойдет само собой, - объясняет он ей в который раз, будто ребенку, но она все еще не выглядит убежденной, и Лестрейндж смутно чувствует тревогу - если она сейчас откажется, вот прямо сейчас, несмотря даже на свои слова о том, что не передумала, он, наверное, взбесится. Или нет.
- Послушай. - Лестрейндж отставляет бокал, смотрит на руки ведьмы на противоположном краю стола, решительно протягивает ладонь, касаясь ее руки в дурной пародии на подбадривающий жест. - Наша основная проблема - не ритуалы или договоры. Наша основная проблема - время. И я не хотел бы торопиться, но буду это делать.
Звучит, конечно, так себе - но у него уже была затянутая помолвка, к счастью, не магическая, закончившаяся ничем, и повторять прежние ошибки кажется нелепым. Впрочем, он ничего не знает о том, как выходила замуж она - и вполне возможно, что ее тоже останавливают те же соображения.
- Не будем разговаривать о наших делах с Дрейком, - Лестрейндж смотрит пусто и холодно, но руки не убирает - прикосновение к кому-то вытесняет даже необходимость разозлиться по-настоящему. - Он хочет материала - я даю ему материал. Он рискует головой - но он остается в живых.
Вообще-то, Рабастан до сих пор считает, что им всем крупно повезло - и потому не хочет слышать упреков в голосе ведьмы. Как и этого беспокойства за журналиста.
- Но если не Дрейк - пусть так. Я позабочусь о безопасности того, кто явится - но постарайся выбрать человека, максимально далекого от,  - он заминается, подыскивает слова, до сих пор под впечатлением того, что она использовала слово "познакомил" применительно к встрече Рудольфуса и Ирвинга. - От Аврората. От Министерства. От войны.
Не то чтобы он считает ее дурой - но на собственном опыте убедился, что иногда ей не важно, где проходит линия фронта. Ему хватит поводов для нервов и без того, чтобы подставляться под очередной Круциатус, не давая Рудольфусу убить кого-то, кого она сочла своим доверенным лицом, забыв об обстоятельствах - он вообще сыт Круциатусами, будь они неладны.
Ее опасения насчет проверок ему непонятны - в его роду женщины традиционно занимались домом, если можно так назвать деятельность, подразумевающую эпизодические приказы домовикам и безделье - а потому он дергает плечом, снова морщась: его все еще беспокоит разодранное плечо, а утомительная беготня туда-сюда, последние два дня насытившая его время, не оказывает терапевтического эффекта, а лишь ухудшает эффективность зелий Эммелины.
- Ненужное внимание? - переспрашивает он. Странно, Гампы все казались ему из тех, кто не считает галеоны - но, с другой стороны, все меняется, и его собственное положение относительно фамильного сейфа лучшее тому подтверждение. - Тогда не отказывайся. Согласись.
Это, возможно, успокоит подозрения МакГонагалл - пусть считает, что Яэль Гамп у нее под присмотром.
- Но проблему с необходимостью проведения вместе времени это только усугубляет. Хогвартс наверняка сейчас укреплен еще сильнее, да и Хогсмид, вероятно, может стать проблемой, и, боюсь, что ежедневная анимагическая трансформация мне пока недоступна - по крайней мере, в ближайшее время. - Он рассеянно толкает бокал по столу, наблюдая за тем, как плещется по стенкам вино, а затем хмурится. - Этот дом. Ты не планировала пока отказываться от него? Сможешь как-то объяснить временную необходимость ночевать здесь, а не в Хогвартсе? Я знаю, что преподаватели в основном живут в замке, но всегда считал, что это дань традициям, соображениям экономии и желанию быть поблизости к ученикам для деканов. Если этот дом - твоя собственность, тебе нет необходимости отказываться от него полностью, ведь так?

+1

12

Ощущение внимательного взгляда, когда на тебя впервые смотрят так пристально, заставляет поднять голову, отвечая взглядом на взгляд. Рабастан смотрит на неё, смотрит не как на обьект возможных неприятностей и помеху, за движениями палочки в руке которой стоит следить, а иначе, будто впервые увидел. Теперь - смотрит. И Яэль прикусывает себе язык легонько, чтобы ничего не сказать, не испортить момент, пока, почти физически-ощутимо взгляд Лестрейнджа скользит по её лицу.
Влюбленность - злая шутка. Никогда не думала Лиса, что будет вот так сидеть и тихо, справляясь с волнением, радоваться, таким обстоятельствам. А нет же - вот она - радость. Глупая, абсолютно неподходящая условиям.
Но задачки "Что делать, если решила связать себя союзом с Пожирателем Смерти?" нигде не учат решать. Так что проверять придется только на собственном опыте.
"А глаза у него, если не смотрит волком, красивые и умные".
И хорошо, наверное, что Рабастан сейчас не пользует легилименцию.
Лестрейндж куда лучше умеет быть дипломатичным, чем мисс Гамп думала поначалу, но его таланты политика никогда еще не были так раскрыты, как теперь. Одно просто движение, один жест, которым так часто пользуются остальные, но которого от Рабастана Лиса не чаяла ощутить.
Он накрыл её ладонь своей.
И ведь не пятнадцать, не двадцать, даже не двадцать пять - на то, чтобы не вздрогнуть, уходит много сил. Женщина улыбается, опуская взгляд. Осторожно, почти боясь, что Рабастан это почувствует, касается его ладони подушечкой большого пальца, ведет, поглаживая.
"Ему это, правда, важно. Будущее. Возможно, куда сильнее, чем мне."
Отказаться сейчас, попробовать шагнуть обратно - заслужить Аваду гарантированно. Яэль бы за такое сама, наверное, Авадой благословила.
Она не хочет отступать. Теперь.
Неизбалованного человека легко очаровать.
- Когда я предложила брак, я уже была готова на ритуалы. Ну... ладно, не совсем готова, не совсем взвесившаяся все, но... Меня не пугает скорость. Не то время, чтобы баловаться ожиданием. мы не знаем друг друга, это правда, но... наши предки пребывали иногда в положениях и похуже, так что справимся.
И не то, чтобы Лису саму успокаивают такие слова. Но не говорить хоть что-то сложно.
Тем более, что тем для разговоров мало. Вот о Дрейке нельзя, пусть Лисе и хочется - она теперь, наблюдая за журналистом издали, не может избавиться от чувства вины. За все, даже за то, что был хорошим в их отношениях.
- Я с ним больше не сплю. Конечно, я не леди с безупречной репутацией, но я не собираюсь тебе лгать и... - Наверное, даже не стоило об этом. - Ни с ним, ни с кем-то другим. Раз уж на шее уже не-обручальное, но кольцо чужого рода, пора вспомнить о верности. Хотя у Гампов, по крайней мере, у некоторых мужчин, были свои представления о верности. Но то у мужчин.
На счет упоминания нейтральности личности человека, с которым придет к ритуалу, рыжая лишь едва усмехается.
- У меня есть такой человек.
Повторяет женщина, пытаясь убедить Лестрейнджа в том, что не настолько безнадежна, как можно подумать.
Не безнадежна даже в вопросе обеспечения себя законной крышей над головой.
- Этот дом я купила около десяти лет тому назад. Он мой по маггловским документам и по праву магии. Думаю, я найду как обьяснить свое желание проводить ночи не в стенах школы. - Загвоздка в том, что Минерва может подозревать её в катастрофическом неумении вести разнуздалый образ жизни. Но придется как-то переубедить. В конце концов, врать слизеринки учатся отменно. - И... я не думаю, что в школе приживутся мои коты. Так что вполне аргумент. - Впору улыбаться: еще никогда три исчадия ада, которые были, по совместительству, любимцами, не помогали получить резонное оправдание лжи.
Разговор о доме наталкивает на мысль и ведьма, отпив еще вина, оглядывается.
- Я уже могу оставить тебе ключи от него. И настроить чары. Так тебе не придется ждать, когда я появлюсь, снаружи.
Конечно, такой себе обмен артефактами, вместо колец, но это же Гамп и Лестрейндж - у них все как не у людей.

+1

13

- Вот как. - Сдержанно комментирует Лестрейндж эти ее дикие откровения, гипнотизируя взглядом их руки и больше угадывая, чем чувствуя, как движется ее большой палец. Мысли о спасительном Силенцио проходят победным, но запоздалым маршем - "больше не сплю" совершенно точно означает, что раньше спала, Рабастана Лестрейнджа не провести.
Он, конечно, поначалу думал, что они любовники - это было логичным выводом из того, что он застал Ирвинга Дрейка у нее дома глубокой ночью и в обнимку, но, во-первых, его тоже можно застать у нее дома глубокой ночью, и это ничего не значит, а во-вторых, ведь потом она сказала...
Он хочет спросить, а как же фраза о том, что ее с Дрейком не связывают отношения, но удерживается, продолжая пялиться на руки, чтобы скрыть осуждение во взгляде. Хочет спросить, есть ли имя у этого кого-то другого - имена. Много всякого разного хочет спросить, чего, вообще-то, не спрашивают - по крайней мере, не в их ситуации.
Поэтому просто смотрит укоризненно на стол, неловко кивает на ее упоминание понимания верности у Гампов - тема тоже так себе, но лучше, чем предыдущая. Или нет.
- Брачный ритуал приема в мой род предполагает женскую верность - видимо, дело в значимости статуса наследника рода, - аккуратно просвещает он ведьму, уже не слишком полагаясь на то, что это очевидно им обоим. - Измена карается родовой магией и лучше не рисковать. Если с этим могут быть проблемы, лучше мне знать об этом заранее.
Ладно, дипломат из него так себе, но корявость и обезличенность фразы - дань беспокойству и раздражению. Проблемы возникают там, где он их совсем не ждет - подходя к делу рационально, он как-то автоматически считал, что этого достаточно. Кажется, она считает иначе.
- Настрой чары - обойдусь без ключей. - Он мнется, убирает руку, но все же договаривает. - И закрой дом от всех, кроме меня. То есть, совсем от всех. Я бы пришел сегодня на пару часов раньше, но здесь неподалеку меня подстерегла МакГонагалл.
Мерлин, это даже звучит нелепо - и ему, вообще-то, ничто не может служить оправданием, однако факт есть факт вне зависимости от его к нему отношения: Минерва МакГонагалл сделала совершенно верный вывод насчет того, где его можно стеречь.
И хотя это является подтверждением его правоты - именно из-за этого он разозлился, когда узнал, что ведьма поделилась своей новой дружбой - он совсем не рад. Совсем.

+1

14

- Нет, с этим проблем не будет! - Почти отчаянно, поспешно говорит Яэль, уже сама не рада тому, что открывала рот. Будь Силенцио зельем молчания - она бы его пила, в лечебных дозах, все-таки. Хотя вот этот взгляд Рабастана в стол, пока он не убрал руки - это ведь не только плохо, но и... мило? Во всяком случае, Лиса чувствует, что ей становится лучше, когда она замечает вполне человеческие, простые эмоции у будущего мужа. Когда читает их по его лицу, тону голоса, пусть мужчина держится, на удивление, хорошо.
Руку он, все же, убирает. Но ощущение теплого прикосновения не проходит, только некогда тянуть послевкусие - темы разговора все еще остаются острыми и колкими.
Яэль сперва кивает, а потом настороженно замирает, удивленная такими новостями.
- Минерва? Я не ждала ее сегодня. Вообще. Насколько я помню, мы договаривались встретиться позже, как раз обсудить мое вступление в должность. - Это даже вызывает раздражение. Такие действия любимой наставницы пугают: она и так любит помочь всем на свете и уже не раз рисковала и пила потом тсердечные капли, но в эти отношения, в связь с Рабастаном Лестрейнджем... да, Лиса уже не рада, что тогда рассказала все.
С другой стороны, а был бы жив тогда Баст? Сумела бы она сама его спасти, случись неудачное превращение.
- Хорошо. Я могу настроить чары прямо сейчас, если хочешь. Мне будет проще, если я впишу сразу твою сущность, а не потом по оставленному волосу или еще как-то. - Защитная магия вообще штука капризная. Особенно магия владений.
Потерев ладони, задумчиво катая меж них волшебную палочку, Лиса встала из-за стола.
- Наверное, мне не стоит спрашивать о чем ты разговаривал с Минервой и, все ведь закончилось хорошо? - Яэль уверенна, что Макгонагалл цела и невредима. В этом она полностью верит в рассудительность и некровожадность Баста.

+1

15

Он хмурится на упоминание об оставленном волосе - еще чего не хватало. Уж ему немало известно о том, что из себя представляет Оборотное зелье - и он вовсе не желает, чтобы где-то разгуливал и портил его планы двойник.
- Хочу. И вообще хочу остаться до утра, так что могу помочь с чарами, если потребуется,  - даже если не потребуется, он все равно проследит, потому что не хочет сюрпризов, хватит.
Аппарировать в коттедж, где обитают Лестрейнджи, он не хочет совершенно точно - не этой ночью накануне обмена. Искать спасения в Ставке тоже не выход - маячащий без дела Летсрейндж слишком подозрительная цель. К Нарциссе на ночь глядя не вломишься - а использовать ее маггловский дом без нее он не хочет. Он думает о Снейпе - но в его дыре может не быть не только самого Снейпа, но даже чая. Так что вариант дома Яэль Гамп, в котором он в любом случае будет частым гостем до конца марта - лучший.
К слову, он там забыл вопросительные интонации, и потому смотрит на ведьму с вопросом, который продиктован больше формальностями, чем искренним интересом.
И сразу же ухмыляется в ответ на ее следующие слова.
- А что ей станется? - отвечает он вопросом на вопрос, понимая ее беспокойство и вовсе не горя желанием признаваться, что был пойман как младшекурсник. - Напоила меня чаем, прочла лекцию о необходимости выбора, явно намекая, что имеется в виду только правильный выбор, дала понять, что и впредь будет защищать свое. Потом отпустила. Не баллы же ей с меня снимать.
В его пересказе все звучит как веселое приключение - только весело ему не было и, как подозревает Лестрейндж, МакГонагалл тоже было не до смеха.
Он мрачнеет, но договаривает, допивая вино и подливая им обоим.
- Грозилась стать Министром - и спрашивала, чего я хочу, чтобы закончить со всем этим. Она правда хочет стать следующим Министром? - Лестрейндж хмыкает. - Ну что же, самое время - хотя я советовал Дрейку не публиковать этот последний... материал.

+1

16

Будь перед ней не Рабастан, Лиса бы очень удивилась фразе о желании остаться у нее в доме на всю ночь, но... тут все как-то иначе - даже смущения или возмущения его уверенным словам нет.
- Хорошо, думаю, ты даже подскажешь какие-то лучшие варианты чар. У меня специфика работы не очень-то касалась выставления статичных щитов и охранок. А ты, думаю, раз Пожирателей ни разу не нашли, умеешь скрывать свое место жительства. - Яэль рада. Тихонечко, очень осторожно и мягко ряда тому, что он останется, хотя теперь держать себя в руках и не сказать ничего эдакого, не испортить придется чуть дольше. Разум подсказывает, что, при самом удачном стечении обстоятельств - всю жизнь.
Женщина улыбается. У нее камень с души свалился - Минерва в режиме наставления на путь истинный - это, конечно, не цветочная феечка, но и не венгерский хвосторогий дракон. С Минни вполне можно дискутировать и даже не доводить прекрасную женщину до необходимости пить сердечные капли, но...
Это Макгонагал, а это Лестрейндж.
- Со мной Минерва таких планов не обсуждала прямо, но, думаю, у нее много шансов занять этот пост. Хотя я подозреваю, что она - не Министр для военного времени. - Думая об одном, вспоминаешь другое. Яэль нахмурилась.
- Я не смогла ничего узнать о магглах, с которыми работали в Аврорате или через кого-то из министерских. Прости, но не получилось. Я опасалась привлекать много внимания. А ты... - Легкая пауза, полная удивления, когда Рабастан подливает вина в бокал. -... что думаешь по поводу ее кандидатуры?

+1

17

- Мне без разницы, - честно признается Лестрейндж, отпивая. - Военное время или нет - я не думаю, что ей место в Министерстве. Или ей придется принимать много решений, принимать которые она вряд ли хочет.
Несмотря на то, что с ней ему договориться несравненно легче - даже на этом этапе - Лестрейндж все равно не желает МакГонагалл оказаться в эпицентре текущего конфликта, особенно сейчас, в свете неудавшегося покушение на Скримджера.
- С другой стороны, если верить ее словам, она не заинтересована в сведении счетов, - и это, пожалуй, нравится ему в МакГонагалл больше всего.
Он с разочарованием кивает на ее слова о магглах - придется, видимо, добывать информацию самому - хотя это само по себе странно: не смогла или не захотела?
- Ты говорила, что прошла проверку, - напоминает он мрачно. - Тебе все же не доверяют или информация не твоего уровня?
Впрочем, магглы больше не актуальны - Дженис Итон все же разговорилась, а потому неудача Гамп оставляет его похвально равнодушным.
- МакГонагалл вовсе не против пойти на то, от чего отказался Скримджер. Не уверен, что прямо сейчас у нее хватит влияния, но это лучше, чем ничего.
Лестрейндж откидывается на стуле, пожимает плечами.  Через неделю будет видно, думает он. Через неделю, быть может, Министерство падет, потеряв Скримджера. Через неделю все его опасения, все его планы могут потерять актуальность - а пока он просто следует намеченным планам.
- Но обсуждать с ней это ты не будешь.

+1

18

- Минерва Макгонагалл будет пользоваться уважением многих. И она слишком добра и великодушна, чтобы мстить. - Будто бы защищая женщину, которой не нужна ее защита, проговаривает Яэль, а потом, забирая свой бокал, встает из-за стола, отходя к раковине - чтобы закурить. В полумраке, освещенном лишь одной свечой, сидящий за столом Рабастан кажется моложе своих лет, лишенным проклятия Азкабана. Но это - обман зрения, стоит лишь услышать его ровные и четкие слова, выстраиваемые в скупые, законченные предложения. Когда Лестрейндж не касается темы чувств и отношений, человечность в нем отходит куда-то далеко, уступая иным качествам.
И Лиса может признать это только похвальным - для выживания. А жить... а жить все они будут после того как закончится война и во время нее, между строчек сухих отчетов, между слов вот такими сухими голосами.
- Мне не доверяют. - Опасный момент. На весах, в принципе, жизнь целого человека, а то и двух, трех, будущего. Яэль, чуть морщась, выдыхает дым в сторону. - Итон подловила меня Веритасерумом, я ответила так, как ответила и этого было ей достаточно. Но когда аврора, занимающегося оперативными расследованиями, переводят в отдел бумагомарательства и поручают надзор за старыми делами и управленческую часть, это вызывает вопросы. Многих за последнее время уволили, кто-то попал под суд, а я оказалась совершенно не на том месте, где должна была быть и... - Догадка не из самых плохих. - Я участвовала в обыске дома Макнейра. И настаивала на максимально законном обыске, если хочешь знать. Теперь старший аврор, которому я не дала разгуляться, стал начальником одного из отделов и косо на меня смотрит. - Удивительно, но жаловаться оказалось легко. Хотя вряд ли Рабастан поймет все подозрения женщины.
- И информация не моего уровня, все-таки. Я чистокровная, придерживаюсь принципов чистоты крови, пусть никогда не страдала ярой магглофобией, но... такие вещи не оставляют на открытый доступ. Это хуже договоров с гоблинами. Один лишний свидетель и общественность можно настроить против кого-угодно.
Лиса пожимает плечами. Ей даже оскорбляться не пришло в голову, только устало улыбнуться.
- Уверяю тебя, мне будет что с Минервой обсудить и так. - Докуривая, ведьма забирает палочку и оглядывается на Рабастана. - Я к двери, контур лучше начинать оттуда. - Лиса никогда не вплетала в защиту только одно имя и не превращала дом в крепость только для одного человека, кроме себя.
Это другие ощущения - другой уровень магии, когда, чувствуя как гудит воздух, в предвкушении перемен, ты магией сплетаешь и приказы, и просьбы, и запреты, в сплошную цепь. В темноте дом кажется старше, суше, более скрипучим, более живым. Коты, почуяв волны сильного колдовства, сбегают наверх, но им не спрятаться ни в спальне, ни на чердаке, ни в подвале - чары затронут все. Древняя магия, тяжелая, неповоротливая, тянущаяся скрипучими мотивами запираемых врат и поднятых мостов. Такому в школе не учат. Такое вручают детям родов своих и пасынкам своей работы. Яэль кажется, что она танцует в темноте, но - стоит на месте, лишь вырисовывает по воздуху узоры кончиком волшебной палочки и чувствует, как подрагивают ее пальцы от покалывающего напряжения и усталости.
В конце концов, будущее стоит и не таких усилий.

+1

19

- Только идиоты могут подозревать, что Макнейр хранил что-то запрещенное в собственном доме, - расслабленно отзывается Лестрейндж, пропуская жалобы Гамп - если она кому и перешла дорогу в Аврорате, с увольнением это должно перестать быть проблемой.
Впрочем, он лукавит - Макнейр-Касл наверняка предусматривает немало секретов, к которым не подобраться без позволения хозяина поместья, но это не то, что стоит обсуждать с автором, пусть и почти бывшим.
На упоминание договоров с гоблинами он реагирует иначе - подбирается, слушает внимательно, но Яэль продолжает говорить о другом, не возвращаясь больше к банку. Лестрейндж гадает, что означает ее обмолвка, но сам спрашивать не торопится - это уж точно не по уровню Гамп.
А вот темы ее бесед с МакГонагалл - не его дело, если они не касаются его. Но и это его волнует уже куда меньше, чем месяц назад - МакГонагалл ему не враг, и после сегодняшнего разговора ему придется исходить из этого постулата.

Следуя за Яэль по темным коридорам ее дома, удерживая над ними тусклый Люмос, он задается вопросом, а что на самом деле означает эта встреча с деканом Гриффиндора. Под негромкие чары Яэль, призванные обезопасить их - его! - пребывание в этом доме, он отпускает рефлексию, осмысляя события последних дней.
Напугана ли МакГонагалл заявлением Рудольфуса? Он был склонен считать, что дело в другом - возможно, ей в самом деле хотелось положить конец смертям, в том числе даже ценой сохранения жизни его брату.
Лестрейндж понимает, что, будь это ловушкой, МакГонагалл не было бы необходимости отпускать его - она и так достигла успеха, могла бы сдать его Аврорату, а уж Скримджер бы наверняка распорядился бы неожиданным бонусом с максимальным эффектом, но вместо этого профессор напоила его чаем, отпустила на все четыре стороны - отсутствие следящих чар он проверил дважды.
Итак, пока со стороны МакГонагалл ему ничто не грозит - но что она скажет к концу сегодняшнего дня?
- Ты сможешь поддерживать эти чары на расстоянии? Или будешь обновлять при любом удобном случае? - светски интересуется Лестрейндж, выныривая из своих размышлений на особенно сложном пасхе палочки Гамп. Касается рукой стенных панелей, но чувствует только едва заметное предупреждение - не приближайся. - Второе проще, зато первое надежнее. Хотя и требует больше усилий. Я бы ставил парные чары - тогда любой из нас сможет укреплять защиту при случае.
Он вторгается в ее дом с такой бессовестной бескомпромиссностью, что это даже смешно - учитывая, что она ему ничем не обязана.
Он собирается вбухать в защиту все, что сможет - готовя логово себе.
Разумеется, это не пойдет ни в какое сравнение с тем, что укрывает Лестрейндж-Холл или родовое владение Гампов, но их с Яэль объединенные усилия - усилия чистокровных магов, в будущем связанных обедом - тоже стоят немало, и от тех, кто не является сюзеренами им обоим, эта защита будет стоять.

+1

20

Рабастан, кажется, начинает чувствовать себя куда лучше, когда Яэль умолкает, затихает, творя чары и говорит только связки заклинаний, а не слова, обращенные к нему. Самое смешное, что Лиса тоже интроверт, но её желание одиночества и покоя начинается, когда выяснены границы, когда человек присвоен и становится понятным и безопасным до последнего вздоха. Ну или в шумном рабочем процессе, но не в своем доме.
- Обновлять по появлению - так точнее и безопаснее. Я всегда смогу заметить какие-то недостатки в защите, да и можно оставить маячок, чтобы отследить, если кто-то попробует пробраться в дм. Хотя это сложнее и я никогда таким не занималась, обычно, это артефакторы настраивают. Во всяком случае, в родовом имении такая защита есть. - Не стала кривить душой ведьма, тем более что вряд ли Рабастану понадобится когда-то штурмом брать поместье Гампов.
Лиса оглядывается, в полумраке улыбается мужчине, с которым свяжет свою жизнь и свое будущее.
- Давай сделаем парную защиту, сейчас. Я только соображу на какой связке лучше передать все тебе. - Ведьма замедляет произнесение чар, высчитывая момент и поглядывает на Рабастана.
- Начинай. - Отдавать доступ к дому, отдавать право владеть и распоряжаться магией, окружающей его.
Яэль замирает, прислушиваясь и рассматривая чужую работу.
Когда все заканчивается - совместные щиты наложены, права установлены, рыжая устало трет висок, где отдает шумом.
- Я бы еще выпила и... если хочешь, ванная наверху и гостевая комната в твоем распоряжении. - Один раз Рабастан уже спал здесь. В обличье енота, когда она оставалась дежурить рядом с креслом и сама уснула, теперь же... Ну, даже смелости Яэль не хватит чтобы предложить Басту заночевать у нее в спальне. Или дело не в смелости, а в смущении.
В любом случае, по внутреннему убеждению ведьмы, ведет она себя с будущим мужем хуже школьницы. Или лучше. Скромнее.
Будто дважды замужем не была.
Даже смешно от такого.

+1

21

- Хватит и следящих чар, если замкнуть их на защитном контуре, - медленно проговаривает он в ответ на упоминание маячка, наблюдая за тем, что она делает. Для той, кто пыталась доказать ему, что может о себе позаботиться, она и правда действует уверенно - даже улыбается ему.
Встает близко, готовый подхватить чары с того момента, как она опустит палочку, просчитывая ее движения, но Яэль, как будто угадывая, проговаривает формулы медленно, давая ему понять, где собирается окончить. Формулы несложные - скорее, стандартная укрепленная защита, он ставил ее вариант на обоих коттеджах поверх чар Рудольфуса, и теперь уверен, что не собьется.
Едва она заканчивает, он поднимает палочку, продолжая вязь ее рисунка, начиная с того места, где закончила она. В первый момент дом застывает, по стенам ползет едва заметная дрожь - собственность Яэль Гамп, дом не узнает его, но он продолжает, вплетая свои чары в чары Яэль с самого первого слоя, еще с той защиты, что она начала ставить в январе, преодолевая сопротивление дома, и вскоре он уже подчиняется, сопротивление утихает, распознав волю хозяйки.
Их щиты перекрывают друг друга, и, хотя он не уточнял это, он все равно проходится размеренно через всю ее защиту, вклиниваясь в месте стыка их чар.
Гул - тяжелый, монотонный - становится тише, но не утихает, и Лестрейндж прислушивается к нему, закончив, пытаясь уловить возможные проблемы или разрывы в магическом фоне, но на первый взгляд все спокойно. Отчасти ради этого он и остается - понаблюдать за выставленной парной защитой, утром проверить все еще раз наверняка - Яэль, видимо, понимает, раз не протестует.
- На этот раз лучше начать с чего-то существеннее вина,  - затраты на выставление такой защиты не критические, но их все равно стоит восполнить - ему так точно. - И не беспокойся, я найду себе место.
Чужим гостевым спальням он не доверяет в принципе - зато гостиная кажется неплохим плацдармом, с которого он может оценить окончательное укрепление защиты дома, как следует изучить камин - теперь-то магия дома пустит и его, покопаться в памяти, подыскивая еще какие-нибудь малопопулярные чары, способные остановить незадачливых незванных гостей и задержать более опытных визитеров.
Совместная защита ощущается достаточно странно - он привык чувствовать себя частью рода, привык чувствовать рядом магию брата, а потому привкус чар Яэль кажется намного острее и намного ярче. Он косится на нее, пытаясь понять, действует ли на нее это также - как будто они остались в замкнутом крохотном пространстве коттеджа - но оставляет вопросы при себе.
- Я послежу за тем, все ли в порядке, - неуклюже сообщает Лестрейндж о своих намерениях. - Ты можешь спать.

+1

22

Магия защиты дома не кажется разбавленной чужой. Нет. Это зелье, в которое добавили последний ингредиент и оно, зелье это, заиграло всей силой своих возможностей. Магия гудит тихо, диссонинующих нот нет - разные переборы и тембры вплетаются в мелодию - чары, камерный оркестр силы, звучат, звучат и на диминуэндо сходят в тишину, но не затихают. На грани слышимости теперь, пока защита не рухнет, будет эта сложная и красивая мелодия.
Яэль считает её красивой, сейчас, деля колдовство на двоих, замечая, что от того оно не становится слабее, суше, скупее, Лиса, с онемением, шоком понимания, застывает - если она бралась бы описывать, что есть любовь, то вот этот миг - любовь. Он пустила Рабастана Лестрейнджа в свой дом, она доверила ему её, их будущее, она последует за ним, пусть и не согласна со всем. Пусть и есть её сторона, но мост переброшен.
Перехватывает дыхание.
Женщина поворачивается и смотрит на Пожирателя Смерти, застывшего в полумраке - его палочка больше не горит Люмосом и это хорошо. Яэль горячо и стыдно так любить, так чувствовать, когда не в силах сказать. Когда страшно сказать и нарушить момент, когда все чувства - в полушаге. На расстоянии дальше, чем вытянутой руки.
А музыка звучит, оставшись в сердце.
- Существеннее? Ты голоден? - Переспрашивает Лиса, второпях мысленно проверяя, думая, а чем же кормить мужчину. И это неловкое чувство, когда готова создать праздничный пир, а на кухне есть только продукты и заготовка собственного завтрака.
"Я не усну." - спохватывается и не говорит. Не может. Впервые так - щекочуще-остро и до болезненного сжатого сердца, горячо и плохо. Нельзя останавливать движение, когда оно почти завершилось, но Яэль обрывает порывы. Она, воспитанная в духе старших поколений, еще, через все отношения, надеется на шаг, в ответ на её робкие намеки, с другой стороны.
Как маленькая.
Будто вновь неуклюжий подросток, так никогда и не сказавшая свое первое "Люблю..."
- Хорошо, я принесу тогда одеяло и подушки сюда, чтобы тебе было удобнее, но сначала пошли на кухню, я, честно говоря... - Брать себя в руки и рисковать, когда шаг кажется опаснее падения на ножи... - Я рада, Рабастан. Тебе. Прости, здесь не только твердый расчет на будущее наших родов. - Почти с первой встречи - не просто. Но уточнять ведьма не берется. И хорошо, что в комнатах темно.

0

23

Он голоден подавляющее большинство времени - как-то так сложилось, что Пожирателей Смети редко приглашают остаться на обед, и ни Арн, ни Мелифлуа, ни МакГонагалл не удосужились поинтересоваться, не желает ли Лестрейндж хотя бы сэндвич к чаю. Впрочем, учитывая, что ему и чай-то предлагают далеко не все, на МакГонагалл жаловаться грех.
Вообще, иногда ему кажется, что для урожденного Лестрейнджа ему крайне просто угодить - нужно его кормить и не раздражать. Это, разумеется, связано с тем, что самокритичность у Лестрейнджей вообще не среди сильных сторон, да и "не раздражать" - в его случае, проще сказать, чем сделать, но нужно же с чего-то начинать этот самый совместный быт, так почему бы не с заведения хорошей традиции кормления.
- Да. Съем что угодно, - что угодно в данном случае почти не фигура речи, и его энтузиазм при упоминании ведьмой кухни едва ли не очевиден. Не нужны ему подушки и одеяло, ему нужна амнистия и стейк - но, наверное, это не тема для полночной беседы.
Между тем, Яэль Гамп не останавливается на достигнутом и точно знает знает, что с пряником хорошо сочетается кнут.
- Ясно, - медленно тянет он, разглядывая ведьму через полумрак комнаты, борясь с желанием вновь скастовать Люмос - ему кажется,  что, видя ее, он поймет чуть больше. Ни драккла не ясно - она хочет ему что-то сказать?
Лестрейндж больше не говорит ни слова, отправляясь на кухню, погружается в размышления, анализируя все то,что ей было сказано - не только за сегодня. Все эти отрывистые фразы, не имеющие отношения к обсуждаемым проблемам, вся эта готовность сделать так, как он хочет, энтузиазм, кажущийся ему неуместным, беспокойство, приветливость, эмоциональность. Оправдания по поводу Дрейка.
Он ей, видимо, небезразличен.
Для Лестрейнджа, который измеряет любые входящие данные с точки зрения их пользы, эта новость оказывается источником проблем. С одной стороны, если это так, он должен быть чуть более спокоен насчет того, что она не сбежит спустя пару дней и не сдаст его аврорам. С другой стороны, у нее может появиться новая причина предать его, если она поймет, что он... А собственно, что он - что?
Она столкнулась с ним не в лучшие его времена - и это ее не оттолкнуло. Не желая вдаваться в размышления по поводу того, о каких патологиях - а то и психических проблемах - может свидетельствовать этот факт, Лестрейндж предпочитает сосредоточиться на положительных моментах. Без должной тренировки это выходит не так, чтобы очень хорошо, однако он справляется, и к тому моменту, как они вновь возвращаются на кухню, недрогнувшей рукой доливает ей вина - мелкий знак внимания, все в этом духе, когда-то он мог похвастаться умением вести себя в обществе.
- Это хорошо, - в смысле, им же нужно это обсудить? Она завела эту тему ради этого? - Хорошо, что к долгу примешиваются... соображения другого плана. Чувства.
Он даже допускает мысль, что Яэль Гамп сама себе придумала все это, чтобы украсить их сухой договор - и это, в общем-то, наилучший вариант.
- Хорошо бы нам поладить, а чувства, - если он еще раз употребит это слово, то аппарирует прямо с кухни, обещает он Розье мысленно, - могут все упростить.
Могут и все усложнить, разумеется, но он как-нибудь справится - справляться с чувствами он мастер с семьдесят шестого года.
- Есть еще что-то, что, - Лестрейндж проглатывает "мне нужно знать", и прибегает к менее агрессивной формулировке,  - ты хотела бы обсудить?

+2

24

После сухого "ясно" можно с решимостью и абсолютным осознанием утверждать, что Силенцио необходимо продавать в пилюлях или порошках. Яэль необходимо это заклинание, когда она хочет говорить. Открывала бы рот, как выброшенная на берег рыба и все. И никаких неловких пауз, пока, стараясь скрыть свою хромоту за мелкими шагами, ведьма вернулась на кухню и тут же ринулась к холодильнику с обреченностью бойца, штурмующего несокрушимый бастион.
Не поговорит нормально, так хоть накормит.
Кажется, одна восточная ведьма, путая склонения слов и сами слова иной раз, очаровала одного рейвенкловца, потому что из ничего могла создать шикарный обед, праздничный наряд и скандальчик?
Впрочем, от матери у Лисы почти ничего и нет, как ей кажется. Хотя сейчас бы советы Софии о том, чем кормить будущего мужа, ой как понадобились. И вообще.
- Не время, конечно, но яичница с беконом готовится быстрее всего. - Лиса не хочет... нет, она провалиться хочет теперь, после того как слышит осторожное проговаривание слова "чувства", дважды. Нет, это слишком!
Пламя под сковородкой вспыхивает быстро и, отворачиваясь, Яэль точно не собирается доверять магии готовку - сейчас, взмахнув палочкой, она может превратить нарезанные, заготовленные ленты бекона, в угли, как и яйца, сковородку, сыр... такой ужин даже Рабастан не перенесет, а травить Лестрейнджа никогда не входило в список желаний.
- Нет, пожалуй, это всё. - Самоконтроль, после того как налажала - это в духе мисс Гамп. Она даже улыбается, смотря на плиту, потом оборачивается и кивает, замечая подлитое вино в бокал.
- Ты специи любишь? А сыр натереть или порезать и просто добавить на тарелку? Хлеб или гренки?
Как водится, надежды стоило, все-таки, оставить школьным годам. Но и попробовать стоило, иначе бы дальше мучилась с этим сомнением.
"По крайней мере, хоть у одного из нас будет холодная голова. А я успокоюсь и возьму себя в руки".

Отредактировано Yael Gamp (28 декабря, 2016г. 15:07)

+1

25

Он смотрит ей в спину, ожидая чего угодно, но не этого короткого "пожалуй, все". Рабастан Лестрейндж не понимает намеков - стоит признать, у них это семейное - но до сих пор не становилось проблемой. По крайней мере, не на фоне всего остального, что проблемой становилось.
Он не уверен, что сейчас это стало проблемой, однако уже знает, что причудливый ход мыслей Яэль Гамп ему не постигнуть без разбега, и потому предпочитает внести в происходящее полную ясность.
- Все равно.
Хлеб, гренки, специи - ему в самом деле все равно, и он чудом сдерживает грубое "я не привередлив в еде", насквозь пропитанное жалостью к себе и сарказмом. Сдерживает в первую очередь из-за того, что пытается подойти к ее словам с другой меркой, измеряемой тем, что она только что ему сказала в коридоре.
Им в самом деле хорошо бы поладить - и ему тоже стоит затыкаться почаще и говорить не первое, что приходит в голову.
- Базилик, майоран, розмарин и черный перец, - механически перечисляет он специи, которые - кажется - любит, и трет лоб, проверяя, на месте ли шапка в кармане.
Ведьма довольно ловко управляется с маггловской плитой - куда ловчее, чем Нарцисса, которая кормила его в своем маггловском коттедже принесенными из мэнора сэндвичами, - и это дико контрастирует с тем, что они обсуждали на кухне прошлым вечером.
Лестрейндж допивает свое вино, отставляет бокал. Вино не идет ни в какое сравнение с виски, от него только муторно и хочется спать, и слова совсем не идут с языка. Впрочем, последнее для него не редкость.
- Я не обижу тебя, - очень веско и абсолютно ни к чему говорит он, глядя на сковородку, виднеющуюся из-за ее спины. - По крайней мере, намеренно.
Нет, звучит точно неправильно. Пожалуй, даже угрожающе - особенно насчет намеренно. Следовало остановиться после первой фразы, но сделанного не воротишь.
- Но если у тебя есть какие-то конкретные пожелания к браку, - делает он вторую попытку, - то озвучь их. Я плохо понимаю намеки.
Сногсшибательное признание звучит в маггловской кухне, пропитанной постепенно успокаивающейся объединенной магией, и Лестрейндж думает - не без подсказки Розье - что надо было соглашаться на огневиски, а не на вино. И лучше всего - начать еще у МакГонагалл.

+1

26

- Значит, сыр я натру. Так, мне кажется, вкуснее. Если не понравится, в следующий раз сделаю по-другому. Прости за прямоту, но, кажется, у тебя не сильно с едой и домовых эльфов не в избытке. - Когда Яэль почти спокойна и почти готова не помнить о своих чувствах, она и сама не замечает насколько становится похожа на матушку, что могла с другого угла дома заметить в чем ты одет и чем тебя накормить, а еще чем попрекнуть, но то сейчас точно лишнее...
- Есть такие специи, сейчас. - Свою кухню Лиса знает даже не наощупь - на нюх, а потому небольшая корзинка со специями, взмахом палочки (и руки даже уже не дрожат от обиды), подплывает к плите.
Слушать, как между не слишком уютного молчания Рабастан вытаскивает из себя, будто горячее олово, слова, не слишком приятно. Вообще-то говорить с больными людьми, или уставшими, или грустными - не слишком приятно. Лиса это знает по себе - она, после травмы, после разводов, была ещё тем чудовищем, пока не брала себя в руки. А как быть после Азкабана?
"Ну вот - я опять придумала как его оправдать. Но ведь он, и правда, не может иначе?" - С собою споря, ведьма заканчивает и с гренками и с яичницей, выдержав долгую, может, даже мучительную паузу, пока готовила.
переложив все на тарелку, подала поздний ужин мужчине за стол, приборы, блюдце с гренками.
Простая яичница с беконом пахла так вкусно, сейчас, глубоко заполночь, что сверху подтянулись даже коты, до того напуганные магией, а мисс Гамп, что не готовила на себя, подхватила бокал и села, придвинув к себе пепельницу.
- Приятного аппетита. - прикурить от палочки гораздо легче, чем ответить на осторожные фразы, шаткий мостик в отношениях, перекинутый будущим женихом и мужем.
- Я не думаю, что какие-то пожелания женщины, что дважды неудачно была замужем, стоит воспринимать всерьез. У меня с этим не слишком ладилось. С семейной жизнью, как таковой. А то, что... - Яэль запнулась. Обьяснить сложно как обидно и грустно, когда твоих эмоций больше, чем ответных.
- Знаешь, иногда ждешь чуда там, где не стоит пытаться найти даже галеон. Нет, не так... просто... давай просто попробуем не шарахаться друг от друга. Привыкнуть как-то. Ты очень мудро заметил, что нам нужно поладить и, я, правда, верю, что ты меня не обидишь намерено. По крайней мере, пока я тебе нужна, так что - партнеры? - Лиса протянула ладонь, чуть вздыхая. - Понимаю, жест идиотский, но ничего лучше я придумать в нашей ситуации не могу.

+1

27

Он терпеливо ждет, игнорируя тарелку - важнее кажется разговор.
Впрочем, ждет напрасно - никаких конкретных пожеланий кроме размытого "давай попробуем не шарахаться друг от друга" она не высказывает.
Хотя как раз после двух неудачных браков, думает он, у него накопился бы целый список.
Но, с другой стороны, ему же легче - драккл знает, что бы она придумала.
Лестрейндж кивает, берется было за вилку и нож - однако откладывает приборы.
Ее ладошка маячит над столом прямым вызовом - как и это "перестать шарахаться".
Партнеры - это хорошо. Даже идеально. Это значит, что они не станут заходить в опасные дебри чувств и организуют отношения с точки зрения рационализма.
Лестрейндж не собирается размышлять о том, насколько вообще уместно понятие партнерства применительно к браку с ним - феминизм, шагающий по планете, обошел Лестрейндж-Холл стороной, предоставив братьям самостоятельно определяться с положением женщины - и пожимает протянутую руку, побивая собственные рекорды по не-шараханию чуть ли не с обидой.
Он же не шарахается. Вовсе нет - он пьет с ней чай, иногда даже алкоголь, ведет разговоры о совместном проживании и за две последние встречи ни разу не соблазнился Силенцио.
По его меркам они практически приятели.
- Партнеры, - он не понимает, что она имеет в виду, говоря об идиотичности жеста - нормальный жест, они же действительно договариваются. - Мне нравится, правда.
У них становится хорошей традицией скреплять вот такие полу-договоры рукопожатием, и, будучи тем еще конформистом, Лестрейндж видит в этом добрый знак.
Не то на волне установившегося взаимопонимания, не то еда и правда того достойна, но яичница ему тоже нравится - вместе с натертым сыром, мягким хлебом - и он расправляется с поставленной перед ним тарелкой в один миг.
Закручивающаяся пружина беспокойства, не дающая ему вздохнуть свободно целый день, наконец-то расслабляется.
Лестрейндж барабанит пальцами по столу - она же не имела в виду, что они теперь должны изобретать все новые и новые предлоги, чтобы продемонстрировать результаты свежезаключенного договора? Не то чтобы ему не нравится на ее кухне, но он ее вроде как из постели вытащил и вряд ли она собиралась провести ночь на кухне даже в преддверии выходного.

+1

28

Рукопожатие, будто бы у них тут очередной джентельменский договор, свершилось и, ежели честно, Яэль рада даже такому повороту вещей. Больше того - она рада такому простому способу, пусть и идиотскому, организации их совместных предприятий, что, в общем, входят в престранный комплекс будущей семейной жизни.
Вот теперь Лиса пьет вино, чувствуя, что приходит облегчение - с души свалился камень (хотя там осталась горка на постройку парочки дворцов и десятка стоунхэнджей). Теперь, можно сказать, есть хоть один вариант стратегии дальнейшего: не зарываться в чувства, не обижаться на их отсутствие, думать головой, не паниковать. Набор максимум, как для рыжей.
"С другой стороны - мне вряд ли стоит беспокоиться об изменах и потере интереса ко мне. Чего нет, того нет" - С болезненной удовлетворенностью думает ведьма, рассматривая мужчину, что быстро заканчивает с ужином. Когда тарелки остаются пустыми, Яэль встает из-за стола, допив вино и забирает их, складывая в мойку.
Не то, чтобы она фанатка молчания (отнюдь!), но каждый раз, в такие странные моменты, когда поведение человека еще не стало привычным и угадать, что более уместно, сложно, Яэль волнуется - это не скрыть улыбкой (тревожной), ни взглядами, бросаемые вокруг, будто бы и хочется найти предлог поговорить, но что им станет.
- Я сейчас достану одеяло и подушки и... дать тебе что-то почитать из книг? Большинство из них в библиотеке наверху или ты выберешь сам? - Рабастан рейвенкловец, а еще Лиса прекрасно помнит как он цеплялся за те книги по анимагии, что она ему передавала. - Не то чтобы я совсем безалаберная хозяйка, но... уже поздно и я не думаю, что ты хочешь, чтобы я развлекала тебя полусонными разговорами. - Яэль манит волшебной палочкой, выходя из кухни в коридор, на "акцио" нужные вещи - небольшой грохот, недовольный "мявк" сверху и, с одного из комодов вылетели и поплыли по воздуху, спускаясь со сторого этажа, подушка и одеяло.
- Еще ночью могут шуметь коты или придти к тебе. Ну... думаю, они не сильно будут мешать. - Ведьма как-то ни разу не жила в этом доме ни с кем и теперь сомневается даже в собственном зверинце.
Опуская палочку, довольно кивает: диван, это, конечно, не удобная постель, но Лестрейндж тоже с трансфигурацией на "ты", в крайнем случае и слишком его опекать... не стоит. Это должно быть даже оскорбительно.
- Где ванная ты помнишь, правда? Я тогда покурю и уйду наверх. - В который раз считая себя, за один вечер, нелепой, со своими неуклюжими фразами, Яэль глубоко вдыхает и выдыхает воздух, сдерживается, чтобы не ляпнуть больше ничего. Это похоже на ощущение щекотки - дико хочется дернуться, вывалить свое переживание, надежду, кто-знает-что, дождаться чего-то эдакого.
"Стоп, милая, включай голову. Это - Баст и ты не должна накручивать себя. Оставь человека в покое". - Пока что здравомыслие побеждает. Хотя и заставляет замедляться и сдерживать каждый порыв глупости.

+1

29

- Да, если это не затруднит, - он вскидывает голову быстро, резко - будто реагируя на атаку. - Я могу выбрать?
Детское "правда?" чуть было не срывается с языка, но он все же сдерживается.
Однажды он почти вступил в ее библиотеку - но они умудрились разойтись во мнениях на лестнице и ему пришлось свалить прежде, чем он решил, что стратегия Рудольфуса подходит и ему.
Сейчас же вечер протекает удивительно мирно - и Лестрейндж вцепляется во второй отпущенный ему шанс оказаться в ее библиотеке с энтузиазмом, который пугает даже его самого.
Он вскакивает следом за ней - буквально вскакивает, отмахивается в коридоре подушки, переступает попершего под ноги кота. Мало что способно так завести его, и уж тем более после столь насыщенных различными событиями дней, как библиотека,
- Коты мне не помешают, - он оставляет при себе, что любая попытка помешать ему со стороны хвостатых тварей будет покарана обездвиживанием и Силенцио, но весь подбирается от нетерпения - да, да, ванная там, кухня сям, курить можно.
- Ты тоже не помешаешь, - замечает Лестрейндж, абсолютно не чувствуя иронии - они, вообще-то, в ее доме, сколько бы личной защиты он вокруг не навешал, и это он ей мешает - с самой осени. - Ты здесь курить будешь? Можно мне одному подняться?
От перспектив в нем поднимает голову вежливость, все еще плещущаяся где-то на дне - траченая Азкабаном, стухшая, но уж какая есть.
Идея совместного проживания сразу нравится ему намного больше, когда Лестрейндж наконец-то использует по назначению мозг и осмысляет, что вместе с Яэль Гамп и ее котами в его распоряжение поступит и ее библиотека.
Библиотека, Мерлин.

+1

30

Из сбивчивых эмоций, мыслей и переживаний выдергивает голос Рабастана, оттенок радости и чего-то эдакого в нем, чего раньше не было, правда, не было: Яэль, перебирающая каждый раз в памяти перед сном их встречи, уверенна, что не помнит такого.
Ведьма стоит у лестницы, подсветив площадку Люмосом и, посмотрев в лицо Басту, чувствует, что улыбается сама, поняв, что, на самом деле, он... нормальный.
"Мерлин великий, вот где его хорошие эмоции!"
- Да... да, конечно. Я не буду мешать. Только наверху тоже темно. Свети люмосом. В библиотеке я свечей точно не держу. Первая дверь с лестницы, но, даже если ошибешься, не страшно... - Быстро отвечая, так быстро, как ухватившийся за соломинку утопающий, дергается вверх, а потом Яэль мнется еще секунду. - Там есть кушетка, если что. - Что-то ей подсказывает, что Рабастан, и правда, может даже не вырваться из такой волшебной комнаты.
- Там не самые редкие книги, конечно, не было времени заняться коллекцией. Много по специфическим боевым чарам, зельеварению и анимагии, чарам древних народов, населявших Британию, и истории заклинаний... и монографий историков. Еще есть стеллаж по магическим тварям и по маггловской литература, но это уже вряд ли. И по травологии. Но... в общем... разберешься. Доброй ночи. - Яэль все равно остается внизу пока что - помыть посуду, покурить, выпить, наверное, еще бокал вина, но мысль о том, что, кажется, они оба нашли как... облегчить существование вместе (по крайней мере Яэль не будет терзаться вопросом чем занять Лестрейнджа) окрыляет.

Отредактировано Yael Gamp (8 января, 2017г. 22:51)

+1


Вы здесь » 1995: Voldemort rises! Can you believe in that? » Завершенные эпизоды (с 1996 года по настоящее) » To get you out of the cage (9-10 февраля 1996)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC